Добро пожаловать на литературный форум "В вихре времен"!

Здесь вы можете обсудить фантастическую и историческую литературу.
Для начинающих писателей, желающих показать свое произведение критикам и рецензентам, открыт раздел "Конкурс соискателей".
Если Вы хотите стать автором, а не только читателем, обязательно ознакомьтесь с Правилами.
Это поможет вам лучше понять происходящее на форуме и позволит не попадать на первых порах в неловкие ситуации.

В ВИХРЕ ВРЕМЕН

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Лауреаты Конкурса Соискателей » Бешеный прапорщик (тринадцатая тема)


Бешеный прапорщик (тринадцатая тема)

Сообщений 931 страница 940 из 998

931

Гапон уже в то время был на связи с Оxранным отделением? Погорел-то он позже и был казнен своими же товарищами.

0

932

MisterTwist написал(а):

Гапон уже в то время был на связи с Оxранным отделением? Погорел-то он позже и был казнен своими же товарищами.


Был, но там не придавали серьезного значения его шашням с эсерами.

Во всех официальных документах указывается "тело человека, имевшего сходство с Гапоном". Он мог остаться и в эмиграции.

Отредактировано Majorvks (13-03-2018 22:49:56)

+1

933

Окончив с отличием институт, Рутенберг поступает в качестве младшего инженера на Путиловский завод и вскоре становится начальником инструментальной мастерской. Среди 12000 рабочих завода многие проявляли политическую активность. Они были основной силой в организованном о. Георгием Гапоном  «Обществе русских фабричных и заводских рабочих». Общество это было создано в 1903 г. по инициативе Департамента полиции, рассчитывавшего взять под контроль рабочее движение. Забастовка путиловцев в декабре 1904 года стала непосредственной причиной организации шествия 9 января, получившего название «кровавого Воскресения» и ставшего началом первой русской революции.
....
От рабочих-путиловцев Рутенберг узнал, что Гапон собирается организовать шествие к Зимнему Дворцу, чтобы вручить царю петицию о страданиях народа. Он сообщил об этом руководству своей партии, которое велело ему принять участие в шествии. Рутенберг вспоминал, что после того, как стало известно, что казакам раздали боевые патроны, он советовал Гапону изучить возможные пути к отступлению. Тот, однако, был уверен, что шествие завершится спокойно, царь не может разогнать мирную демонстрацию собственного народа.
....
Более ста тысяч человек шли колоннами с разных концов города. События, однако, повернулись не так, как предполагал Гапон. Казаки стали расстреливать манифестантов. Несколько сот человек погибло. В этой ситуации сохранивший самообладание Рутенберг фактически спас жизнь Гапона, выведя его из-под огня. Сбрив ему бороду и длинные волосы и переодев в простую одежду, Рутенберг увел Гапона на одну из тайных квартир. Сменив несколько адресов, Гапон оставался некоторое время у Максима Горького, после чего его вывезли за границу.

В эмиграции Гапона ждал теплый прием, он был желанным гостем у Плеханова, Ленина, Кропоткина, Жореса, Клемансо. Социал-демократы и социал-революционеры боролись за влияние над популярным рабочим вождем. Социал-демократия с ее идеологическими программами была чужда Гапону, он однако продолжал поддерживать доверительные отношения с эсэром Рутенбергом, который говорил, что практическая борьба гораздо важнее идеологии. Оба были вовлечены в неудачную попытку контрабанды оружия на судне «Джон Крафтон» для боевой организации эсэров, в результате чего Рутенберга, который, вернувшись в Россию, должен был встречать судно, арестовали, но вскоре отпустили.

Власти также не теряли надежды использовать влияние Гапона для вовлечения рабочих в орбиту умеренного социализма. В конце 1905 года представители премьера С. Ю. Витте дали понять Гапону, что он не будет подвергнут аресту и преследованиям, если выступит с одобрением Октябрьского Манифеста и новой политики властей. Тот и сам считал правительственные реформы важным достижением. Слухи о связи Гапона с российскими властями, как и газетные сообщения о том, что он проводит время в казино Монте-Карло, подорвали его репутацию среди революционеров. Историки характеризуют Гапона как человека эгоистичного и недалекого, чуждого социалистическому движению, пользовавшегося, однако, уважением среди рабочих. Ленин, встречавшийся в  Женеве с Гапоном и Рутенбергом, хотя и полагал изначально, что Гапон – искренний «христианский социалист», а не провокатор, быстро пришел к выводу о его поверхностности, что он «действительно серьезным вождем, хотя бы и для полусознательных масс, являться не может».

