Добро пожаловать на литературный форум "В вихре времен"!

Здесь вы можете обсудить фантастическую и историческую литературу.
Для начинающих писателей, желающих показать свое произведение критикам и рецензентам, открыт раздел "Конкурс соискателей".
Если Вы хотите стать автором, а не только читателем, обязательно ознакомьтесь с Правилами.
Это поможет вам лучше понять происходящее на форуме и позволит не попадать на первых порах в неловкие ситуации.

В ВИХРЕ ВРЕМЕН

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Конкурс соискателей » Повелитель моря


Повелитель моря

Сообщений 91 страница 100 из 1000

91

Agnes написал(а):

Кстати, посмотрите карту побережья бывших испанских кооний и Пиренейского полуострова и обратите внимание как мало населённых пунктов на побережье Средиземного моря. Как Вы думаете, почему?..


Арабские пираты и работорговцы. Ни одно мелкое поселение на побережье не выживало, за очень-очень редким исключением.

+1

92

John Harder написал(а):

Арабские пираты и работорговцы. Ни одно мелкое поселение на побережье не выживало, за очень-очень редким исключением.

Вот именно - пираты! В Средиземноморье - прежде всего арабы, а в  испанских колониях прежде всего англичане. Пираты - это зло, да, лицензии раздавали все, но только англичане этому дали "корону" и стали их героизировать.

0

93

Agnes написал(а):

Вот именно - пираты! В Средиземноморье - прежде всего арабы, а в  испанских колониях прежде всего англичане. Пираты - это зло, да, лицензии раздавали все, но только англичане этому дали "корону" и стали их героизировать.


Жан-Франсуа Роберваль. Мишель де Граммон. Жан-Батист дю Касс. Рене Дюгэ-Трюэн. Робер Сюркуф. Жан и Пьер Лафиты. Этих личностей французы очень ценят, и их деятельность успешно героизируют. Та же "корона", особенно в адрес Лафитов и Роберваля (хотя с последним, в основном, франкоканадцы стараются).

В общем, не такая уж это и редкость. Хотя и зло, кончено.

0

94

John Harder
Возможно, Вы не внимательно читали - я не писала, что ВСЕ пираты были англичане, а большинство. В Ваш список я могу добавить и голландцев и даже по одному еврею, испанцу и русскому. Да, некоторых успешных приватиров не только англане считали народными героями. В Испании даже памятник приватиру стоит (что, если честно, учитывая, какой вред наглосакские пираты и приватиры приносили испанцам, меня не удивляет). Но ещё раз повторяю - я не нашла не одного восхваления пиратства у других народов, кроме англанов.

