Добро пожаловать на литературный форум "В вихре времен"!

Здесь вы можете обсудить фантастическую и историческую литературу.
Для начинающих писателей, желающих показать свое произведение критикам и рецензентам, открыт раздел "Конкурс соискателей".
Если Вы хотите стать автором, а не только читателем, обязательно ознакомьтесь с Правилами.
Это поможет вам лучше понять происходящее на форуме и позволит не попадать на первых порах в неловкие ситуации.

В ВИХРЕ ВРЕМЕН

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Конкурс соискателей » «Диверсия Эрлика»


«Диверсия Эрлика»

Сообщений 11 страница 20 из 57

1

"Диверсия "Эрлика"
Повесть.
Жанр. Фантастика. Приключения. Юмор.
Аннотация:Соавторская версия событий в рамках проекта Сима Никина "Обреченный взвод -2"- "Тайна Эрлики".
   События далекого будущего. Вселенная, поделенная  между  Конфедерацией, Британским  Союзом и  Российской Федерацией  планет, подвергается вторжению таинственных инопланетян, условно «галантов».  В результате чего, российская планета –заповедник Эрлика оказывается отсеченной от метрополии. Чудом пережившее катастрофу население Эрлики   вынуждено осваивать способ выживания первобытных  народов. Единственным  островком  цивилизации остается исследовательский  комплекс на  дня океана, защищенный от оружия  пришельцев толщей  воды. Руководство в нем захватили представители Конфедерации, приглашенные в  рамках  международного сотрудничества. Пользуясь своим положением, конфедераты пытаются диктовать свою волю русским. Спустя время, в  руки нового руководства  комплекса попадает  упавший  диск –артефакт  галантов. В Конфедерацию отправляется почтовая  капсула с  сообщением. За инопланетным дисколетом  должен прибыть спецотряд.  Изучение дисколета  поможет  раскрыть секрет  оружия галантов и  спасет  человечество от  гибели, но  скорее  всего превратит  российскую Эрлику в  иностранную  колонию с резервациями для  местного населения. Русские общинники обречены. Они неспособны повлиять на ситуацию: ни вернуть себе подводный  комплекс , ни  противостоять  Конфедерации. Какое  чудо  может спасти их? Но случалось ли такое, чтоб спасали русских, а не они себя с остальными в придачу?




Глава первая .Ривс.
Борн, Директор Центрального Бюро Внешней Пропаганды Конфедерации, глазами пробегал абзацы досье. Он хмурился, по привычке отыскивая между строчек скрытые подвохи.
Люди в его должности наивностью не страдают и прекрасно знают: за любым крупным международным проектом с благими целями всегда стоит политика. А где политика, там и спецслужбы. И никто не собирался верить в альтруизм русских. Просчитать их интересы вроде бы несложно: соблазнить лучшие научные кадры работой в уникальном подводном комплексе, а взамен получить доступ к результатам исследований. Но не слишком ли все очевидно? Послать бы опытного агента разобраться изнутри. Увы, в русской разведке тоже не дураки. Досье каждого приглашенного будет проверено досконально. Да и специфика объекта требует взгляда и знаний профессионала от науки.
Борн уставился на гало-слайд в углу экрана, c которого смотрел типичный выпускник элитного колледжа: подтянутый молодой человек тридцати лет в деловом костюме. Аккуратная стрижка, по данным, результат успешных трансплантационных процедур против облысения. Легкая ироничность кривит тонкие губы, снисходительность прячется в глазах. Лучший выпускник университета. Завидные перспективы. Быстрое продвижение до главы отдела фармакологических изысканий в Океанологическом Институте Конфедерации. Хорошая динамика работы научной группы. По заключению психоаналитиков: отличительные черты — эгоцентризм, амбициозность, желание высокого положения, но без тягот реальной ответственности. Самолюбив, но осторожен. Истеричен, но при наличии стимула, быстро приходит в себя. Хорошо ориентируется по обстановке. Умеет добиваться своего, извлекать пользу из обстоятельств, просчитывать шаги вперед и работать на перспективу.
Заместитель, Эндрю Хапп, ждал, заняв позицию за спинкой кресла начальника: не торопил и в размышления не влезал.
— Думаете, подойдет этот Мэтью Ривс? — оторвался директор от кристалла с информацией.
— Нам нужен управляемый специалист с доступом к исследованиям и не вызывающий подозрений с выходом на личные контакты.
— Компромат? — крутанулся Борн на офисном стуле, уставившись исподлобья на подчиненного.
— Нет, — обескуражил ответом Хапп, — Но любопытная деталь. Личных крупных исследований за парнем не замечено, но лавровый венок светоча науки уже заграбастал.
— Как удалось? — брови шефа сложились домиком.
— Стечение обстоятельств, — пояснил заместитель, позволив нотку иронии в голосе, — Соавтор наиболее заметных наработок отдела.
— И какова доля его соавторства?
— На обложке это не указывается.
— Талант, — ухмыльнулся Борн. — Слабые места? Деньги?
— Отклонил выгодные контракты от двух крупных корпораций на рынке медикаментов.
— Карьера? Власть? — поинтересовался директор, поворачиваясь обратно к столу.
— Точнее, карьера ради власти, — заместитель наклонился к монитору и прогнал информацию до нужного места.
— Тогда нам есть, что ему предложить, — сложил руки на груди шеф.
— Можно начинать разработку?
— Начинайте. И… — помедлил Борн, жестом увеличивая гало - картинку, — подберите кого-нибудь по фактурнее.

