Добро пожаловать на литературный форум "В вихре времен"!

Здесь вы можете обсудить фантастическую и историческую литературу.
Для начинающих писателей, желающих показать свое произведение критикам и рецензентам, открыт раздел "Конкурс соискателей".
Если Вы хотите стать автором, а не только читателем, обязательно ознакомьтесь с Правилами.
Это поможет вам лучше понять происходящее на форуме и позволит не попадать на первых порах в неловкие ситуации.

В ВИХРЕ ВРЕМЕН

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Заповедник Великих Писателей » Дана Гельдэ "И малое станет большим, и большое - малым".


Дана Гельдэ "И малое станет большим, и большое - малым".

Сообщений 1 страница 2 из 2

1

Отрывки из романа "И малое станет большим, и большое - малым":

В полете над степью.

Дядя работал ветеринаром, у него был красивый конь по кличке Чабдар, он был рыжий с черной гривой и таким же хвостом. Мне, двенадцатилетней девочке, захотелось на нем прокатнуться.
         С трех лет я ездила с папой в рейсы на его машине, мама не запрещала ему забирать с собой такую малышку. Отец купил мне для поездок синий пиджак, темно-синие клетчатые брюки и кепку, мой образ дополняла маленькая двустволка, все меня принимали за мальчика.  В конце 60-х и начале 70-х годов никто так не одевал девочек, тем более, в казахском селе. В этом, мой папа опередил время.
           Когда я стала доставать до педалей, отец уже сажал меня за руль своего ГАЗ-51, но я еще ни разу не каталась на лошади и попросила разрешения у дяди. Рахим-ага посадил меня в седло и держа в руке уздечку, повел Чабдара за пределы поселка. Попросив его отдать уздечку мне, и крепко зажав ее в своих руках, я пришпорила коня и он припустил по дороге. Конь словно ждал этого от меня, чтобы убежать подальше от стойла, от сельской работы. Он уносил меня на себе в степь, а растерянный дядя остался стоять на дороге в легкой куртке, кирзовых сапогах и лихо надетой набекрень кепке. Теплый степной ветер свистел в ушах, развевая мои жесткие иссиня-черные волосы и такую же гриву Чабдара. Словно написанный в технике сфумато рукой великого Леонардо, горизонт был размыт поднимавшимся от земли паром, и граница между ясным голубым небом и волнующейся серебристой степью растворялась в дымке и манила нас с Чабдаром к себе. Генетическая память, проснувшаяся в этот миг, позволила мне превратиться с конем в одно целое. Мы летели над степью, под самыми облаками, не касаясь земли, легко, словно, нас несли невидимые крылья..
            Родившаяся в год Огненной лошади, я всегда чувствовала свое родство с этими животными, теперь понимала почему. Это непередаваемое ощущение мне хотелось запечатлеть в своей памяти навсегда: стук копыт, созвучный моему сердцу, запах степных трав вперемежку с пылью и грива рыжего коня, сплетавшаяся на лету с моими волосами. Мы с Чабдаром были совершенно одни от края до края огромной степи. Насладившись свободой, гордые собой, мы вернулись к дяде Рахиму.
              Вовкино шапито.
Как-то  сосед наш Вовка купил старенький "горбатый москвич". Первыми его пассажирами стали мои дети, племянница Айнура и я. Мы мечтали о поездке в город, чтобы попасть на представление, приехавшего на гастроли московского цирка. В воскресенье мы планировали поехать в Оренбург на автобусе, и провести там весь день. Об этом узнала моя соседка, Вовкина мать, и пришла ко мне домой, чтобы предложить услуги своего сына. Я обрадовалась, это было гораздо удобнее, чем поднимать детей в пять утра к первому рейсу.
                 Как и договорились, зеленый "москвич", часам к десяти, подъехал к моему дому, и звонко просигналил. Наша команда уже была готова к путешествию и, радостно простучав каблучками по ступенькам крыльца, выпорхнули за калитку и остановились у ярко зеленого авто.
