Добро пожаловать на литературный форум "В вихре времен"!

Здесь вы можете обсудить фантастическую и историческую литературу.
Для начинающих писателей, желающих показать свое произведение критикам и рецензентам, открыт раздел "Конкурс соискателей".
Если Вы хотите стать автором, а не только читателем, обязательно ознакомьтесь с Правилами.
Это поможет вам лучше понять происходящее на форуме и позволит не попадать на первых порах в неловкие ситуации.

В ВИХРЕ ВРЕМЕН

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Конкурс соискателей » На разных берегах


На разных берегах

Сообщений 31 страница 40 из 89

31

Ближе к оконечности косы Чушка ветер и вправду засвежел. Так что оправдалось древнее воспоминание Андрея Михайловича, как они с классом ехали на экскурсию в Керчь, и как многих попродувало на пароме. В их классе заболело человек шесть, и еще кто-то из «А». У него самого насморк был, но недостаточный для освобождения от занятий, и тогда Андрюша даже грустил, что продолжал ходить в школу.
Вот только дорога по керченскому берегу практически не запомнилась. Да и из кавказского тоже немного: узкая полоска косы и все. А на том берегу? Да тоже немного: стена крепости Ени-Кале с угловыми башенками-фонариками буквально рядом с автобусом и практически все. Остальные воспоминания: это уже сама Керчь и на выезде из нее. Царский курган, Аджимушкай, Митридат и роскошный вид оттуда. Наверное, это почти все, разве что памятник Вере Белик в школьном дворике.
А вот внешне берег не запомнился. Да, он выше, горист, хотя это, конечно, не Эльбрус с Казбеком. Но по сравнению с Чушкой и дальше… О, а ведь Геннадий раньше работал в Керчи! Вот пусть и посвятит в тайны здешней географии, где тут что есть. По городу –само собой, но можно и сейчас, что и где видно. И шофер не подвел:
--Вот эта коса слева, это не коса, а остров, Тузла зовется. На татарском языке это значит что-то вроде «Соль». При царе еще это был такой полуостров-коса, каких на Приазовье много: Бердянская, Обиточная, Ейская. Но нашлись тут местные рыбачки, которым тяжело было вдоль всей косы веслами махать, и решили они прорыть небольшую протоку через песок, чтобы быстрее в рыбном месте оказаться. И вырыли себе канал, ну так, чтобы байду протащить и днище по песку не сильно скрипело! А потом шторм был и волны промыли уже здоровую промоину! И стала коса островом! Вот как рыбачки мир изменили, и сами не знали, что сделают. От конца Тузлы до другого берега верст пять, причем бают, что если от крепости до Тузлы на лодке поплыть, то тебя вынесет на косу, хошь ты этого или не хошь.
--А кто на косе живет? Ну, точнее, жил до войны?
--Я, товарищ комиссар, уже давно из Керчи уехал, потому и точно не скажу. При мне там рыбаки свои дела делали, и ходили слухи, что завод имени Войкова там что-то хочет построить. Не то пионерлагерь, не то профилакторий. Может, уже и построили, хотя место очень ненадежное. Турлучныей домик для рыбаков с буржуйкой-это можно. Даже если его в шторм смоет, невелик труд снова сделать. А вот пионерлагерь-не знаю, но, по-моему, опасно.
--А что за крепость? Ени-Кале?
--Нет, товарищ комиссар, она воон там, по другую сторону Керчи. Ени-Кале-она пустая стоит, никому не нужна. А эта, вот только не знаю, как ее зовут, еще и сейчас для дела используется. Нас с завода летом как-то отправляли туда какие-то грузы возить из порта, так склады там были и зенитная батарея. Правда, ее там я не видел, это Ефим Мащенко возле нее там что-то сгружал, так и сказал, что похожие пушки он видел, когда действительную в Севастополе служил. Стояли там моряки, по форме судя. Нас еще предупредили, чтобы паспорт взяли или профсоюзный билет, чтобы внутрь пропустили. И правда, в каждый билет заглядывали и с мордой лица сверяли, похож или нет. Порядок! Не то, что у этих вот саперов, что с нами едут…
--А это что за селение?
--А тут по прибрежной дороге поселок на поселке, товарищ комиссар. Только один закончится, как другому пора начинаться. Опасный, Капканы, Колонка.
Но мы их сейчас не увидим. Нам сейчас налево, к Камыш-Буруну. Вот, видите- коса, что вход в порт прикрывает? Туда и поплывем.
--А что там есть?
--Я, товарищ комиссар, здесь уже давно не живу. В двадцатых годах деревушка и пристань были. А потом, в первой пятилетке, стали расширять завод имени Войкова и для него стали увеличивать добычу руды, потому и построили здесь фабрику для ее переработки. Вот слово, каким ее называют, я не помню. Но там руду обогащают и что-то еще с ней делают, чтобы удобнее плавить. То железо, что для войковцев лишнее- то собирались вывозить, для чего и порт стали строить. Но я в нем не бывал, сейчас и увижу, что там понастроили.
--А сколько между Чушкой и крымским берегом?
--Да совсем немного, товарищ полковой комиссар, километра на глаз с четыре. Я помню, мы на моторном катере через пролив ехали, так десять минут- и в другой песок врезались, уже выгружаться надо. Это прямо от Еникале, а севернее, поближе к маяку -там больше. Но это так, навскидку, а глазомерно [*] каждый год хоть на несколько сажен, но все изменяется. Вода песок переносит, поэтому то на одном месте, то на другом намывает мель или даже островок. Потом шторма пройдут, и островок смоет начисто. Но в другом углу намоет. Так что, если надо вплавь сейчас, отчего оборони небеса, то будет столько-то, а через неделю намыло, и на десяток сажен меньше выйдет. Не такая плохая штука, когда силы заканчиваются, под собой дно ощутить…
Геннадий рассказывал про трамвай в городе, первый маршрут которого он увидел и даже прокатился на нем, а вот второго уже не застал, потому как уехал в Краснодар и там остался. До Андрея Михайловича доносилось, что трамвай до центра города не доезжал, и что для него использовали не специальную колею, а обычную железнодорожную. Как-то он ушел в себя и слушал водителя вполуха.
Болиндер отклонился от прежнего курса влево, и ветер стал противно дуть прямо в лицо. Поэтому комиссар и водитель укрылись за корпусом «эмки»-там было полегче. Но, правда, снесло клуб махорочного дыма от курильщиков. Геннадий достал кисет из кармана и отправился им на подкрепление. Андрей Михайлович поглядел на шкипера и увидел у того во рту трубку. Гм, а он саперов угнетал под соусом пожарной безопасности и морского порядка, а они тут сами презирают его!
Но, понаблюдав немного, убедился, что шкипер пользовался пустой трубкой. Вообще в хорошо прокуренной трубке хватает табачных остатков, так что если так «курить», то никотин совсем мимо не пройдет. Но если затянуться, то все же выйдет помощнее. О, кто-то из саперов уже не махоркой пользуется, а явно просмоленным канатом, ибо такой от него дух, что аж глаза слезятся.
[*] Шофер неправильно употребил это слово.

