Теперь можно и вернуться к действию нашего повествования.
- Если повредила, то поздно уже, - всё ещё раздражённо ответила Меркушева, - Раньше думать надо было.
- Может, стоит промыть желудок? – беспокоилась Гуля.
- Мы два раза там ели, потом поспали ещё, в желудке уже ничего нет, - рассудила Мария, - Теперь или пронесёт, или … тоже пронесёт, но в другом смысле.
- Ладно, девочки, что будет, того уже не миновать. Давайте займёмся вашим веществом, - подвела черту Альбина.
Её комната помимо девичей спальни была ещё оборудована как домашняя лаборатория.  Первым делом Альбина посмотрела образец на просвет. Жидкость была полностью непрозрачная. Открыв крышку, девушка осторожно поднесла бутылку ближе к лицу и ладонью стала подгонять воздух к носу. Вещество имело лёгкий запах озона.
- Мы там возле озера нормально дышали, только свежестью пахло, как после грозы, - сказала Гуля.
- Вы смертники вообще! – ответила Альбина, - А я всё как положено делать буду.
Она намотала клочок ваты на спичку и окунула в бутылку. Жидкость впитывалась медленно, словно нехотя. Когда, наконец, на ватке набралось достаточно вещества, Альбина мазнула им по предметному стеклу микроскопа. То, что осталось на стекле, почти сразу же собралось в одну сферическую, абсолютно непрозрачную  каплю. Оставшуюся на ватке жидкость Альбина осторожно попробовала поджечь другой спичкой. Вещество не воспламенялось. Поместив предметное стекло с мазком под объектив микроскопа, девушка попыталась рассмотреть какую-нибудь структуру у вещества.  Прибор с 900-кратным увеличением показывал только гладкую поверхность. Альбина пустила к окуляру мнущихся в любопытстве подруг, а сама, набрав немного светящейся жидкости в пипетку, стала пробовать растворить её по очереди в воде, спирте, ацетоне и олифе. Вещество не смешивалось ни с чем, а при интенсивном взбалтывании стеклянной палочкой распадалось на мелкие шарики, которые почти сразу же снова слипались вместе. Проверка на кислоту и щёлочь уксусом и содой тоже не привела ни к чему. Жидкость упорно не желала вступать ни в какие реакции. Вращение на самодельной центрифуге (золотые руки Сансарыча) тоже не дало результатов. Не выпадал никакой осадок и вещество оставалось однородным. Тогда Альбина налила немного жидкости в пробирку и поставила на спиртовку.  Прошло пять минут, десять, пятнадцать – жидкость не закипала. Более того, оказалось, что пробирка совсем не нагрелась и оставалась комнатной температуры.
- Так не бывает! – поражённо воскликнула девушка, - Не должно быть! Тепло же должно куда-то деваться! Это противоречит законам природы!
- Что там? - оторвавшись от микроскопа спросила Мария, - Получается что-нибудь?
- Да ни фига!
Поглощенная научной загадкой Альбина, казалось, забыла о своём возмущении беспечностью друзей, но её раздражение никуда не делось, просто поменяло направление.
- Это вообще непонятно что! – возбуждённо поведала она подругам, - Ничего подобного науке неизвестно!
- А оно не ядовитое? – опасливо спросила Гульнара.
- Сейчас проверим, - химичка со снятой с огня пробиркой решительно направилась к засыхающей в горшке на окне традесканции, - Всё равно всегда забываю полить.
Альбина осторожно капнула светящимся веществом на пожелтевший лист. Тот не отреагировал. Если жидкость и являлась ядом, то не быстродействующим.
- Ну, ладно, раз с определением состава ничего не получается, пойдёмте собирать продукты, - разочарованно произнесла химичка, выплеснув из пробирки остатки вещества под корень растения.
Девушки вышли на кухню и стали проверять запасы. Через двадцать минут в прихожей уже стоял рюкзак с крупами и консервами, а также несколькими килограммами картошки и лука. Альбине осталось собрать только тёплую одежду и кое-какие личные вещи себе и отцу.
Открыв дверь в свою комнату, девушка приглушённо вскрикнула. Большую часть помещения занимала, и уже приближалась к выходу зелёная масса переплетённых лиан с мясистыми листьями в ладонь величиной. Толстые, как у виноградной лозы стебли ползли вдоль стен по полу и под потолком, прямо на глазах медленно образовывая новые ростки, на которых тут же проклёвывались молодые листья.
