Добро пожаловать на литературный форум "В вихре времен"!

Здесь вы можете обсудить фантастическую и историческую литературу.
Для начинающих писателей, желающих показать свое произведение критикам и рецензентам, открыт раздел "Конкурс соискателей".
Если Вы хотите стать автором, а не только читателем, обязательно ознакомьтесь с Правилами.
Это поможет вам лучше понять происходящее на форуме и позволит не попадать на первых порах в неловкие ситуации.

В ВИХРЕ ВРЕМЕН

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Конкурс соискателей » Схватка за Русь


Схватка за Русь

Сообщений 1 страница 10 из 301

1

Аве!
Попытаюсь "поднять" тему "Юрий Всеволодович".
Планируется трилогия.
Редактора пока прошу не беспокоиться  :D и не регистрировать меня. вот напишу хотя бы половину книги, тогда сам обращусь. А то могу и надорваться.
Критика приветствуется. еще более приветствуется конструктивная критика, а еще лучше предложения.

0

2

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
ВСЕЛЕНЕЦ ОБЫКНОВЕННЫЙ

Глава первая
Знакомство

1

Голову нещадно ломило и при этом не менее жестоко тошнило.
«Сотрясение…» – поставил очевидный диагноз Юрий, тем более что ему было не впервой.
Шарахнулся он однажды башкой при падении об пол и симптомы прекрасно знал, правда тогда было не столь погано, благо пол в школьном спортзале деревянный, причем старый, как результат доски хорошо прогибались и пружинили.
«Но хоть жив и то радость…»
А мог и не выжить. Били «твердым тупым предметом» со знанием дела и даже странно, что не убили, ведь цель похоже была именно в этом. Оно и неудивительно, кому нужны свидетели дорожного разбоя? А Юрий их хорошо запомнил, по крайней мере сможет узнать на опознании. Удивляло, что не провели контроль, ножичек в бок и вся недолга, раз уж из ствола шмалять не захотели.
«Похоже, моя черепушка оказалась несколько прочнее, чем можно было подумать», – снова подумал он.
Тем временем пострадавший переключился с изучения внутреннего состояния на исследование внешнего мира в котором было что-то явно не правильно.
Для начала запахи. Дымили костры, на них что-то варили и жарили. Мясо пахло вкусно Ну и звуки. Пчелиным роем гудели многочисленные голоса, кто-то смеялся. Совсем близко, раздался чей-то фырк, точнее лошадиный.
«Откуда тут лошади? – удивился Юрий и открыл глаза. – Разве что деревенские меня нашли…»
Рядом скрипнул снег.
Юрий чуть повернул голову, чтобы посмотреть на своих спасителей не давших ему окоченеть в придорожном сугробе и сильно об этом пожалел, голова буквально взорвалась острой болью, в глазах помутилось и его стошнило.
– Тьфу ты… тьфу… – отплевывался он от поганого привкуса желчи.
Отплевавшись он вновь рухнул на спину, как лежал до того и только сейчас осознал, что лежит в санях на медвежьей шкуре если судить по цвету шерсти и укрытый овчиной. Лишь на краю сознания удивился этому обстоятельству и только (не саням удивился раз деревенские подобрали, а именно шкурам, точнее медвежьей, ведь стоит такая шкурка не дешево, чтобы ее в санях в качестве коврика использовать), потому как общее состояние организма не способствовало проявлению каких-то излишне бурных эмоций.
Послышались резкие и где-то даже радостные крики. Юрий их не разобрал. Со слухом было что-то явно не так, то опять же неудивительно при сильном сотрясении. Может область отвечающая за распознавание речи задета?
Снова послышался скрип снега, только на этот раз более резкий, быстрый и судя по всему двигалось сразу несколько человек. Это он определить смог.
Собственно в том, что не ошибся, убедился буквально спустя пять секунд. Над ним нависло сразу три бородатых человека. Вполне себе русские, волос светлый, да и лица славянские. Хотя само наличие бород конечно удивило. Не носят нынче такие пышные, даже в деревнях.. Пусть и аккуратные, но со странной модой а-ля абрек, что возникла в последнее время не соотносились, так как были все же несколько более пышными.
И в доспехах. В пластинчатых таких, на кольчужной основе. Юрий вспомнил, что такие вроде назывались дощатыми.
Поверх накинуты какие-то не то кафтаны, не то шубы, да на головах вместо шлемов меховые шапки с дорогим мехом. Ну и мечи с поясов свисают в богато отделанных ножнах.
«Реконструкторы что ли какие-то развлекаются? – подумал он. – Или даже кино снимают?»
– Ну что брате, очухался? – с легкой кривоватой усмешкой спросил тот, что стоял в центре.
Был он молод, лет так под тридцать. Хотя возможно его еще сильнее старила бородка, а-ля Николай Кровавый. А вот крайние реконы были уже в годах. Суровые такие дядьки под пятьдесят. Лица жесткие, морщинистые, глаза холодные – волчьи, в общем реальные убивцы. Даже странно, что такой ерундой страдают… но выглядели очень органично. Законченно даже.
Чем-то этот человек, назвавший его панибратски братом, Юрию сильно не понравился. Бывает такое, что с первого взгляда кто-то вызывает стойкую антипатию, даже чувство гадливости. Вот и здесь так же произошло.
С тем выражением утверждавшим, что лицо – зеркало души, Юрий был полностью согласен, как и в целом с теорией психиатра Ламброзо по этому поводу, и если судить по лицу этого центрового – брезгливо-высокомерного, то душа у него была с гнильцой. В этом он не раз убеждался на собственном опыте.
Юрий не раз сталкивался с таким типом людей. И в школе, и в институте, и всегда с ними были какие-то проблемы. Очень уж они охочи до подстав и всяких пакостей, при этом властолюбивые, жадные и завистливые. Сами, как правило, на прямой конфликт не идут, так как можно и в рыло схлопотать, но вот натравить своих прихвостней на кого-то – им в радость. Или еще как-то исподтишка нагадят, в этом они мастера, что называется хлебом не корми…
– Д-да… – с трудом выдавил из себя Юрий в ответ на вопрос.
– Вот и ладно… Поправляйся.
Троица во главе с мажором ушла не дождавшись благодарности за спасение, а к нему подошел кто-то из молодых реконструкторов в простой кольчуге с накинутым на плечи заношенном вонючем тулупчике.
– Радость-то какая княжич…
«Совсем заигрались…» – вяло подумал Юрий страдая от приступа боли и тошноты.
– Пить…
– Сейчас княжич…
Рекон с русой бородкой, что едва-едва наросла, исчез из виду и спустя десять секунд вновь появился с обшитой кожей флягой в руках, что осторожно поднес ко рту пострадавшего.
Юрий сделал несколько глотков. Вода на вкус оказалась какая-то странная. Лишь спустя какое-то время он понял, что фляга ни фига не обшита кожей, а кожаная и есть!
– Тьфу…
«Ребят, вы реально заигрались, аутентичность аутентичностью, но не до такой же степени…» – хотелось сказать ему, но сил ворочать языком уже не было.
Юрия быстро накрыла усталость, глаза закрылись сами собой и он отключился.