В начале 1906 года один из руководителей Тайного управления полиции («Охранки»), Петр Рачковский, пытается завербовать Рутенберга через Гапона, вернувшегося в самом конце 1905 года в Россию и поселившегося в финском Териоки (ныне Зеленогорск) близ Петербурга. Гапон доверительно рассказыввает об этом своему товарищу, утверждая, что будучи двойными агентами, они смогут оказать большую помощь рабочему делу. Рутенберг, однако, не имел намерения становиться двойным агентом. Предложение о сотрудничестве с Департаментом полиции потрясло и оскорбило его. После первой встречи с Гапоном в январе он заболел и слёг. Не желая, чтобы отношения с Гапоном бросили тень на него в глазах партийных товарищей, он сообщил о провокации одному из руководителей партии, Евгению Азефу[6]  (который сам был провокатором и двойным агентом) и его заместителю Борису Савинкову; оба находились в Гельсинфорсе (Хельсинки). Азеф потребовал казнить Гапона, возможно, из опасения, что наличие второго агента повлияет на его собственную роль. Политическое руководство партии в лице ее главы Виктора Чернова[7]  отнеслось к этой затее сдержанно и не желало предпринимать такой шаг на основании лишь утверждений Рутенберга. Было решено организовать тройную встречу Рутенберг-Гапон-Рачковский, в ходе которой Рутенберг при помощи опытного террориста Иванова убьет Гапона и Рачковского. Сам факт встречи послужил бы доказательством связи Гапона с Рачковским. Встреча была намечена на 4 марта 1906 года в одном из петербургских ресторанов, однако Рачковский, видимо, предупрежденный Азефом о покушении, туда не явился. Убийство не состоялось. Рутенберг доложил Азефу о случившемся, тот, однако, обрушился на него с обвинениями в мягкотелости и нарушении партийной дисциплины.

26 марта Рутенберг пригласил Гапона на снятую заранее дачу в Озерках (поселок к северу от Петербурга), где тот был повешен тремя боевиками партии. Тело его было обнаружено только через месяц. Руководство партии отказалось взять ответственность за преступление, заявляя, что Рутенберг действовал по собственной инициативе, исходя из личных мотивов. Эту позицию партия сохранила даже после разоблачения Азефа. Охранка также не торопилась обнародовать свою версию. Позднее сам Рутенберг писал, что Гапон был приговорен к смерти товарищеским судом рабочих, которые подслушивали его разговор с Гапоном, спрятавшись в соседней комнате на даче. После того, как Гапон несколько раз повторил предложение Охранки о сотрудничестве, Рутенберг неожиданно позвал слышавших все товарищей. Сам Рутенберг, не желая принимать участие в казни, вышел на террасу. Когда он вернулся, Гапон был мертв.

Выxодит, что Оxранное отделение не даром xлеб свой кушало и имело своиx агентов в радикальныx политическиx партияx, причем и среди иx руководства. Но заигрались и проиграли.

0

934

Majorvks написал(а):

специально устроивших провокацию на Крещение (6 числа),

Ну, провокации тут могло и не быть, такие ЧП случались и раньше. Вот, например, что вспоминал академик и флота генерал-лейтенант Крылов:

После смотра практической эскадры царь Александр III в сопровождении адмиралов и свиты прибыл на «Варяг» и велел сперва поставить паруса, затем закрепить паруса и пробить боевую тревогу; едва команда поспела разбежаться по орудиям и зарядить орудия, как полагалось, снарядом и болванкой, как царь поблагодарил, сел на катер и отвалил от борта. Надо было произвести салют в 31 выстрел с промежутками по 10 секунд между выстрелами. Артиллерийский офицер Опаровский командует левому борту: «первая» — осечка; тотчас же: «вторая» — и по рейду понеслась граната, рикошетируя по воде.
Перед командой — «третья», уже для правого борта, один из воспитанников заметил, что комендор вынул болванку, заменил ее зарядом, но, торопясь, забыл вынуть снаряд, и опять был бы произведен не холостой, а боевой выстрел; он едва поспел остановить комендора, разрядить орудие и вновь зарядить холостым. Этот снаряд полетел бы над царским катером в сторону царской яхты. Скандал был слишком велик, чтобы его скрыть; было наряжено следствие. Опаровский посажен на неделю под арест в каюту с «приставлением часового». Брылкин не был произведен в контр-адмиралы, на что имел право, а в генерал-майоры с назначением комендантом Кронштадтской крепости.

Majorvks написал(а):

Не оправдывает, а пытается докопаться до истины.

Ну так он утверждает:

Majorvks написал(а):

Они стреляли в ответ на выстрелы провокаторов.

Majorvks написал(а):

Солдаты открыли огонь после выстрелов в них.

Если он пытается докопаться до истины, то немного сомнения не помешало бы, как мне кажется.
Про Нарвскую заставу я уже писал. Сначала манифестацию, которая шла в сопровождении полиции,  атаковали конно-гренадеры, потом по атакующим со стороны манифестантов было произведено несколько выстрелов, от которых никто не пострадал, и только потом открыла огонь пехота, убив и ранив более сорока человек. Это было около полудня.

Majorvks написал(а):

Кстати, колонн манифестантов было несколько.

Совершенно верно. Цитирую тот же документ военного ведомства:

Около 9 ½ часов утра вблизи Московской заставы стала, было, собираться толпа рабочих, но была рассеяна драгунами, не прибегая к действию оружия.

Около 10 часов утра большая толпа рабочих, собравшись на 4-й и 6-й линиях Васильевского острова, между Средним и Малым проспектами, стала приближаться к Неве. Для преграждения ей возможности проникнуть за Неву 2 роты пехоты загородили толпе выходы из означенных линий на набережную, а навстречу были высланы части л.-гв. Уланского ее величества и л.-гв. Казачьего его величества полков, которые, произведя несколько атак, оттеснили народ к Большому проспекту.