0

95

26.
Легкий морской бриз, сопровождавший всадников в городе, остановился на границе тропических джунглей, обступивших вымощенную камнем дорогу. Влажный тяжёлый воздух, пропитанный запахами зелени и гнили вместе с тучами летающих кровососущих тварей облепили людей и лошадей. На неширокой дороге свободно могли двигаться рядом лишь две лошади, поэтому пятидесяти двух членный отряд сам по себе разделился на пары и длинной сине-чёрной змеёй растянувшись по дороге, споро продвигался вперёд. Лошади, которым мошкара досаждала не меньше, чем людям, сами перешли на рысь, надеясь как можно скорее покинуть этот пугающий своей густотой и доносящимися из него звуками лес. Во главе колонны ехали Анри и дон Себастьян, а за ними лейтенант Контрерас и доктор.
Анри, научившийся верховой езде у Фернандо, ловко управлял лошадью ногами, придерживая поводья левой рукой у седла, а правой отгоняя норовящую влететь в глаза и нос мошкару. Погружённый в думы о том, что ждёт их на асьенде сеньора Эухения, а затем и на его земле, где рядом с каменным долом располагались бараки рабочих каменоломни и завода по резке камня, а также жилища охранников и дом управляющего, о судьбе их самих и семьи управляющего, Анри не сразу заметил вышедшего из тени леса на дорогу крепкого, коренастого индейца, держащего на руках безжизненно свисавшее тело юноши. Он резко остановил лошадь, поставив её на дыбы и оглянулся. Дон Себастьян, не перестававший внимательно следить за дорогой и, по мере возможности, за её околицей, остановился немного раньше и удивлённо смотрел на манёвры своего спутника. Подтянулись и остальные, постепенно заполняя пространство вокруг командиров и возникших, словно ниоткуда, индейцев. Услышав сзади звенящий звук вынимаемой из ножен боевой шпаги, Анри обратился к глядящему на дона Себастьяна индейцу на майя:
- Маашеч?
Индеец, одетый в грубые холщовые штаны, подпоясанные широким красным поясом с вытканными оранжево-жёлтыми узорами, украшенный бахромой из перьев и сандалии из хенекена, [84] привязанные к его щиколоткам тонкими кожаными ремнями, перевёл взгляд на говорившего и не спеша стал рассматривать Анри. Его изрезанное морщинами лицо и чёрные, как смола, длинные, заплетённые в косы и уложенные вокруг головы волосы с прожилками седины, говорили о многих десятках пережитых им сезонов дождей, а его цепкий пытливый взгляд выдавал в нём человека, умудрённого жизнью. Время от времени индеец переводил взгляд с Анри на дона Себастьяна, явно сравнивая видавший и лучшие часы колет Анри с расшитым золотом тёмно-синим кафтаном дона Себастьяна. Видимо, решив, что главный тот, что одет богаче, а тот, что заговорил с ним лишь переводит для своего господина, индеец снова упёр взгляд в дона Себастьяна и ответил на хорошем испанском:
- Я знаю твой язык, ты можешь говорить со мной без посредника, сеньор.
- Мой сеньор проявил уважение, обратившись к тебе на твоём языке, а ты оскорбляешь его, не ответив, - гневно проговорил дон Себастьян, нахмурившись.
Старик смутился и, виновато опустив голову, снова повернулся к Анри:
- Прости сеньор. Я не желал тебя обидеть, приняв за толкователя. Я не встречал сеньоров, знающих майя.
- Ты всё ещё не ответил мне кто ты, а я хочу знать и то, кого ты несёшь и куда держишь путь, - строго, но без тени обиды сказал Анри.
- Называй меня Хуан – это имя мне дали при крещении. Я жил в деревне Печтун-Ха, названной так потому что там раньше был город из камня. Но сейчас моей деревни больше нет. Как нет и её жителей. Этот мальчик – мой внук. Он умирает. Но он знает то, что может остановить новую войну между майя и твоим народом, сеньор. Потому я несу его туда, где такие как ты смогли бы его услышать. Но я опоздал.
Услышав эти слова, Анри повернулся назад, зная, что там должен быть Антонио, но тот уже успел соскочить с коня и пытался отвязать свой мешок. Как только это ему удалось, он протиснулся сквозь плотный ряд солдат и подошёл к индейцу:
- Я доктор, я могу помочь твоему внуку, если ты позволишь мне осмотреть его.
Старик осторожно уложил неподвижное тело на обочину дороги и отошёл на шаг назад. Анри тоже соскочил с лошади и подошёл к Антонио, склонившемуся над юношей. На его голом теле, прикрытом лишь красной вышитой маштлатль, [85] Анри не заметил ран, но бледное лицо, острые черты, впавшие глаза, синеватые губы и пальцы рук даже ему, человеку, далёкому от лекарских наук, но не раз видевшего смерть на поле боя, говорили о том, что мальчишка потерял много крови. Опытные руки хирурга быстро нашли под рёбрами юного индейца узкий, почти не заметный след, который могли оставить лишь дага или стилет…
В этот момент юноша открыл глаза, обвёл склонившихся над ним мужчин мутным, не видящим взглядом и с его растрескавшихся губ сорвалось едва слышное:
- Тжа.
Антонио непонимающе оглянулся на Анри, но тот услышал слова умирающего и, повернувшись к солдатам, бросил:
- Воду!
И сразу же несколько человек кинулись к нему с небольшими анкерками на двенадцать картийо. [86] Приняв бочонок от первого из подбежавших, Анри вытащил деревянную затычку и подал его доктору. Антонио, пока подоспевший дед поддерживал голову внука, осторожно, тонкой прерывистой струйкой, лил воду на губы юноши. Сделав несколько судорожных глотков, раненый вдруг резко дёрнулся, застонал и снова потерял сознание. Вернув бочонок солдату, Антонио приложил ухо к груди умирающего и замер. Спустя несколько минут он поднял голову и взглянул на старика, присевшего на корточки в изголовье внука и всё ещё поддерживающего на ладонях его голову:
- Мне очень жаль, но уже слишком поздно. Я не могу спасти его. Всё, что я могу для него сделать – это облегчить его страдания с помощью лекарства, убирающего боль и приносящего умиротворяющий сон.
- Нет, - твёрдо сказал индеец, - когда духи наших предков придут за ним, он не должен быть одурманен!
- Увы, похоже, это будет очень скоро, и он уже не успеет сказать мне то важное, что должен, - в спокойном голосе Анри проскользнуло сострадание. Он видел очень много смертей и убивал сам. Он привык к костлявой старухе, как и все находящиеся тут мужчины, но смерть молодых, ещё не познавших жизнь, не оставляла его безучастным.
Оглядевшись, Анри подошёл к Себастьяну и тихо приказал тому устроить привал. И тут же громкий и сильный голос капитан-лейтенанта приказал всем спешиться. Вытащив шпаги и сабли, солдаты стали прорубать наступающие на дорогу джунгли, чтобы сделать место для бивака.
Старый индеец молча, и, казалось, равнодушно, наблюдал за действиями испанцев. Перебравшись под молодое, но уже плотно овитое лианой, дерево, он сидел, облокотившись о его ствол и положив голову внука на свои вытянутые ноги. Анри отвязал от седла собранный для него слугой Фернандо мешок с провиантом, окрикнув доктора и дона Себастьяна, он махнул им рукой, приблизился к индейцам. и, бросив под себя плащ, сел рядом. Когда подошли Антонио и Себастьян, Анри уже вытащил из мешка хлеб, сыр и кусок колбасы. Подошедший первым капитан-лейтенант тоже уселся на свой плащ рядом с другом и поставил на землю принесённый анкерок с водой. Доктору досталось место напротив Анри и Себастьяна.
Нарезав дагой хлеб, сыр и колбасу, Анри равными долями разделил их на всех, не забыв и старого индейца, но, вовремя вспомнив рассказы монаха-францисканца о нелёгких путях становления доверия между двумя народами, снял сыр [87] и поделил его между Антонио и Себастьяном, предложив индейцу лишь хлеб и колбасу. Удивлённый такой невиданной щедростью, старик не сразу взял из рук испанского сеньора предложенную еду. Но по тому, как дрогнули его руки, принимающие угощение, Анри подумал, что старик не ел уже давно.
Ели молча, но неторопливо, время от времени запивая щедрость Фернандо его же бутылкой вина, пуская её по кругу, но минуя индейца. Солнце ещё не добралось до зенита, но уже знатно припекало, немного уменьшив количество продолжающих наседать несносных насекомых.
Закончив трапезу, по кругу пустили и анкерок с водой. В этот раз не забыли и старика. Оглядевшись, Анри видел, как еда и жара разморили людей и они, утомлённые часовой тряской в седле и замученные проклятой мошкарой, буквально устлали своими телами очищенный от леса участок, стараясь использовать каждую минуту отдыха, выпавшего им таким неожиданным образом.