2

Второй раз когда Юрий очнулся наступил вечер, а еще он понял что его куда-то везут на этих самых санях. Его по-прежнему изрядно мутило и болела голова, но все же ощущал себя чуть легче.
«Что за ерунда?! Куда вы меня везете?! – изумился он. – Вызовете скорую дебилы, а не занимайтесь самодеятельностью!»
Еще больше изумился, когда понял, что рядом едут эти заигравшиеся реконструкторы. На лошадях. Лошадки при этом показались ему какими-то неказистыми и излишне мохнатыми.
«И где только таких задохликов нашли…» – возникла мало уместная мысль.
Он хотел спросить, почему до сих пор не вызвали скорую, ведь с таким тяжелым сотрясением шутки плохи, но изо рта раздался только хрип.
Тут же появился давешний молодой реконструктор и вновь протянул кожаную флягу.
– Испей княжич
– Да вы чего, совсем что ли на всю голову ушибленные?! – просипел он отворачиваясь.
Его никто не понял, речь была тиха и мало разборчива от хрипа, разве что осознали, что воды он не хочет.
Один из реконов, едущий на коне рядом с санями, усмехнулся и сказал:
– Правильно, нечего княжичу простую воду хлебать, на вот дай ему…
С этими словами рекон отцепил свою флягу и протянул «няньке».
Во рту был дикий сушняк, плюс ощущение, что мыши насрали, так что Юрий уже был согласен и на воду из кожаной емкости, авось не отравится. Правда на этот раз во фляге плескалась не вода, а слабенькое винцо. Да еще кислое.
«Но все лучше чем вода воняющая кожей», – подумал он.
– С-спас-сиб-бо… – заикаясь ответил Юрий.
«Вот же блин, не было печали, теперь еще и заикой стал. Остается только надеяться, что это временно…» – опечалился пострадавший.
Но видимо даже тех невеликих градусов вкупе с сотрясением хватило, чтобы его развезло.
– Я беременна-а, но это временна-а… Тьфу ты…
В голове словно что-то щелкнуло.
«Ты кто?!» – вдруг возник испуганный голос в его голове.
«Юрий…» – на автомате ответил Юрий, так как из-за не совсем вменяемого состояния не сразу понял, что вопрос прозвучал не снаружи, а внутри его черепушки.
«Это я – Юрий!» – буквально в истерике заверещал голос.
«Беда… – пробормотал мысленно Юрий. – Уж лучше на всю жизнь остаться заикой, чем со столь яркой шизой…»
«Изыди демон! – вновь раздался истеричный возглас, а потом начал торопливо читать молитву: – Ижеси на небеси…»
«Мн-да… раздвоение личности это абзац, что б хуже не сказать», – тоскливо подумал Юрий, понимая, что если эта шизоидальная хрень в ближайшее время не рассосется сама собой, то здравствуй дурка с крепкими санитарами в качестве конвоя, наряды в виде рубашки с длинными рукавами, горсти таблеток с веселой расцветкой и болючие уколы в задницу.
А это клеймо на всю жизнь. Не на Украине чай живем, чтобы патентованные психи могли спикерами Рады работать…
Он конечно в политику идти не собирался… хотя мыслишки такие были. В конце концов, чем черт не шутит? Как говорится, плох тот гражданин, что не хочет стать президентом.
«Хотя, все может быть не так уж и плохо, – подумал Юрий, еще раз взглянув на одоспешенных людей, что сопровождали сани. – Все может быть гораздо хуже…»
Сейчас немного очухавшись и внимательно осмотрев сопровождение, до Юрия начало доходить, что это ни фига не реконы на слете, а вполне себе реальные вои. Как ни странно, убедили его в этом не всякие характерные мелочи, не то, что никто до сих пор не закурил, не взялся за телефон и т.д. и т.п., а именно лошади.
По сравнению с этими мелкими копытными, любая деревенская кляча будет выглядеть породистым скакуном. Ну не найти такую мелкоту, разве что в Монголии. Но реконы такой ерундой страдать не станут, каким бы они ни были ушибленными на голову в плане аутентичности.
Стало тоскливо. До ужаса.
Накатил приступ клаустрофобии.
«Приплыли. Значит, меня таки грохнули в своем времени и лежу я сейчас в сугробе остываю, – подумал Юрий, через какое-то время, когда более менее пришел в себя и мог связно мыслить. – Будущий подснежник понимаешь… А тут я получается вселенец».
Ему захотелось хлебнуть спиртосодержащего, но только чего-нибудь градусом повыше, чем эта кислятина. Хотя за неимением гербовой и эта кислятина сойдет, если много и без закуси.
Юрий хотел было потребовать бухла, но почему-то тело его не слушалось, хотя не так давно проблем с управляемостью не было.
«Ну да, настоящий хозяин очнулся вот и не слушается тело залетную душу», – сделал он логичный вывод.
Но через минуту вселенец немного повеселел. В конце концов в любой ситуации можно найти положительные моменты, вот и он нашел, припомнив как к нему обращался тот вьюнош в кольчужке. Княжич это все-таки не холоп какой.
«Осталось только договориться с хозяином тела, для начала хотя бы о мирном сосуществовании, ну и чтобы не растрепал кому не следует о произошедшем, а не следует никому», – не без тревоги подумал Юрий.
Хозяин тела тем временем продолжал бубнить молитву за молитвой как заведенный.
«Слышь… Юрий, – обратился к хозяину тела Юрий-вселенец, понимая, что пора уже налаживать контакт, следовало начать получать информацию об окружающем мире и о самом реципиенте. – А как твое полное имя?»
Но тот не отзывался, только еще громче быстрее начал молиться.
«Да хватит уже бубнить, видишь, не помогают молитвы, мне от них ни холодно, ни жарко, стало быть не демон я», – попытался снова достучаться до сознания хозяина тела Юрий-вселенец.
Невнятный речитатив прекратился.
«Точно не демон?»
«Точно. Демон бы просто пожрал твою душу и уже завладел телом, а я не могу. Разве что ты сам отдашь мне управление…»
– А кто ты тогда есть?..
– Что княжич? – обернувшись, переспросил возница.
