Добро пожаловать на литературный форум "В вихре времен"!

Здесь вы можете обсудить фантастическую и историческую литературу.
Для начинающих писателей, желающих показать свое произведение критикам и рецензентам, открыт раздел "Конкурс соискателей".
Если Вы хотите стать автором, а не только читателем, обязательно ознакомьтесь с Правилами.
Это поможет вам лучше понять происходящее на форуме и позволит не попадать на первых порах в неловкие ситуации.

В ВИХРЕ ВРЕМЕН

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Произведения Вячеслава Коротина » Вторая попытка


Вторая попытка

Сообщений 81 страница 90 из 156

81

- А вот теперь мы поотстанем, - мстительно процедил сквозь зубы Худ. – Передайте на «Индомитебл»: «Меньше ход, держаться на правой раковине вражеского корабля».
- Блин! – на самом деле Колчак выразился менее цензурно, но, конечно, не вслух – англичанин собрался минимизировать риск утопления ещё одного британского линейного крейсера, оставить реально опасными для себя только две башни «Гебена» из трёх уцелевших, но он ведь в этом случае и сам теряет возможность обстреливать врага из двенадцатидюймовок правого борта. Да и из кормовой «Инфлексибла», пожалуй.
Но десять стволов против четырёх – преимущество более чем солидное, и немцу попадало всё сильнее и сильнее, к тому же подтянулись  броненосные крейсера Трубриджа,  а это ещё более трёх тонн металла и взрывчатки в бортовом залпе. По три залпа в минуту. Тем более, что попадания распределялись не равномерно по корпусу немецкого линейного крейсера – все они приходились на его кормовую часть. Впрочем, Трубридж скоро осмелел, и стал со своими крейсерами выходить вперёд – благо, что замолчала башня «Гебена» им отвечавшая. Худ тоже почувствовал уверенность в успехе, и прибавил скорость, чтобы ввести в действие уже все имеющиеся пушки главного калибра.
Три тонны снарядов летящих с одного борта, шесть тонн с другого… Даже при двух процентах реальных попаданий, это много.  Сначала, одна за другой, замолчали бортовые башни немецкого линейного крейсера, потом заткнулась и баковая, что, впрочем, было уже не важно – «Гебен» тонул. Тонул, погружаясь кормой, и задирая таран над волнами.
От «Даблина» и «Уэймута» тоже пришли хорошие новости – «Бреслау» настигнут и потоплен. Вернее – выбросился на берег и горит, но, главное, уничтожен как боевая единица.
Английские крейсера подгребли поближе к месту гибели «Гебена» и стали спускать шлюпки, катера и вообще всё маломерное, что могло помочь спасти из пучины хоть сколько-то жизней своих недавних врагов, тех, кто ещё несколько минут назад старался их убить. Изо всех сил старался. Но веками военные моряки спасали из волн своих поверженных противников, и да не оскотинятся они никогда до такого состояния, чтобы не протянуть руку помощи тонущему врагу. ОН – ВОИН. Он до конца выполнил долг перед своей Родиной.
Удалось вытащить из достаточно тёплых вод августовского Средиземного моря около четырёх сотен германских матросов и офицеров, это только с «Гебена» - «Бреслау», как уже было сказано, выбросился на греческий берег.
- Разрешите поздравить флот Великобритании с победой! – попытался сделать комплимент адмиралу Колчак.
- Благодарю, сэр, - не очень-то радостно буркнул в ответ англичанин. – Только что-то я не испытываю особенного ликования: имея подавляющее преимущество мы, ценой серьёзных потерь еле-еле смогли утопить вражеские корабли.
- Вы одержали стратегическую победу, - не согласился каперанг. – Победу, которая весьма серьёзно должна сказаться на судьбе начавшейся войны. И этого не переоценить. А неожиданно быстрая гибель «Индефатигебла» это тоже весьма важная и ценная для вас информация, не так ли?
- Пожалуй, вы правы. Что-то не так с нашими чёртовыми крейсерами, если они взрываются от пары-тройки попаданий.
- Ну почему же – суда очень даже неплохие, просто, как выяснилось, не стоит их использовать в бою с линейными кораблями немцев. А вот как средство уничтожения лёгких сил противника вплоть до броненосных крейсеров – почти идеальны.
На самом деле Александру сейчас меньше всего хотелось общаться на предмет военно-морских тактики и стратегии. Требовалась разрядка после боя. Хотя бы в виде бутылки виски или коньяка. И нейтральный разговор. О бабах, например.
  Ведь уже достаточно чётко проявилось в сознании, что живы они с Худом практически благодаря ошибке штурмана – выйди линейные крейсера не на встречный курс «Гебена», а на траверз или вдогон – головным в кильватере был бы «Инфлексибл», как и положено флагманскому кораблю. И именно он получил бы те самые роковые снаряды, именно он бы взорвался… С околонулевыми шансами выжить для тех, кто находился на его борту.
- Сээр! – английский адмирал разве что не щёлкал пальцами перед лицом Колчака. – С вами всё в порядке?
- Да, благодарю. Задумался… - вернулся в реальный мир Александр.
- Тогда приглашаю вас на кофе. С коньяком, если не возражаете.
- Почему бы и не выпить с приятным собеседником, - улыбнулся русский моряк. – Тем более после боя. К тому же перед скорым расставанием.
- Собираетесь обратно в Россию? – удивлённо приподнял бровь Худ. – Жаль. Мы ведь с вами сработались неплохо. Лично мне очень бы хотелось, чтобы именно вы оставались офицером связи между нашими флотами.
- Благодарю за лестную оценку моей деятельности здесь, у вас, - обозначил поклон Колчак, - но всё-таки, считаю, что принесу больше пользы своей стране на Балтике, на мостиках русских кораблей идущих в бой с врагом.
- Понимаю, что ничего плохого в адрес Британии вы сказать не хотели, - улыбнулся адмирал, - но, осмелюсь напомнить, что ещё полчаса назад вы тоже были в бою. Очень рискованном бою. Рядом с английскими моряками.
- Я ни в коем случае не имел в виду что-то обидное…
- Да я понимаю. Идёмте уже выпьем, сэр! – весело посмотрел на собеседника Худ. – В самом деле, уже пора снять нервное напряжение сегодняшнего дня парой глотков старого доброго коньяка.

