Добро пожаловать на литературный форум "В вихре времен"!

Здесь вы можете обсудить фантастическую и историческую литературу.
Для начинающих писателей, желающих показать свое произведение критикам и рецензентам, открыт раздел "Конкурс соискателей".
Если Вы хотите стать автором, а не только читателем, обязательно ознакомьтесь с Правилами.
Это поможет вам лучше понять происходящее на форуме и позволит не попадать на первых порах в неловкие ситуации.

В ВИХРЕ ВРЕМЕН

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Произведения Наталии Курсаниной » Слепой снайпер


Слепой снайпер

Сообщений 341 страница 350 из 380

341

Ника написал(а):

не было никакого дела до празднования День восхождения на престол королевы

Дня

Ника написал(а):

и торжество только заглушали глухой ропот толпы, проклинающей её.

и торжество  заглушал только глухой ропот толпы, проклинающей её,- ИМХО, так будет лучше

Ника написал(а):

Если хочешь, чтобы лодка плыла, всегда должна быть скрытая из глаз подводная часть.

Довольно странное утверждение, не находите?
Чтобы лодка плыла, нужно то, что придаст ей движение: парус, весло, течение.
Чтобы она держалась на плаву, нужно, чтоб она не заполнялась водой.
А "скрытая из глаз подводная часть" ассоциируется скорее с айсбергом, чем с лодкой. :dontknow:
Ну и "Сети" заинтриговали. Но тут комментировать еще рано, - слишком мало информации.

Отредактировано Дилетант (29-08-2018 11:59:05)

0

342

Дилетант написал(а):

овольно странное утверждение, не находите? Чтобы лодка плыла, нужно то, что придаст ей движение: парус, весло, течение.Чтобы она держалась на плаву, нужно, чтоб она не заполнялась водой.А "скрытая из глаз подводная часть"  ассоциируется скорее с айсбергом, чем с лодкой.

А если не с айсбергом, то как можно обыграть еще это выражение про подводную часть айсберга. Лодка тоже для хорошей устойчивости должна иметь киль. Как бы так сказать, что плоскодонки способны плавать только по тихим водам?
Ладно буду думать.
Но и от советов не откажусь. Может у кого-то появиться более здравое сравнение.

0

343

Ника написал(а):

А если не с айсбергом, то как можно обыграть еще это выражение про подводную часть айсберга

Может быть так: "Для того, чтоб враждебные замыслы потерпели крушение в столкновении с твоими, у них, как у айсберга, должна быть никому не видимая подводная часть"
Или:"Для того, чтоб о твою политику разбились замыслы твоих противников , у нее, как у айсберга, должна быть никому не видимая подводная часть"

Отредактировано Дилетант (29-08-2018 13:02:52)

0

344

Дилетант, я понятие айсберг хочу выключить из текста. В этих странах про айсберги не знают.

0

345

Ника написал(а):

Дилетант, я понятие айсберг хочу выключить из текста. В этих странах про айсберги не знают.

Может так: Для того, чтоб твоя лодка не утонула, нужно хорошо подготовить ее к опасностям плавания?
Или даже так:Для того, чтоб  корабль твоих замыслов не потерпел крушения и достиг своей цели, нужно хорошо подготовить его к опасностям плавания?

Отредактировано Дилетант (29-08-2018 13:38:08)

0

346

Ника написал(а):

Дилетант, я понятие айсберг хочу выключить из текста. В этих странах про айсберги не знают.


Если нужны мореходные организации, можно сказать что де посторонние видят парус и борта, но киль корабля всегда скрыт под водой.