Ассоциация себя с кроликом перед удавом— не самая лучшая для уважаемого ученого. Если, конечно, можно представить удава с надбровными валиками неандертальца. Взгляд собеседника пригибал к столу, заставляя вспоминать и каяться скопом во всех грехах реальных и мнимых. Попытки рассмотреть по лучше хозяина кабинета заканчивались на квадратном подбородке, словно вырубленном из булыжника. И взор снова возвращался к рукам, возлежавшим на подлокотнике. Собственная правая кисть нудно напоминала о рукопожатии.
Климат - контроль в помещении работал безобразно. Из - за чего холодный воздух упорно лез под рубашку, провоцируя гонки мурашек вдоль позвоночника.
— Прошу извинить, мистер Ривс, не представился. Можете называть меня Саймон, — нарушил тишину голос в стиле диктора, — Благодарим, что нашли время принять наше предложение.
Мэтью кашлянул, прочищая горло. Хотел бы он посмотреть, кто откажет всесильному Бюро. Он уж точно к сумасшедшим не относился.
— Для меня большая честь быть полезным столь уважаемому ведомству.
— Догадываетесь о причинах встречи? — спросил Саймон, наградив улыбкой сфинкса.
— Э, — собрался с мыслями ученый - фармаколог, — возможно, это связано с предложением возглавить научную миссию Конфедерации на российской Эрлике?
— Вам не откажешь в проницательности, господин Ривс. И, что Вы решили?
Сотрудник Института Океанологии заерзал. Возмутительный дизайн кресла никак не давал ему устроиться по удобнее.
Цивилизованный человек создан для свободы. Но у всего есть цена. Свобода достигается с положением. Но чем выше лезешь, тем заметнее становишься. Те, кто выше всегда найдут возможность добавить груза обязанностей, чтоб не слишком спешил. С другой стороны, может, Бюро нужен его отказ для своего человека? Он без проблем уступит.
— Я обдумываю, — начал выкручиваться Мэтью, глазами соотнеся размах плеч хозяина офиса с габаритами кресла. Увы, рассмотреть кожаную спинку не получалось. — Предложение заманчивое. Но мой отдел работает над рядом важных научных проектов, не хотелось бы бросать на пол пути.
Пальцы спецагента сыграли гамму на подлокотнике.
Ривса залихорадило. Лоб покрылся испариной. Курировать важные международные проекты — прямая обязанность Бюро. Навряд ли хоть одно важное предложение делается без согласования с ним. Да, что же здесь за климатическая система? Совершенно нечем дышать.
— Но с другой стороны, — принялся рассуждать вслух фармаколог, борясь с духотой, — масштабы исследований и перспективы впечатляют.
— Впечатляют, — кивнул собеседник невозмутимый, как скала, — Министерские структуры Конфедерации нуждаются в притоке новых кадров. Опытных кадров.
Сделав нажим на последние слова, мистер Саймон взял паузу. Мэтью нервно сглотнул.
— Плодотворная деятельность на пользу общества в рамках крупного международного проекта отличный задел на будущее, — довел до конца мысль агент с каменным выражением на лице.
Лучше с помощью влиятельных людей выкарабкаться наверх, чем катиться вниз. Эту прописную истину разжевывать Мэтью не стоило. Вот только карабкался он последнее время больше по спинам своих подчиненных. Но откажись, и останешься вообще не у дел.
— Все мои скромные способности принадлежат науке и Конфедерации. Я готов работать там, где им найдутся лучшее применение, — с пафосом ответил Ривс и, вздернув подбородок, попытался выдать значимый взгляд глаза в глаза.
Собеседник откинулся на спинку кресла.
— Я рад, что мы не ошиблись в Вас. Можно спросить, что Вам известно об Эрлике?
— Российская планета — заповедник земного типа с большим потенциалом для изучения, Последнее время приоритет отдан изучению океана, — припомнил основную информацию Мэтью, расслабляясь на мягких подушках.
— Возмутительно, что ей владеют русские варвары, — выплеснулось из него.
Саймон поморщился. От чего колючие мурашки вновь кинулись галопом прятаться под волосы Ривса.
— Эрликой владела Хуннская империя, — снизошли агент до пояснений, — Она не пережила последний Звездный передел. А планета в ходе боевых действий лишилась воздуха, пригодного для дыхания людей. Поэтому никто тогда и не возражал против включения Эрлики в состав Российской Федерации. Но со временем Россия изыскала средства для очистки атмосферы. И тут обнаружилась любопытная вещь.
Мэтью наклонился вперед, весь обратившись в слух.
— В отличии от людей природа Эрлики неплохо пережила, как саму экологическую катастрофу, и так и последствия её ликвидации. Более того, завезенные образцы фауны и флоры с других планет земного типа отлично прижились и даже стали скрещиваться с местными видами.
— Феноменально, — выдохнул Ривс.
— Феноменально, — кивнул Саймон, — Загадка достойная разрешения. Русские превратили планету в заповедник и передали под контроль министерства Естествознания. Но поскольку жизнь в большинстве случаев вышла из воды, внимание последнее время переключилось на изучении Океана.
— Для этого русские и создали МОНИК? — догадался фармаколог.
— Именно. И пригласили поучаствовать в проекте все мировое сообщество.
— Безвозмездно? — поморщился скептически ученый - фармаколог.
— Вы умеете глядеть в корень, — одобрил хозяин кабинета. — По условиям международного контракта научные делегации обязаны обмениваться данными и результатами исследований при сохранении прав на материалы самих исследований. Но было бы наивно предполагать, что основной инвестор проекта не оставил себе возможности контролировать и координировать весь объем работ.
— А Конфедерация? — вскинулся Мэтью.
— Увы, — развел руками Саймон, — у нас такой возможности нет. Мы вынуждены играть по чужим правилам.
— Это возмутительно! — воскликнул Ривс, на этот раз совершенно искренне. Он давно отвык работать под внешним контролем, а поползновения русских чего доброго могли поставить под сомнения его непосредственное участие в научных разработках. — Управление МОНИК должно носить только международный характер!
— Так оно и должно случиться со временем. Но, чтоб переломить ситуацию, нужны серьезные аргументы, доказательства и профессиональный взгляд изнутри, — остудил пыл Ривса собеседник.
Очередной сбой в работе климат-контроля вызвал новый приступ духоты, заставившей кровь прилить к вискам фармаколога. Всплывший в мозгу непраздный вопрос лучше было прояснить сразу.