***

Дожидаться подходящей оказии не пришлось – Британское адмиралтейство отзывало линейные крейсера со Средиземного моря в метрополию. Да и броненосные тоже.
Так что через две недели снова Лондон. Награждение крестом «За выдающиеся заслуги» и добрые вести с Балтики от морского атташе: размер «раздавленной бабочки» оказался недостаточно велик, чтобы «Магдебург» не выскочил на камни острова Одесхольм – выскочил, голубчик. Так что с этим всё в порядке. Ближайшая тема – «Жемчуг». Надо надеяться, что Эссен после последних событий прочувствует ситуацию, напряжёт на эту тему Григоровича, а тот наваляет таких телеграмм командиру крейсера барону Черкасову, что тот и ночевать станет только на мостике, а не сбегать на берег в каждом порту. И «Эмден» получит в Пенанге или где-то там ещё полновесный бортовой залп ещё до попытки атаковать, а его торпеды запутаются в сетях…
Поэтому скорее домой! Добрался за несколько дней: сначала пароходом из Лондона в Гуль, потом из Гуля в Берген. Дальше решил, что лучше по сухопутью. Через Хапаранду и Торнео. В Торнео пришлось ждать несколько часов, поэтому имелось время осмотреть грузы, которые прибыли из Соединённых Штатов и готовились к отправке в Россию. Здесь были машины и машинные части, заказанные ещё до войны для строившихся на Балтике кораблей, взрывчатые вещества и многое другое.
Ещё пара дней, и снова борт «Рюрика», снова пред грозные очи командующего Балтфлотом… Впочем, не такие уж и грозные теперь. Всё предсказанное подтвердилось, и Эссен стал относиться с ещё большим доверием к своему «флажку».  К тому же настоятельная рекомендация использовать свои подлодки не как средство обороны, а в качестве «охотников» тоже дала блестящие результаты – «Акула» старшего лейтенанта Гудима взорвала торпедой немецкий броненосный крейсер «Принц Генрих». У немецких же берегов взорвала.
Об этом славном деле Колчак узнал уже на борту флагмана, благо, что прибыл аккурат к началу совещания штаба командующего флотом. Кроме собственно Эссена в адмиральском салоне находился начальник штаба контр-адмирал Кербер, который, надо сказать, слега недолюбливал Александра за его привычку обращаться к Николаю Оттовичу непосредственно, минуя его ближайшего помощника и заместителя.  Дымил сигарой в кресле начальник службы связи контр-адмирал Непенин, Из штаб и обер-офицеров присутствовали каперанг Тимирев, с женой которого в реальной истории у реального Колчака и случился тот самый знаменитый роман, который был, пожалуй, главной сюжетной линией нашумевшего фильма «Адмиралъ», флагарт кавторанг Свиньин, минёр барон Мирбах, лейтенанты Довкант и Комелов.
- С благополучным прибытием в Россию, Александр Васильевич! – поднялся навстречу зашедшему Колчаку командующий флотом. – От души поздравляю вас с успешным выполнением своей миссии и заслуженной наградой.
- Благодарю, ваше превосходительство. Каждый из нас выполняет свой долг перед Родиной как может. К тому же и вы примите мои поздравления: Война идёт меньше месяца, а немцы уже потеряли на Балтике два крейсера. На мой взгляд – блестящий результат.
- Ну, информацию Гудима ещё должна подтвердить разведка, - хмыкнул Эссен. – Не мне вам объяснять, как часто на войне желаемое выдают за действительное. Причем, искренне веря в то, что говорят.
- Проверим, - буркнул из кресла Непенин. (Служба связи на самом деле, была, в том числе и разведкой-контрразведкой флота) – Уже проверяем. Меня, кстати, удивляет как с «Акулы» в перископ отличили «Принц Генрих» это или какая-нибудь «Виктория Луиза»…