+2

347

Никогда еще в жизни Рисманд так не задумывался. Та последняя книга, которую он так и не дочитал – «Мироздание» Эхарда так и осталась лежать никому не нужная на столе в Тенистом Логе. Надо было сказать Гасту, чтобы святому отцу отдал. Или нет, не сказал бы – просить Гаста еще раз проникать в опечатанный дом не следовало. В этой книге было много непонятного, философские измышлизмы, среди которых он терялся. Одно запомнил, что человек – это основа мироздания. Но как может быть песчинка основой такой огромной сущности, как мир? Как она может влиять на процессы, масштабов которых даже представить не в силах? А ведь всё так просто! Человек не песчинка, она нить! Одна за другой они сплетаются, образовывая целые полотна, огромные полотна истории. Даже если половину нитей вырвать, то останется основа, которая наплетет на себя новые и новые.
Рисманд лежал, уставившись в темный потолок, и думал. Слева доносилось размеренное дыхание старика. Сколько же ему лет? Наверное уже за семьдесят?. В таком возрасте надо сидеть дома и пользоваться заслуженным уважением детей и внуков. Рисманд ему во внуки или даже правнуки годиться. В таком возрасте уже не краж. И что же можно такого украсть… или кого? Эта стариковская обмолвка или сознательное уточнение? Старик-то очень не прост – скорее всего фаранийский аристократ, не гэссэндский. Но ни словом не обмолвился насчет того кто он и откуда. О прудах с лилиями и доме говорил, но, поди узнай, что за пруд. Таких прудов пруд пруди. Сажары упоминал, но опять – егеря свои или чужие не сказал, думай как хочешь. И командовать умеет и ситуацию чувствует – когда говорить, а когда молчать…
В тишине камеры раздался хриплый вдох. Второй, третий. Будто давился кто.
Рисманд привстал на локте:
- Дедушка! Эй, Дед!
Прислушался. Хрипы затихали, но ровное дыхание не появилось.
Спустив ноги, капитан опять прислушался. Почти не слышно сокамерника.
- Дедушка! – Позвал уже в полный голос.
Тишина.
Вставать не хотелось. Но пришлось.
Старик лежал на спине. Рисманд протянул руку и дотронулся до плеча. Потряс.
Никакой реакции.
- Эй, Дед! Очнись! – Закричал Рисманд, надеясь, что санитар в коридоре тоже услышит.
Тишина.
Что же делать? Может он умер? Ага, только что дышал и вдруг, взял и умер?
Рисманд слегка надавил на грудь. Старик судорожно вздохнул.
Еще раз. Только не со всей дури, а то он может с перепугу и ребра старческие сломать.
Спокойно, спокойно. Стариковское сердце бьется медленно, не спеша. Ту-дух, ту-дух. На один выдох четыре нажатия. Хорошо, что кровать по тюремному твердая, с деревянной основой, но стоять нагнувшись больно. А перестаешь нажимать и старик опять замолкает.
- Санитар! – Рисманд уже кричал во всю глотку. Подойти и постучать в дверь он не рисовал. Сердце деда билось только благодаря его нажимам. – Санитар! Твою мать, где этот долбаный санитар! Дед, давай, держись. Дыши! Вот так! Не умирай! Ты меня вытащил, так что давай – долг платежом красен! Только посмей сдохнуть после того что ты мне наговорил! Санитар!
Пот выступил на висках и капли стекали к носу, неприятно щекоча кожу. Рисманд, боясь потерять сознание, встал коленом на край койки. Стало немного легче. Но временно. Все силы уходили на то, чтобы удерживаться и не надавить слишком сильно и считать…
На крики сил уже не было.
Перед глазами темнело. Темнота рассыпалась серебряными звездочками летевшими по невозможным траекториям.
На минуту Рисманд позволил себе отдых, тяжело опершись руками на койку возле головы старика, чтобы слышать его дыхание. Дед подышал самостоятельно и снова начал затихать.
- Дед, - еле шевеля губами попросил Рисманд, - пожалуйста, не умирай…
И опять положил руки на грудь. Толчок, толчок, толчок, толчок – выдох. Толчок, толчок, толчок, толчок – вдох. Надо было, как когда-то учили, еще и искусственное дыхание делать, но тут уже, старик, извини. Если он нагнется, то завалится. Так что просто дыши сам.
Время остановилось. Может оно где-то там и шло своим чередом, но в камере лазарета пересыльного лагеря для уголовников «Масдарская мышеловка» оно замерло. Минуты, часы здесь не имели никакого значения. Значение имело только слабое стариковское еле слышное дыхание и судорожные хрипы.
Где-то далеко, почти на грани восприятия, щелкнул замок. Кто-то закричал. Рисманда оттолкнули и он неловко завалился на пол, ударившись о ножку своей кровати. В камере стало тесно. Ноги в тяжелых сапогах стали прямо перед лицом, другие ноги громко топали возле дверей, потом быстрые шаги лакированных ботинок. И команды, команды, команды.
К Рисманду они не относились. Он только лежал на холодном полу, прижавшись к нему щекой и прикрыв глаза. Ему мерещилось улыбающееся лицо его любимой из далекой молдости и за ним почему-то поднималось лицо расстрелянной жены Кадаста. Они, растянув рты постоянно менялись.
А потом и их не стало.