Пояснения.

[84] Хенекен - вид травянистых растений из рода Агава, До сегодняшнего дня культивируется, в основном, в Восточной Мексике и на Кубе ради грубого белого волокна, получаемого из листьев.
[85] Маштлатль - набедренная повязка, представлявшая собой длинную тканую ленту, проходящую между ног, опоясывавшую живот и закрывавшую половые органы, при этом два длинных конца, украшенных перьями, свисали спереди и сзади.
[86] 12 картильо – 6 литров.
[87! Имеется ввиду реальное событии, случившееся в XVI веке. После сильного урагана, последствия которого устраняли вместе испанцы и майя, испанцы устроили угощение индейцам, где, кроме иного, были молочные продукты и, прежде всего, гордость колонистов – сыры местного производства. На следующий день индейцы переживали сильное отравление, для многих из них окончившееся смертью. Индейцы обвинили испанских колонистов в подлой попытке избавиться от них раз и навсегда. Дело уладили монахи, съев на глазах индейцев не малое количество того сыра, что был среди даров на пиршественном столе и таким образом доказали индейцам что их отравление было непреднамеренным. Вот так выяснилось, что привычный для европейцев продукт не воспринимается организмом индейцев, после чего был принят эдикт генерал-капитаном Юкатана запрещающий под любым видом предлагать индейцам этот продукт наряду с алкоголем. И лишь в XX веке наука выяснила, что 100% населения Мезоамерики не переносит лактозу.

Отредактировано Agnes (11-05-2018 10:15:09)

+2

96

26. (Продолжение).