+3

32

AD написал(а):

Ближе к оконечности косы Чушка ветер и вправду засвежел


покрепчал

AD написал(а):

Так что оправдалось древнее воспоминание Андрея Михайловича, как они с классом ехали на экскурсию в Керчь, и как многих попродувало на пароме.


переделайте, по возможности,

"Так что подтвердилось воспоминание Андрея Михайловича, как они с классом поехали на экскурсию в Керчь, и как многих ребят продуло на пароме"

AD написал(а):

В их классе заболело человек шесть, и еще кто-то из «А»

лучше заменить на "ашников"

AD написал(а):

Вот только дорога по керченскому берегу практически не запомнилась

вдоль Керченского берега

AD написал(а):

Вот только дорога по керченскому берегу практически не запомнилась. Да и из кавказского тоже немного: узкая полоска косы и все. А на том берегу? Да тоже немного: стена крепости Ени-Кале с угловыми башенками-фонариками буквально рядом с автобусом и практически все. Остальные воспоминания: это уже сама Керчь и на выезде из нее. Царский курган, Аджимушкай, Митридат и роскошный вид оттуда. Наверное, это почти все, разве что памятник Вере Белик в школьном дворике.

Честно скажу, я здесь чего-то не понял? Речь идет о Керченском проливе? Ну тогда почему три берега?
1. керченский -раз 2. кавказский 3. На том берегу?

AD написал(а):

а тоже немного: стена крепости Ени-Кале с угловыми башенками-фонариками буквально рядом с автобусом и практически все. Остальные воспоминания: это уже сама Керчь и на выезде из нее. Царский курган, Аджимушкай, Митридат и роскошный вид оттуда. Наверное, это почти все, разве что памятник Вере Белик в школьном дворике.


все- близкий повтор

КАк то лучше переделать  абзац может? Оставить описание Керчи и его окрестностей, и указать что более ничего не запомнилось, зачем по сто раз повторяться что ничего не запомнил...

AD написал(а):

Вот пусть и посвятит в тайны здешней географии, где тут что есть.


краеведения

AD написал(а):

По городу –само собой, но можно и сейчас, что и где видно.

Лишнее предложение

AD написал(а):

-Вот эта коса слева, это не коса, а остров, Тузла зовется

коса - повтор, в начале можно заменить на "полоска земли"

Тузла - правильно по татарски "Тузлы" - соленный, "Туз" - соль

AD написал(а):

Но нашлись тут местные рыбачки, которым тяжело было вдоль всей косы веслами махать, и решили они прорыть небольшую протоку через песок, чтобы быстрее в рыбном месте оказаться. И вырыли себе канал, ну так, чтобы байду протащить и днище по песку не сильно скрипело! А потом шторм был и волны промыли уже здоровую промоину! И стала коса островом! Вот как рыбачки мир изменили, и сами не знали, что сделают. От конца Тузлы до другого берега верст пять, причем бают, что если от крепости до Тузлы на лодке поплыть, то тебя вынесет на косу, хошь ты этого или не хошь.


рыбачки - близкий повтор, и лучше "рыбаки"

коса - повтор

Тузлы - повтор

AD написал(а):

-Я, товарищ комиссар, я уже давно из Керчи уехал, потому и точно не скажу.


Перенести "Я" - потому как получается что он на косе живет..

AD написал(а):

При мне там рыбаки свои дела делали, и ходили слухи, что завод имени Войкова там что-то хочет построить


своими делами занимались

AD написал(а):

А вот пионерлагерь-не знаю, но, по-моему, опасно


лишнее

AD написал(а):

Нет, товарищ комиссар, она воон там, по другую сторону Керчи.


вон

AD написал(а):

А эта, вот только не знаю, как ее зовут, еще и сейчас для дела используется


но крепость

используют

AD написал(а):

Я, товарищ комиссар, здесь уже давно не живу.


об этом он уже говорил

AD написал(а):

Но я в нем не бывал, сейчас и увижу, что там понастроили.


увидим

AD написал(а):

Да совсем немного, товарищ полковой комиссар, километра на глаз с четыре.


Да что он заладил тов-ш комиссар а час еще и полковой, замените на фамилию или имя отчество, в конце да концов, по всему тексту режет слух.

AD написал(а):

помню, мы на моторном катере через пролив ехали, так десять минут- и в другой песок врезались, уже выгружаться надо


минут десять

AD написал(а):

1.Да совсем немного, товарищ полковой комиссар, километра на глаз с четыре.
2. Я помню, мы на моторном катере через пролив ехали, так десять минут- и в другой песок врезались, уже выгружаться надо.
3. Это прямо от Еникале, а севернее, поближе к маяку -там больше.
4. Но это так, навскидку, а глазомерно [*] каждый год хоть на несколько сажен, но все изменяется


Предложение номер 3 должно следовать за предложением номер 1.