— А русская разведка?
Щека агента Бюро дернулась.
— У нас нет ни малейшего желания вызывать неудовольствие русской разведки и наносить урон делегации Конфедерации ротацией кадров. Все только в рамках оговоренной законной деятельности. Способность разглядеть в мелочах глобальное — не это ли признак высочайшего профессионализма? Не так ли, мистер Ривс?
— Вы умеете убеждать, мистер Саймон, — сделав вздох, выдох, выдавил из себя Мэтью.
Хозяин кабинета положил ногу на ногу, а стальные буравчики глаз вновь сошлись на переносице Мэтью.
— Можно ли расценивать Ваши слова, как согласие на сотрудничество?
— В полной мере, — выпрямился гость в кресле, унимая внутреннюю дрожь, — интересы Конфедерации для меня превыше всего.
— Достойный ответ, мистер Ривс, — спецагент поменял ноги местами, — могу Вас успокоить. Среди русских Вы будете не одни. У наших друзей из Британского союза сильная делегация. Думаю, Вы сойдетесь. Кроме того, Вы сами можете набрать себе команду, хоть всю свою лабораторию берите собой. Детали оговорим позже.
Ученый - фармаколог перевел дыхание – «гора свалилась с плеч». Только потная рубашка липла к телу. Не хватало ещё схлопотать простуду от проклятого сквозняка.
— И последний вопрос, мистер Ривс, — снова привлек внимание Саймон. — Вы знакомы с Марией Вересовой, простите, Улановой?
Приступ кашля лишил гостя дара речи. Бюро и до этого докопалось? До сокровеннейших планов в самых потаенных уголках сознания? Перед мысленным взором всплыл симпозиум Новомосковске - столице Российской галактической Федерации. Ривс в составе научной делегации Конфедерации присутствует на банкете в честь открытия. Звенят бокалы. Мэтью сама общительность и любезность. Ведь связи и знакомства в мире науки значат не меньше, чем в любой другой сфере человеческой деятельности. Опытный взгляд выхватывает из массы приглашенных двух седовласых профессоров - академиков, по - отечески опекающих молодую леди: то ли любовницу, то ли молодую жену?
Стройная фигура затянута в футляр элегантного черного платья. Гибкая шея склоняется под тяжестью русых волос, собранных в узел. Ох, уж эта милая респектабельность.
Навести справки о троице труда не составило: Академики Жемчугов, Столяров и восходящая звезда Российской микробиологии Мария Уланова.
В обществе во многом имидж мужчины делает женщина. Главное - с кем и где появляться. Молодая ученая была недурна собой. Научные достижения вчерашней студентки не предполагали бурной личной жизни, искушенности в общении с мужским полом. Что им мешало стать самой заметной парой симпозиума? Их познакомили в тот же вечер. Руки до сих пор хранили ощущение гибкого девичьего стана во время танца. Слегка кружилась голова то ли от шампанского, то ли от близости высокой упругой груди под черной тканью. Но ухаживания не сложились. Уланова выказывала доброжелательную приветливость представительницы страны-хозяйки, но без малейшей склонности к общению вне симпозиума. Русская умело играла в неприступность. Что ж, c учетом её репутации, она имела право поломаться. Но и Ривс не привык отступать от желаемого. За Вересовой маячили большие перспективы. Он умел ждать. Все женщины одинаковы, и всему свое время.
— Мы встречались на симпозиуме в Новомосковске, — справился с кашлем Мэтью.
— Что Вам известно о ней? - заинтересовался агент.
— Аспирантка на кафедре Академии медицинских наук, ученица академика Жемчугова – главы кафедры клинической фармакологии, любопытные наработки в современных направлениях, — выдал сухой отчет Ривс.
— Вы предлагали ей стажировку у себя в лаборатории? — то ли спросил, то ли уточнил собеседник.
Фармаколог замялся. Пальцы Саймона сыграли медленно гамму на кресле.
— Мне показалось, что это будет полезно для науки Конфедерации, - поспешил ответить фармаколог.
— Но Вам отказали?
— Мое предложение совпало, с важной экспедицией от Академии, - объяснил Мэтью, не горя желанием признаваться в неудаче.
— Обычным врачом в геологоразведочную партию, — дополнил беспощадно хозяин кабинета.
Новость уколола самолюбие ржавым гвоздем. Ривс поморщился, но смолчал.
— Романтичная натура, — отбарабанил хозяин кабинета пару тактов марша на подлокотнике. — Уланова, то есть Вересова, возглавит сектор фармакологических исследований. За неё хлопочет сам Столяров, научный руководитель Комплекса. У Вас будет возможность поработать с ней бок о бок. Полуулыбка скользнула по губам Саймона.
— Правда, на Эрлику заявится не одна, — продолжил агент, качнув ногой в начищенном ботинке. — Супруг назначен координатором геологов. По данным весьма авторитарная личность, помешан на горах. Три года семейной жизни в палатках. Очень романтично, — распробовали на вкус последнее слово.
Климатическая система наконец то заработала в оптимально – комфортном режиме. Ривс с наслаждением откинулся в кресле, закинув нога на ногу. Он оказался прав. Мир Большой науки тесен. Их пути с Улановой - Вересовой обязаны были пересечься. А его игра, по сути, ещё и не начиналась. Муж, здесь скорее, проблема дамы, чем его.
— Романтика — скоропортящийся товар, — самодовольно высказался Мэтью.
— Находите? — усомнился собеседник.
— Все познается в сравнении.
Квадратная челюсть спецагента в размышлении задвигалась, губы выпятились вперед.
— Академик Столяров высоко ценит Вересову и прочит себе в заместители в МОНИК, — заметил Саймон.
— Я выясню за какие заслуги и круг её обязанностей, — ухватил Мэтью суть задания.
Пикантность ситуации добавила плюсов к новой работе. Разбитость отступила, самочувствие Ривса улучшилось. Проснулся азарт игрока. Высокая планка — залог больших достижений. Прибрать Вересову к рукам вместе с МОНИК или МОНИК руками Вересовой? Такая перспектива вызвала легкую эйфорию, подобную глотку шампанского.
Хлопнув по ручке кресла, хозяин офиса встал. Пружина вытолкнула и гостя с кресла.
— Рад был нашему знакомству, мистер Ривс. Надеюсь Конфедерация может на Вас положиться, — «лапа питекантропа» стиснула ученую ладонь во второй раз.
Дверь за спиной въехала в пазы. Оказавшись в коридоре один, Глава отдела фармакологических изысканий облегченно выдохнул и шевельнул кистью. Регенерация костям вроде не требовалась.