- Так что же такого важного твой внук должен был сообщить мне? – повернулся Анри к майя.
- Он видел, кто убил всех людей в нашей деревне, - сказал старик и положил ладонь на голову мальчишке, когда тот вдруг снова резко дёрнулся и слабо застонал.
- Ты знаешь? – не выдержав долгой паузы, поторопил Анри индейца.
- Нет. Но я знаю, что это не были испанцы. Они были одеты, как испанцы, у них было испанское оружие, но они говорили не на испанском.
- Это то, что рассказал тебе внук? – Анри напрягся, где-то внутри своего сознания чувствуя, что это действительно очень важная информация и что она может пролить свет на причины нападения индейцев на асьенду. Краем глаза Анри заметил, как замер дон Себастьян, внимательно вслушиваясь в слова старика.
- Расскажи всё, что знаешь! – приказал он индейцу.
- Я не был в деревне. Наш колдун, - старик вдруг замолк и покосился на Анри, опасаясь, что сказал лишнее, но, осознав, что теперь, когда в живых остался лишь он, это уже не имеет значения и горько усмехнувшись, продолжил: - послал меня в лес за особыми кореньями. Я искал их три дня, а когда вернулся, то увидел пепел на месте наших хижин. И всех людей нашего племени. Они были мертвы. Их тела уже начали разлагаться. Вместо хижины, где жила моя семья, был только пепел. Упав на колени над телом сына, я стал призывать духов наших предков отомстить тем, кто это сделал. Среди трупов я нашёл несколько солдат, одетых, как и вы. Я уверился, что это были испанцы, - старик повернул лицо к Анри и в пристально посмотрел ему в глаза. Я решил идти к ица, в Эйшекиль, чтобы вместе с ними бороться против вас, пришельцев, которым мы покорились, приняли законы и веру, но кто пришёл и убил всех жителей деревни без всякого повода. Но когда я уже собрался уходить, я услышал, как кто-то зовёт меня. Вначале я даже подумал, что это духи пришли за мной, но потом я узнал очень слабый голос Быстроногого Оленя, - с этими словами суровый старик с невероятной нежностью глянул на внука и, положив вторую руку ему на лицо, прикрывая от мошкары, продолжил:
- Он звал меня, укрываясь в кустах.
Старик снова умолк, так как в этот момент юноша забился в агонии. Антонио рукавом вытер на груди проступившую по всему телу умирающего испарину и приложил ухо к сердцу. Через некоторое время он поднял голову и с сосредоточенным видом стал рыться в своём лекарском мешке. Выловив из его недр небольшую коробочку, доктор аккуратно открыл её и достал маленькое зеркальце в бронзовой оправе. Снова наклонившись над молодым индейцем, Антонио поднёс зеркальце к его посиневшим губам и долго рассматривал блестящую серебром поверхность. Старый индеец сидел, не двигаясь, лишь по тому, как каменело его лицо, можно было догадаться, какая боль всё сильнее и сильнее сжимала его сердце.
- Его душа покинула тело, - сказал доктор, выпрямившись и пряча зеркальце обратно в коробочку, а затем в мешок.
- Если он был крещёным, скажи нам его имя, и мы помолимся за его душу, - поднимаясь, сказал Анри, снял шляпу и перекрестился.
Доктор последовал его примеру, однако, так же вставший дон Себастьян не спешил обнажать голову, но, поймав на себе удивлённый взгляд Анри, всё же снял шляпу, поспешно перекрестился и вернул её на место.
- При крещении единственный сын моего сына получил имя святого, в чей день его крестили. Так что помолитесь за Себастьяна. Падре Сальватор сказал, что мальчику повезло, что это очень сильный святой и что он обязательно защитит его, - старик криво усмехнулся.
- Падре не солгал тебе. Это очень сильный святой, но он защищает воинов, а не крестьян, - встал на защиту своего святого дон Себастьян.
- Нет, сеньор. Это ваши святые, потому они и не будут защищать нас, - старик поднялся и взял на руки тело внука.
- Тогда почему же вам не помогли духи предков? – спросил Анри, чувствующий досаду от очередной задержки.
- Потому что мы предали их, приняв вашу веру и перестав исполнять наши обряды.
Да, в словах старого индейца была железная логика, но у Анри было, что ему ответить:
- Думаю, ты прав, старик. Но лишь в том, что вы предали своих богов, а христианские святые не помогают вам потому, что вы их не считаете своими. Вы как пчёлы, которых заставили покинуть дупло в лесу, но в предложенном им надёжном улье не остались, зависнув между старым, куда уже не вернуться, и новым, которое не приняли. Так что не оскорбляй недоверием тех, кого не познал. Лучше пошли, предадим тело упокоившегося слугу божьего Себастьяна земле, а его душу, по христианскому обычаю, богу.
Старик слушал внимательно, вникая в смысл сказанного. Его умные тёмные глаза оживились:
- Да, сеньор. Как пчёлы, потерявшие своё дупло и не научившиеся жить в ульи. Но если вы отправите сейчас его душу, - старик прижал к себе тело юноши, - что будет он там делать один?
- Почему один? – удивился Антонио.
- Разве нужны мёртвые пчёлы кому-нибудь, чтобы брать их в улей?
- Господь милосерден, он прощает своих детей неразумных, заблудших в ереси, - с непоколебимой уверенностью ответил доктор и показав рукой на землю, строго продолжил: - клади его тут, я подготовлю тело к погребению, а ты иди рыть могилу.
Казавшийся крепким, как скала, старик вдруг обмяк и безропотно уложил тело на указанное место. Став перед мёртвым юношей на колени, дед поцеловал его в лоб и беззвучно заплакал, закрыв лицо руками. В наступившей тишине, нарушаемой лишь редкими криками птиц и обезьян где-то в гуще джунглей, Анри услышал, как к нему подошло несколько солдат. Оглядевшись, он увидел, что солдаты в тёмно-синих колетах стоят, обнажив головы.
- Какие будут распоряжения, Адмирал, - спросил один из подошедших.
- Парень был католик, негоже оставлять его без креста.
Спрашивающий понимающе кивнул:
- Мы с ребятами сейчас этим займёмся, а Верзила и Педрито помогут копать могилу.
Анри молча похлопал своего старого боевого товарища Сезара Пласа по плечу в знак одобрения. Сезар, пользующийся всеобщим уважением на «Победоносце» за его смелость, умелость быстро оценить ситуацию в бою и вовремя прийти на помощь товарищам, не смотря на отсутствие благородного происхождения, был доном Себастьяном определён в помощники и с согласия Анри введён в чин капрала. Степенно насадив шляпу, зычным голосом Сезар стал называть имена солдат и раздавать им задания.
Звук голоса старого вояки разнёсся над поляной, где-то захлопали крыльями испуганные птицы, невидимые в густых кронах и ещё пару минут назад царившая над биваком ленивая тишина сменилась голосами перекрикивающихся солдат и звуками рубящих дерево сабель.
Старый индеец тоже поднялся и побрёл вдоль дороги, постепенно углубляясь в лес, выбирая место для могилы. Анри приказал подошедшим Верзиле и Педрито следовать за ним и, прежде чем углубиться в лес за индейцем ещё успел услышать, как доктор требует у дона Себастьяна солдат в помощь.

Отредактировано Agnes (11-05-2018 10:18:57)

+2

97

Agnes написал(а):
с Вашего позволения, воспользуюсь


Agnes написал(а):
Я росла на героях, борющихся за свободу и справедливость

Ну, тогда не вижу повода не вспомнить. :)

Р. Штильмарк написал(а):

– Дядя Тобби, а что стало с ним потом?