В дверь постучали.
- Разрешите, ваше превосходительство? – зашёл флагманский штурман, старший лейтенант Сполатбог.
- Только вас и ждали, Александр Николаевич, присаживайтесь… Итак, господа, нам нужно обсудить выставление новых минных заграждений у вражеских берегов… Да! Александр Васильевич, прошу вас ознакомиться: две из шести вами рекомендованных минных банок уже наличествуют, - Эссен передвинул карту своему флаг-капитану.
- Благодарю!.. (Не торопитесь возмущаться, дорогие читатели – было оставлено место для «многабукфф» - там и будут разъяснения, откуда нюь-Колчак таким лихим минёром стал. )
Обсуждение новой операции по выставлению мин в Данцигской бухте, об операциях крейсеров, выборе места действия субмарин у вражеских берегов и тому подобное… Совещание в штабе длилось около трёх часов, после чего, когда командующий отпустил всех присутствующих, прозвучало классическое: «Штирлиц! А вас я попрошу остаться!..» Ну не «Штирлиц», конечно…
Это, впрочем, не вызвало никакого удивления у остальных – понятно, что у Эссена имелось немало вопросов к своему только что прибывшему с Гранд Флита флаг-капитану.
- Да уж, - задумчиво промолвил адмирал, когда они с Колчаком остались одни, - признаться, Александр Васильевич, у меня никак не получалось верить вам до конца, но последние события…
Колчак-Мурзин терпеливо ждал, не перебивая командующего.
- Чувствую себя доктором Фаустом…
- Совершенно напрасно, Николай Оттович, - осмелился улыбнуться каперанг. – Ничего взамен той информации, которую смогу предоставить, у вас не попрошу. Желаю только победы России в этой войне. А вы достаточно мудрый человек, чтобы понять, что уж чего-чего, а вреда она Империи не принёсёт.
- Да понимаю я, - махнул рукой Эссен. – Присядьте!
- Вот бумаги, которые я вам должен передать из Англии: письмо Первого лорда Адмиралтейства Морскому министру, его же письмо вам, мой отчёт о поездке…
- Спасибо, я потом посмотрю. Но, в первую очередь хотелось бы ваших впечатлений о бое с «Гебеном». Об англичанах, о немцах, о кораблях, о людях… Ну, вы понимаете.
- Понимаю, конечно. Ну, что сказать: в целом, прекрасные моряки и те, и другие. Стреляют германцы получше наших английских друзей, защищены их суда значительно лучше, но британцы почти всегда смогут выставить в сражении свои «два киля против одного», а то и поболее. И тут считать пушки, дюймы калибра и брони – совершенно неблагодарное занятие, это вряд ли поможет предсказать результат столкновения между отрядами. Одно могу сказать точно: линейные крейсера у колбасников лучше, чем у британцев – ну слишком тонкая броневая «шкурка» у английских «кошек».
- Это да…
- Да и у наших, пока ещё даже не вошедших в строй дредноутов типа «Севастополь» - тоже. Это идеальные корабли для боя с эскадрой Того десять лет назад. Но сейчас они так же поражаемы в бою с немецкими современными линкорами как несчастный «Индефатигебл».
- Это давно известно – на «Чесму» врезали кусок от этих новых линкоров и обстреливали… Результат – не новость. И что теперь? Ничего ведь не изменить – не пришлёпать дополнительную броню на борта кораблей, которые ещё даже не вошли в строй.
- Ничего не сделать. Просто стараться не подставлять их под огонь полноценных германских линкоров на соответствующих дистанциях. Пушки на них великолепные, скорость чуть не дотягивает до линейных крейсеров. Вот от этого и плясать. В качестве «убийц додредноутов» они превосходны. Впрочем, это дела дней грядущих, а что вы планируете в ближайшее время кроме тех операций, которые мы обсудили сегодня?