То есть мирную манифестацию, о запрещении которой не было объявлено ни единого слова, атакуют драгуны, казаки и уланы.

Около 1 часа дня толпа на 4-й линии, значительно увеличившись в числе, стала устраивать проволочные заграждения, строить баррикады и выкидывать красные флаги. Против этой толпы по требованию и. д. полицеймейстера подполковника Галле были выдвинуты две роты л.-гв. Финляндского полка и 89-го пехотного Беломорского полка; 1 рота л.-гв. Финляндского полка, после безуспешных предупреждений и троекратного сигнала, дала один залп, после чего роты двинулись вперед, по направлению к Малому проспекту, разбирая проволочные заграждения и баррикады и рассеивая толпу, оставившую на баррикаде двух убитых.
Во время движения рот из дома № 35 по 1-й линии, а также из строящегося дома напротив него, бросались кирпичи, камни и были произведены выстрелы.

То есть после того, как происходит расстрел у Нарвской заставы, все потихоньку идет вразнос - появляются баррикады, войска вновь применяют оружие, но и тут, насколько можно судить, сначала стреляют войска, потом стреляют по войскам.

Между 12 и 2 часами дня значительные массы народа стали собираться вокруг Дворцовой площади по прилегающим улицам набережной и у Александровского сада, но до 2 часов дня толпы эти удавалось рассеивать действиями конницы и пехоты, не прибегая к оружию.
Около 2 часов дня толпы стали значительно увеличиваться, собираясь преимущественно у Певческого моста и у Александровского сада, причем у последнего масса народа держала себя особенно вызывающе, не уступая никаким увещаниям и требованиям разойтись и отвечая бранью и насмешками на угрозы действовать оружием.
Толпа напирала и теснила войска все настойчивее и смелее, и из нее выделялись отдельные лица, обращавшиеся к солдатам с дерзкими заявлениями и угрозами.
Тогда, истощив все средства к обузданию бесчинствующей массы, эскадрон кавалерии на Певческом мосту был принужден произвести две атаки с обнаженным оружием, нанося удары шашками плашмя, после чего толпа рассеялась и более не собиралась. У Александровского же сада толпа укрывалась у решетки сада и позади ее, вследствие чего даже и атаки кавалерии с обнаженным оружием не оказали никакого действия. Тогда, после многократных увещаний и сигналов «стрелять», одна рота л.-гв. Преображенского полка принуждена была дать два залпа. После второго залпа толпа очистила прилегающую часть площади и сад, оставив на месте около 30 человек убитых и раненых, а затем была окончательно рассеяна атакой высланных вперед казаков.

После стрельбы у Нарвской заставы, после стрельбы на Васильевском острове, разогретый народ ломанулся в центр города и нарвался на полковника Римана.
К трем часам в городе начали бить офицеров и юнкеров.

Улицу Гоголя, Морскую и Исаакиевскую площадь удалось очистить от толпы, не прибегая к действию оружием, а сильные кавалерийские части, непрерывно после того объезжавшие эти улицы, не позволяли толпе снова сплотиться в каком-либо месте в угрожающую массу. Но на Невском проспекте у Полицейского моста буйствующая толпа совершенно преградила дорогу высланной в этом направлении роте л.-гв. Семеновского полка и заставила последнюю, после многократных предупреждений и сигналов, открыть огонь. Тремя взводами этой роты было произведено шесть залпов (по два залпа каждым из взводов отдельно) в направлении Невского проспекта и в обе стороны по р. Мойке, и только после шестого залпа толпа отхлынула и рассеялась, оставив на месте человек 15—20 убитыми и ранеными. Во время этих действий по одному из офицеров л.-гв. Семеновского полка из окна ресторана «Альберт» (по свидетельству солдат) было произведено два выстрела из револьвера без нанесения вреда.

Опять таки - сначала стреляют войска, в ответ стреляют по войскам (правда, безрезультатно).

Majorvks написал(а):

Зато в воспоминаниях Гапона есть данные о том, что он был в курсе, что в толпе будут эсеры и они будут вооружены. Как то очень майдан напоминает. И петицию он сам подменил. Более того, он довел ее до сведения министра МВД, но тот не принял никаких мер.

В итоге получилось как в том анекдоте: "Отряд ОМОНа разогнал демонстрацию мазохистов. Обе стороны получили большое удовольствие". Стороны вполне удачно спровоцировали друг друга. В результате  МВД и армейский генералитет с удовлетворением констатировали: "Ух мы этим бунтовщикам показали", а эсеры радостно потирали руки, потому что убивая всех подряд без разбора, власти очень сильно, если не окончательно себя дискредитировали.

+1

935

Wil написал(а):

Дружище, на надо здесь цитировать Википедию, да еще и насчет "кровавой гебни". Не тот форум.

А академика Павлова можно процитиривать? Реального, а не того в которого вселился один из героев книги.