«Эй, говори мысленно, а не вслух, – перепугано воскликнул Юрий-вселенец. – Если сейчас растрепишься всем, что помимо тебя, тут еще и я, то сожгут теперь уже нашу общую тушку почем зря. Никто не станет разбираться демон я или нет, устроят аутодафе просто на всякий случай! А тело теперь общее и жизнь у нас одна на двоих, хочешь ты того или нет. Я например тоже не в восторге от того, что меня к тебе занесло, но тем не менее, я еще пожить хочу, даже в таком состоянии… глядишь еще и обломится чего. Ответь ему, что все в норме, а еще лучше попроси попить».
– Пить хочу… – послушно сказал все еще шокированный произошедшим с ним хозяин тела.
Ему все еще было откровенно страшно, но и на костер он не хотел. И в принципе Юрий его прекрасно понимал, поставив себя на его место, ситуация действительно мягко говоря неприятная. То, что он сам свое вселение принял достаточно адекватно, было заслугой современной литературы, да и выбора у него нет кроме как начать быстро адаптироваться к новым условиям.
«Хотя кто знает, может еще все впереди и буду волком выть, – подумал он, но поспешно задавил в себе упаднические мысли. – Не время раскисать. Как бы это дико не звучало, пусть меня убили, но я еще жив, а значит не все потеряно… Опять же, очень многие были бы рады поменяться со мной местами… вот и радуйся».
Возница протянул флягу и помог напиться. На этот раз снова была вода.
«Так кто ты ежели не демон?» – снова спросил хозяин тела все еще с опаской.
«Душа залетная… Грохнули меня супостаты, и вместо того, чтобы в Рай или Ад отправиться, как всем порядочным духовным сущностям, не иначе как по Господней воле появился в твоем теле», – ответил Юрий-вселенец.
«Зачем?»
«А я знаю? Как говорят священники, пути Господни неисповедимы. Сам наверное не раз слышал это высказывание. По крайней мере мне никто конкретных целей не ставил. Может в помощь тебе отправили…»
«А может ты посланник Диавольский?!»
«Снова заново… – с укоризной протянул Юрий-вселенец. – Ты ж сам только что истово молился, а результата нет. И потом, вот доедем до какой-нибудь церкви, там святой водой побрызгают и если я посланник Дьявола, то тут же в мучениях исчезну, а если нет, то нет. А пока не побрызгали, давай будем исходить из того, что я все же не слуга врага рода человеческого. Чего молчишь?»
«Хорошо…» – послышался ответ неуверенным тоном.
«Это хорошо, что хорошо, – жизнерадостно продолжил давить Юрий-вселенец. – Так вот о себе. Зовут меня, как и тебя, стало быть Юрий, сын Владимира из рода Штыковых. А тебя?»
«Юрий Всеволодович из рода Рюриковичей», – гордо ответил хозяин тела.
«Зачетно».
«Что?»
«Да так, не обращай внимания. А отец твой часом не тот, что зовется Большое Гнездо?»
«Да, его так называют, а имя его Всеволод Юрьевич».
«Твою ж м…» – начал было экспрессивно Юрий-вселенец, но вовремя примолк.
Не стоило браниться, да еще так, хоть и очень хотелось.
«Что такое?» – обеспокоился хозяин тела, почувствовав нервозное состояние прибудной души.
«Какой сейчас год Юра?»
«Шесть тысяч семьсот девятнадцатый год от сотворения мира…»
«Так… Это стало быть тысяча двести восьмой-девятый от Рождества Христова… Фу ты ну ты…» – с облегчением выдохнул Юрий-вселенец и даже удивился, что вспомнил сколько именно надо отнять.
«В чем дело? Что тебя так обеспокоило?» – уже с откровенной тревогой спросил Юрий Всеволодович.
«Да так, время еще есть… целых тридцать лет. Прорва времени если подумать. Состариться успеем, если раньше не помрем».
«А что случится через тридцать лет?»
«Башку тебе отрубят… а точнее уже нам, если конечно ничего не изменить».
«Кто?! За что?!»
«Кто – монголы, а за что – за то, что не захочешь преклонить перед ними колени и платить дань десятую часть всего в том числе в людях.
«Откуда ты знаешь?»
«Оттуда… в смысле, что к тебе из две тысячи восемнадцатого года от Рождества Христова прилетел».
Княжич промолчал переваривая информацию не зная как к ней относиться.
«Кстати, слышали уже что-то о них? Ну не могли не слышать от тех же купцов».
«Нет, ничего ни о каких монголах мы не ведаем».
«Ну, наверное еще рано… – подумав, ответил вселенец. – Они там еще на востоке тусуются… Сам Чингисхан еще жив… кажется. Кстати, можешь гордиться, тебя канонизируют, будешь в числе святых».
«Не хочу…»
«В числе святых быть? Или с головой расставаться? – не смог удержаться от ироничной подколки Юрий Штыков. – Тут я тебя понимаю, утешение так себе, башка она как-то ближе, особенно учитывая, что просрал не только свою башку, хрен бы с ней, так еще жену твою зверски замучают и детей с внуками заодно. Я уже молчу о всех твоих братьях, сестрах и их детях. Мало кто выживет. А потом на двести с лишним лет Русь будет изнывать от монголо-татарского ига и в этом твоя немалая вина, как будущего Великого князя Владимирского».
«В чем именно моя вина?» – недоверчиво спросил княжич.
«В слабоволии и желании все решить миром. Кому-то ты не захотел помочь, кому-то не успел. Понятно, что это не только твоя вина, но и прочих князей, что мнят себя пупами земли, а потому разобщены и не способны договориться между собой о единстве даже перед лицом страшного врага. Но на тот момент ты был в числе сильнейших князей и видя идущую с юго-востока угрозу не подмял под себя остальные княжества, где дипломатией, где силой, чтобы собрав всю мощь Руси в кулак отразить нападение, хотя мог. Опять же, привыкли считать кочевников просто ворами, что время от времени нападают, берут что могут унести и уходят обратно в степи. Монголы не такие. Недооценили вы их, сильно недооценили, хотя удивительно это».
«Почему?»
«Потому, что к тому моменту они покорили уже множество государств от огромной империи Цин или Мин, не помню как точно называется, далеко на востоке, до различных эмиратов, халифатов и ханств на юге, что имели армии куда как более многочисленные и сплоченные, чем русские, но почему-то это никого не насторожило, как и то, что монголы кого-то завоевав, не уходят с завоеванной территории».
«Это правда?»
«Правда…»