Отредактировано Биталина (05-01-2018 18:28:06)

+2

11

По стилю очень похоже на Стругацких. Непонятно, правда, зачем спецагент все время стучал пальцами по подлокотнику.

Отредактировано Maxfactor (05-01-2018 18:58:39)

0

12

Спасибо за комплимент. Хотя немного удивлена. Книги Стругацких у меня как то не пошли.
Спецагент барабанил пальцами: дрессировал пациента, задавал тон разговору)

0

13

Аппарель встала на место, отрезав десантный салон от внешнего мира. Зелень лужайки, старинный особняк под сенью дубов-великанов превратились в картинку за бронестеклом. Реальность сжалась до размеров салона дропшипа. Заняв кресло рядом с пилотом, Линдгрен переключил несколько тумблеров режима управления. Повинуясь мягкому движению штурвала, челнок покинул ложе на траве. Развернувшись по дуге, бот пошел на взлет. На миг промелькнула белоснежная вилла с домочадцами на мраморных ступенях лестницы.
Наступит вечер. В окнах виллы загорятся огоньки. Родные соберутся вместе, и будут думать, говорить и ждать его — Пауля Линдгрена. И будет так, пока он вернется. И никакая сила, ни один галант, не должны разрушить белоснежное чудо, потушить свет в окнах дома. И он об этом позаботится.
Дропшип проткнул облака, вышел в стратосферу. Солнечный день сменился на вселенскую ночь.
Майор откинулся в кресле и прикрыл глаза. Мозг переключился в рабочий режим, активируя память. Много информации накопать не удалось. Таинственные пришельцы: о них знали все, а толком никто. Они притащились следом за экспедицией британца Верона Галанта. Сам Верон сгинул, но оставил инопланетянам свое имя.
Первой засекла галантов обсерватория на задворках Конфедерации, засекла и замолкла. Её судьба постигла ещё три обсерватории. Пришельцы двигались зигзагами, то выскакивая из - под пространства, то ныряя в него вновь с интервалами в три, четыре месяца. В контакт они не вступали, на их пути просто исчезали, растворялись в космосе звездолеты, прекращалась связь с орбитальными станциями. Но расстояния притупляли чувство угрозы. Пока галанты не оказались на рубежах Российской Федерации, контролирующей звездные системы Млечного Пути. Высланный на встречу флот россиян исчез по мановению волшебной палочки. Началось поглощение агрессором русских планет. В Конфедерацию хлынул поток беженцев, после чего связь с Российской Федерацией прервалась раз и навсегда. Британский Союз и Конфедерация свободных планет приготовились к худшему, но пришельцы неожиданно прекратили наступление, застыв в границах Млечного Пути. Свободные человеческие миры получили отсрочку, но какую длительную никто не ведал до сих пор. Попытки разведать обстановку на планетах, контролируемых галантами, заканчивались бесследным исчезновением экспедиций. Пришельцы плотно контролировали захваченное пространство.
Контр - адмирал Паук, глава контрразведки, во время сеанса связи был не многословен.
— Есть новости о галантах. Мои извинения Салли, но вынужден твой отпуск прервать, сынок. Жду на линкоре, пришлю бот. Собирайся.
Информация, понятно, секретная, не для распространения. Но Паук - старый друг с курсантских времен хозяина поместья. Случайно ли Старый лис вышел на связь с Паулем именно через комп отца, Рауля Линдгрена, и сделал вид, что в кабинете в этот момент только один майор? Счел нужным предупредить?
Створки переходного отсека разошлись, и челнок плавно влетел в стальное брюхо корабля. Погасив скорость, челнок проплыл между рядами звездолетов до стоянки.
— С мягкой посадкой, — поздравил мысленно себя спецназовец, выбираясь из кабины и разминая ноги.
К боту привалил адъютантский кар.
— Майор Линдгрен, по приказу контр - адмирал прибыл, — отрапортовал десантник, прикладывая руку к козырьку фуражки.
— С прибытием, майор, — отдал честь штабной офицер, — Прошу за мной. Вас ждут.
— Короче, пойти и вернуться, — дернул себя за ус контр- адмирал, — О важности , думаю, лишний раз объяснять не стоит. Задача понятна?
Именно длинные свисающие усы довершали сходство с пауком невысокого, полноватого, слегка лупоглазого начальника военной разведки.
— Так точно, сэр, — отчеканил командир спецотряда " ИГЛА ".
Чего не понять, все просто: твой взвод выбрасывают на орбите планеты, приземляешься, откапываешь бункер русских, изымаешь челнок, опускаешься на дно морское, забираешь с подводного комплекса артефакт инопланетян, грузишься на челнок, и уносишь ноги, желательно в комлекте с головой. И все это за спиной хозяев - галантов, пока никого нет дома. А дальше дело техники: на челноке до астероида за спрятанным пиратским внутрисистемником, на нем через прокол домой.