+16

82

Вячик написал(а):

начальник штаба контр-адмирал Кербер, который, надо сказать, слега
недолюбливал Александра

слегка

Вячик написал(а):

там и будут разъяснения, откуда нюь-Колчак таким лихим минёром стал.

нью

+1

83

Вячик написал(а):

- Разрешите поздравить флот Великобритании с победой! – попытался сделать комплимент адмиралу Колчак.


Может Королевский флот? Или Флот Его Величества? Все же супер-устоявшиеся клише, с чего от них отступать? Вспомните Соболева, в "Капитальном ремонте", только так флот английский и называют.

Отредактировано Ромей (16-05-2017 11:12:46)

+1

84

Вячик написал(а):

Дожидаться подходящей оказии не пришлось – Британское адмиралтейство отзывало линейные крейсера со Средиземного моря в метрополию. Да и броненосные тоже.

А кто там остался? У бритов там оставались интересы и владения, а рядом была Австро-Венгрия со своим флотом (который еще неизвестно НАСКОЛЬКО надежно заперли итальянцы)...

0

85

Little написал(а):

У бритов там оставались интересы и владения, а рядом была Австро-Венгрия со своим флотом (который еще неизвестно НАСКОЛЬКО надежно заперли итальянцы)...

На тот момент  Италия ещё не вступила в войну. Так что ни кто ни кого не запирал.Только  23 мая 1915 года Италия объявила войну Австро-Венгрии.

Отредактировано Генерал (16-05-2017 22:21:34)

0

86

Генерал написал(а):

На тот момент  Италия ещё не вступила в войну. Так что ни кто ни кого не запирал.Только  23 мая 1915 года Италия объявила войну Австро-Венгрии.

Ну так тем более!!! Кто у бритов остался в средиземке, если линейные и броненосные отозвали?

0

87

Little написал(а):

Кто у бритов остался в средиземке, если линейные и броненосные отозвали?

Там французы остались, британцы там старичков держали, и пару быстроходных крейсеров, ловить турбинные крейсера австрийцев

0

88

Вячик написал(а):

- Блин! – на самом деле Колчак выразился менее цензурно, но, конечно, не вслух – англичанин собрался минимизировать риск утопления ещё одного британского линейного крейсера, оставить реально опасными для себя только две башни «Гебена» из трёх уцелевших, но он ведь в этом случае и сам теряет возможность обстреливать врага из двенадцатидюймовок правого борта.

очень тяжелая фраза. Я бы перестроил, разбил хотя бы на два предложения. А то и на три. Ну и мала-мала перефразировал.... может вам понравится.

- Блин! – на самом деле Колчак выразился менее цензурно, но, конечно, не вслух.  Англичанин не хотел лишиться еще одного линейного крейсера. Он собирался свести риск к минимуму, сделав так чтобы реальную опасность для него представляли лишь две башни «Гебена» из трёх уцелевших.  Но он ведь тогда он и сам не сможет  обстреливать врага из двенадцатидюймовок правого борта?

