Добро пожаловать на литературный форум "В вихре времен"!

Здесь вы можете обсудить фантастическую и историческую литературу.
Для начинающих писателей, желающих показать свое произведение критикам и рецензентам, открыт раздел "Конкурс соискателей".
Если Вы хотите стать автором, а не только читателем, обязательно ознакомьтесь с Правилами.
Это поможет вам лучше понять происходящее на форуме и позволит не попадать на первых порах в неловкие ситуации.

В ВИХРЕ ВРЕМЕН

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Орда

Сообщений 11 страница 12 из 12

11

Чуть заметно дёрнувшись, словно от обжёгшего кнутом воспоминания, гостья посмотрела на последнего жителя дома.
– Говори.
Всё ещё бледный, малыш шлёпал губами, будто выброшенная на берег рыба, и буквально выдавил из себя:
– Это… это… это воровство!
Субира, на секунду отвернувшись, почесала голову.
– Не могу понять, у кого я украла?
Джек стукнул себя кулаком по груди.
– У меня!
Вместо ответа Субира приставила лезвие кинжала к цыплячьей шее.
Словно поперхнувшись воздухом, Джек заговорил торопливо:
– Ты, главное, не запрещай мне читать! Не отнимай у меня меня! – Сглотнув, мальчик сложил ладошки перед грудью. – Слушай, ты хоть назови меня своим пленником!
Глаза девушки впервые за весь вечер из узких щёлочек забрала расширились до озёр удивления:
– Пленник? Их берут на поле боя.
Субира вдруг кратко простонала и почесала горло кончиком клинка.
Джек сразу изменился в лице:
– Тебе вынести попить?
Собеседница ничего не ответила.
Всё так же сжимая плечо мальчишки, она смотрела на восходящую луну.
Гигантские лунные низменности отсюда казались всего лишь тремя концентрическими кругами, словно боги в шутку бросили камешек в плывущее по небу озеро.
Круги побежали по лунной глади, и окаменели навсегда.
Луна успела довольно высоко подняться, когда на том конце улицы показалась Ния.
Девушка была не одна: за ней мчались ещё трое.
Субира вскинула руку, готовя магический удар.
Ния свернула за угол, уходя с линии атаки.
Троица преследователей не увидела угрозы в незнакомой им девушке.
Полыхнул мёртвенно-бледным огнём удар Субиры.
Лошади промчались мимо Джека, унося погибших седоков.
Мальчик успел лишь дважды клацнуть зубами.
Ния выскочила прямо перед ними, и поспешила спешиться.
– Вот, кожаный…
– Кто эти люди?
– Да так, пристали по пьяни…
– Я убила трёх человек.
– Да подумаешь…
Свободная рука Субиры впилась в глотку служанки.
– Я убила трёх человек. Они даже не выступали против нас. – Ния корчилась, но попыток высвободиться из хватки не предпринимала. – Более того, мы здесь гости. Твоё поведение неприемлемо.
Хватка разжалась.
Служанка рухнула на колени, жадно глотая вдруг ставший столь значимым воздух.