Отредактировано Георгий Лопатин (29-10-2018 10:39:27)

+14

3

3

«Эй, княжич, ты куда пропал?» – позвал Юрий-вселенец после затянувшейся паузы, во время которой хозяин тела переваривал полученную, очень непростую информацию.
И его состояние можно понять. Не каждый день залетная душа обвиняет тебя в таких ужасах, поневоле в уныние впадешь.
«Никуда… тут я…»
«Чего смурной такой?»
«А чего радоваться? Меня убьют, будущую жену замучают, еще не рожденных детей тоже изведут…»
«Тут ты прав, поводов для радости мало, – согласился Юрий Штыков. – А может наоборот как раз и стоит радоваться».
«Чему?»
«Как это чему? Теперь ты знаешь, что с тобой и твоими родными, не говоря уже о всей Руси произойдет и ты, хотя правильнее все же будет сказать мы, можем все изменить».
«Верно! – более бодрым тоном отозвался хозяин тела. – Но того, что ты сказал, с одной стороны много, а с другой – мало».
«А чего ты хочешь знать?»
«Например, чем закончится этот поход?» – поинтересовался Юрий Всеволодович.
«Кстати да, на кого вы собственно ополчились и за что?»
«Я с Константином идем на Торжок против новгородцев. Они тати такие держат брата нашего Святослава в заключении, призвав на княжение Мстислава Мстиславича по прозванию Удатный. Мы должны прогнать Мстислава и освободить брата, вернув ему стол».
Юрий Штыков понял, что тот центровой мажор с неприятным лицом и есть Константин. Смутно припомнилось, что с этим типом у Юрия были какие-то терки после смерти отца. А что? Почему? Темный лес, но понятно, что за этим типом надо приглядывать, а то братья такие братья… особенно в это время.
«Вот оно как… Впрочем неудивительно, новгородцы те еще хитрожопцы, вечно что-то крутят, торгаши, что с них взять. Что до исхода похода, то извини, я без понятия кто победит».
«Как так?!»
«Ну а что ты хочешь? Для меня сегодняшние события жуткая древность. Восемьсот лет прошло. Так глянул в хроники одним глазом, когда историю в школе учили, было там что-то связано с твоим именем наравне с прочими знаковыми князьями вроде Владимира Мономаха по которому реферат писал. Опять же у вас же тут каждый год поход, да не по одному, все не упомнить при всем желании. Да и не интересовался я никогда подробностями, тем более что они записаны без подробностей… такой вот каламбур».
«То есть?»
«А то и есть. Пишут, что такой-то князь участвовал в походе на такого-то князя или просто на половцев и все. Кто при этом победил не пишут».
«Понятно… Но хоть что-то еще обо мне можешь вспомнить, кроме того, что мне башку срубят, а потом канонизируют?»
И Юрий Штыков с удивлением понял, что таки да, может. Будь он в своем обычном состоянии, то есть полноценно живым в своем теле, а не приблудой, то ни за что бы не вспомнил даже десятой части.
«Хм-м… В тысяче двести одиннадцатом, это через три года женишься на Агафии Всеволодовне, дочери Всеволода Святославовича Чермного князя Черниговского».
«Хм…»
«Что? Страшная?»
«Да нет…»
«У вас будет три сына: Всеволод, Мстислав и Владимир, и две дочери: Добрава и Феодора. В следующем году станешь великим князем владимирским».
«Я?! Не Константин?!» – изумился хозяин тела.
«Да, ты».
«Но ведь он должен по старшинству. Или с ним что-то случилось?»
«Нет, не случилось. Отец ваш так почему-то решил, а почему не знаю, не интересовался. Вы с ним махачь из-за этого начнете. Прокняжишь пять лет, после чего Константин тебя сковырнет. Сядешь в Городец на два года, потом еще на два года пересядешь на Суздаль. Потом твой брат умрет и ты снова вернешься во Владимир. Как у тебя вообще отношения с братом?»
«Нормальные…»
«Ну, это пока… Так, что еще могу сказать… Собственно, что ни год то поход, несмотря на твое миролюбие… по крайней мере летописи говорят. Что ты миролюбив и набожен. Терки с волжскими булгарами, после того как замиришь их, будешь долго бодаться с мордвой и тоже их замиришь, хоть и предадут они когда придут монголы, будешь драться с князьями и с орденом меченосцев. Тут извини, без подробностей, но в целом удачно. Кстати, не хочешь поинтересоваться, кто победил в схватке, где тебя отоварили по кумполу?
«Действительно…»
– Ждан, кто победил-то? А то я как опал, так и не знаю ничего…
– Мы княжич! Бежали новгородцы к Торжку, за стенами спрятались.
– В осаду стало быть встанем.
– Осадим и побьем! – продолжал гореть энтузиазмом Ждан.
– Ладно, дай еще попить…
Кстати, пока два Юрия беседовали, совсем стемнело, зимой это быстро, караван встал и стал готовиться к ночевке. Ставились шатры, маленькие палатки, разжигались костры…
«Как вообще вышло так, что тебе по башне заехали?» – поинтересовался Юрий Штыков.
«Так в бою…»
«Понятно, что не на бабе… Командует по старшинству Константин, вот мне и интересно, куда он тебя поставил и с какими силами?»
«Под моей рукой левый полк…»
«Дай угадаю, числом твой полк мал и собраны в нем в основном молодые вои – младшие дружинники. А потом по ним и пришелся чуть ли не главный удар противника. Так?»
«Да…» – задумчиво подтвердил хозяин тела, осмысливая произошедший бой.
«Что и требовалось доказать».
«Что именно?»
«Ну что ты в самом деле, как малой? – скорбным тоном ответил Юрий Штыков. – Костя хочет от тебя избавиться, чувствует наверное, что отец им не сильно доволен, и у него почти получилось. Так что надо быть внимательным».
«Даже если ты прав, то и не получится, если конечно верить тебе…»
«Это в моей истории не получилось. Но теперь здесь я, мы, чтобы не потерять башку от рук монголов, будем менять историю, а значит сменится та линия в которой у твоего братца тебя кокнуть не получилось, но может получиться в новой последовательности».
«Если тебя прислал Бог в помощь мне, то он не допустит…»
«На бога надейся, а сам не плошай, – резко оборвал Штыков тезку. Его от религиозного фатализма людей вообще коробило, в этом фатализме он видел главный недостаток христианской религии, когда из людей делали по сути добровольных бессловесных рабов. – Вот слушай притчу по этому поводу, она как раз в тему…»
Штыков рассказал Юрию Всеволодовичу историю про набожного человека в момент наводнения с предупреждением соседей, бревно и лодку со спасателями, но тот в надежде на спасение его самим Господом все равно потоп.
«Понял?»
«Да…»