– Потом? Он собрал своих братьев и сказал им, что сполна уплатил по счету обидчикам, гонителям и немногочисленным благодетелям. Он сказал также, что теперь братья вольны избрать себе другого предводителя, ибо его – самого Бернардито – отныне ожидает иная дорога, чем простой разбой ради обогащения. Богатство не манило Одноглазого Дьявола. Сам обездоленный, гонимый, лишенный отечества, семьи и друзей, он объявил братьям, что намерен уйти в море и будет, сколько хватит у него сил и умения, помогать таким же неправедно гонимым настигать своих обидчиков и преследователей.
– А что ответили ему братья?
– Никто не подал голоса против Бернардито… Все согласились уйти вместе с ним в открытые моря, чтобы стать вольными корсарами. В то же утро все товарищи Бернардито навсегда покинули родную Испанию на «Толосе» старого Христофоро. Очень скоро им посчастливилось захватить бригантину португальских работорговцев, и… началась для Бернардито пиратская жизнь, которая тоже не принесла ему ни счастья, ни радости.
Свыше двадцати лет носился по волнам капитан Бернардито, сменил шесть кораблей и потерял до единого всех своих прежних товарищей. Давно погибли в жарких боях все члены братства мстителей, и даже стеклянный глаз капитана выбила щепка, отлетевшая при взрыве одного из кораблей. Последним умер от старости отец Симон, уснувший прямо за столом, оставив недопитым стакан подслащенного хереса…
– Скажи, дядя, а удавалось Одноглазому Дьяволу выручать из беды обиженных и гонимых людей, как он того хотел?
– Эх, сынок! Бернардито понял очень скоро, что почти весь божий свет состоит из таких людей и не корсарством нужно сражаться со злом, которое правит миром! Корсар – это все-таки разбойник, и многие из экипажа Бернардито думали больше о поживе, чем о чужой доле… Не будем пока толковать об этом! Вот спасемся с этого острова, уплатим еще один старый должок, а там… посмотрим, может быть, и наши силы еще пригодятся где-нибудь на доброе дело! Впрочем, кое-когда и корсару Бернардито случалось помогать в беде добрым людям. Немало несчастных рабов, белых и цветных, получили свободу из его рук. И некоторые стали его друзьями надолго. Был такой славный греческий матрос из Пирея, Георгий Каридас… Одноглазый спас его из рук бессовестного тунисского пирата… Была красавица Зоэ… Ее удалось вырвать у работорговцев… и она, сынок, полюбила старого Бернардито!.. Вспоминаю еще земляка Бернардито, верного человека Фернандо Диаса, спасенного от виселицы… Да трудно упомнить всех за первые два десятка лет… А потом… потом Одноглазый Дьявол, на свою беду, встретил и спас… злодея!
– Какого злодея, дядя Тобби?
– Э, сынок, это уж новая сказка! Да больно сильный идет нынче дождь, все равно придется нам сидеть с тобою взаперти. Вчера я как раз собирался рассказать тебе про Леопарда. Так вот, плыл однажды Одноглазый Дьявол на своем черном корабле. Вдруг увидел он на берегу высокую скалу…

Agnes написал(а):
в отдельности вы все нормальные...

Хорошо, пусть хотя бы так. Хотя в то же время...

Agnes написал(а):
конечно, для наглосов пираты герои
[...]
даже наглосы понимали, какой огромный негатив они этим заработали во всем мире
[...]
созданная наглосами подделка
[...]
наглосы старательно пытаются сейчас вымазать

Такое словоупотребление настораживает.

Во-вторых, мне вообще кажется малосимпатичной манера делать из именования национальности (или расы) обидноватые клички. Но это-то ладно, это можно пережить. Как говорится, для красного словца... А во-первЫх (и во-главнЫх :)) — вот что: многократное повторение "именования" в неразрывной связке с чем-нибудь неприятным-мерзостным-грязным-вонючим вбивает в подсознание, что эта национальность (или раса) — только такая (неприятная-мерзостная-грязная-вонючая) и есть, и другой быть не может. А дальше уже возможно этот эффект разнообразно использовать.  Ну вот, например, если некто слышит-видит-пишет-произносит слово "русская" только в словосочетании "русская свинья", то его сподвигнуть на геноцид русских гораздо проще, чем того, кто знает, что русские — такие же человеки, как и он сам...
Я так думаю (с).
P.S. Вовсе не хочу сказать, что англы белы и пушисты. Чеканная формула "О, люди, порожденье крокодилов!" касается всех народов. И во всех, наверное, народах случались люди более или менее святые... Среди кого больше? Достоверной статистики не имею. Подозреваю, к тому же, что каждый из нас в разных ситуациях может казаться окружаюим и "почти крокодилом", и "почти святым".

На этом, пожалуй, проповедь интернационализма прерву. И так уже много времени у Вас отнял. Пойду себе почитаю высокохудожественную литературу. Вашу в том числе. С карандашом в руках. Попридираюсь. :)
------------------------------------------

Вместо читательского предисловия, или

"Предупреждение На Берегу" отправлю в "личку". На всякий случай нудно поясню: у Вас в строке форумного меню должен быть пункт "Сообщения". Число в скобках показывает количество входящих ЛС (личных сообщений), которые Вы еще не просмотрели.

# 1. Подход 01.

Agnes написал(а):

Иначе где бы Вы, уважаемый читатель, узнали, что мой роман относится к исторически - фантастически - эзотерической[лишние пробелы вокруг дефисов] литературе?

И если в эту линию вдруг неким образом вмешается другое сознание, то оно создаст в этой линии ответвление[ЗПТ] и то, что могло бы произойти здесь, но не произошло по той или иной причине, произойдёт там.

Так вот о том, каким могло бы быть наше настоящее, если бы мы все были бы в том ответвлении[ЗПТ] и о том, какие события его создавали, и будет мой роман.

01.
Подставив паруса попутному ветру, «Победоносец» стремился к горизонту, уверенно перепрыгивая[Несолидно звучит, это же явно не торпедный катер... лучше бы, например, "рассекая"] волны. Он торопился в родную гавань, словно[как] горячая скаковая лошадь, узнавшая дорогу, несётся во всю прыть, невзирая на ухабы, в свою конюшню.