Вопросы: откуда известно об отлучке инопланетян и почему летит именно "ИГЛА " при условии, что под рукой Паука далеко не детский сад, остаются за скобками. Если больше некому разбираться с галантами, то он, майор Линдгрен, лично займется ими. Ему ещё тигрят в Астроленде катать.
Контр - адмирал тянул, не отпускал. Бедный ус, ему здорово досталось за последние полчаса. Старика явно, что - то угнетало.
Соперничество между военной разведкой и контрразведкой — дело обычное. Представители спецслужб друг друга недолюбливали, но время от времени сотрудничали. Сейчас случай выдался именно такой. На кону стояла не много не мало судьба Конфедерации, если не сказать всего человечества. Все амбиции и счеты по неволе отходили на второй план. Но в паутине извилин, глубоко в мозгу дергала за ниточки недоверия её величество, госпожа интуиция. Не нужно особых талантов сообразить, что известие с русского планетки господа из Центрального бюро внешней пропаганды могли получить от застрявшего там агента. Естественно подобная информации широко не распространяться, и выдается в дозированном виде. Бюро далеко не сборище одних хлипких интеллектуалов, но привычка рисковать чужими шкурами - не новость. Раз обратилось к военным, ожидается пекло. С этим ясно. Но паучье чутье надоедливо перебирало лапками, назойливо щекоча нервы: "ловушка ".
Его опытного разведчика разводили, как мальчишку, а он не мог вычислить подвох.
Глаза на выкате зацепились на рыжем ежике волос на макушке командира разведчиков.
Возмужал мальчик, копия отца: от разворота плеч до веснушек, которые ни одна щетина не могла скрыть. Контр - адмирал хорошо знал отцов Пауля и Салли, и отнюдь не только по холостяцким попойкам в бытность курсантом. Мать леди Линдгрен приходилась дальней родственницей Пауку. Именно он подсказал товарищу, Раулю, помолвить сына с дочерью погибших военных врачей Ричелов. И теперь ему, главе разведки, приходилось отправлять своих людей смерти в пасть в слепую.
— Вы понимаете, майор, что любые доставленные Вами сведения будут на вес золота, - прервал молчание контр - адмирал.
— И Ваш рапорт буду читать не только я, но и другие, — продолжил он с нажимом на последнем слове.
Линдгрен, уже взявшийся за фуражку, отложил её в сторону. Глаза начальника и подчиненного встретились. Губы командира "ИГЛЫ" сжались в узкую полоску. Мозг ускоренно начал обрабатывать новую информацию. Кто может быть допущен к секретным документам кроме военной разведки? И почему это так нервирует Паука? Стоп, стоп. Уж не само ли Бюро поспешило отметиться, известные любители загребать жар чужими руками?
Линдгрен потер подбородок.
" Спасибо, старик, — мысленно поблагодарил он, — не подвел и на этот раз.
Ну, теперь жди сюрпризов. Майор покрутил оказавшуюся снова в руках фуражку. Если придется делиться, значит, информатор их. Ловко.
Контр - адмирал заметил, как усмехнулся и мотнул головой подчиненный.
— Разрешите уточнить, сэр, — обратился глава десантников к начальству.
— Уточняйте, майор, — кивнул Паук.
— Как быть с местным населением. Планета русская.
Накручивание уса на палец прекратилось. И выпученные глаза контр - адмирала выкатились ещё больше, чтоб через мгновение превратиться в две щелочки с хищным блеском.
Ну, конечно, старый ты, хрыч. Совсем галантов голову задурили. Так, просмотреть очевидное. Привык считать, что Российской Федерации уже лет, как семнадцать нет. При этом Бюро о русских молчит, а вручать артефакт десантникам должен какой то докторишка Ривс.
— Сориентируетесь по обстоятельствам, — пригладил глава военной разведки усы.
Ну, уж нет. Его спецназовцы мальчиками на побегушках у агентов Бюро не станут.
— Готовьтесь. До отлета Ваши полномочия будут уточнены, — распорядился контр - адмирал.
Паук обещание выполнил и лично перед стартом вручил майору приказ о назначении полномочным представителем интересов Конфедерации на бывшей российской Эрлике с правом требовать подчинения и содействия от всех гражданских и должностных лиц Конфедерации, застрявших на территории контролируемой галантами.
Усталый, но бравый контр - адмирал с чистой совестью пожал руку на прощанье командиру "ИГЛЫ " и хлопнул по плечу: этот раунд пока остался за ним.

0

14

ошибка

Отредактировано Биталина (07-01-2018 02:39:15)

0

15

Биталина

С Днём рождения!