Вы напрасно верите в мировую пролетарскую революцию. Я не могу без улыбки смотреть на плакаты: «да здравствует мировая социалистическая революция, да здравствует мировой октябрь». Вы сеете по культурному миру не революцию, а с огромным успехом фашизм. До Вашей революции фашизма не было. Ведь только нашим политическим младенцам Временного Правительства было мало даже двух Ваших репетиций перед Вашим октябрьским торжеством. Все остальные правительства вовсе не желают видеть у себя то, что было и есть у нас и, конечно, во время догадываются применить для предупреждения этого то, чем пользовались и пользуетесь Вы – террор и насилие. Разве это не видно всякому зрячему! Сколько раз в Ваших газетах о других странах писалось: «час настал, час пробил», а дело постоянно кончалось лишь новым фашизмом то там, то сям. Да, под Вашим косвенным влиянием фашизм постепенно охватит весь культурный мир, исключая могучий англо-саксонский отдел (Англию наверное, американские Соединенные Штаты, вероятно), который воплотит-таки в жизнь ядро социализма: лозунг – труд как первую обязанность и ставное достоинство человека и как основу человеческих отношений, обезпечивающую соответствующее существование каждого – и достигнет этого с сохранением всех дорогих, стоивших больших жертв и большого времени, приобретений культурного человечества.
.....
Но надо помнить, что человеку, происшедшему из зверя, легко падать, но трудно подниматься. Тем, которые злобно приговаривают к смерти массы себе подобных и с удовлетворением приводят это в исполнение, как и тем, насильственно приучаемым учавствовать в этом, едва ли возможно остаться существами, чувствующими и думающими человечно. И с другой стороны. Тем, которые превращены в забитых животных, едва ли возможно сделаться существами с чувством собственного человеческого достоинства.
....
Академик Иван ПАВЛОВ. Ленинград 21 декабря 1934 г.


Насчет "кровавой гебни" это ваши слова, не мои. По мне, так чекисты и не только они, а в первую очередь многие партийцы, и все прочие действовали именно так, как требовали сверxу.

0

936

Kra написал(а):

То есть список скорее всего неполный, потому что умершему в эмиграции Никольскому приписывать царскому режиму несуществующие жертвы вроде бы незачем.


То есть имеем бывшего офицера невысоких чинов, осевшего в эмиграции и оттуда пишущего ох, удивительные истории (не имеющие никакого документального подтверждения) о том, "как всё на самом деле было" и своём дартаньянстве.
Что-то и кого-то это мне напоминает...

+2

937

Wild Cat написал(а):

То есть имеем бывшего офицера невысоких чинов, осевшего в эмиграции и оттуда пишущего ох, удивительные истории (не имеющие никакого документального подтверждения) о том, "как всё на самом деле было" и своём дартаньянстве.

А в чем дартаньянство? В телефонном звонке? То, что войска и полиция не оказывали помощи раненым, подтвердил сам Риман в своем рапорте. То, что под огонь попали женщины с детьми - утверждала комиссия присяжных поверенных. С действиями Римана сложнее. Никольский писал свои мемуары через двадцать семь лет после событий. Но непосредственно после них комиссия присяжных поверенных нашла свидетеля - прачку, раненую на набережной Мойки.

Я шла 9 января около 3½ час. дня по делу, по Мойке на Малую Морскую, насчет работы. От Певческого моста я не пошла под арку на Б. Морскую, потому что туда шла публика. Поэтому я пошла по набережной Мойки к Невскому пр.; но когда я подошла к воротам первого от Невского дома, раздался с Полицейского моста рожок и народ побежал от Невского по набережной Мойки, но ворота этого дома были заперты. В тот же момент, после рожка, с Полицейского моста выстрелили; народ побежал, и я побежала к открытым воротам 2-го от Невского дома, но я почувствовала, что меня ранило. Пуля попала мне в лопатку и вышла через грудь навылет. Кровь пошла у меня горлом и через эти раны. Меня внесли в этот 2-й дом; привели медицинского студента, одетого в форму, который перевязал мне раны. Какая-то барышня давала мне глотать лед, потому что из горла шло много крови, и эта барышня с каким-то мужчиной отвезли меня оттуда в Мариинскую больницу.

То есть, с одной стороны, предупреждение было, с другой - прачка подтвердила, что войска стреляли в спину бегущим. При этом, по рапорту Римана, залпов было шесть, а прачка была только при одном. При других предупреждения могло и не быть.
При этом из доклада комиссии однозначно следует, что стрельба у Дворцовой площади началась после того, как толпа стащила с лошади офицера, и последовавших затем неоднократных предупреждений:

Близ Дворцовой площади и у Александровского сада к двум часам дня 9 января из различных частей города собралась значительная толпа народа: рабочих разных фабрик, любопытных, в том числе и женщин с малыми детьми на руках, и прохожих, которые, случайно попав в толпу, не могли из нее выбраться. Все они свободно шли к этому месту, не будучи останавливаемы и предупреждаемы, что на Дворцовую площадь и к Александровскому саду нельзя проходить. На Дворцовой и Адмиралтейской площадях были войска: конные — кавалергарды и казаки, и пешие (Московского полка или Преображенского).
Большинство удостоверяет, что толпа совершенно мирно стояла и никаких насильственных действий против войск не совершала. Но слесарь Михайлов, раненный у Зимнего дворца, показал, что рабочие стащили одного офицера с лошади и столпились вокруг него.
По удостоверению всех, на месте не было высших чинов полиции или других гражданских властей. Некоторые из пострадавших указывают на присутствие городовых и околоточных надзирателей, которые не принимали мер к рассеянию толпы и вообще никаких распоряжений не делали.
Действие оружием со стороны войск последовало между 2 и 3 час. дня (показания относительно времени стрельбы не точны и колеблются в этих пределах). Стреляли на Дворцовой площади в направлении к Дворцовому мосту и мимо Александровского сада вдоль Адмиралтейской площади. Относительно стрельбы в направлении к Дворцовому мосту упомянутый слесарь Михайлов говорит, что после того, как офицера стащили с лошади, генерал или полковник стал кричать три раза: «Если не разойдетесь, будем стрелять»; дал знак горнисту, и когда он проиграл, сделали два залпа. Другой очевидец, Спиридонов, говорит, что немолодой военный махал рукой, разгоняя народ, а затем последовали залпы. Этот же свидетель слышал команду стать на прицел, но ему сказали, что сначала будет холостой залп, которого, однако, не было. Рабочий Мохов говорит, что предупреждения о стрельбе были. Относительно стрельбы вдоль Адмиралтейской площади из показаний можно вывести заключение, что сначала конные отряды старались оттеснить толпу, но она, уступая натиску, при возвращении войск вновь, в свою очередь, возвращалась (показание Королева и др.). Офицеры и солдаты предупреждали о том, что будут стрелять; но толпа этому мало верила. По показанию Петунова, офицеру Московского полка, крикнувшему: «Расходитесь, будут стрелять», из толпы ответили: «Мы подождем депутатов — товарищей, чтобы подать прошение государю»; офицер говорил, что государя нет в Петербурге, — народ отвечал, что государь здесь, потому что флаг на дворце, и все продолжали стоять. Раздался через 3—4 минуты рожок и сейчас же 6 залпов. Командовал стрелявшими солдатами офицер Московского полка, кажется, Я...[2] Свидетель Комаров приблизительно так же описывает переговоры толпы с войском, но указывает, что после рожка через 10—20 минут дали холостой залп, после которого толпа побежала назад. Ив. Королев показывает, что около половины второго часа дня конный отряд пронесся от Дворцовой площади по Адмиралтейскому, повернул обратно и спешился на площади вблизи Александровского сада; толпа на улице разбежалась, а на панели осталась; после этого заиграл горнист на рожке; первый ряд кавалеристов стал на колени; сейчас же последовал залп, которым Королев был ранен. Раненым оказывали помощь и увозили их в больницы лица из публики. Полиция и войска помощи раненым не оказывали. В больнице, преимущественно Мариинской, опрошено 56 лиц из числа раненых на Дворцовой площади, в Александровском саду и близ него. Ранены были люди, не находившиеся в толпе: несколько детей, катавшихся на катке в Александровском саду, несколько лиц, стоявших за решеткой сада и сидевших на ней; один, бывший у фонтана, и даже один рабочий, который шел по Благовещенской площади у Ксениевского института. На рабочего Бердянева, бывшего на Дворцовой площади, все виденное им произвело такое впечатление, что вызвало буйное помешательство, вследствие которого он помещен в больницу Николая Чудотворца.

Так что не так уж "мирно" стояла толпа перед Зимним дворцом, как об этом пелось потом в песне.
Резюме. Применение оружия на Дворцовой площади было, скорее всего, правомерным. А вот с Нарвской заставой, как с первопричиной событий, надо разбираться. Кто дал приказ эскадрону атаковать демонстрацию, которая шла в сопровождении полиции?

+2

938

Весь разговор не нравится. Начиная с упоминания гипноза - более чем сомнительная штучка с непредсказуемым результатом и последствиями.
И кончая разговором Гурова с позиции "царь белый и пушистый, а вы на жаловании у японцев". Верный способ озлобить обоих большевиков против себя, своей группы и регента. Кого получить желаем? Врагов или союзников? Ощущение, что врагов!

+2

939

Согласен, слишком всё белым и пушистым получается. Поэтому - вот:

***

  Следующий день и следующая встреча. На этот раз – с двумя ратниками 2-го разряда и особого назначения. Недавно привезенными оттуда, где туруханские волки себе хвосты морозят. Великий князь Михаил собрался побеседовать со Сталиным и Свердловым на предмет их всех дальнейшей совместной деятельности, буде таковая случится. Вот потому мы и едем в Петровский парк подышать свежим воздухом и полюбоваться декабрьскими пейзажами. Институтское авто высаживает нас на повороте ко второй бывшей Кугушевской даче и уезжает за Регентом. А мы дружной компанией шествуем по недавно расчищенной дороге к дому. У нас в запасе целый час времени, поэтому идем не торопясь, представляясь стороннему наблюдателю прогуливающимися приятелями. Хотя посторонних тут как раз и нет, все свои, правда, чужому глазу совсем незаметные… 
- А ви нэ боитэсь, Дэнис Анатольэвыч, что ми сейчас сбэжым? – Сталин, судя по добродушной улыбке, решает пошутить, пользуясь моим обманчиво-расслабленным видом. – Кынэмса в разные стороны и будэт как в пословицэ про двух зайцев.
  Свердлов, еще до конца не пришедший в себя от сотрясения и полиграфа, лишь недоуменно смотрит на Иосифа Виссарионовича. Ага, попробовал на себе товарищ Андрей детектор лжи. Как и товарищ Коба. Оба – совершенно добровольно, из интереса, заинтригованные технической новинкой. Вопросы задавались несложные. Конечно, можно было вытрясти всё, вплоть до партийных явок и адресов товарищей по борьбе с кровавым режимом, находящихся на нелегальном положении, но большая часть сведений, известных туруханским сидельцам, давно устарела, и уж точно не стоило ради нее выламывать руки потенциальным союзникам. Пока не стоило.
А вот с гипнозом вышел облом. Свердлов отказался категорически. Сталин заинтересовался, но то ли он устойчив к внушению, то ли, по предположению Мартьяныча, сам им немного владеет…
Но вопросик подбросил почти вовремя…
- Нет, Иосиф Виссарионович, не боюсь. Потому что больше сотни шагов не пробежали бы.
- Пачэму жэ?
- Подождите, через полминуты отвечу.
  Еще десятка два шагов и я прошу их остановиться, а сам подхожу к засыпанной снегом куче опавших листьев у обочины и останавливаюсь. Ковер из листвы приподнимается и оттуда выглядывает один из моих «призраков».
- Всё в порядке, Командир.
- Добро, бди дальше.
   Оборачиваюсь и жалею, что нет в руках фотоаппарата. Такие кругло-изумленные глаза нечасто встречаются в нашей жизни. Машу рукой, чтобы продолжали движение и, когда эта парочка подходит совсем близко, невинным тоном задаю вопрос:
- Теперь, надеюсь, понятно почему?..
   Дальше идем, как на экскурсии, господа революционеры так и рыскают глазами по сторонам, стараясь угадать, где же еще спрятались диверсы. О том, что не стал бы ни за кем гоняться, а просто всадил бы по пуле каждому в колено и курил бы, дожидаясь какого-нибудь проходящего мимо доктора, решаю промолчать…
   Дорога упирается в ворота, висящие на широких каменных пилонах, внутри каждого из которых сделана калитка, одна из которых открывается, пропуская нас во двор.  «Привратники» остаются в компании с недавно полученным льюисом контролировать тишину и спокойствие, а мы заходим в дом, минуя вторую линию охраны и добираемся до нужной нам комнаты, где один из бойцов уже возится возле горячего самовара.
- Всё, Лёша, спасибо, дальше я сам. – Отпускаю «дневального», его место сейчас возле одного из окон, а не с чашками в руках. Конкретно этот дом, предназначенный для конфиденциальных встреч, решено было оставить почти так, как есть, внеся лишь минимальные изменения по понятиям безопасности. Хотя и здесь можно при желании наломать немало дров. Оштукатуренные бревенчатые стены из выдержанного дуба, этого же материала двери и оконные рамы, тяжелые портьеры на окнах, препятствующие разлету стекла… Забор в виде штакетника почти в человеческий рост и почти везде ровный газон, позволяющий простреливать любой квадратный сантиметр с двух, а то и трех направлений, а где растительность повыше – спрятанные на совесть растяжки, которые потом уберутся до нового мероприятия. И, самое главное, - два штурмовых отделения, очень незаметно расположившихся в подвале и на соседней даче. Несколько секунд, и достаточно неприятный сюрприз в тридцать «драконов» ударит по неприятелю, сдуревшему настолько, чтобы помешать милой болтовне Регента с заинтересовавшими его людьми. А вот за ту, «ближнюю» дачу скоро возьмутся всерьез. Двери поставят новые, со стальными пластинами внутри филенок, привезут аж из Питера. В целях, типа, конспирации. Вроде, как даже стекла поменяют на какой-то флинт-гласс, по слухам держащий пулю из пистолета. Все деревянные конструкции пропитают химией против возгорания, да еще и огнетушителей понавтыкают где только можно. Но самое главное – в подвале будет устроена своеобразная «бронекапсула», блиндированная комната со всем необходимым для осады – оружейкой с достаточным запасом стволов и патронов, миникаптеркой с консервами, емкостью с водой, ватер-клозетом, скрытой в стенах шахтой вентиляции и даже несколькими изолирующими противогазами имени господина Дрегера. Иван Петрович предложил для воды даже обеззараживающий состав на основе серебра, чтобы никто не маялся диареей. Ну, и само собой разумеющееся – пулеметные гнезда на крыше и управляемое минное поле параллельно  штакетнику. А также телефоны с бронированными кабелями к соседней даче и моему «дворцу», который сейчас не занят. Из экзотики – предложенное тем же Павловым заземление дверных ручек и замков. Типа, на всякий случай, а вдруг какой-никакой гениальный энтузиаст-электрик  найдется…

Отредактировано Majorvks (24-03-2018 20:29:13)