Субира быстро, со знанием дела накинула ошейник на Джека, и запечатала простеньким заклинанием: для лишённого дара магии оно было неотличимо от сверхсложных чар.
Джек морщился, но так ничего и не возразил.
Тем временем Ния поднялась на ноги.
– Госпожа, я вот подумала по дороге… а что, если Канцелярия противится строительству канала из-за страха? Может, они хотят дождаться, пока начнётся эта, как там её, ну, когда наша пустыня превратиться в сад цветущий, а потом привезти туда колонистов из центральных провинций?
Субира чуть заметно склонила голову набок.
– А как же сказки про грозу?
– Так может, это просто сказки?!
Субира кинула один короткий взгляд на Джека, и вновь обратилась к служанке.
– Тогда - мы отправляемся в Столицу.
Это оказалось последней каплей.
Джек, крутанувшись на носках, вверил свою судьбу ногам.
Наивная попытка.
Мальчик успел добежать до угла дома, как вдруг прямо перед ним появилась Ния.
– Куда торопишься, Джеки?
Чуть обернув голову, он увидел, что прямо за его спиной стоит Субира.
Джек примирительно поднял руки.
– Послушайте, я ровным счётом ничем не могу вам помочь. Да, я прочёл пару книг, но и вы это можете! Я не собираюсь ехать ни в Столицу, ни в Хантбар, ни, тем более, в Нэньхе! Я там лишний! Я просто пойду в ученики портному…
Ния влепила ему пощёчину.
– Слишком много «Я». Ты песчинка в этой буре. Глоток во фляге. А нам, знаешь ли, ещё до следующего оазиса топать. Ты хоть представляешь, что это? Песок повсюду; в одежде, в волосах, в глазах и глотке. Но каждому каравану нужен проводник. Тот, кто знает тропы и колодцы, может сразу сказать - есть ли смысл разгребать этот цандой, или проще построить новый.
– Да причём здесь я?!
– Ты будешь нашим проводником.
– Отказываюсь!
Шею мальчика коснулся холодный край ножа.
Ния опёрлась руками в коленки.
– Отказываешься?
– Я же… я же всё равно - того…
– Ну, не спеши с выводами! Ты имеешь реальные шансы выжить. А если откажешься – умрёшь точно.
Повисло молчание.
Мимо них проехали четверо городских стражников низшего ранга - их лошади были пегой масти.
Едва стук копыт стих, Джек словно проснулся:
– Ты говоришь, что я имею крохотные шансы выжить… но ведь это так мало, это… это всё равно, что сыр в мышеловке!
– Ошибаешься. Я питаюсь не сыром, а мышеловками.
Губы мальчика дрогнули.
– Ну, тогда давай договоримся: мышеловки тебе, а сыр - мне.
Ния похлопала его по щеке.
– Малыш, решай сейчас: ты с нами?
Джек развернулся на носках, и предъявил Субире:
– Или ты объявляешь меня своим пленником, или… убивай.
Нижняя губа Субиры задёргалась, словно тряпка от ветра.
– Ты… – Она на мгновение закрыла глаза, сделала короткий вдох. – Заслужи.
Джек сглотнул, на сколько ему это позволил несвычный воротник, и тихо сказал:
– Докажу.
На звёздном небе Королева Луна достигла зенита, и плавно покатилась вниз.