4

После ужина снова разговорились. Юрий Штыков поинтересовался расположением войск и их численностью. Ответ Юрия Всеволодовича его не обрадовал. Победа владимирских войск которой был так воодушевлен Ждан с его точки зрения оказалась никакой не победой, а заранее спланированным отступлением новгородцев.
Противник выдвинул против армии владимирцев слишком мало сил для настоящей битвы с целью победить. Больше это походило на спешно выставленный заслон с целью задержать врага, чтобы выигранной паузой подтянуть дополнительные силы, а так же лучше подготовиться к обороне Торжка, и со своей задачей они блестяще справились, при том, что потери понесли не такие уж и большие.
Владимирцы застряли у поля боя на целых три дня. Пока своих раненых обиходили, убитых своих и чужих похоронили, трофеи собрали и распределили, да и потом армия отягощенная ранеными двигалась куда как медленнее. А избавиться от раненых тоже нельзя, ведь чтобы их вернуть во Владимирское княжество, нужно отрядить часть боеспособных войск для охраны, что вкупе с уже имеющимися потерями сильно ослабит армию вторжения.
Выводы Штыкова Всеволодовичу сильно не понравились, но обдумав, он вынужден был с ним согласиться. Все-таки это не первый его поход и с некоторыми тактическими уловками княжич был знаком, хотя особыми изысками в военном деле никто не блистал, по крайней мере с высоты прошедших веков. Юрий Штыков хоть и не служил в армии по учебе в институте который не успел окончить, но все же успел нахвататься всякого по верхам. По крайней мере он знал про косую атаку…
А так, засадный полк это максимум, вершина местной тактической школы используемый если это позволяет ландшафт. Тактическое отступление во время боя с целью заманить противника под удар уже не использовалось ибо в целом с управлением войск во время боя просто беда, не до изысков. Масса воинов просто бросалась в бой, а там как кривая вывезет. У особо продвинутых военачальников даже иногда резерв имеется…
Князья ведь сами ведут свои полки в бой, чуть ли не в первых рядах, что и показало ранение Всеволодовича, чудо, что почти полностью полегшая охрана все же сумела его вытащить из схватки. Достойно всяческого уважения, но глупо. Какое в таких условиях хоть сколько-нибудь внятное управление? Опять же религиозный фатализм, дескать на чьей стороне бог, тот и победит. Вот такие пироги с котятами.
«Беда-печаль. С таким подходом к военному делу монголов не победить, даже если удастся объединить Русь под одной рукой, – сказал Юрий Штыков. – В конце концов воюют не только числом, но и умением. Так вот тезка, монголы воюют в том числе и умением. А вы кидаетесь в мясорубку всей толпой как дикая орда, а там как кривая вывезет…»
«Все в руце божьей…»
«Мы кажется уже говори по поводу божьей воли. На бога надейся, а сам не плошай…»
«А как тогда по-твоему должно воевать?» – насупился хозяин тела.
«Для начала командир должен иметь возможность с помощью звуковых или флажковых сигналов управлять всей массой войск, для чего эти войска должны иметь хоть какую-то дисциплину, для чего обучены…»
«Это получается, что князь не идет в бой, а стоит за своими воинами и смотрит как они бьются?» – возмутился Юрий Всеволодович.
«Именно!»
«Но это бесчестно! И нет славы!»
«Тьфу ты, снова заново… – горестно протянул Юрий Штыков. – Я ему про Федора, он мне про Ярему… Послушай меня внимательно Юрий Всеволодович и постарайся понять, что когда придут монголы, никто из внуков Чингисхана, что будут командовать этими вонючими ордами, не станет лично вести в бой свои тумены, ты не встретишься с ними лицом к лицу, забудь об этом. Они будут стоять на холме в окружении сотен охраны из самых умелых и хорошо оснащенных бойцов и управлять войсками, посылая тысячи с одного конца поля боя на другой, туда где они нужны для победы. А вы находясь в гуще боя, даже не будете этого видеть, вы даже не поймете, что вас давно окружили и чихвостят в хвост и гриву, стачивая как бобер ветку. А когда поймете, будет уже слишком поздно. Так ты собственно свою башку и потерял в известной мне истории, лично с упоением рубясь с каким-то рядовым вшивым кочевником-пастухом ни хрена не видя, что происходит вокруг. Нужно видеть картину целиком, чтобы понимать, что происходит и реагировать на происходящие изменения. Вот ты считаешь, что князь должен сам вести своих воев в битву, так?»
«Да…» – уже не столь уверенно ответил княжич.
«А вот когда крепости или города штурмуют, почему князь не идет в первых рядах и в числе первых не взбирается по лестнице на стену?»
«Хм-м… ну-у…»
«То есть в поле он должен вести своих витязей лично, а на стену почему-то вести не должен, а должен руководить издалека? Вот скажи мне, поведет Константин дружину на стену Торжка лично?»
«Нет…»
«А ты бы повел?»
«Нет…»
«А почему?»
Юрий Всеволодович на этот вопрос промолчал не зная ответа, ведь так было всегда, он об этом и не задумывался никогда.
А действительно, почему в одной ситуации князь должен вести в бой воев, а в другой – нет. В чем собственно разница? Ведь если подумать, то ни в чем. Однако же поведение различно.
До самого отбоя Юрий Штыков продолжал потихоньку капать на мозги княжича подтачивая этот валун из странных, зачастую малопонятных и даже нелогичных представлений о чести и славе.
Много ли чести и славы погибнув в бою просрать город и жителей, которых ты обязался защищать, обрекая их на насилие и ограбление? А ведь мог и не погибнуть, управляя войсками со стороны и даже более того – победить и оградить своих подданных от поругания.
Так в чем истинная честь и слава?
Вот так, час за часом, день за днем Юрий Штыков потихоньку помаленьку продолжал переформатирование личности Юрия Всеволодовича перестраивая его ценностную картину мира.
Не факт, что задуманное удастся в полной мере, но он старался. Какие-то сдвиги уже были, но получалось с трудом. Все таких княжич по местным понятием был уже зрелым мужем – двадцать лет с устоявшейся картиной ценностей, что есть хорошо и что есть плохо. Для Юрия Штыкова, продукта беспринципных отношений звериного капиталистического общества, где человек человеку – волк, многие постулаты, были по-детски наивны, притом что тринадцатый век тоже был далек от человеколюбия, но тем не менее как-то тут уживались рыцарские понятия о чести и веры в слово.
Предприми кто-то такие попытки первоспитания извне, то есть будь это живой человек, то все труды пошли бы прахом, он бы просто не воспринял эти доводы. Но в том-то и дело, что это происходило изнутри. Подселение чужой души поколебало психику Юрия Всеволодовича, сделав его более податливым. Он фигурально выражаясь не превратился в глину из которой можно было быстро вылепить необходимое, более того, он нередко спорил и стоял на своем, но вода камень точит и Штыков, как более искушенный в выворачивании смыслового значения того или иного понятия (ведь в его время только тем и занимались, превращая черное в белое и наоборот), словно вооруженный долотом и молотком скульптор откалывал кусочек за кусочком формируя нужный скульптурный образ…