+14

940

***

- Чайку не желаете, господа ратники?.. – Интересуюсь, наливая заварку в чашку. – Нет, нет, я не издеваюсь. Просто напоминаю, что волею судеб вы на данный момент - военнослужащие, а потому приветствие старшего по чину в соответствии с уставом обязательно к исполнению. Даже если он по вашему мнению и не заслуживает теплых чувств… Хотя, это же вы сами на Царя ярлыков понавешали. И кровавый он, и царь-тряпка, и жена у него – шпиёнка германская…
- Вы хотите сказать, что?.. – Свердлов аж не договаривает фразу от догадки с кем предстоит общаться.
- Нет, не Император. Его брат Великий князь Михаил Александрович, Регент Империи, хочет поближе на вас посмотреть.
- Дэнис Анатольэвыч, а развэ нэ самы офицэры прозвалы Цара царскосэлским суслыком? – Хитро прищурившись, интересуется Сталин, возвращаясь к теме разговора.
- Прозвали, согласен. И правильно прозвали, со своей точки зрения… Только вот были это гвардейские ухари-пустобрехи, доблесть видящие только в пьянках, бабах, да картах. Служба для них – иметь собственные выезды, по паркету вальсы шаркать, да в театрах билетики покупать не дальше пятого ряда. Самомнения много, а боевая ценность – нулевая. Привыкли воевать всё больше на парадах, в ресторациях и дамских будуарах…
- А разве они неправы? – Теперь уже голос подает успокоившийся Свердлов. Интересно, как в таком маленьком человечке может помещаться такой сочный бас? Иерихонская труба, блин, да и только…
- Отчасти – да. И я не собираюсь, скажу по секрету, Яков Михайлович, его идеализировать. Да, любимые занятия – колоть дрова и стрелять ворон в парке… Но на мой взгляд, проблема в том, что императору хотелось в каждом вопросе найти наиболее взвешенное решение, которое будет удовлетворять всех. А быть хорошим для каждого невозможно. Тем более, - недопустимо затягивать решение вопросов и пускать всё на самотёк. А также назначать людей на должности не по их профессиональным умениям, а по степени преданности. А говорить адмиралу Рожественскому перед отправкой эскадры но Тихий океан, что ждет от него не победы, а услуги, так вообще преступно… Но!.. Проблема любой власти – в обратной связи и передаче информации. Фразу «Короля играет свита» понимаете? Так вот, эта свита, решившая, что настало время вседозволенности и безнаказанности, по моему скромному мнению и является корнем зла.
- А чито Вы  скажэтэ про дэвятое январа? – Иосиф Виссарионович по прежнему улыбается, но глаза уже сверкают. – Опят Цар ны пры чём?
- При чем. Но в чем, по моему мнению, его вина, я скажу позднее… Императора в тот день в столице не было, и приспущенный над дворцом штандарт ясно об этом говорил. Так что приказ о расстреле он отдать не мог. А не было потому, что за три дня до этого, как бы это сказать… «некие темные силы» устроили вполне театральное покушение, пальнув из Петропавловской пушки картечью вместо холостого. – Тут даже широчайший кругозор Александрова-Келлера не нужен, как-то на смене чуть ли не наизусть выучил полученную из рук зама по воспитанию отксерокопированную статью то ли из Военно-Исторического Журнала, то ли еще какого-то издания, при всем желании с желтой прессой не имеющих ничего общего. – На Крещение Царь вышел на лед поприсутствовать при освящении воды, а одна из салютующих пушек бахнула холостым, только вот  картуз с порохом кто-то напичкал картечью старого образца. Большая часть выстрела попала по самому дворцу, но парочка пуль прошла почти рядом с Императором. Вот ближайшее окружение и отправило Государя в безопасное Царское село.
- Ви, Дэнис Анатольэвыч, нас за дураков дэржытэ? – Сталин с явным сарказмом смотрит на меня. – А пазваныть и прыказать ваш цар не мог?
- Нет, не мог. Потому, что не знал, что происходит… Регент приказал провести негласное расследование событий девятого января… - Придется приоткрыть страшную тайну, тем более, что расследование действительно проводилось «коллегами» из Священной дружины. – Ни министр юстиции Муравьев, ни градоначальник Фуллон, ни командующий войсками Петербургского гарнизона Великий князь Владимир не докладывали Императору о готовящемся шествии. Равно и о том, как потом на самом деле развивались события.
- А кто проводил расследование? Полиция? – Свердлов тоже старается не отстать в обилии сарказма.
- Скажем так, люди, ныне служащие на различных должностях и лично преданные Великому князю Михаилу Александровичу… Так вот, Государя под предлогом повторного покушения отправляют из столицы, а дальше начинается мышиная возня, в которой участвует несколько «свор», преследующих каждая свои цели. Это и придворно-аристократическая камарилья, понявшая, что Царем можно крутить, как хочешь, и представители высших эшелонов власти, давно уже получающие жалование от тех же самых французов с англичанами, или международных банкирских домов, и куча дураков в Охранном отделении, включая полковника Зубатова и генерала Трепова, знавшая о связях Гапона с эсерами и ничего не делавшая, ну и сама партия социалистов-революционеров, решившая использовать манифестацию в своих политических целях…
- Опят получаэтса, чито цар у вас хороший, а осталные – мэрзавцы. И аткуда ви знаетэ, чито всё било именно так? – Сталин скептически воспринимает полученную информацию.