AD написал(а):

Так что, если надо вплавь сейчас, отчего оборони небеса, то будет столько-то, а через неделю намыло, и на десяток сажен меньше выйдет.


лишнее

намоет

AD написал(а):

Геннадий рассказывал про трамвай в городе, первый маршрут которого он увидел и даже прокатился на нем, а вот второго уже не застал, потому как уехал в Краснодар и там остался. До Андрея Михайловича доносилось, что трамвай до центра города не доезжал, и что для него использовали не специальную колею, а обычную железнодорожную. Как-то он ушел в себя и слушал водителя вполуха.

рассказал

Что-то он задумался

+1

33

Политуправление недавно образованного Крымского фронта располагалось в старом двухэтажном доме. Прежний владелец его был человек небедный, а оттого украсил первый этаж дорическими колоннами. На второй этаж у него денег не хватило, поэтому вместо колонн архитектор сделал выступы, напоминающие те самые колонны, как если бы их загнали в стену молотком. Как они назывались с точки зрения архитектурной терминологии, Андрей Михайлович забыл. Каннелюры? Метопы? Нет, не так и не эдак. Сандрики? Нет, это какой-то элемент над окном. Увы, не вспоминалось, а пострадавший старший лейтенант из архитекторов был далеко и подсказать не мог.
Андрей Михайлович вошел в дом и попал в круговорот броуновского движения здешних обитателей: все ходили, передвигались из комнаты в комнату, командовали, кого-то искали, потом снова появлялись…В доме, как оказалось, пристроился разведотдел (и тот частично), редакция фронтовой газеты и еще какая-то важная часть управления фронта. Возможно, и не одна, потому что подъехал грузовик, и с него стали сгружать бумаги, стулья и еще какие-то ящики. Потом прибыл второй ГАЗик и к нему из здания стали выносить такой же груз …
Собственно, ничего удивительного нет. Свежеобразованный Крымский фронт одновременно проводил операцию и формировался. Некогда это был Закавказский фронт, и он сначала оборонял Закавказье от «всяческих ему не нужных встреч», а затем провел Иранскую операцию. Севернее Главного Кавказского Хребта же пребывал Северо - Кавказский Округ, с началом войны ставший 19 армией и воюющий где-то далеко отсюда: Киев, Витебск, Смоленщина.
С продвижением немцев на плечи Закавказского фронта ложились все новые задачи. Сначала он сформировал 56 армию, которая участвовала в Ростовской операции и выгнала немцев из ненадолго захваченного ими Ростова.  Еще пришлось увеличить обороняемое фронтом побережье. Потом на очереди стал десант на Керченский полуостров. Приморская армия тоже была подчинена фронту. Итог вышло, что в район ответственности фронта вошел весь Северный Кавказ и Крым. Правда, потом часть задач была убрана, в частности, действиями 56 армии стала руководить Ставка.
При этом управление осуществлялось оперативной группой штаба фронта в Краснодаре (командующий фронтом Козлов тоже был там), а остальная часть штаба пребывала в Тбилиси, что не облегчало управление. Теперь же с образованием Крымского фронта, его управление должно было оказаться на Керченском полуострове. Тем более, что представитель Ставки Мехлис уже прибыл сюда и нашел, что с управлением войсками творится неладное и пора наводить порядок (это очень мягкие формулировки того, что он увидел и о чем сообщил в Москву).  А обе отброшенные на Ак-Монайский перешеек армии фронта должны были продолжать выполнять задачу по освобождению Крыма. Ее с них никто не снял.
Вот фронт и готовился к ее выполнению, одновременно организуясь. Новый начальник политуправления фронта только ожидался из Москвы, политотдел был в процессе переброски, тех фронтовых политработников, что имелись в наличии, заграбастали Мехлис и Член Военного Совета Шаманин. Мехлис пойманных им направил делегатами в части с требованием собрать информацию о положении частей и их состоянии, потому как после отхода штабная работа в армиях пребывала в кризисе, особенно в 44 армии, которая тяжело пострадала от удара люфтваффе по штабу и управлению ее. У Шаманина на своих политработников были собственные планы, не очень сочетающиеся с тем, чтобы они бегали на побегушках у московского гостя, выявляя для него промахи, чтобы Мехлис потом за найденные ими недостатки высказывал претензии руководству фронта.
В общем-то получалось, с точки зрения Андрея Михайловича, что он здесь в «глазу бури», то есть вокруг него бушует вихрь работы и преобразований, а он тут может сидеть и ждать, когда его захомутают и привлекут.
Сам старый доктор с позиции своего возраста предпочел бы мирно делать вид, что чем-то полезным занят до того, как все устаканится, а потом уже заняться порученным делом.
Но на его беду, старая голова сочеталась с относительно молодым телом, потому получалось, что сидеть в уголочке-это постоянно ощущать, как тебя так и подмывает что-то сделать. Экое ему тело олимпийцы подобрали. По зеркалу-под сорок, но энергии на двадцать пять!
Итого Андрей Михайлович встал перед выбором: взять и сочинить статью для фронтовой газеты вроде «Уставной порядок-основа службы!» или отправиться поискать Мехлиса либо Шаманина и получить какое-то дело.
Он решил, что писать об уставном порядке человеку, не знающему уставов, как-то некомильфо, и отправился в пасть дракона или даже двух драконов. Репутация Мехлиса всем известна, но и Шаманин в общении был не подарок.
Мехлис оказался ближе, через дом, но добраться до него было сложно. Два раза проверяли документы и спрашивали цель визита. Дальше был третий барьер из двух порученцев Мехлиса, причем оба в звании бригадных комиссаров. Один из них, по фамилии Амелин, как оказалось, слегка знал полкового комиссара до войны.
Он и сказал: «Посиди пока в этой комнате, товарищ Мехлис занят важнейшим делом. Думаю, через часок он закончит, тогда я о тебе скажу. Но будь готов получить приказ ехать, куда понадобишься.»
Андрей Михайлович и стал ждать. Потом в комнатку пристроился полковник с артиллерийскими петлицами, затем старший политрук, отчаянно робевший от того, что рядом с ним сидят двое старших по званию. Поэтому он даже сидел по стойке «смирно». Ожидание затягивалось. Стрелки ЗИФа на руке показывали, что уже прошло полтора часа, когда заглянул Амелин и произнес:
--Давай! Товарищ Мехлис ждет!
Андрей Михайлович бросил взгляд на себя в зеркало в коридоре, кое-где подправил, и двинулся к двери. Причем ему наведение лоска на себя немного не понравилось: не то, чтобы из равнодушия к своему внешнему виду, а потому, что сделал это автоматически. Что наводило на некоторые мысли. Но обсуждать их было некогда.
Пора было входить в то Место, Куда Заходить Многие Боялись. Андрей Михайлович набрал в грудь воздуха и шагнул.