0

16

Спасибо)

0

17

Глава четвертая. Эрлика. Самостоятельные и взрослые.
Озорной лучик солнца проник сквозь изумрудную листву и пощекотал треугольный носик. Черные ноздри вздрогнули, бархатные веки шевельнулись. Приоткрылся один янтарный глаз, следом второй. Котенок, ростом с тигренка, сладко зевнул, мотнул головой и сел. Завтрак, похоже, откладывался. Старший кот свалил на охоту, не покормив. Детеныш почесал лапой за ухом и пару раз лизнул себя по груди. Зачесалось в боку. Котенок потрепал себя задней лапой. С другой стороны, он уже большой, все знает. Инстинкт подсказывал: за добычу наградят молоком или родитель, или те другие члены прайда на горе. Малыш потянулся, выбрался из логова между корней и, задрав короткий хвост, решительно потрусил по камням в чащу.
Ковер прелой листвы мягко пружинил. Канаты лиан путались над тропой. Нос щекотал медовый аромат клематисов, малиновыми, сиреневыми гирляндами перекинутых между стволами. В глазах рябило от трепета крыльев пестрых бабочек. В уши врывался стрекот цикад и щебетание птиц. Изумрудный шатер из листвы и ветвей берег прохладу, но с каждым шагом дышать разогретым, влажным воздухом становилось все тяжелее и тяжелее. Юный охотник уже запыхался, а вредная дичь ловиться не спешила. Вывалив розовый язычок из пасти, юный охотник присел под кустом передохнуть. Нос учуял слабые нотки мускуса — запаха хищной игуаны, грозы лесных обитателей. Котенок повел усами. Вот, это удача! Ящерица – хамелеон парализует жертву ядом хвостовых игл. Остерегается зверье коварную ящерицу, но только не они — мраморные коты, всесильные хозяева джунглей. Яд игуаны для них безвреден, а нежное белое мясо — любимое лакомство. И мускус — не помеха.

От запаха самих котов прячутся в норах гигантские крысы, скуля, разбегаются носорогие гиены, уступают дорогу скалоподобные винтороги - орангутанги. Угольно-черную шкуру с нитями серебристого подшерстка не разглядеть ни темноте, ни среди отполированных ветром базальтовых и мраморных скал. Отразится от лоснящихся боков свет звезд, вспыхнут в ночи янтарные глаза. Неуловимый бросок мускулистого тела, и когти-кинжалы вонзаются в бока несчастного. Оскал, и хрипит жертва разодранным горлом, застывает на траве кровавая роса.
Но не только мощь и бесстрашие делают тебя царем округи. А сообразительность, интуиция, быстрота реакции и расчет. Да, с одной стороны, мраморный ужас джунглей - свирепые одиночки, непокорные и не терпящие чужаков в своих владениях. Но их мало. Раз в году среди горных отрогов спариваются особи, чтоб разойтись и произвести на свет по одному детенышу. Малышами ещё будут обмениваться, чтоб с молоком впитали запах прайда, не выбрали в партнеры родню, но по первому зову рванули на помощь. И горе тем, кто посягнет на семью.
Ведомый обонянием, котенок шлепал вниз по склону. Ящерица здорово кусается, и надежно защищена панцирем из роговых пластин. Но он же — большой и сильный!
К лесным ароматам прибавился запах морских водорослей. Просветы среди листвы заполнила синева. Качнулись ветви родендроидов с пунцовыми бутонами, и сомкнулась за спиной зеленая стена. Солнечные лучи ударили в зрачки. Веки дернулись, желтые глаза превратились в узкие щелки. Нагретые камни обожгли подушечки лап. Дальше только зыбкий раскаленный песок, море и скалы. Брести, уже нет сил. Проклятая игуана, куда она подевалась? Неужели лезть вверх по каменистой гряде? Малыш принюхался. Ветерок донес от скал незнакомый запах. Незадачливый охотник повернул голову, и в этот миг бок пронзила острая боль. Котенок завизжал и вцепился зубами в тонкое жало. Боль обожгла сильней. Малыш крутанулся. Новое жало воткнулось в шею. Мраморный детеныш заскулил и, распластавшись на камнях, затих.

0

18

***
Осколки базальта впивались в подошвы из крысиных шкур. Из-под ступней то и дело вывертывались мелкие камешки и прыгали по уступам вниз.

Скалы дышали жаром. Океанский бриз не достигал их, застревая в джунглях. Нагретая горная порода царапала пальцы. Рубашка под кожанкой взмокла. Но цепляясь за кусты и трещины, Славка продолжала карабкаться по склону к зарослям.

Джунгли манили прохладой и пугали встречей с вредной, опасной живностью. Но впереди ждала глубокая расщелина, обойти которую можно было, только спустившись через подлесок к пляжу. На другой стороне пропасти, сбегала к морю заветная гряда серых скал — цена нарушения строжайшего отцовского запрета уходить далеко от дома.

С утра девочка не ленилась, выполняла все поручения взрослых: пропалывала грядки на террасах, кормила кур и меняла траву в загонах для коз. Но стоило полуденной жаре загнать всех в грот, она выскользнула на волю якобы собирать травы.

Сегодня или никогда она доберется до береговой пещеры и лично займется планшетом - единственным средством связи с подводным комплексом. Надо же что - то делать. Сколько можно терпеть? Неизвестность, хуже всего. Прошло уже семь дней, а мама не возвращается. Вместе с ней на МОНИК застряла и вся смена техников с оператором.

Но надо успеть до возвращения отца. Его ждали ещё вчера. Папа, конечно, найдет выход, но из грота не выпустит. С этим у него жестко: горы - не место для прогулок, женщинам и детям одним на склонах и в лесу делать нечего.