Или, если очень важно это "словно", тогда можно так:

...словно горячая скаковая лошадь, которая, узнавая дорогу, несётся во всю прыть...

+1

98

ИнжеМех написал(а):

На этом, пожалуй, проповедь интернационализма прерву. И так уже много времени у Вас отнял.

Времени у меня много, да вот смысла в продолжении этого разговора точно нет, ибо моё отношение к некоторым конкретным народам не изменить уже. Но Вы правы - в эмоциональном порыве я не приняла во внимание что моё привычное обозначение островного народа не всем будет приятно. Исправлюсь!

ИнжеМех написал(а):

Вашу в том числе. С карандашом в руках. Попридираюсь. :)

Спасибо!

Пунктуацию поправила, спасибо! Похоже, с тех пор, как я покинула Родину, правила русского языка несколько изменились.
Предисловие я недавно немного подкорректировала, надеюсь, стало немного менее путанным. Сейчас отредактирую.

С этим "перепрыгивал" меня и мой папа ругал Его, как бывшего моряка, это возмущало. :) А я хотела усилить аналогию с лошадью. Но Вы правы - рассекал звучит лучше. Спасибо за подсказку!
Я тут подумала: в то время у кораблей ещё небыло специального выступа на киле, так что они, скорее, перекатывались, переваливались или скользили. Может, всё же лучше будет вместо "перепрыгивал" "скользил по волнам"?..

ИнжеМех написал(а):

Или, если очень важно это "словно", тогда можно так:

    ...словно горячая скаковая лошадь, которая, узнавая дорогу, несётся во всю прыть...

Я тоже думаю, что с "которая" лучше, но меня его заставила убрать преподаватель из школы начинающих литераторов. Но, поскольку нас теперь двое против одной, я его вернула! :)

Отредактировано Agnes (11-01-2018 18:42:08)

0

99

26. (Продолжение).