+1

12

Субира отказалась оставаться в доме учителя даже до рассвета, и они отправились в трактир. Джек сидел позади Субиры и изо всех сил старался не сжимать бёдра красавицы слишком сильно.
Слева ехала Ния.
Каждая девушка вела в поводу заводную лошадь, одна из которых едва шла после заезда, стоившего жизни троих людей.
По какой причине они возвращались в тот самый трактир - Джек так и не понял.
– Эй, сладкий, расскажи, где будет следующая война?
Мальчик скривился, но промолчал.
Ошейник тут же сдавил горло чуть сильнее.
Джек вскрикнул:
– Ния, прекрати!
– Что? – Сбритые, а после наведённые краской бровки взметнулись вверх. – Я ничего не делала!
– Так я тебе и поверил…
Джек собирался сказать что-то ещё, но тут Субира шепнула:
– Это я.
– А… В смысле, зачем? За что?!
– Раб должен отвечать на вопросы.
– А время подумать рабу не нужно?
Субира ничего не сказала, но ошейник прекратил удушать.
– Сладенький, ты не зли госпожу, она нервная, ей даже ещё не начали кошмары сниться после Ишанских…
Ния оборвалась на полуслове.
Джек понимающе покивал.
– Да, я слышал, что творили Ишанские выродки в Бэсте…
Ладошками мальчик отчётливо почувствовал, как Субира вздрогнула.
– Ты слышал, а я видела. – Ния на мгновение прекратила улыбаться. Но только на мгновение. – А госпожа там родилась и выросла! Это уже потом её отец за большие деньги пристроил…
Ния собиралась договорить, но её речь мечом разрезал голос Субиры:
– Отец попросил учителя мною заняться.
Джеку показалось, что лошади с размаху въехали в стену.
– Ой, а я и не спросил! Сколько же вам лет?
Слегка откинувшись назад, Ния заехала кулаком под рёбра мальчику, заставляя того скривиться.
– Мы вечно молоды, ты понял?
От боли Джек вжал лицо в спину, но ничего не возразил.
Спокойно, даже слегка отстранённо ответила Субира:
– Мне девятнадцать, Ние - двадцать шесть.
Джек наконец-то перевёл дыхание.
– О, так ты начала обучение в четырнадцать?! А у тебя есть колодец?
– Ния.
– Госпожа?
– Я обращалась к мелкому.
Служанка поёжилась.
– Эй! Вы сейчас про магию говорили, да? Джеки, ведь да?
Мальчик повёл плечами.
– Ну… а ты вообще не разбираешься в магии? У тебя нет дара?
Ния скривилась, словно на горизонте заклубилась пылевая буря.
– До встречи с госпожой я… почти не могла колдовать.
Настала очередь Джека кривиться.
– Прошу, не используй слово колдовство. Что же до колодца… так бывает, что у мага гораздо больше сил, чем он может использовать. Тогда он сливает излишки в колодец. Кстати, слова колода и колдовство - однокоренные!
Лошади уже подъезжали к трактиру.
Добротное двухэтажное здание, срубленное из могучих сосен, которые вблизи морских побережий назывались не иначе как корабельные, стояло на выезде из пригорода.
На первом этаже была таверна, на втором – пустующие в массе своей постоялые комнаты.
Стреножив коней, путники отправились ужинать.
В таверне пахло приправами к мясу, слепой арфист устало перебирал струны. У стойки сидел рослый плечистый мужчина и выслушивал сдобренную золотом исповедь трактирщика.
Из пяти столов были заняты только три. За двумя сидело по одному человеку, а за третьим – целых восемь. Оттуда доносились несколько голосов сразу, речь то и дело прерывалась взрывами смеха.
Эти люди носили светлые одежды, у женщин были вычурные причёски, а мужчины хвастались кинжалами.
Тесная компания не обратила внимания на то, что в таверну вошли новые посетители.
Субира сразу направилась к столу у самого окна.
По обе стороны от стола стояли лавки, на каждой из которых могли свободно рассесться три человека.
Субира и Ния сели спиной к окну, словно собирались в любой момент покинуть заведение.
Джек присел напротив - и тут же был проткнут двумя злобными взглядами.
– Э… вы чего?
Чуть подавшись вперёд, Ния нарочито-медленно произнесла:
– Сядь за другой стол.
Брови Джека взлетели так, словно пытались смахнуть пыль со лба.
– Это почему?!
Субира разомкнула губы:
– Ты раб.
Подскочив, словно лавка под ним загорелась, Джек выхрипнул:
– Да ты…
За противоположным столом рассказчик прервался, пережидая очередной взрыв смеха и пару комментариев, а сидящий у стойки мужчина потянулся к своему кошельку, чтобы оплатить пиво.