Славке ещё повезло. Мама, Мария Сергеевна, на правах главной целительницы общины часто брала девочку с собой лазить по уступам. Славка многому нахваталась от неё. Мама, сопровождавшая папу в экспедициях, и научила: как не потеряться, где укрываться и как защищаться.

А потом Мария Сергеевна вернулась к работе на МОНИК, и девочка оказалась предоставлена сама себе. Так уж вышло, что сверстниц у неё в общине не было: либо девушки по старше, но уже с детьми, или малявки.

Мальчишки, игравшие с ней в детстве, устремились в круг охотников, и забыли о подружке. Для подростков все просто: если ты мужчина - значит добытчик, если маленький, девчонка - паси коз и помогай на грядках.

Папа, воспитывал наследницу в строгости, но, будучи главой общины, не мог держать её все время при себе. За Славкой и присматривали все, по немного, но там, где "все"— там и "никто". Но юная травница не унывала, а тишком от родителя, продолжала шастать по окрестностям. Глупые мальчишки, таскающиеся за взрослыми, они и не представляли, что такое настоящая свобода.

— Здесь главное не нарываться, - как говаривал Матвеич, — и не опаздывать на вечернюю поверку.

Степан Матвеич Матюшин - главный маг - экспериментатор общины, с легкой руки того же отца. Вот, кто никогда не отказывал девочке ни во внимании, ни в общении.

Его пещера-лаборатория, в одном из боковых проходов из центральной залы, являлась вторым местом, где охотно пропадала дочь главы общины.

Тут глубоко под землей хранилось все уцелевшее оборудование и снаряжение геологического отряда. Здесь же старый ученый - физик ставил свои опыты -"химичил", постоянно что-то, нагревая, расплавляя на небольшой жаровне.

А ещё Матвеич обладал Книгой - плоской с прозрачным экраном. Доступ к ней ребятам был заказан, но для Вячеславы, как звал девочку только ученый, делалось исключение.

Это не могло не вызывать тайную зависть у мальчишек, заставляя их ещё больше задирать нос перед сверстницей.

Славка же могла часами зависать над планшетом, водя пальцем по экрану, переходя с файла на файл. Сколько же интересного, необычного таила в себе эта прямоугольная тарелка из незнакомого материала! Возможно, именно эти долгие бдения над книгой и позволили Славке вырваться вперед в обучении в пику "мужской части" класса

Именно от Матвеича девочка была в курсе главных судьбоносных для себя моментов. Первое, это старый физик привел маму врачом в отряд геологов, и спас тем самым папу от участи бегать по горам холостым неандертальцем. Второе, своим появлением на свет лично она обязана галантам: у папы с мамой, наконец то, нашлось свободное время обзавестись ребенком.

О событиях тех лет Славка знала только из рассказов взрослых.

От первого налета инопланетян геологов с родными спасла пещера на горе. Уникальный грот открыли спелеологи, а на экскурсию туда затащила всех мама. Потом геологи вместе со всеми разбирали завалы Океанограда. Но жить перебрались в грот, в котором ученые успели заложить небольшую базу для работы в горах. Матюшин первый догадался, что оружие галантов выжигает любой металл на поверхности земли. Их тогда не послушались. Уцелевшие жители остались в бухте дожидаться помощи метрополии, а спасатели с МОНИК из русского персонала с иностранными коллегами — в надежде вернуться в подводный комплекс. Но центр не откликнулся, и на МОНИК забыли о товарищах в берегу. После второго налета последние выжившие раз и навсегда покинули развалины города.

Так родилась община на горе. Люди выбрали правление во главе с начальником геологов, Владимиром Вересовым — отцом Славки.

Огромная пещера c озером и чудо-кристаллами стала для всех общим домом.

Как только солнце заходило, «каменный цветок» начинал светиться, а вода отдавать накопившееся за день тепло.

Матвеич что-то говорил об эффекте солнечной батареи. Девчонка не очень представляла, что это такое. Но в пещере даже в самые холодные ночи сохранялось тепло и, только в недолгие зимние месяца приходилось пользоваться жаровнями для обогрева.

Жилища, загоны для коз и курятники общинники построили на самой верхней террасе, среднюю отвели под хозяйственные нужды. А третью оставили для отдыха, здесь играли, гуляли и купались.

Славка тоже любила посидеть на берегу спиной к цепочке костров, опустив ноги в теплую воду, любуясь на волшебное мерцание кристаллов, озарявших грот неровным молочным светом, от отражения которых в воде, казалось, исходило свое особое свечение.

Нарушительница добралась до края пропасти и осторожно посмотрела на уходящие вглубь отвесные стены. Пот заливал глаза. Выбившаяся из-под банданы челка прилипла ко лбу. Туристка сдвинула назад кепку, уголками косынки вытерла лицо и запихала обратно под ткань золотистые кудряшки. Потом костяшками пальцев потерла слегка вздернутый кончик носа.

Идти дальше предстояло вдоль расщелины, через заросли, чьи дурманящие запахи уже кружили голову. Хватаясь за плющ и лианы, девочка бочком начала спускаться по корням вниз.

Неожиданно внизу завизжал котенок. Скалолазка остолбенела, прислушавшись. Отчаянный скулеж - плач долетел с пляжа и оборвался. Славка, немедля, бросилась напролом к морю. Ветви орешника хлестали по щекам. Корни подставляли подножки. Срываясь, туристка, налетала грудью на валуны, сбивала локти и колени о камни. В горле пересохло. Что с малышом? Только бы ничего не случилось.