Казалось, что старик бесцельно бредёт по лесу, но вот он остановился, отломав у какого-то дерева крепкую ветвь, потом снова его согбенная спина медленно двинулась дальше, пока на его пути не оказалась большая высокая сейба – священное дерево майя с серебристым толстым стволом, словно покрытым чешуёй, с высоко в небе раскинувшейся огромной кроной, густо увенчанной тёмно-зелёными листьями, похожими на ладонь с пятью длинными пальцами. Индеец некоторое время стоял, глядя на дерево, потом опустился на колени и стал рыть рыхлую влажную землю палкой. Анри понял, что место для могилы найдено, вытащил свою дагу и молча присоединился к старику в его скорбной работе. Солдаты последовали примеру своего сеньора и всё четверо принялись молча то разрыхлять землю, то потом выгребать её руками, углубляясь в неё все больше и больше.
Когда солнце уже перевалило зенит, могила была готова. Отправив солдат за телом, Анри вытер в очередной раз пот со лба грязным рукавом рубахи и, повернувшись к индейцу, заговорил:
- Ты не успел рассказать мне всё, что обещал. Если твой внук умер ради того, чтобы я мог узнать нечто важное, то ты не исполнил его волю до конца.
Жилистое тело старика, мокрое от пота, казалось отлитым из бронзы. Он стоял, выпрямив спину и высоко вскинув голову. Только сейчас Анри заметил, что этот седеющий, всего лишь чуть больше часа назад кажущийся немощным и слабым, индеец, был на самом деле довольно высок, почти одного с ним роста и, не смотря на преклонный возраст, был ещё весьма крепок и силён. Майя повернулся к Анри и пристально на него посмотрел. Некоторое время они так и стояли, не моргая глядя в глаза друг другу. Когда среди деревьев послышались приближающиеся голоса, индеец, не отводя взгляд, заговорил:
- Себастьяна хотели оставить в живых, чтобы он пошёл от поселения к поселению и рассказывал всем, как испанцы уничтожили его деревню. Тот, кто говорил с ним, говорил на испанском, но он не был испанец. Как не были ими и те другие.
- И твой внук, как настоящий мужчина, отказался? – высказал вслух свою догадку Анри.
Индеец кивнул:
- Он сказал этим людям, что они не испанцы и что именно это он и будет рассказывать в деревнях. Тогда тот, что говорил на вашем языке, проткнул моего внука оружием, подобным тому, что висит по твоему боку, - индеец указал рукой на шпагу.
- Ты поможешь мне остановить ненависть, посеянную чужаками? – теперь Анри пристально смотрел в глаза старого индейца, казавшиеся чёрными в тени дерева.
- Разве я уже не помог тебе?
- Этого недостаточно. Твой народ напал на наши поселения. Убил мужчин и увёл женщин. Если мы не сумеем остановить это сейчас, будет ещё кровь, много крови. Испанцы будут мстить за своих убитых, а вы за своих. А когда наши народы ослабеют, истекая кровью, придут те, кто убивал, выдавая себя за нас, чтобы забрать эти земли себе.
Старик молчал, глядя на подошедшую к ним траурную процессию. Верзила и Хуан несли завёрнутое в крупные листья и обвязанное тонкими ростками лиан, как зелёный кокон, тело молодого индейца с именем христианского святого. Анри поднял руку, призывая всех остановится и, повернувшись к застывшему с выражением глубокой скорби старику, продолжил:
- Так ты поможешь мне?
Индеец повернулся:
- Разве моему народу не всё равно, кто будет ему хозяином? Разве могут быть другие белые хуже, чем испанцы?
- Могут, - уверенно, не задумываясь, ответил Анри. – Те люди, что убили твою семью, скорее всего англичане, а они будут убивать вас не только потому, что вы краснокожие, но и потому, что вы католики. А женщин и детей продадут в рабство. Не все белые одинаковые, как не все одинаковые и красные.
Индеец склонил голову, глубоко задумавшись.
- Ты не похож на простого крестьянина. Ты был воином? – продолжал наступать Анри.
- Нет, - поднял голову индеец и обвёл взглядом солдат, держащих тело его внука, затем солдат, несущих большой крест из двух молодых стволов, крепко связанных лианой и, наконец, остановился на Анри. – Я был охотником. Хорошим охотником. Я никогда не приходил назад без добычи. Но сейчас я слишком стар, чтобы держать лук.
- И тем не менее ты готов был идти к ица, чтобы воевать с ними против нас, - не унимался Анри.
- Скажи, сеньор, это правда, что ваш бог создал белого человека подобным себе, а красных для того, чтобы мы служили белым людям? – вдруг сменил тему старик.
Не понимая, что задумал индеец, Анри решил, что если Господь действительно послал этого майя ему в помощь, то вряд ли стоит пытаться угадать, какой ответ хочет услышать этот краснокожий, а ответить то, что подскажет сердце. Проблема была лишь в том, что сердце говорило не то же самое, что было в проповедях. Поэтому, немного поразмыслив, Анри решил проявить дипломатичность и уйти от прямого ответа:
- Так нас учит Святая Церковь, - голос почему-то прозвучал не очень уверенно.
- Ты очень умён, сеньор. И честен. Я чувствую это здесь, - индеец ударил себя кулаком в широкую грудь. – Скажи мне, ты сам тоже в это веришь?
Анри вдруг вспомнил величественные развалины каменных храмов в Алтун-Ха, испещрённые странными, таинственными знаками, страшные звериные оскалы забытых богов… Он уже тогда думал, что это наследие не могли оставить дикари, определённые духовными отцами на роль послушных слуг для тяжёлой и примитивной работы.
- Я думаю, что Господь всех нас любит, как детей своих – и белых, и красных, и жёлтых, и чёрных. И что он сделал нас такими разными потому как и задачи у нас у всех разные. И что лишь объединившись и поняв друг друга, мы сумеем разгадать наивысшую загадку, загаданную нам богом. И тогда придёт на землю Царствие Небесное.
Индеец, внимательно вбиравший в себя каждое слово, вдруг подошёл к Анри вплотную, так, что Анри ощущал на своём лице его дыхание, и тихо, чтобы не слышали другие, спросил:
- Ты не боишься?
- Чего? – так же тихо ответил Анри вопросом на вопрос.
- Что тебя твои же падре сожгут, потому что ты не такой, как все.
- На всё воля божья, - смиренно ответил Анри и опять задал свой вопрос, возвращая разговор в старое русло: - ты поможешь мне?
- Да. Но обещай, что потом, когда ты узнаешь, что хотел, ты отпустишь меня.
- И куда ты пойдёшь? К ица?
Индеец отступил, ещё раз оглядел солдат, держащих тело его внука, затем готовую его принять могилу и ответил, подняв глаза на Анри:
- Пока не знаю. Но я хочу знать, что я не твой пленник.
- Даю тебе слово, что, когда я узнаю, кто сеет вражду между майя и испанцами и верну похищенных женщин, ты сможешь идти, куда посмотрят твои глаза.
Вновь окаменевшее лицо индейца ни одним мускулом не выдало настрой старого охотника. Дослушав обещание Анри, он лишь кивнул и приложил растопыренную ладонь правой руки к сердцу, показывая, что он считает договор между ними заключённым.
Отойдя в сторону, Анри приказал своим людям, чтобы они уложили тело в могилу и оставив их завершать обряд похорон, перекрестившись на мёртвое тело, надел шляпу и направился в сторону их бивака.
Дон Себастьян о чём-то спорил с лейтенантом Контрерасом, но, заметив Анри, тут же закончил разговор и направился к своей лошади, привязанной к дереву рядом с лошадью Анри. Когда Анри подошёл к нему, он уже успел отвязать анкерок и сам лично стал наливать воду в ладони друга, пока тот смывал с себя грязь.
- Как только из леса выйдут остальные, командуйте в седло, - Анри глянул на яркое даже сквозь листву солнце, - мы и так слишком долго тут задержались, а я бы хотел добраться до Балам-Ха ещё засветло. Кто знает, какой приём нас там ждёт.
- Что с индейцем? – Себастьян ловко заткнул бочонок и вернул его на прежнее место.
- Он пойдёт с нами. Определите ему место позади доктора и лейтенанта и предупредите наших, чтобы не спускали с него глаз.
- Я скажу Сезару, чтобы он привязал его к своему седлу.
- Нет, я дал слово этому майя, что он не пленник.
Себастьян понимающе кивнул.
- Вам удалось узнать что-то о нападении на асьенду Буэна Убикасион?
- Пока нет, но, возможно, что я знаю причины нападения. И вполне возможно, что это небыли индейцы.
- А кто тогда? – нахмурился Себастьян.
- Английские приватиры, инсценировавшие нападение индейцев.
- Если это так, то, похоже, наша спасательная экспедиция потерпела крах уже сейчас, - задумчиво произнёс аристократ, мысленно содрогаясь от понимания того, какая жуткая участь выпала бедным сеньорам, если предположение Анри окажется правдой.
- Давайте верить в милость Господа, тем более что мы уже через час, если божьей волей не произойдёт ещё что-нибудь, будем иметь возможность своими глазами увидеть, что же произошло на асьенде.
Дон Себастьян кивнул и отправился отдавать распоряжения людям губернатора.