5

Осада Торжка не задалась.
Новгородцы сумели воспользоваться задержкой владимирских войск и стянули к городу-крепости дополнительные силы. Пойти на штурм, означало потерять большую часть армии под стенами этого городка. Мало того, что отец этого не поймет, так еще с оставшимися силами не выполнить главной задачи похода по взятию Новгорода и освобождению Святослава.
Оставить его и двигаться дальше тоже нельзя. Оставить такую силу у себя в тылу было мягко говоря глупо ибо означает оказаться между молотом и наковальней.
Константин на совете рвал и метал. Как человек опытный, несмотря на свои двадцать три года, участвовал в десятке походов, он понимал, что это пат, причем пат в пользу новгородцев.
Осталось только попробовать взять противника на понт, устрашив мощью своих войск.
Не испугались. Над стенами густо «росли» головы защитников.
Но по обычаю все же перед схваткой следовало провести переговоры, так сказать донести свое мнение до оппонента.
Из ворот выехала кавалькада из дюжины всадников. Им навстречу выехало столько же представителей владимирского княжества во главе с Константином.
Юрию тоже пришлось поехать несмотря на недуг, хотя за прошедшие дни ему стало значительно лучше. Уже не тошнило, хотя резких движений стоило избегать.
Встретились где-то посередине.
Юрий Штыков глазами своего тезки рассматривал оппонентов, а именно центрового – Мстислава Мстиславича Удатного, князя торопецкого. Тридцать два года, но выглядевший сильно старше. Впрочем, тут почти все выглядели старше своего возраста если судить по канонам конца двадцатого начала двадцать первого века.
Глядя на Мстислава Штыков дал этому князю одну характеристику – хитрован. Было в нем что-то плутовское. Да и прозвище Удачливый о многом говорит. А удача как правило сопутствует подготовленным и предусмотрительным.
– Почто пришел в землю новгородскую гостем незваным, да еще с войском немалым? – спросил этот хитрован.
– Ты! – тут же вскипел Константин, но все же сумел сдержаться и продолжил более спокойным тоном: – Ты бесчестно полонил брата моего и хочешь сесть на стол его… Освободи его и уходи обратно в свое княжество.
– То не я полонил…
«Ну да, я не я и лошадь не моя», – усмехнулся Штыков.
– Полонили его новгородцы уставшие от бесчинств и неправедности Святослава и призвали меня на новгородский стол для защиты от беззакония вашего. Был бы он хорошим князем, так отказались ли бы люди добрые от него?
Юрий Всеволодович невольно поморщился. Увы братец был далеко не ангелом. Опять же возраст такой, что не до государственных дел ему, одни девки на уме. Вот и допрыгался… на тех на кого прыгать не стоило.
Да и по характеру он больше походил на старшего брата Константина, такой же… гниловатый. Только если старший таким стал из-за того, что наследник, а стало быть ему по статусу все должны и обязаны, то младший, просто от разбалованности. Ну как же, младшеньким достается вся родительская любовь и им все прощается, вот и выросло… прости Господи.
– Освободи брата нашего и уходи из земли новгородской! – гнул свою линию Константин.
– Брата вашего освободить готов, но из земли новгородской не уйду. Люди меня позвали и только они могут меня прогнать.
Собственно больше говорить было не о чем. Мстислав предложил размен, но Константин пойти на него вот так сразу не мог – потеря лица. Так что придется Святославу еще немного покуковать в заключении на «хлебе и воде».
«Глядишь, на пользу пойдет, за верхнюю голову возьмется и ей думать начнет», – усмехнулся на это Штыков.
Юрий Всеволодович на это ничего не ответил, только скривился.