+5

34

AD написал(а):

вы, не вспоминалось, а пострадавший старший лейтенант из архитекторов был далеко и подсказать не мог.


от архитекторов был далек

AD написал(а):

попал в круговорот броуновского движения здешних обитателей: все ходили, передвигались из комнаты в комнату, командовали, кого-то искали, потом снова появлялись…

имхо, лучше "все ходили, двигались из комнаты в комнату, командовали, кого-то искали, исчезали, а потом снова появлялись…"

AD написал(а):

В доме, как оказалось, пристроился разведотдел (и тот частично), редакция фронтовой газеты и еще какая-то важная часть управления фронта.

имхо, "в доме, как оказалось кроме политуправления"

AD написал(а):

Свежеобразованный Крымский фронт одновременно проводил операцию и формировался.

имхо, переделать "Формирование свежеобразованного Крымского фронта только начиналось, при этом одновременно приходилось проводить операцию"

AD написал(а):

Некогда это был Закавказский фронт, и он сначала оборонял Закавказье от «всяческих ему не нужных встреч»


о чем это Вы? непонятно... имхо, переделать.

0

35

Дверь в комнату не оказалась пастью чудовища и его не сжевала. Мехлис в этот момент стоял и глядел в окно. Повернувшись на приветствие вошедшего, он улыбнулся:
--Здравствуйте, товарищ Вяземцев! Давно мы не встречались, давно. Я услышал вашу фамилию и подумал: неужели это тот ротный фельдшер из моей дивизии? Ну, думаю, гляну. А то на Дальнем Востоке мне встретился интендант с такой фамилией, но он оказался однофамильцем, хотя и одновременно тезкой.
Вот поглядите, товарищи, какие люди у нас в дивизии служили! Докладывают как-то мне, что казаки внезапно удалили, опрокинули два батальона и движутся к штабу дивизии. Я собрал резервы, что были под рукою и двинулся туда. Постепенно оказывается, что это не два батальона побиты, а рота побежала из хутора Бужки. Пока мы туда двигались, то пяток дезертиров их этой роты поймали. Глаза с перепугу как царский пятирублевик, даже сказать не могут, кто и сколько на них напал. Прибыли мы в этот хутор, и что мы видим? Бужки таки красные, хутор охраняется ротным фельдшером (вот он стоит, у двери), бойцом Иваном Андриановым и двумя легко ранеными. Действительно, разъезд казаков налетел на хутор, бучу навел и довел роту до паники и бегства, не исключая и ротного командира. А товарищи Вяземцев и Андрианов не испугались и казаков отогнали. Потом сели на лошадь, которая от убитого казака осталась, догнали группу дезертиров, что медленнее всех бегала, отобрали у них винтовки, по загривкам им надавала и заперла в сарае. Так что полный порядок, белоказаки отбиты, хутор удерживается, двое тяжелораненых к казакам не попали, даже часть дезертиров возвращена. Разве с такими ребятами можно проиграть Деникину или Врангелю?
Андрей Михайлович зарделся. Он о таком прежнем подвиге своего тела и не подозревал. Мехлис продолжал:
--Я думал, вы учиться после войны пойдете и выйдете в медврачи. [*]
--Я, товарищ Мехлис, таки сделал, год в университете отучился, а потом меня по партийной мобилизации в Туркестан направили, так что с тех пор только разные курсы. А старые навыки - ну, иногда пригождаются, раненых перевязывать.
А вот это старый доктор сказал на автомате, и сведений у него не было. Не лежал в его вещах листок по учету кадров и справки о прохождении каких-то курсов. Все это выглядело очень подозрительно.
--И это пригодится. Вам, товарищ Вяземцев поручается важная задача. Пока политуправление фронта еще до нас целиком не добралось и товарища Ермолаева Москва еще не прислала, то используем вас для других целей. Сейчас на здешнем фронте дела происходят не хуже, чем под Бужками. Поэтому нужно собрать сведения, что происходит, на каких рубежах войска, в каком они состоянии. Да, для этого есть штабы армий, и они после потери Феодосии уже отошли и наладили передачу сведений для товарища Козлова (и при произношении этой фамилии позвучала саркастическая нотка) о том, что у них в хозяйствах делается. Но нет достаточной уверенности, что они сами знают, о чем докладывают товарищу Козлову (снова эта нотка). Но он им верит.
Поэтому вам поручается собрать сведения о… Амелин, куда в 51 армии еще нужно послать с таким поручением?
--12 и 83 бригады, Лев Захарович.
--Вот туда и пошлем товарища Вяземцева. Расскажешь нашему инструктору все, что нужно, и пусть отправляется.
И спустя час с четвертью Андрей Михайлович катил на запад в кабине Газика-трехоски. «Эмку» с Геннадием благополучно забрали на иные нужды. Впрочем, все было правильно: ему как инструктору политуправления своя машина не была положена. «Эмка» предназначалась политуправлению. А полковой комиссар Вяземцев совмещал приятное и полезным. ГАЗ-трехоска, собственно, тоже был позаимствован у зенитчиков и направлялся в 51 армию. Так что пока им было по пути. Хорошо, что успел пообедать и пристроить основной чемодан в указанный Амелиным дом. С собой был только «тревожный» и две фляги, которые ему набрал Геннадий в Тамани. Вообще удивительно, ведь Геннадий говорил, что в Керчи жил и работал шофером, а сам не вспомнил, что тут с водой не роскошно.