Отредактировано Ника (30-08-2018 13:28:26)

+11

348

В таком возрасте уже не краж.    Наверное не до краж?

Все-таки вывела Деда из игры? :)

Отредактировано Батяня (31-08-2018 00:31:30)

+1

349

Не люблю я переделывать, но тут уже нашла коса на камень. Не нравился мне этот эпизод - не тот характер у Садаста, не правильно получилось. Так что, хочется-не хочется, а пришлось переписывать, так как с таким эпизодом не получалось продолжение.

Было:

Ника написал(а):

- Тоже хочешь отомстить как твой дружок? А почему бы и нет?! Война закончилась и теперь можно свести счеты. Нас же теперь армия не прикрывает. Мы теперь сами по себе, так почему бы не отомстить? Тогда начинай с меня – я тоже палач и убийца. А потом можно и до остальных добраться – половине армии можно припомнить как они гранаты в окна бросали, а потом оказывалось, что в доме гражданские были или стреляли по пшенице, в которой матери детей прятали. Сам, наверное, чистенький? Ничего за собой не припоминаешь? Так вот – мой ответ – нет! Пусть тот палач и пытал меня, но он был со мной честен, и я его не выдам. Что ты со мной сделаешь? В яму опять кинешь? Так знай – сдохну, но не скажу. Пусть мы моральные уроды, как сказал твой приятель, но лично я не собираюсь потакать таким как вы, пытающимся с помощью власти решить свои собственные мелкие обиды!
Стул отлетел в стену над кроватью Рисманда, но тот только вскочил, чтобы грудью встретить разъяренного начальника лагеря. Тот в ярости навис над капитаном и Деду показалось, что смертоубийство произойдет прямо сейчас и он вжался в стену. - Я.. не такой… как Кораст! – Прохрипел в лицо Рисманду Садаст. – Не такой! – Повторил он и развернувшись вылетел из палаты. Рисманд тяжело дыша продолжал стоять, уставившись в захлопнувшуюся дверь. Он сам от себя не ожидал такой отповеди и даже надеялся, что концом его речи станет смерть, но начальник лагеря его опять удивил тем, что даже не ударил, сдержался. А ведь хотел и это было видно по перекошенному в злобе лицу, горящим глазам и сжатым, готовым к удару, кулакам.

Стало:

- Тоже хочешь отомстить как твой дружок? А почему бы и нет?! Война закончилась и теперь можно свести счеты. Нас же теперь армия не прикрывает. Мы теперь сами по себе, так почему бы не отомстить? Тогда начинай с меня – я тоже палач и убийца. А потом можно и до остальных добраться – половине армии можно припомнить как они гранаты в окна бросали, а потом оказывалось, что в доме гражданские были или стреляли по пшенице, в которой матери детей прятали. Сам, наверное, чистенький? Ничего за собой не припоминаешь? Так вот – мой ответ – нет! Пусть тот палач и пытал меня, но он был со мной честен, и я его не выдам. Что ты со мной сделаешь? В яму опять кинешь? Так знай – сдохну, но не скажу. Пусть мы моральные уроды, как сказал твой приятель, но лично я не собираюсь потакать таким как вы, пытающимся с помощью власти решить свои собственные мелкие обиды!
- Всё сказал?! – Спокойно и даже насмешливо произнес Садаст, глядя в безумные глаза заключенного. – Кончай истерику. Отложим разговор на потом, когда ты малость придешь в себя.
Отвернувшись от обалдевшего Рисманда, вышел. Дверь за ним с насмешливым грохотом закрылась.
Рисманд тяжело дыша продолжал стоять, уставившись в захлопнувшуюся дверь. Он сам от себя не ожидал такой отповеди и даже надеялся, что концом его речи станет смерть, но начальник лагеря его опять удивил тем, что даже не накричал.

В основном тексте тоже поменяла.

Отредактировано Ника (01-10-2018 22:53:53)

+3

350

Ну, и чтобы не тянуть кота за яйца, продолжение.

Глава 18.