- Вот это полила цветочки! – пораженно прошептала Альбина.
- Ой, что это тут? – выглянула из-за её спины подбежавшая на вскрик Гуля.
- Тут джунгли! – ответила химичка.
- Это вещество так на традесканцию подействовало? – полувопросительно-полуутвердительно сказала подошедшая Маша.
- Да. С ним осторожно надо, не прикасаться. Если не хотим почувствовать себя Гуливерами, - ответила Альбина, - Оно сильно стимулирует рост. Очень сильно!
Раздвигая руками заросли, она начала пробираться к своему столу, на котором стояла открытая почти полная бутылка с образцом. К счастью, растущие побеги не задели и не перевернули её. Девушка закрутила пробку, тщательно и осторожно протёрла салфеткой бутылку, пробирки, предметное стекло микроскопа и всё, что контактировало с веществом. Использованную салфетку химичка аккуратно упаковала в пакет и плотно его завязала. Затем достала из ящика стола резиновые перчатки себе и подругам.
- Давайте, помогайте, - попросила она, - Нужно это всё убрать. И старайтесь, чтоб сок на кожу не брызнул.
И девушки принялись состригать побеги, нарезать их для удобства выноса кусками длиной около метра, и складывать в прихожей. Расчленённая традесканция продолжала сопротивляться уничтожению, выпустив по всей поверхности отрезков тонкие корешки, как если бы отросток поставили в воду. Но расти перестала. Примерно через полчаса весь взбесившийся цветок лежал копной в прихожей, а в горшке сиротливо торчал пенёк толщиною с садовый шланг, уже без захватнических намерений. 
В это время вернулись мужчины.
- Ну, что, вы готовы? – спросил вошедший первым Меркушев, - О, а это что?
- Это была моя традесканция, - ответила Альбина, - Я её полила той жидкостью, что Саня принёс.
- Он во дворе с мотоциклом остался, пойду его позову, - заглядывая с лестничной площадки сказал Адиль, - Надо же это всё вынести отсюда.
- Рюкзак с продуктами вниз захвати, - скомандовала Альбина, - Я пока вещи соберу, только-только комнату освободили от этого.
Поднявшийся Сансарыч хмыкнув, поглядел на стог в прихожей.
- Адик, давай это сколько поместится, в коляску мотоцикла закинем, - сказал он.
- Зачем? – не понял Адиль.
- Вокруг входа в пещеру разложим, оно с корнями уже, чуть землёй присыплем и остатками из бутылки польём. Пусть растёт, чтоб никто проход не заметил.
- Это хорошая мысль, - одобрил Адиль, - Главное, на обратном пути самим через заросли продраться.
И они начали таскать зелёные поросли вниз. Хорошо, по причине позднего времени во дворе уже почти никого не было, кроме группы подростков в беседке, и соседи не засыпали вопросами, что за зелень в таком количестве туристы выносят из квартиры Меркушевых.
Около одиннадцати вечера выехали со двора. И почти ровно в полночь, под ярко сияющей растущей половинкой лунного диска уже сажали вокруг каменной плиты побеги мутировавшей традесканции.
Естественно, обстановка располагала к тому, чтобы кто-то обязательно вспомнил и пошутил насчёт поля чудес в стране дураков. Так как Ярогор по уважительной причине отсутствовал, эту миссию взял на себя Адиль.
На что Сансарыч сказал:
- Вот доберутся эти лианы корешками до озера с этой чудо-водичкой, будет тогда здесь поле чудес с Мировым Древом Ашваттха.
- Это вряд ли, - ответил Адиль, - Почва вокруг плиты в нашем мире находится, а через иномирский камень даже эти мутантские цветы так далеко не прорастут.
Политая остатками пробы из бутылочки традесканция, тут же начавшая укореняться и разрастаться, разворачивала листья, словно уши и, казалось, прислушивалась к этому разговору. Прислушивалась и брала сведения на заметку.
Наконец, примерно в полпервого ночи, переступив через пакет с мусором и закрутив за собой калитку куском алюминиевой проволокой, скифы вошли в пещеру