Водитель Андрею Михайловичу попался некурящий и неразговорчивый и попытки убить время на разговоры не получились. Когда комиссар завел разговор про проходимость варианта ААА по сравнению с обычным, то из шофера выдавилось, что сильно на это рассчитывать не надо, что где АА застрянет, там ААА пройдет. По песку- разница есть, а по грязи- что тот вязнет, что этот. Однозначно больше только точек смазки и расход бензина. Вот и поговори с таким молчуном!
Поскольку Андрей Михайлович сейчас находился не на дежурстве и нужды вытягивать анамнез из водителя не надо было, то он решил не терзать того, а подумать о своем, благо кое-что уже появилось, требующее размышления о последствиях.
Ехать предстояло приблизительно 60 километров до Семи Колодезей, куда планировали переехать штаб и политуправление фронта (собственно, это был один из немногих относительно крупных населенных пунктов между Керчью и Феодосией, да еще и на железной дороге). Там надо сдать часть груза, а затем предстоял еще один этап, километров эдак в тридцать к штабу армии. Он, по сведениям Амелина, помещался в крохотном селении Семисотка (по генштабовской карте- 18 дворов). За проистекшее время дворов могло прибавиться, но следовало учесть прошедший туда-сюда фронт. Поскольку штаб армии мог сменить место дислокации, следовало уточнить в Семи Колодезях, ну и в Семисотке тоже
Сначала Андрей Михайлович рассчитывал, что переезды на 90-100 километров займут часа полтора без учета на погрузку в Семи Колодезях, но вовремя вспомнил, что он все же в другом времени. И дороги не те, и машины не те, да и фронт близко. Так поразмыслив, он отвел на переезд часа три-четыре, опять же без работы с грузом.
Понятно, что он ошибался. В Крыму начинался дождливый период, и весь день висели тучи, хотя капало пока весьма умеренно. Всего спустя несколько суток фронт зальют дожди, превратив весь полуостров в болото разной степени непроезжести. Пока же ГАЗ-ААА мерно пер вперед, давая в среднем 10-15 километров в час. Можно было выжать и чуть больше, но на запад ехали и шли многие: колонны, обозы, артиллерия, танки… А дорога была- не шестиполосное шоссе. Периодически застревали-с кем-то там впереди случилось что-то, и поэтому подпирали друг друга. Водитель, ругаясь вполголоса, выбегал и проверял, что там с рессорами, как с водой в радиаторе и другое. Где-то посредине между Семью Колодезями и Керчью, но уже за Багеровом, колонна застряла почти на полчаса кряду. Хорошо, что из-за низких облаков налеты были маловероятными. Так, периодически за облаками гудели моторы, но кто это был- осталось неизвестным.
Пока стояли, с востока появилась группа младших лейтенантов. На вид им было лет по восемнадцать, у троих петлицы черные, еще и двоих- красные. Вид умученный, видимо идут уже давно. Вроде бы впереди нет селения-Андрей Михайлович заглянул в записанный в Керчи перечень населенных пунктов, что будут по дороге. Младшие лейтенанты пристроились на несколько камней близ дороги и дружно задымили.
--У тебя в кузове что за груз? - обратился он к водителю.
--Ящики с артиллерийскими запчастями, товарищ полковой комиссар!
--Стало быть, не сдетонируют, если их ногой задеть. А твоя «шайтан-арба» еще триста кило груза выдержит?
-- Должна, товарищ полковой комиссар! Груз шестьсот килограмм, а по норме до двух тонн на шоссе, на поселке- полторы!
-- Ну вот и подбросим этих вот младших лейтенантов докуда получится. Чтобы в поле не ночевали. Только скажем им, чтобы ногами по ящикам не ерзали, а то мы не знаем, что там внутри, но взлететь на воздух не хотим! Позови их, как трогаться будем!
-- Есть, товарищ полковой комиссар! А разрешите задать вопрос: что такое «шайтан-арба»?
--Так в Туркестане местные жители и басмачи называли горные пушки. Они могут возиться и за лошадьми, а могут разбираться на несколько частей. Кажется, на семь. Вот и каждую деталь грузят на вьючную лошадь - щит там, колеса и прочее. Так что получается похоже на арбу - это там такие телеги с большими колесами. Собрали- перед ними уже пушка и сносит их гранатами и шрапнелью, оттого и зовется именем шайтана, то есть черта. Но хочу сказать, что ребята-артиллеристы и как сабельники часто в атаку ходили.
Вроде начали трогаться. Зови лейтенантов!
[*] Были когда-то и медврачи, и одновременно  с ними ветврачи.

+5

36

Сегодня не нашел к чему придраться (возможно, потому что я выгулянный и накормленный :), за исключением одного момента:

AD написал(а):

Сейчас на здешнем фронте дела происходят не хуже, чем под Бужками.