Джек шарахнул ладонями по столу.
– Слушай, а ты не думала, что я могу дождаться, пока у тебя появится сильный враг, и перейти к нему в обмен на свою свободу?
Оплативший пиво поправил вязки своей одежды, и направился к их столу.
Бронзовое лицо Субира не выразило ни одну эмоцию, но лежащие поверх стола ладошки чуть заметно дрогнули.
– Предательство.
Подавшись вперёд, Джек сказал медленно и чётко:
– Если ты хочешь, чтобы я был тебе верен - веди себя со мной по-людски.
– Ты - раб.
На плечо Джека легла широкая мозолистая ладонь подошедшего к ним посетителя.
– Что, малыш, обижают? Кто нацепил на тебя рабский ошейник? Постой! Да ты Джек Шарц, я тебя помню! Ты прислуживал старику…
Прервавшись, мужчина посмотрел на Нию.
– Мои друзья, ушедшие за тобой – где они?
Ния подарила ему улыбку столь же яркую и многообещающую, что и восходящее солнце.
– А ты у них спроси.
– Сейчас спросил у тебя.
– Сладкий, мне не известно, где сейчас их души.
Лицо мужчины, и без того напоминающее камень, стало ещё более квадратным.
– Души?! Постой, ты сказала «души»? Они мертвы?
Ния всплеснула руками.
– Я свернула за угол. Они не последовали за мной. Я не видела, что случилось с ними дальше.
Мужчина повернулся к мальчику.
– Джеки, а ты видел?
Секунду Джек смотрел на доброхота, и перевёл взгляд на Субиру.
– Итак?
Случившееся далее заставило Джека затрясти коленками и осесть на лавку бесформенным комком слизи.
Субира улыбнулась.
Так мог улыбаться проводник каравана, увидевший неотмеченный на карте колодец или нетронутый ветрами цандой.
– За моей служанкой ехали три человека. Я их убила.
Рука мужчины рванулся к рукояти ножа.
– Ты… из этих, Ишан?
– Я прочла все священные рукописи Ишана.
Обернувшись к другим посетителям, мужчина заорал:
– Здесь еретичка из Ишана!
Все шутки разом смолкли. Слепой арфист навострил уши.
Тесная компания двинула к выходу в полном составе пропуская, впрочем, вперёд женщин.
Те двое, что сидели по одному, не сговариваясь подошли к столу Субиры.
Три кинжала блеснули в неровном свете свечей.
Джек развернулся на полкорпуса, чтобы лучше разглядеть подошедших. Вероятно, ошейник счёл это попыткой побега и затянулся сильнее, угрожая перекрыть кровоток навсегда.
Несколько секунд неуклюжие трепыхания и цыплячий кашель были единственными звуками в затихшей таверне.
– Ния. Кто из них наиболее опасен?
Служанка пожала плечами.
– Вот так сразу не скажу, я с ними не сражалась. Но то, который подошёл первым, выглядит солидно.
– Ошибка. В нём пылают лишь амбиции. У того, кто стоит справа - есть дар к магии огня. Пылкий, но не опытный. Ты справишься с ним. Стоящий левее искусен в магии холода. С ним разберусь я. Но я спросила, кто в этой таверне самый опасный враг?
Разомкнув губы лишь только в левом уголке, Ния выдохнула толстую струю воздуха.
– Ну… тогда, даже не знаю.
Рука Субиры указала на слепого арфиста.
– Он.
Дёрнувшись, Ния икнула: – Почему же?
– Гордость не позволит мне ударить старика.
Отдышавшись, Джек подскочил со своего места и, подставляя спину обнажившим оружие мужчинам, повернулся к Субиру.
– Это не свиньи! – Фальцет и без того писклявый, сейчас просто резал барабанные перепонки. – Люди - это не свиньи! Нельзя просто так обсуждать, как лучше их зарезать!
Субира лишь шепнула едва слышно:
– Бой неизбежен.
В ответ Джек не скрываясь завопил.
– А! Лучший бой тот – который не начался!
На мгновение поджав губы и одновременно наморщив носик, Субира сказала чуть громче: – Я убила их друзей. Они должны отомстить.
Джек ударил ладонями остол:
– Ты поступила плохо! Очень плохо! И что ты делаешь?! Ты делаешь ещё хуже! Из твоих слов напрямую следует, что ты двинутая фанатичка из Ишана! Зачем ты им это внушила, вот просто - зачем?!
– Так они будут знать, что умерли за общее благо.
Джек принялся стучать рёбрами ладоней по столешнице:
– Хорошо! Хорошо. Допустим. Ты убьёшь и этих. А потом? У них ведь тоже есть друзья! И что? Город накроет карнавал смертей?
Ния облизнула губы, но промолчала. Субира ответила:
– Я сломаю любое сопротивление.