Когда из леса вышли участники похорон, всё уже было готово к отъезду. Пока Педрито и Верзила смывали землю с грязных лиц, Анри и Себастьян решали где разместить нового пешего члена отряда. Поскольку Хуан, понимая, что определённое ему место было проявлением недоверия, укоризненно глянул на Анри и настойчиво просил разрешить ему бежать рядом с «сеньором», держась за стремя его лошади. Поскольку повода отказать ему так и не нашли, решили принять его предложение, после чего кавалькада быстрым шагом отправилась по каменной дороге дальше к своей цели.

Отредактировано Agnes (11-05-2018 10:20:15)

+5

100

Из "диагонально замеченного" в #99

Agnes написал(а):
Тот, кто говорил с ним, говорил на испанском, но он не был испанец. Как не[РАЗДЕЛЬНО]были ими и те

И "вертаючись к истокам". :)

Agnes написал(а):
Похоже, с тех пор, как я покинула Родину, правила русского языка несколько изменились.

Вы меня пугаете. То есть, конечно, я молод душой, но сомнительно, чтобы в то время, когда меня учили русскому, Вы уже покинули Родину. Разве что были увезены во младенчестве? А хорошее владение русским — просто от природной способности к языкам? И оттуда же — понимание мудрости про "сколько языков знаешь — столько раз ты человек"? :)

Ну ладно, попробую обе свои запятые обосновать. (Обещанная лаконичность, рыдая, курит в сторонке.) Знаток правил из меня почти "никакой", но уж как сумею. Начну со второй.

Так вот о том, каким могло бы быть наше настоящее, если бы мы все были бы в том ответвлении[ЗПТ] и о том, какие события его создавали, и будет мой роман.

КМК, тут однозначно сложноподчиненное предложение с последовательным подчинением придаточных, каждое из которых должно быть выделено препинаками. :) По-моему, запятая здесь вполне уместна, несмотря на то, что она оказалась непосредственно перед союзом "и". Если Вас смущает именно это — можно, пожалуй, заменить ее на точку с запятой; многоточие сюда подходит меньше, а двоеточие не подходит вовсе.

С первой запятой "возможны варианты" (то есть без нее тоже можно, но будет другая нюансировка смысла). Мне "нравится видеть" там такую схему:

<<И если в эту линию вдруг неким образом вмешается другое сознание>[ЗПТ]<то оно создаст в этой линии ответвление>>[ЗПТ]<и то, что могло бы произойти здесь, но не произошло по той или иной причине, произойдёт там>[ТЧК]


Смысл такой, что "другое сознание" "создаст ответвление".
А без "моей" запятой (в Вашем первоначальном варианте) смысл немного иной: "другое сознание" "создаст ответвление" и "создаст то, что могло бы произойти..."

По-моему, так. (с)
-------------------------------

Agnes написал(а):
Может, всё же лучше будет вместо "перепрыгивал" "скользил по волнам"?..

Ну, "перепрыгивание" (абсолютно согласен с Вашим папой) просто неприемлемо, поэтому любое другое (подходящее к движению корабля) слово будет лучше. :) Только не стОит ставить вместо деепричастия глагол (добавление второго сказуемого как-то очень резко изменит стилистику, и предложение будет выглядеть несуразно чужеродно на фоне остального текста):

Подставив паруса попутному ветру, «Победоносец» стремился к горизонту, уверенно скользил[скользя] по волнам.

И, честно говоря, "рассекание" мне здесь нравится больше "скольжения", которое лучше подошло бы к чему-то легкому, невесомому (или производящему такое впечатление). А у "Победоносца" водоизмещение какое? Ну, тысчонка-то тонн, наверное, есть? Ну уж никак не меньше трехсот. КМК, такое судно "скользить" могло бы только по "водной глади" (то есть в полный штиль, значит, двигаться он мог бы только на буксире; совсем другая картина...), но никак не "по волнам".
Отдельно надо сказать о том, что "рассекая волны" смотрится, прямо скажем, несколько... э-э-э... заезженно. Чем-то напоминает неоднократно высмеянный "серебристый лайнер, взмахнув крылом". Но ничего "посвежее" с ходу не придумалось, уж извините... :(
------------------------
Пока всё. "Традиционной" воскресной проповеди интернационализма сегодня не будет, поскольку

Agnes написал(а):
Господь всех нас любит, как детей своих – и белых, и красных, и жёлтых, и чёрных. И что он сделал нас такими разными потому как и задачи у нас у всех разные. И что лишь объединившись и поняв друг друга, мы сумеем разгадать наивысшую загадку, загаданную нам богом. И тогда придёт на землю Царствие Небесное.

И это правильно. :)

Отредактировано ИнжеМех (14-01-2018 09:01:11)

+1


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Конкурс соискателей » Повелитель моря