Судя по контексту, дела не лучше, чем под Бужками, но можно сформулировать иначе, например "на здешнем фронте бардака не меньше, чем под Бужками"

+1

37

С началом движения они ошиблись. Типовая иллюзия ожидания - когда долго ждешь, когда транспорт тронется, можно и перепутать внутренний толчок с реальным стартом. Так что пока можно было и опросить юное командирское поколение.
Младшим лейтенантам тоже нужно было в Семь Колодезей, о чем они отрапортовали, представившись. Артиллеристы были из закончивших Тбилисское училище, а пехотинцы- Краснодарское пулеметно-минометное. Тбилисское училище именовалось горным, поэтому Андрей Михайлович спросил, не в горную ли они артиллерию назначены. Во вложенных в него сведениях указывалось про две горнострелковых дивизии на фронте, потом их стало даже больше. Нет, младшие лейтенанты учились   для службы на полковых пушках. Как оказалось, сейчас в училищах сокращен курс обучения, а потому и присваивается звание младшего лейтенанта, а не лейтенанта.
Они летнего набора, так что учились около 6 месяцев. Но тбилисские ребята рассказали такую удивительную историю- весною в училище набрали курсантов, что имели среднее образование и прослужили рядовыми с осени сорокового года.
Обучение они только начали. а тут война. И этот набор вообще учился по какой-то скомканной программе, а итоге их выпустили в конце сентября. Наверное, учли год службы, поэтому все ужали до минимума. То есть всего четыре месяца.
Полковому комиссару стало интересно, и он принялся расспрашивать о деталях. Оказалось, что стрельбе шрапнелью сейчас не обучают, ибо тогда не вложатся в сокращенный курс. Программа стрельб сокращенная, из орудия реально стреляли только прямой наводкой. Стрельбе с закрытых позиций учат, но в приближенном виде, то есть на миниатюр-полигоне. Тут они пояснили, видя, что полковой комиссар не знает, что это макет местности. «Стреляющий», то есть курсант, должен отработать на нем подготовку стрельбы и изменение установок.
То есть ему задают цель. Он «измеряет» дальность до нее, и называет нужные установки прицела. Второй курсант (или преподаватель), согласно этим данным, показывает «место разрыва» снаряда. Для этой цели используется удочка с ваткой, имитирующая разрыв пристрелочного снаряда. «Стреляющий курсант, видя «место разрыва», и насколько он отклонился до нужного места, изменяет установки, и называет их.
Второй показывает следующий «разрыв», полученный при уточненных установках. И так, пока цель не будет поймана в узкую вилку. Далее дается команда «столько-то снарядов, беглый огонь!»  и нужное количество залпов уничтожает цель. Если мало-снаряды добавляются. Разумеется, преподаватель видит, насколько быстро и правильно курсант корректирует стрельбу, и не затягивает ли он подготовку к открытию огня и пристрелку.  Курсанты и самостоятельно занимались такими «стрельбами», даже на подоконниках при самоподготовке- разбились на пары и «стреляют». Полковой комиссар улыбнулся и спросил про обучение стрельбе прямой наводкой по танкам. Этим тоже усиленно занимались, и куда больше, чем с довоенными курсантами. Правда, обозначать наступающие на орудие танки приходилось своими силами. Расчет работал у орудия (естественно, они не стреляли, а работали «пешим по конному», то есть проводя все, кроме выстрела). Один курсант был вроде посредника, то есть указывал, как отклонялись взрывы снарядов от танка, а командир орудия давал команды на изменение установок. В роли танка служил курсант с банником или метлой в руках-последние изображали пушку в танке. Когда ребята малость освоились, то стали учитывать стрельбу танков, и оттого «выводить» из строя» номеров расчета. А оставшиеся курсанты работали за себя и за того парня. Скорость движения «танка» и дистанция до него тоже подбирались в масштабе. В принципе, полезная тренировка. Вот только хватит ли ее при столкновении с настоящим танком? На это ответ должна была дать жизнь.
Андрей Михайлович спросил, а чем они будут стрелять по танкам. Ему с легким недоумением в голосе ответили, что бронебойным снарядом. Ага, ребята не поняли.
-- Вы правильно говорите, но я бы еще хотел знать, что вы будете делать, если бронебойные снаряды у вас кончатся, а танк все еще идет на вас?
Говорить, что танк может быть и не один, и такой, что наличными нарядами не пробивается, не хотелось.
Бывшие курсанты замялись. Видимо, сокращая курс до предела, этот вопрос с ответом убрали.
-- Самый старый метод- шрапнель с установкой на удар. Тогда она броню проламывает. Проверено еще в гражданскую, поскольку никто в полевой артиллерии бронебойных снарядов не видел, хотя их и разработали.
Метод похуже- другие снаряды со стальным корпусом. Со взрывателем нужно решить так, чтобы он не сработал, когда не надо. Поэтому можно его не вкручивать, тогда снаряд будет работать как болванка –только силой удара.  Но это методы крайние и использовать их надо –сами понимаете, когда.
Молодежь потрясенно молчала и впитывала мудрость старших по званию.
И тут Андрею Михайловичу стало стыдно и неудобно. Поэтому он воспользовался тем, что колонна таки начала движение. Видно, сломавшуюся машину удалось убрать или завести. Лейтенанты полезли в кузов, а старый доктор в кабину. Шофер уже давно был за рулем. Минуты через три-четыре тронулись. А Андрей Михайлович все переживал. Ощущалось это как-то нехорошо, типа светило из будущего поучает не знающих ничего предков! И кто бы был это поучающий! Добро бы специалист в этом деле, а всего-то нахватавшийся любитель!
Но тут острота эмоции схлынула и рациональное часть разума подала свой голос: а что тут плохого? Младших лейтенантов же не укоряли незнанием и не глумились над ними. Подсказали ту информацию, которой у них не было, а кто подсказал- да какая разница?! Хоть старый дед, что был наводчиком в гражданскую. как он подбил врангелевский танк под Каховской! Забыл от переживаний, что трубка установлена на «удар» и выстрелил в стальной ромб, и оказалось то, что надо.
Может, это кому-то из ребят жизни спасет, когда танк на их позицию въедет. Воспользуются советом неизвестного им полкового комиссара -и живы останутся, а не будут равномерно смешаны с землей. Но борьба со стыдом заняла минут с десять.
Хотя в разговоре была своя сермяжная правда: командиры из училищ приходят недоученными. Может, минимум знаний у них есть, а, может, и нет. Пехотные училища тоже будут ужимать программу и что-то выкинут. А в итоге получится невеселая шутка военных лет: "Гляди, лейтенант компас достал! Значит, сейчас будет у местных дорогу спрашивать!» Да, если в Краснодарском или другом училище этому уже не учат. А оттого надо помнить, что недоученные артиллеристы будут стрелять дольше или с большим расходом снарядов. Недоученные пехотные лейтенанты заблудятся и явятся с запозданием. А вот как сделать, чтобы это не случалось? Когда дивизия стоит в Туапсе и ей ничто не угрожает, можно и провести ликбез хотя бы по некоторым вещам. Лишних снарядов на подготовку никто не даст, но вот обучить хождению по азимуту вполне доступно. А для дивизии, атакующей Кой-Асан? Чтобы и взять его, и не лечь там костьми оттого что не туда пришли, оборону не подавили и наступали толпой, а не уставными боевыми порядками?
Нет ответа на эти вопросы. Для первого случая, наверное, надо, чтобы в штабах ясно представляли, что в Н-ской стрелковой дивизии столько-то недоученных командиров и совсем необученных стрелков, и, насколько это возможно, маневрировали частями. Если в 77й горнострелковой дивизии в артполку в основном командиры довоенной выучки, то усилить им соседнюю дивизию, которая сформирована месяц назад. Расстояния на перешейке невелики. А М-ская дивизия, которая еще только собирается переправляться через пролив, должна дополнительно учиться. Андрей Михайлович снова ощутил себя литературным попаданцем в прошлое, и Чтобы уйти от этого ощущения, достал бумагу с записанными на ней данными по маршруту и принялся снова ее изучать, чтобы не уподобиться легендарному лейтенанту из солдатских анекдотов.
На минутку на ум пришло что-то из сериалов типа «СМЕРШ» про то, что немецкие диверсанты в нашем тылу просили подвести их, а потом машину захватывали и убивали тех, что на ней ехали. Но думать об этом было лень.