  Твою ж маман! Не могу же я сказать, что из опубликованных царских дневников и белоэмигрантских мемуаров! Надо как-то выкручиваться… Блин, мое дело – глотки немцам резать, а не уговаривать неуговариваемых!..
- Нет, говорю откровенно, вина Императора в этих событиях есть. Он не должен был уезжать в Царское Село, он должен был выйти к народу, даже несмотря на вероятность покушения, он должен был после всего случившегося назначить тщательное расследование и наказать виновных невзирая на чины и происхождение! И не обойтись всего лишь пятью повешенными и сто тридцатью отправленными на каторгу и разжалованными в солдаты, как его предок Николай I! А довести цифру человек до трехсот!..
   А насчет того, откуда я всё знаю - пока что это тайна следствия. Попозже, возможно, я смогу ответить более подробно… Но тем не менее, логика в событиях прослеживается четкая. Царь изолирован, запретов на шествие нет, улицы не перекрыты, даже воззвания с фонарей не посрывали. Войска подняты по тревоге, но четких указаний никому не дано. Поэтому в нескольких местах огонь открывается без необходимости и без предупреждения. Вывод – кому-то необходимо было спровоцировать беспорядки… Кстати, а что послужило отправной точкой к демонстрациям, не подскажете?..
- Незаконное увольнение рабочих с Путиловского завода, из-за чего началась забастовка. – Торжественно улыбается Свердлов.
- Хочу вас огорчить, Яков Михайлович. Уволен был только один человек, и по веским основаниям. Пить надо меньше, тогда и прогулов не будет. Еще двое были на грани увольнения, но их пожалели. И, да, кстати, рабочие-путиловцы решили выдвигать чисто экономические требования. Как то – восьмичасовой рабочий день, увеличение зарплаты, оплата сверхурочных, и так далее. И все, вышедшие на шествие, считали, что именно это в петиции и написано. Про гражданские свободы, освобождение политзаключенных, равенство всех перед законом и прочие революционные лозунги они и слыхом не слыхивали.
  А кто поменял текст?.. Правильно, тот самый негласный сотрудник Охранки поп Гапон и господин Рутенберг, инженер с Путиловского, член партии эсеров.
Дальше, может быть, объясните, почему для шествия надо было грабить церкви? Чтобы хоругвями прикрыться, типа, мы – мирные? Даже когда эсеровские боевики начали стрелять в солдат, прикрываясь спинами рабочих?..
- И всё равно, это царские кровавые палачи стреляли в безоружных рабочих!
- Яков Михайлович, Вы не на митинге, не кричите. Да стреляли! Только не «кровавые палачи», а солдаты! То есть, те же самые рабочие и крестьяне, но призванные на службу и одетые в шинели. Сколько людей пострадало, знаете? Около ста пятидесяти убитых и до шестисот раненых. Это учитывая и тех, кто не обращался в больницы. Зато свободная западная пресса тут же подняла вой о тысячах расстрелянных, раненых, затоптанных конями… Обратите внимание – западная, - выделяю слово голосом, - пресса! А теперь самый интересный вопрос – а на чьи денежки всё это делалось? Да и партийные кассы в это же время неплохо пополнились?.. Не знаете?.. Странно. Ладно, сам отвечу. Полковник японского генштаба Акаси встречался и с Плехановым, и с Лениным, и с Деканозовым, и с Лорис-Меликовым. Такие названия, как «Сакартвело» и «Дашнакцутюн» знакомы, Иосиф Виссарионович? По глазам вижу, что знакомы… Есть донесения агентов русской разведки: восемь тысяч винтовок – финским националистам, пять тысяч – Вашим землякам, господин Джугашвили, девять тысяч – другим социалистическим партиям… Всё куплено на японские деньги… А Империя в тот момент была с ними в состоянии войны. А откуда деньги у не самой богатой Японии, - на самом деле бедной, до двадцать первого века еще ох как далеко, - додумайтесь сами! Кстати, первый номер вашей газеты «Вперед» кто финансировал?.. Ну что же вы стесняетесь, друзья мои?.. Или думаете, что японские и британские империалисты прониклись вашими идеями и беспокоились о русских рабочих?
Честно скажу, если бы большевики, подобно эсерам, бросали безоружных людей под солдатские пули, мы бы даже не познакомились!
Но это пока! Вспомните Францию! Вы же считаете жирондистов, монтаньяров и прочую шушеру своими учителями. А сколько крови пролили они? Вам такое понятие, как «республиканская свадьба», знакомо?.. Нет?.. Это когда при усмирении Вандеи, предварительно сорвав одежду, связывали вместе мальчишку и старуху, беременную женщину и старика, а потом бросали в воду! Когда придумали специальную баржу, которую набивали битком людьми, выводили в устье Луары, топили, затем с помощью канатов вытаскивали и готовили к новой казни?! За восемнадцать месяцев было уничтожено от четырехсот тысяч до миллиона человек, около тысячи в день!.. А ведь первоначально тоже были нормальные люди!
Умолкаю на полуфразе, слыша знакомые шаги по коридору. Дверь открывается, поворачиваюсь, вытягиваюсь и командую:
- Встать! Смирно! Ваше Императорское Высочество…
   Великий князь Михаил останавливает меня жестом, сопровождающий его Келлер еле заметным кивком показывает за себя.
- Разрешите быть свободным?..
   Выхожу из комнаты и иду проверять посты. Пока Михаил Александрович здесь, готовность номер один для всех. И я не исключение…

Отредактировано Majorvks (25-03-2018 19:31:01)

+16


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Лауреаты Конкурса Соискателей » Бешеный прапорщик (тринадцатая тема)