На повторном военном совете ни до ничего не договорились. Кто-то из бояр молодых да ранних до славы охочих предложил атаковать, но более мудрые советники приставленные отцом к братьям его осадили:
– Пойдем на приступ, потеряем воев немало, да так что ослабнем столь сильно, что враг может выйти из града и добить. Побитыми назад вернемся, не только новгородский стол не вернув, но и Святослава не вызволив. В осаду вставать надо.
– Припасов у них много, – возражали «ястребы». – Продержатся хоть год.
Константин явно колебался. Терпеть поражение ему не хотелось, а осада именно поражением закончится. В атаке же есть шанс на удачу.
– А ты что скажешь? – спросил он у Юрия, видимо решив разделить ответственность.
Это победу он бы забрал себе без колебаний…
Но Юрий Всеволодович тоже внятного мнения не имел. Юношеская горячность толкала его в бой, но в то же время понимал, что условия очень невыгодные. Опять же, перевоспитание потихоньку начало приносить свои плоды. Так бы он однозначно проголосовал за штурм.
«Ратуй за осаду, но не штурм», – решился подсказать Штыков.
«Почему? Слышал же, что они хоть год просидеть за стенами могут».
«Могут, да не станут?»
«Отчего?»
«Все просто. В самом названии города заключена его суть, а именно торговля. Новгородские купцы и бояре за каждый день простоя своего торгового представительства несут не малые убытки, а кошелек их самое больное место. Не захотят они долго терять деньги, пойдут скоро на мировую и Мстислав подчинится. Просто выждут чуть, чтобы лицо не потерять и отдадут вам брата. А Новгород вы увы, в любом случае потеряли. Видно, что накуролесил ваш братец действительно изрядно. Прогнать Мстислава Мстиславича при все желании не смогут, даже если он окажется еще хуже Святослава. Ибо с теми кто меняет князей по пять раз на дню, никто дел иметь не станет».
«Хорошо…»
Юрий Всеволодович ответил брату, как советовала приблудная душа и Константин удовлетворенно кивнул.
– Быть посему…
И началось стояние продолжившееся без малого два месяца. Как и полагал Штыков долго новгородские купцы с боярами терпеть убытки не пожелали, торговые караваны стали идти по другим маршрутам, никто не хотел быть ограбленным, и выдали Святослава.
Возвращение во Владимир вышло безрадостным, но молебен в свеженьком Успенском соборе о спасении отслужили, и побрызгали святой водой. Юрий специально подставился под самый густой «дождь», коим окатил его епископ Иоанн.
«Ну вот видишь, не демон я», – с ехидцей заметил Юрий Штыков.
С ехидцей, потому как хозяин тела в момент соприкосновения святой воды с кожей с замиранием сердца ожидал… всякого.
Юрий Всеволодович на это отреагировал смешанными чувствами. С одной стороны обрадовался, что не демон в нем поселился, а с другой – огорчился, что душа не исчезла. Все-таки непривычно это.
К счастью для Штыкова, в целом психика реципиента была крепкой, так что сходить с ума он не спешил. Разве что еще более набожным стал. Но это по его мнению даже в плюс. Ну, хотя бы потому, что такие люди более управляемы. Надо только правильные слова подобрать. А уж подбирать «правильные» слова нынешнее поколение умеет, если конечно хоть немного мозгов имеет, а не прокомпостированы всякими ЕГЭ.

Отредактировано Георгий Лопатин (29-10-2018 10:40:07)

+17

4

Кстати вопрос. Какими силами могли оперировать братья в походе на Торжок?

0

5

Для начала неплохо, коллега. Желаю удачи.

0

6

Георгий Лопатин написал(а):

Какими силами могли оперировать братья в походе на Торжок?


От 1000 до 3000 дружинников. Предположение.

Малая дружина от 100 до 300 воинов.