+5

38

Глаз зацепился за терминологическую неточность.

AD написал(а):

Расчет работал у орудия (естественно, они не стреляли, а работали «пешим по конному», то есть проводя все, кроме выстрела).


"Пешим по конному" это совсем другое. Пришло из кавалерии, где практиковалось такое учение для неопытных всадников, которые ещё не достигли автоматизма в управлении лошадью, а групповые действия отрабатывать уже надо. Когда появились танки и самолёты, это стали делать и над лётчиками и танкистами. Но пушка-то неподвижна. Насколько я помню, для обучения используются специальные учебные выстрелы, формой и весом повторяющие настоящие снаряды и заряды (или патроны, если заряжание унитарное), но без пороха и взрывчатки. Заряжай такой в пушку, бей по нему ударником - ничего не будет... Но вот как называлось такое учение - хоть режьте, не вспомню.

+1

39

У доктора, в отличие от многих его сверстников и сверстниц, с годами накапливалось нежелание долго смотреть телевизор. А идущие годами «мыльные оперы», обсуждение на работе того, что сказала Мерседес Анхелю… Избави нас небеса! Правда, нельзя было исключить того, что живи Андрей Михайлович в столицах и имея больший пакет программ, он стал бы высказывать другую точку зрения на «зомбоящик» (как говорили молодые коллеги). Их, кстати, удивляло то, что он смотрит только вечернюю новостную программу и некоторые старые фильмы. Видимо, среди молодых врачей было принято коллег предпенсионного возраста считать людьми, что прилипают к телеэкрану, без разбору «хавают» (это тоже было их выражение) то, что там дается, да еще и транслируют почерпнутое из «зомбоящика» на остальных. Андрей Михайлович в эту парадигму не вписывался. Собственно, молодой специалист, приехав на место работы, начинал познавать, чем отличается реальный мир от того, что он принимал за таковой.
…К вечеру их машина прибыла в Семь Колодезей. Это был до войны довольно большой по здешним меркам поселок, тысячи на две жителей, и даже какие-то заводы тут существовали. Плюс к тому же пока не побитый войной. Поэтому от штабов, тылов и госпиталей тут было уже тесно. А предстояло еще потесниться. Лейтенанты, сильно довольные избавлением от пешего марша, с благодарностями сошли и двинулись, куда им предписывалось. Кстати, нельзя было исключить, что их с утра отправят (и снова «апостольскими ногами») куда-то в Ак-Монай или Семисотку, а после и дальше.
Андрей Михайлович стал искать, где пристроиться на ночь. Некоторые отставники в иной жизни говорили, что если тебя прикомандировали к какой-то части на маневры, то лучшее место для сна- это военно-медицинское. Но повторить их способ мешало такое вот соображение: медики на учениях вряд ли перегружены пострадавшими. Поэтому место прикомандированному могут выделить (как их к этому склонить-это особый вопрос).А на войне пустой госпиталь-это нонсенс в условиях месяца упорных боев.
Андрей Михайлович сделал по-своему: извлек Бумагу - От – Самого- Мехлиса и пошел в комендатуру, где навел должный шорох на ее обитателей. Представителю столь грозной конторы нашли местечко в соседней хате, точнее, в пристройке к ней. По мнению полкового комиссара, это была кладовка, ныне ставшая комнатою от великой нужды. Ибо там имелся большой сундук, прикрепленный к полу, который вместе с тюфячком и был предложен гостю вместо кровати. Длины хватило, что случалось не всегда.
Водитель был пока отправлен сдавать груз, а потом его ждало место на полу этой «жилплощали», а трехоску- место во дворе. Приязнь комендатуры простерлась даже до того, что Андрею Михайловичу выделили свечку и котелок каши на ужин. К сожалению, печки в пристройке не сложили, и родить ее комендатура не смогла. Но, правда, на дворе мороза не было. Так, несколько выше нуля. Но неприятно из-за мороси, висевшей в воздухе.
Полковой комиссар сложил свои вещички и пошел склонять хозяина дома с тому, чтобы тот нашел для шофера что-нибудь вроде топчанчика для сна. Собственные его впечатления от сна на полу их студенческих времен не вызывали энтузиазма. А тут пол еще был глинобитный, а не деревянный, то есть, грубо говоря, та же земля. «Добрым словом и пистолетом», то есть добрым словом и папиросами, что достались Андрею Михайловичу вместе с никотинизмом от прежнего владельца тела, хозяин был склонен к выдаче лавки и рядна. Впридачу хозяин открыл важную тайну. Оказывается, у соседа справа есть колодец во дворе. С этим в Семи Колодезях было не очень хорошо и до войны, а с явлением кучи постояльцев стало совсем сложно. И тем надо, и самим хозяевам, и проходящим частям, а потом ведро на дне черпает только жидкую грязь.