Последние метры по насыпи пришлось съехать на пятой точке. Тяжело дыша, девчонка, наконец, встала на ноги и перевела дух. В просвете между скальной грядой и деревьями проглядывал кусок пляжа. Проведя тыльной стороной руки по носу, девочка шагнула, и тут её толкнули. Кто-то тяжелый, липкий и холодный облапил её со спины, и колющие удары посыпались на ноги и бока. Как же она могла забыть?!

Шестилапая эрликанская игуана - "Шипучка", как обзывали её дети. Первое время ящерицы доставляли немало хлопот обитателям грота. Но за дело серьезно взялись мама с Матвеичем и создали порошок-антидот из высушенного яда той же игуаны. Быстрый прием его позволял отделаться потерей сознания. Небольшие мешочки снадобья теперь были у всех, уходящих далеко от дома. А когда по договору начали отлавливать животных для МОНИК, с подводного комплекса вытребовали микрошприцы из стеклопластмассы.

Антидот валялся и в торбе на плече, но до шприца мешали дотянуться цепкие объятия игуаны. Девчонка вертелась на месте, сбрасывая ящерицу и спасая шею от зубов рептилии. Брыкаясь, она чертыхалась на юркий тюбик-ампулу в безразмерной сумке. Хвост игуаны плетью обжигал руки и щеки. Яд уже начинал действовать: немели кончики пальцев и подгибались колени. Под весом «шипучки» горе-туристка едва не падала. Новый толчок сзади чуть не уронил её носом в землю. Но лапы хищницы разжались. Тяжесть с плеч спала.

Брякнувшись на колени, Славка ухватилась за шприц, скинула колпачок и всадила сквозь штанину в ногу. И только потом оглянулась.

Позади, сжимая в руке камень, стоял незнакомый парень в синих трусах. На его обнаженном торсе набухали бордовые полосы ссадин. У ног чужака валялась тушка ящерицы. Глаза девчонки распахнулись, ротик приоткрылся. Славка хотела крикнуть, предложить помощь, но язык отказался ворочаться, голова закружилась и вокруг потемнело.

0

19

Биталина написал(а):

Осколки базальта впивались в подошвы из крысиных шкур. Из-под ступней то и дело вывертывались мелкие камешки и прыгали по уступам вниз.

Скалы дышали жаром. Океанский бриз не достигал их, застревая в джунглях. Нагретая горная порода царапала пальцы.


Нет связи между предложениями. Вроде как смысл один, но как будто предложения из разных абзацев что-ли, понять не могу. ИМХО, стоит переделать...

Океанский бриз - это легкий морской ветер, почему он застревает в джунглях?

"Нагретая" порода царапает пальцы? Нагревшись камень обычно обжигает, но не царапает.

Биталина написал(а):

Джунгли манили прохладой и пугали встречей с вредной, опасной живностью.

имхо, лишнее

Биталина написал(а):

кормила кур и меняла траву в загонах для коз

зачем менять траву?

Биталина написал(а):

асто брала девочку с собой лазить по уступам


имели ввиду по горам?

Биталина написал(а):

Для подростков все просто: если ты мужчина - значит добытчик, если маленький, девчонка - паси коз и помогай на грядках.

если маленький или девчонка

Биталина написал(а):

Но центр не откликнулся, и на МОНИК забыли о товарищах в берегу.

оставшихся на

Биталина написал(а):

Люди выбрали правление во главе с начальником геологов, Владимиром Вересовым — отцом Славки.

почему то у меня правление ассоциируется с каким нибудь заводом, компанией, акционерным обществом или трестом.

Биталина написал(а):

Пот заливал глаза. Выбившаяся из-под банданы челка прилипла ко лбу.


бандана не даст поту залить глаза

Биталина написал(а):

Туристка сдвинула назад кепку, уголками косынки вытерла лицо и запихала обратно под ткань золотистые кудряшки.


стоит заменить на что-то другое, режет слух

на бандану она еще и кепку надела?

Биталина написал(а):

Срываясь, туристка, налетала грудью на валуны, сбивала локти и колени о камни.


Биталина написал(а):

. Скалолазка остолбенела, прислушавшись.

Все таки стоит определиться кто она турист, скалолаз, нарушитель?

Биталина написал(а):

Срываясь, туристка, налетала грудью на валуны, сбивала локти и колени о камни.


Одного раза будет достаточно, не то чтобы бежать, идти навряд ли сможет.

Биталина написал(а):

Антидот валялся и в торбе на плече, но до шприца мешали дотянуться цепкие объятия игуаны. Девчонка вертелась на месте, сбрасывая ящерицу и спасая шею от зубов рептилии. Брыкаясь, она чертыхалась на юркий тюбик-ампулу в безразмерной сумке. Хвост игуаны плетью обжигал руки и щеки. Яд уже начинал действовать: немели кончики пальцев и подгибались колени. Под весом «шипучки» горе-туристка едва не падала. Новый толчок сзади чуть не уронил её носом в землю. Но лапы хищницы разжались. Тяжесть с плеч спала.


Какие могут объятия у игуаны? Все таки она же не обезьяна.  :confused:

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

0

20

Биталина написал(а):

А планета в ходе боевых действий лишилась воздуха, пригодного для дыхания людей. Поэтому никто тогда и не возражал против включения Эрлики в состав Российской Федерации. Но со временем Россия изыскала средства для очистки атмосферы.

Как-то не вяжется по смыслу. Если планета лишилась воздуха, то восстановление атмосферы, а не очистка. А если очистка, то, скорее всего, планета не лишилась воздуха, а что-нибудь типа "в ходе боевых действий воздух на планете стал непригоден для дыхания людей", ну или научнее "в ходе боевых действий атмосфера планеты стала непригодна для пребывания в ней человека без дыхательной маски".

0


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Конкурс соискателей » «Диверсия Эрлика»