Отредактировано Ромей (16-05-2017 23:04:49)

0

89

1. Возможно, стоит как-то обозначить отправку спасателей на место гибели английского ЛКР. Например, просто обозначением количества спасшихся позднее в тексте. Всё же этот бой - не Цусима и не ледяная Атлантика, выжившие вполне могут быть. И то на Бородино не все погибли, а тут скорее вариант Петропавловска.

2.

Вячик написал(а):

Впрочем, это дела дней грядущих, а что вы планируете в ближайшее время кроме тех операций, которые мы обсудили сегодня?

Вопиющая наглость в формулировке вопроса со стороны ГГ. Всё же Его высокопревосходительство господин адмирал (II класс Табели о рангах) не обязан перед ним (VI класс) отчитываться. Всё то же самое можно узнать косвенным вопросом типа "Не требуется ли где-то ещё моё послезнание?"

+1

90

- А я, как советчик, практически кончился, Николай Оттович, увы, - состроил скорбную физиономию Александр. – Моё вмешательство настолько серьёзно изменило ход истории, что ничего предсказать более не берусь. Во всяком случае тактически…
- Нет уж! – прервал своего флаг-капитана Эссен. – Взялись уже за гуж… Вы мне нужны. И России нужны. Убедили, чёрт побери! Более чем…
- А что с армией Самсонова? – посмел поинтересоваться Александр.
- Окружена и разгромлена, - потупился комфлота. – А что я мог сделать? Кто будет слушать моряка в таких вопросах?..
- Николай Оттович, не нервничайте, пожалуйста! – поспешил успокоить, вернее, попытаться успокоить своего непосредственного начальника Колчак. – В том, что произошло нет вашей вины ни на йоту. Сухопутные нас не любят, в грош не ставят. Это с прошлой войны ещё. Мы попытались помочь – помощь не была принята. Чего себя казнить? А дополнительный корпус с Кавказа мы армии подарили, правда?
- Да ладно… Что нам делать предлагаете?
- А именно то, что и наметили – активные минные заграждения, крейсерские операции и, опять же, действия наших подводных лодок у вражеских берегов. Агрессивные действия.
- Всё бы хорошо, Александр Васильевич, - усмехнулся Эссен, - но действительно активно и агрессивно у немецкого берега может действовать только одна лодка – всё та же «Акула». Остальные – подлодки береговой обороны. Они не могут уходить в длительное плавание, тем более, что в непосредственной близости от вражеских портов нужно будет почти постоянно находиться в подводном положении.
- Ещё четыре типа «Кайман»… Базируясь на Либаву…
- Вы знаете, какое время требуется нашим «аллигаторам» на погружение? – вскинулся адмирал. – Пять минут!
- Знаю. Опасно. Но за пять минут с горизонта не добежать самому быстрому миноносцу. Разрешите выйти с одной из этих лодок?
- Не разрешаю! Но вот отправиться в Либаву, и проинструктировать самым тщательным образом командира субмарины, которая уйдёт к немецким берегам, приказываю. А там  – посмотрим.
- Есть!
- С семьёй пока увидеться не придётся, извините. Напишите им – доставим. Передавайте поклон и мои извинения Софье Фёдоровне.
- Благодарю, Николай Оттович, непременно. Когда отходит мой поезд?
- Вы с ума сошли? – чуть ли не рассмеялся Эссен. – Думаете, я помню расписание? Отправляйтесь на ближайшем. Ну, в смысле, после того, как будете готовы. Вы готовы?
- Собираться нет необходимости, инструкции командиру лодки обдумаю в пути, так что готов отправиться немедленно.
- Вот и славно. В добрый путь!
   Поезд на Либаву отходил через шесть часов, так что имелось предостаточно времени, чтобы и «отдышаться», и со вкусом пообедать в Ревельском привокзальном ресторане – в первые дни войны кормили там ещё вполне прилично.