Пока все это решалось, стало совсем темно, да и дождь стал накрапывать. Посидев при свечке, Андрей Михайлович решил поесть каши и ложиться. Спать придется не раздеваясь, но есть надежда, что они вдвоем надышат тепла и не задубеют к утру.
В кашу явно не пожалели тушенки - гость больно важный. Съев половину ее, комиссар прикрыл котелок крышкой. К сожалению, каша сейчас еле теплая, а к приходу водителя явно остынет совсем. Но даже если ее завернуть во что-то, то это не поможет сохранить тепло. Придется тому кушать, какая есть. Андрей Михайлович добыл из чемодана фонарик-динамку и посетил двор. Теперь можно и на боковую. Разулся, снял ремни, укрылся пальто. Нет, не все. Вынул из кобуры ТТ и пристроил поудобнее. Патрон не в патроннике, курок не взведен - ну и ладно.
«Ну и пусть заклинит где-то,
Ну и пусть откажет чуть,
Мы то знаем, что и это
Обойдется как-нибудь.»
Вот так и сим победиши! Можно тушить свечку. «Ложусь на новом месте, приснись, жених, невесте». А как, кстати, у полкового комиссара с семейным положением? Откуда-то пришел ответ, что он сейчас холостой, ибо в марте прошлого года развелся. Сыну шестнадцать лет, он живет с матерью в Куйбышеве. Там тезка и жил до войны, будучи парторгом на номерном заводе. Отчего с началом войны пришлось прилагать невероятные усилия по отправке на фронт. «Взрыватели требовались и на войне, потому не ищи легкой жизни, товарищ, а мобилизуй работников на дальнейшие трудовые подвиги в условиях нехватки всего»-почти что такими словами ему отвечали на высказанное вслух и письменно желание уйти в армию. Достал он обком и горком хуже горькой редьки, даже хотели строгий выговор с занесением влепить, чтобы неповадно было. От выполнения замысла спасло соображение, какую именно формулировку подобрать. Не писать же в решении «за требование отправить в действующую армию, что равносильно дезертирству»? Пока оттачивали другую, в Куйбышев начали переезжать правительственные учреждения. Город превращался во вторую столицу страны.
Вот и тезка встретил двух товарищей по минувшим дня и прежним битвам, которых и уговорил помочь. А куда направили- и на том спасибо, что не в Туркестан снова. Тяжело жить в безводных местах. Вот тут, конечно, Керчь не самая лучшая замена пустыне, но тем не менее, тут дождик идет. Растер по физиономии и сойдет за умывание. А взбаламученные дождем ручейки и речушки? Это тоже лучше, чем полста километров тащиться по горячим пескам до ближайших колодцев и горестно убедиться, что басмачи в них сбросили дохлую животину. Или просто воды нет. Высох. Через месяц будет. Может быть.
А вот теперь умученные переходом по пустыне красноармейцы должны вычистить колодец и ждать, когда снова хоть немного водички наберется. Или попытаться углубить сухие глубины, вдруг там водоносный пласт на полметра глубже есть. Не удалось, тогда снова через силу поднялись и двинулись к следующему колодцу. При этом еще и надо идти чуть быстрее басмачей, чтобы сократить разрыв с ними. А слева от тропы ветер размел бархан, и на свет явилась иллюстрация того, что бывает с теми, кто не дошел до колодца-кости людские и животные. Беленькие, отполированные песком.

+5

40

Зануда написал(а):

Глаз зацепился за терминологическую неточность.

"Пешим по конному" это совсем другое. Пришло из кавалерии, где практиковалось такое учение для неопытных всадников, которые ещё не достигли автоматизма в управлении лошадью, а групповые действия отрабатывать уже надо. Когда появились танки и самолёты, это стали делать и над лётчиками и танкистами. Но пушка-то неподвижна. Насколько я помню, для обучения используются специальные учебные выстрелы, формой и весом повторяющие настоящие снаряды и заряды (или патроны, если заряжание унитарное), но без пороха и взрывчатки. Заряжай такой в пушку, бей по нему ударником - ничего не будет... Но вот как называлось такое учение - хоть режьте, не вспомню.

Цитата.
Кавы́чки — парный знак препинания, который употребляется для выделения прямой речи, цитат, отсылок, названий предприятий, литературных произведений, газет, журналов, а также отдельных слов, если они включаются в текст не в своём обычном значении, используются в ироническом смысле , предлагаются впервые или, наоборот, как устаревшие и тому подобное.
(с)
То есть герой так назвал учения, поняв только суть данного вида учений, и воспользовавшись условно похожим термином.

0


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Конкурс соискателей » На разных берегах