Большая от 500 до 1000.

Здесь же момент, идут наказывать новгородцев, от имени всего княжества Владимирского.

Нужно поискать в источниках.

Может пригодиться....

Правда, отношения Новгорода с князем Всеволодом Большое Гнездо тоже складывались отнюдь не просто. Но в конце концов Всеволод "вда им (новгородцам) волю всю и уставы старых князь". Не следует, впрочем, преувеличивать значение этой акции, ибо решительный перелом во взаимоотношениях Новгорода с правителями Владимиро-Суздальской Руси произошел при сыновьях Всеволода Юрьевича. Князь Всеволод, почуяв, вероятно, приближение своей кончины, стал "рядить" детей. Старшему сыну Константину, сидевшему в Ростове, он готовил княжеский стол во Владимире, а в Ростов хотел послать второго сына, Юрия. Но Константин заупрямился, желая получить и Владимир и Ростов. Трижды Всеволод посылал за Константином, но тот не ехал к отцу во Владимир, а упрямо твердил: "Да ми даси и Володимерь к Ростову". Потеряв терпение, "князь великий Всеволод созва всех бояр своих с городов и с волостей, и епископа Иоанна, и игумены, и попы, и купца, и дворяны, и вси люди, и да сыну своему Юрью Володимерь по себе, и води всех ко кресту, и целоваша вси людии на Юрьи. Приказа же ему и братью свою. Констянтин же слышав то, и воздвиже брови собе со гневом на братью свою, паче же на Георгия, и на всех думцев, иже задумаша тако сотворити"


О княжеской власти в Новгороде IX-первой половины XIII века

Фроянов И.Я. Ссылка

Отредактировано граф Зигфред (19-10-2018 17:48:36)

0

7

граф Зигфред
Спасибо за данные и ссылку.

0

8

Вот неплохой источник информации:
Быков Александр Владимирович. Новгородское войско XI - XV веков : дис. ... канд. ист. наук : 07.00.02 Великий Новгород, 2006 318 с. РГБ ОД, 61:07-7/290

Не могу найти ссылку  для скачивания в сети, но когда-то  скачал эту диссертацию , могу выслать по электронной почте.

Отредактировано Череп (20-10-2018 10:05:56)

0

9

граф Зигфред написал(а):

От 1000 до 3000 дружинников. Предположение.

вы путаете дружинников и просто воев (ополчение)..

численность дружины князя - (по современному - гвардии) - не более 500-1000 человек, и часть от неё оставляли дома.

А вот само сборное войско..... могло быть сильно больше
шли все дворяне, их отроки и  с каждым его "армия"
Например

С. М. Соловьев считал, что размеров в 50000 русское войско в средневековье могло достигнуть только путем объединения сил нескольких княжеств. Зато, по его мнению, только один Новгород в XII в. мог выставить 20 000. К этой точке зрения присоединился и М. Ф. Владимирский-Буданов10, а в ранней советской историографии — Б. Д. Греков, говоривший о русском войске ("воях", отличаемых им от дружины) в несколько десятков тысяч человек как об обычном явлении: "Если сложить цифры войск тех частей Руси, которые еще недавно входили в состав Древнерусского государства, даже с учетом того, что эти отдельные княжества должны были больше напрягать свои силы, действуя в одиночку, чем находясь в единой государственной системе, мы получим значительные цифры, выражаемые в десятках тысяч"
.............
мы не приближаемся к ответу на вопрос, сколько же тогда "воев" в действительности выводили на поле боя русские князья? Найти этот ответ мы сможем, только поняв, почему в летописи приводятся те или иные цифры. Если летописец показывал неверную численность, то зачем он это делал? Почему он искажал действительность именно так, а не иначе? Была ли в этом система, несли ли эти искажения какой-то свой особый смысл? Во всех ли случаях информация неверна? Если мистификация имеет большой масштаб, почему для летописца было неважным приводить подлинные цифры? Знал ли он их вообще, и знал ли их кто-нибудь в древнерусском обществе?

Сюда же примыкают и проблемы терминологии: в каких категориях и терминах летописец осмыслял количественную информацию? Всегда ли у него "сотня" равна 100, а "тысяча" — 1000? "Малая дружина" под его пером — это сколько? Когда она превращается в "большую"?
.................
Неочевидно также арифметическое значение слова "тысяча". Видимо, не всегда его стоит понимать как математическую 1000
........
"Тысячей" называлась организация городского ополчения под руководством тысяцкого ("городовые полки", по определению В. И. Сергеевича32), и это вовсе не означает, что число ее воинов строго соответствовало 1000......
Считается, что "тысячей" называлась военная организация племенного княжества3. Видимо, с данным обстоятельством связано то, что и в более позднюю эпоху под "тысячей" иногда понималась определенная административно-территориальная единица ....... Интересны наблюдения А. В. Кузы, установившего, что в X — нач. XI в. Новгородская земля в военно-административном отношении делилась на три "тысячи", каждая из которых выставляла 1000 воинов и платила 1000 гривен дани Киеву


Соловьев С. М. История России. - Т. 1. - Москва, 1987. - С. 989.
Греков Б. Д. Киевская Русь. - Москва - Ленинград, 1953. - С. 337
.....
http://yakov.works/library/21_f/il/yushkin_01.htm

Я бы исходя из логистики и необходимости кормить/поить  - не верю  в данном случае в войско более 5000 именно воинов... а к ним - ещё столько же обслужающего персонала

Отредактировано Алксей (20-10-2018 10:13:45)

+2

10

с облегчением выдохнул Юрий-вселенец и даже удивился, что вспомнил сколько именно надо отнять.

Э... по смыслу надо "не удивился"

И бесчестно, что Штыкова просто убивало,

не очень понятно, что именно убивало и почему это считается "бесчестным"...

А вообще, ничего так, бодренько! +

0


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Конкурс соискателей » Схватка за Русь