***
Нельзя сказать, что Либава встретила ароматов цветущих лип – не сезон, отцвели уже эти деревья, являющиеся символом города. В «Порт Александра Третьего» Колчак отправился , разумеется, на извозчике.  На плавбазу местных подлодок.
Подводная лодка того времени была самым наипоганейшим из боевых кораблей в плане условий обитаемости экипажа – ни поспать тебе нормально, ни пожрать, всё внутреннее пространство отдано выполнению главной цели. Подкрасться под водой и атаковать врага. А автономность данных судёнышек просто не позволяла надолго отрываться от своих баз. Ну а сутки-трое вполне можно пережить на консервах. О горячей пище, за исключением чая, для приготовления которого имеется электроплита… Нет – электроплитка…
Терпи, подводник!
Поэтому в своём порту моряки подплава обитали на борту «матки». Какого-нибудь уже не очень нужного, но достаточно комфортного в плане проживания корабля.
Александр устроился на плавбазе «Хабаровск» недавно пришедшей из Балтийского порта вместе со вторым дивизионом подлодок. И немедленно попросил вызвать к себе командира «Каймана». Ждать пришлось недолго, уже через полчаса в дверь каюты постучали.
- Войдите!
- Здравия желаю, господин капитан первого ранга! – зашёл ещё достаточно молодой, лет тридцати, офицер. – Старший лейтенант Станюкович прибыл по вашему приказу!
- Здравствуйте! – Колчак встал и протянул старлею руку. – Меня зовут Александр Васильевич.
- Кирилл Константинович.
Станюкович? Константинович? Немедленно вспомнились «Максимка», «Вокруг света на «Коршуне» и прочее.
- Простите, а вы случаем не…
- Нет, нет, - разулыбался подводник, не в первый раз уже его фамилия и отчество в сочетании вызывали подобные вопросы при знакомстве. – Моего отца зовут Константином Ивановичем, а знаменитый Константин Михайлович наш дальний родственник.
- Понятно, присаживайтесь, пожалуйста! – флаг-капитан развернул на столе карту. – Вам, с вашим «Кайманом», предстоит завтра поход к германскому побережью.
- Есть!
- Подождите! Сначала посмотрите на зону ваших действий: здесь и здесь, - палец Колчака чуть ли не ковырнул бумагу, - два наиболее вероятных направления, где корабли противника могут встретиться. Видите приближающийся дым – немедленно под воду, разглядели после этого через перископ немецкий флаг – торпеду в борт, если это, конечно, не пассажирское судно. Хотя вряд ли колбасники после начала войны перевозят по морю что-нибудь, кроме грузов и войск.
- Понял вас, Александр Васильевич. Когда прикажете выйти в указанный квадрат?
- Завтра. Но «квадрат», как понимаете, понятие в данном случае отнюдь не геометрическое. Вот карта наших минных заграждений – не наткнитесь. Удачи вам, Кирилл Константинович!
- Благодарю! Разрешите идти?
- Ступайте. И да поможет вам Бог!