                На пассажирском сиденье восседала молодая дородная женщина, «красою лепа, бровьми союзна», от покупки машины вид ее был еще более важным, на щеках от гордости красовался румянец. Этой красоте и важности не хватало мехов и каменьев. Мой внимательный взгляд зацепился за прозаично стоявшую на ее коленях пластмассовую канистру с желтой жидкостью. "Странно, зачем она держит роялевскую канистру со срезанным верхом на коленках? Ведь бензин может расплескаться. Может быть, это запас? Неужели целой канистры не нашлось?" - проносилось в моей голове.
                За Вовкиным креслом, на пассажирском сиденье, сидел мужичок в майке и спортивных штанах. Он бул худенький, маленький, про таких обычно говорят, "метр с кепкой". Им был единственный во всей округе еврей, к тому же, отец-одиночка, воспитывающий двух девочек- близнецов. Всем своим видом и образом жизни он выполнял в этой жизни одну-единственную важную миссию - разрушал миф о богатстве и хитрости своего народа. Как-то странно он оказался в деревне, взялся ниоткуда и занял пустующую никому не нужную избушку, стал жить там со своими девочками. Никто не знал откуда они родом, почему им пришлось скитаться и где их мать. Иногда он подрабатывал, помогал прополоть огород, выкопать картошку, этим кормил себя и дочек, но иногда они его кормили, им помогали сердобольные соседи. Вот и сейчас, за десяток яиц он согласился помогать Вовке в дороге.
               Я со всеми своими детьми села сзади, рядом с Зинкевичем, и напряженно ждала, когда, наконец, заведется машина и мы отправимся в путь. Вовка сидел на своем месте и откуда-то снизу достал трубку, которую опустил в открытую канистру. Мне были видны его манипуляции и вызывали тревогу. Словно почувствовав мое волнение, Вовка беззаботно повернулся ко мне,  и широко улыбнулся, как бы, предупреждая мое выскакивание за борт вместе с детьми.
               В это время Зенкевич вышел из машины и занял стартовую позицию у открытой дверцы машины, держась за раму кузова. Когда все было готово, маленький тщедушный мужчина начал толкать машину. Оказывается, он выполнял роль стартера в машине! "Господи, откуда у него возьмутся силы, чтобы завести старый "москвич", в котором сидели три взрослых человека и три ребенка?" - думала я. Мне стало стыдно и страшно, отправляться дальше в такой машине, но побоялась обидеть соседа своим недоверием к его машине и осталась. После того как машина прочихалась, она затарахтела, завелась и загудела ровно. Зинкевич лихо, как заправский жокей, запрыгнул на заднее сиденье рядом со мной и так по-ухарски посмотрел на меня, будто говоря: "Вот я какой!" Я отвернулась, чтобы  не рассмеяться. Стартер поехал с нами! Я - дочь шофера ездила в машине с трех лет, но такой поездки у меня никогда не было!
                     Проехав тридцать километров, машина, жалобно чихнув,  заглохла, потому что канистра на коленях женщины оказалось пустой.  "Так, мужчина-стартер есть, женщина-бензобак тоже! Какую же роль исполняем в этой комедии мы?" - спрашивала сама у себя  я. Ответ не заставил дожидаться. Мой сосед повернулся и, сладко улыбаясь, попросил меня и мою дочь выйти на дорогу и просить бензин у проезжавших машин. Вовка не был дураком, скорее даже был психологом. Он рассчитал, что племянница была пухленькой девочкой, и не подходила на роль, а тоненькая, как тростиночка, дочь, вполне, могла вызывать жалость у проезжавших водителей. Он не учел одного, что не всем хотелось останавливаться, может выражение лица не было просящим, поэтому с нами нескоро поделились бензином. С горем пополам мы приехали в цирк к последнему сеансу, представление артистов блекло в сравнении с Вовкиным "шапито". Этот вечер и последующие Айнура, Лаура и Тимур говорили только про саму поездку, оставившую в их памяти неизгладимое впечатление, а вот само представление никто не запомнил.

0

2

А зачем темы-дублёры плодить? Попросите администрацию, что-бы лишнее почистили.

0


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Заповедник Великих Писателей » Дана Гельдэ "И малое станет большим, и большое - малым".