Джек положил руку на грудь, а его взгляд бабочкой порхнул по пустому столу: будь тут хоть кружка, он бы приложился.
– Это мирный город. Тут нет войны.
Обернувшись к мужчинам, мальчик посмотрел на того, кто подошёл к ним первым:
– Слушай, я понимаю, что это не совсем правильный вопрос, но мне надо время чтобы подумать о словах этой недоучки. Скажи, а зачем вообще твои друзья погнались за этой? – Палец уткнулся в Нию.
Всё ещё держа кинжал наизготовку, мужчина ответил:
– Она взяла товар, и отказалась платить.
– Товар? Какой товар?
– Тот ошейник, что сейчас на тебе.
– Да ты!.. – Джек коснулся стальной бляшки ошейника, и его руку тотчас же дёрнул слабый, но чувствительный удар молнии. – А! Да как… слушай, а ты можешь его снять?
– Я?
– Я могу, – сказал искусный, по словам Субиры, в магии холода мужчина.
Джек обернулся к нему.
– Сними, будь другом!
– Ты раб еретички из Ишана. Мы убьём твою хозяйку и тебя.
Улыбка на лице Нии расцвела словно её озарил первый луч восходящего солнца.
– Вот видишь, сладкий, у тебя ровно два варианта. Или крохотный с полпесчинки шанс спастись у нас за спинами, или пролиться и погибнуть наверняка.
Пару раз хлопнув себя ладошками по груди, Джек довольно громко произнёс:
– А зачем вообще ты совершала кражу?
Прежде чем ответить, Ния кратко усмехнулась.
– А зачем платить за то, что можешь просто взять силой?
– Просто?! Да нас убьют за твоё «просто»! – Джек сплюнул на пол и повернулся к Субиру: – Ну ты хоть понимаешь, что твоя служанка поступила плохо?
– Я её за это уже наказывала.
Джек хлопнул в ладоши.
– А кто накажет тебя за убийство?
– Слабые погибают.
Коснувшись лица, Джек почесал уголок брови нал левым глазом.
– Последний вопрос. Почему ты назвали Нию двинутой на резне, если это твой грех, а не её?
Субира вздрогнула всем телом, на секунду комично задрав нос.
– Нет. – Зрачки расширились, а смуглая кожа побледнела, приняв фантасмагоричный сероватый оттенок. – Я не двинута на резне, ты выдумываешь.
Джек подал назад, словно сидел на стуле и собирался облокотиться на спинку.
– Заливаешь. Ты уже убила трёх человек, и хочешь убивать снова…
Резко, словно лавка под ней превратилась в раскалённую сковороду, Субира поднялась на ноги.
– Нет! Они напали первыми!
– Разве? Они только хотели догнать воровку. – Палец Джека уткнулся в Нию. – А с тобой позже договорим, не пыли! – Он неспешно положил ладонь на стол. – Итак, моя госпожа, вы двинутая на резне кёте, только и ждущая любого, сколь угодно притянутого за уши повода кого-нибудь убить. Я всё понимаю, вы сражались с Ишанской ересью…
Тот мужчина, который стоял аккурат за Джеком, легко, но чувствительно уколол его ножом в спину.
– Малыш, это еретичка из Ишана, она сама призналась!
Цокнув языком, мальчик покачал головой.
– Как вы достали… – Джек сделал глубокий вдох: – Ишан - это проповедник. Это не название города или области, нельзя быть еретиком из Ишана, только если ты не метафорически возвёл родство своих двинутых идей к голове этого ублюдка, которого я бы лично придушил, не будь он казнён моим учителем ещё шесть лет назад. А теперь, если вы всё уяснили, будьте терпеливы к этой раненной в душу во времена борьбы с миражами Великой Пустыни, и уберите ваше оружие.
– Она убила моих друзей!
– Соболезную твоему горю. Предположи, что их убила молния или отравленный колодец, и просто забудь случившееся, как страшный сон.
Ния шмыгнула носом, не прекращая, впрочем, улыбаться.
– А ты смышлёный для своих двенадцати.
– Мне тринадцать! А осенью будет четырнадцать!
– Намерен дожить до осени? Малыш, ты недоживёшь до утра!
Всё ещё стоя, Субира стукнула Нию тыльной стороной ладони по плечу.
– Я… действительно такая?
– Госпожа, кого вы слушаете…
– Скажи прямо.
Ния прекратила улыбаться.
– Этот глупец…
Ладошка вцепилась в плечо.
– У… Мастер никогда бы не приблизил к себе глупца. Не стал бы его обучать. Хоть и последний, но он лист его древа. Его мысли возводят свой род от мудрости мастера. – На мгновение прикрыв глаза, Субира сглотнула. – Хорошо. Джек. Ты достоин сидеть со мной за одним столом.
– Ошейник сними!

0