***

Когда подлодка идёт в надводном положении и от горизонта до горизонта ни дымка, на палубе максимум экипажа – ну уж очень тяжко находиться в недрах корабля всё время боевого патрулирования. Тем более, что гальюна на субмаринах данного типа не предусмотрено. А организм своего требует…
Мичман Кнорринг и сигнальщик Скороходов обозревали горизонт в бинокли, ну и на небо поглядывали – не появится ли какой-нибудь «цеппелин», который способен разглядеть в такую погоду лодку даже под водой. Пока всё чисто…
- Дым на правом крамболе! – вдруг выкрикнул сигнальщик, и даже вытянул руку в указанном направлении.
На горизонте действительно обозначился дымок.
- Командира наверх! – немедленно отреагировал мичман. – Всем вниз! Боевая тревога!
К моменту, когда командир поднялся на мостик, в бинокль можно было различить уже три приближающихся дыма.
- Ну вот, Андрей Арнольдович, кажется, не зря мы тут болтались, - сосредоточенно проговорил Станюкович, опуская свой «Цейс». – Немцы. Спускайтесь, а я пока задержусь здесь. Погрузиться до позиционного.
Теперь над волнами возвышалась только рубка «Каймана» и старший лейтенант оставался наверху в одиночестве. Шли минуты, и уже можно было различить, что приближаются два крейсера и два миноносца. Пора  уже прятаться под воду и разглядывать противника через перископ.
- Ныряем! – спустился в душное нутро субмарины командир. – Один трёхтрубный крейсер типа «Аугсбург», один двухтрубный типа «Газелле» и два эсминца.
- Каким курсом идут? – не преминул поинтересоваться Кнорринг.
- Да практически на нас. Скоро разберёмся куда отойти, чтобы занять позицию. Приготовить носовые! Ход – пять узлов.
- Есть!
Через несколько минут рубка подлодки скрылась под волнами и по поверхности моря скользил только шлейф от трубы перископа. Благо, что погода была достаточно свежей, и волнение до некоторой степени маскировало режущую воду оптику.
- Вправо на двадцать градусов по компасу! – не отрывая лица от каучука визира сосредоточенно командовал Станюкович. – Дьявол! Какая же у них скорость? Ни черта не понять. Десять узлов? Двенадцать? Пятнадцать?
Силуэты германских крейсеров приближались всё стремительнее и стремительнее, было понятно, что головной трёхтрубный под торпедный выстрел уже не попадает. Ну что же – придётся удовлетвориться вторым…
- Первый аппарат, товьсь! Пли!
- Вышла!
«Каймана» ощутимо встряхнуло.
- Второй, товьсь! Пли!
- Вышла вторая!
- Опустить перископ! Поворот восемь румбов влево! Восемь узлов!
Теперь – удирать! Сейчас вражеские корабли, которые наверняка заметили пузырчатые следы торпед, начнут обкладывать ныряющими снарядами весь предполагаемый район нахождения лодки. Теперь – ждать! Ждать и надеяться, что две тысячи рублей вложенных в производство этих самых торпед не просто пробуравят толщу воды, а сделают то, ради чего были созданы – попадут в борт вражеского корабля и отправят его на дно. Хотя бы на длительный ремонт…
- Две минуты, Кирилл Константинович… - невесело посмотрел на своего командира Кнорринг.
- Значит промазали…
«Каймана» встряхнуло, а потом на его борту услышали и грохот далёкого взрыва, который через пару секунд повторился ГРОХОТОМ.

***

Командир минного заградителя «Альбатрос», который своим силуэтом действительно очень походил на крейсера типа «Газелле», был здорово ошарашен, когда сигнальщики закричали о приближающейся торпеде, но решение принял верное, и корабль достаточно грамотно лёг на курс, который позволял уклониться от атаки. Но вот когда нарисовалась и вторая, деваться стало просто некуда. Одна из двух тысяч рублей собранных Российской Империей со своих налогоплательщиков не пропала зря: сто килограммов взрывчатки были доставлены к борту вражеского корабля. Рвануло. А «Альбатрос» нёс в своих трюмах сто пятьдесят мин для их установки их перед Либавой. Ещё полторы тонны тротила мгновенно превратились в стремительно расширяющиеся газы. Минзаг разорвало почти на атомы. Не спасся никто…
Один из двух немецких минных заградителей специальной постройки приказал долго жить – весьма серьёзная потеря. И принц Генрих, командующий силами германского флота на Балтийском море, и гросс-адмирал Тирпиц лучше предпочли бы потерять крейсер, чем этот невзрачный кораблик. Да и вообще потери на Балтике становились пугающими: «Магдебург», «Принц Генрих», «Альбатрос»… А ведь война только началась…
Причём и на этом неприятности для Флота Открытого Моря не закончились: не прошло и недели, как броненосный крейсер «Принц Адальберт» проехал пузом по мине из заграждения поставленного в Данцигской бухте русскими миноносцами. Сначала немецкие моряки даже не поняли, что произошло – корабль лишь слегка вздрогнул, некоторые на борту даже подумали, что он таранил подводную лодку, но донесения о том, что вода затапливает различные отсеки, восприняли уже как информацию об атаке подводной лодки. Капитан цур-зее Михельсон приказал повернуть и уходить полным ходом на запад… Ни к чему хорошему подобные пляски на минах привести не могли, и скоро последовал ещё один взрыв. «Принц Адальберт» накренился на правый борт и здорово сел кормой. Вода затапливала один отсек за другим, и вскоре крейсер перевернулся и затонул. Правда эсминцам и шлюпкам с лёгкого крейсера «Любек» удалось спасти большую часть команды.

+13


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Произведения Вячеслава Коротина » Вторая попытка