Сознание в этот раз приходило медленно. Рисманд подсознательно ждал, когда насмешливый голос Дедушки вклиниться в его дрему, чтобы озадачить очередными вопросами или головоломкой. Но тишина длилась и длилась.
В этой тишине не чувствовалось присутствия постороннего.
Капитан повернул голову, сразу отдавшуюся болевым спазмом. Перетерпел, прикрыв глаза. Открыл. Посмотрел долгим пустым взглядом на деревянные рейки койки, не засланные матрасом, и опять закрыл.
Где-то под грудью сдавило и пришла тошнота. Он вяло подумал, что на перелом ребер это не похоже, там боль резкая, а тут будто плиту положили, да и палач не бил так сильно, чтобы кости поломать. Прижег пару раз, так на спине, а болит внутри, в груди. С чего бы?
Мысли текли медленно. Но связно – для начала нужно встать во чтобы не стало, лежать на кровати и изображать умирающего неприемлемо, потом понять где старик. Увезли его в лечебницу или он умер? Смерть на войне – привычна, она заставляет сердце отделяться от горя железной стеной, не сочувствовать, не переживать. Он привык. Он и раньше был не сильно эмоциональный, а война вытравила остатки чувств. Даже сейчас он не так горевал о смерти старика, как хотел точно знать – жив тот, или мертв. Это знание было важнее всего.
Головокружение сопровождало его до отхожего места и обратно, но тошноту удалось сдержать. Когда в форте Саюман его контузило, было хуже. Три недели ходил так, будто в голове расплавленная ртуть. Вернее в основном лежал, но от этого было не лучше.
На стук в дверь долго не реагировали. Рисманд упорно стучал, сначала часто, потом равномерно, неторопливо. Хотя каждый удар отзывался в голове набатом.
«Достучаться!... Дед, ты достучался до меня… плюнувшего на всё, на всех и на себя в том числе… ты стучал в мою запертую на упрямство дверь так долго, что я не выдержал и открыл. Тебе, только тебе одному это удалось! А когда я шагнул навстречу, ты взял и ушел! Разве так справедливо, Дедушка?».
Замок провернулся слишком быстро и кулак провалился в распахнутую дверь.
- На выход! Руки за спину! Лицом к стене!
- Где Дедушка?
Тычок под ребра.
- Молчать!
- Дед где, я спрашиваю!
И ожидаемый удар по спине. С оттягом. Так, что грудь врезалась в стену и из нее вылетели остатки воздуха. Но от удара, как ни странно, противная вялость прошла.
- Я сказал молчать!
Рисманд понял – не знают. Да и вопрос повторял он скорее из упрямства, чем из необходимости дразнить охранника лишний раз. С первого раза было понятно, что мелкой сошке никто докладывать не будет. А вот тот, к кому сейчас поведут совсем другое дело.
Но лекарь попался еще более молчаливый, чем охранник-санитар. Делал вид, что вопросы не слышит, а попытки схватить его за руку закончились тем, что санитар скрутил их за спиной и так удерживал, пока тот не закончил осмотр.
- Всё. Отведи его в палату. – Приказал лекарь.
- Стой! Эй, лекарь! Скажи начальнику, что я хочу его видеть! Передай ему, что я отвечу на его вопросы!
Лекарь отвернулся, никак не среагировав, но Рисманд понял, что его услышали и это только усилило его гнев.
- Коновал, ты грёбаный! Ненавижу таких! Перед вами хоть сдыхай, а вы даже полслова не скажите! Наверное, во время войны также молчал и ни хрена не делал?! Или кому-то что-то не там отрезал, если тебя в такую дыру сослали?
Руки лекаря, держащие полотенце, дернулись.
- Заткнись!
- О, это мне уже сегодня говорили! – Пошел в разнос Рисманд. – Но с добавлением по почкам. А ты как меня заткнёшь? Горло перережешь? Вон, скальпель на полочке!
- Я… я... - Рисманд наблюдал, как на вытянутом лице лекаря сменялись, будто в калейдоскопе чувства: злость, обида, боль, но когда он посмотрел в глаза заключенному, там, кроме бесконечного спокойствия уже ничего не отражалось. – Я передам твои слова начальнику лагеря.
Рисманд кивнул и позволил себя отвести обратно. Давить на человека умеющего так хорошо контролировать себя, было бы глупостью. Он добился того, что его слова дойдут до начальника лагеря. Теперь стоит обдумать, как продать свои сведения и получить за них необходимую цену.

Отредактировано Ника (02-10-2018 00:43:53)

+6


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Произведения Наталии Курсаниной » Слепой снайпер