Добро пожаловать на литературный форум "В вихре времен"!

Здесь вы можете обсудить фантастическую и историческую литературу.
Для начинающих писателей, желающих показать свое произведение критикам и рецензентам, открыт раздел "Конкурс соискателей".
Если Вы хотите стать автором, а не только читателем, обязательно ознакомьтесь с Правилами.
Это поможет вам лучше понять происходящее на форуме и позволит не попадать на первых порах в неловкие ситуации.

В ВИХРЕ ВРЕМЕН

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Произведения Бориса Батыршина » Московский Лес


Московский Лес

Сообщений 271 страница 280 из 294

271

Бестиарий

Баюн. Крупная саблезубая рысь. Представитель миоценовой фауны. Может быть опасна для человека, хотя в обычных условиях избегает проявлять агрессию.
Барсукрот, он же кротоподобный  некролест -  представитель ранне-миоценовой фауны. Встречается в малой Чересполосице, в районе Ломоносовского проспекта и Раменок. Безобиден.
Зверь. Гипотетический облик (один из вариантов), приведён по наброску в "Определителе фауны московского леса", единственный рукописный экземпляр которого хранится в лаборатории экспериментальной микологии МГУ.   Происхождение, биологическая классификация, какие-либо особенности физиологии и анатомии неизвестны. Смертельно опасен. Вероятно малоуязвим для пуль, поражает и подавляет жертв направленным пучком модулированного ультразвука. Достоверных случаев наблюдения Зверя не зафиксировано. Обитает в Лианозово.
Грибочервь. Симбиотическое существо, грибница+сильно мутировавший кольчатый червь. Обитает в-основном, в подземных коммуникациях. Ближайший родич - древесные пиявки. Крупные экземпляры представляют опасность для людей. Съедобны.
Кикимора. очень сильно мутировавший хищный сухопутный октопод. Существует в симбиозе с водорослями, укоренившимися у него на кожных покровах. Место происхождения - Чернолес, обитает там же, а так же в подземных коммуникациях Замоскворечья. Одна из самых крупных колоний находится в павелецком Омуте. очень опасны.
Лианы-падальщики. Полурастения-полуживотные, порождения Чернолеса. Питаются падалью, обитают в подвалах и подземных коммуникациях. распространены на части территории Замоскворечья.Для людей практически неопасны, хотя могут нанести травму

Пиявец.  Обитает на Большом Болоте, предположительно происходит от сильно мутировавших жаб. Способны издавать ультразвук для ориентации в пространстве и поражения мелких животных. Для человека не представляет особой опасности ввиду небольших размеров.

Плевака, он же плюй-паук. Сильно увеличившийся и мутировавший вид тропического паука, плюющегося ядовитой клейковиной. Встречается повсюду в Замосковоречье. Весьма опасен.
Ракопаук. Очень крупный представитель арахнидов. Происхождение неизвестно.  используется в Сетуньском Стане в качестве спарринг-животного при проведении Посвящения. Крайне опасен.

Рот. Происхождение - предположительно от пиявцев Большого Болота. Способен издавать ультразвук, оглушающий мелких животных. Может быть опасен для людей.

Стегодон, один из Слонопотамов. Представитель миоценовой фауны, один из самых крупных обитателей Леса. Встречается в Крылатских холмах и в долине Сетуни. Предмет охоты ради ценных бивней.

Слоновый червь, он же перевёртыш - обитатель Большого Болота. Вырастают до огромных размеров, могут представлять опасность для людей, лодок  и небольших построек.

Ходульник.  Появляется в большой чересполосице, обитатель разрывов. В высоту достигает шести-восьми метров. Обычно неагрессивен, но может представлять опасность вследствие значительных размеров.

Чернолесская выдра. Представитель специфической чернолесской  фауны. Встречается в Чернолесе и в ближайших окрестностях. Самые большие гнёзда - на мостах и возле памятника Петру Великому. Крайне опасна для людей, нападает на лодки.
Чёрный Рой. Порождение Чернолеса, иногда покидает его пределы, забираясь достаточно далеко. Туча, состоящая из нескольких видов крупных насекомых. при укусе впрыскивают жертве жидкость, сочетающий свойства желудочного сока и нейротоксина, а так же откладывают в рану яички. парализованные жертвы разлагаются заживо, в то время как яички Чёрного роя созревают в их телах до стадии личинок. Крайне опасен.

Шипомордник. Представитель специфической фауны Чернолеса. Крайне опасен.

Шмыгун, он же пакицет. Представитель Миоценовой фауны, предок кита. Встречается в Крылатских холмах и на Поляне Серебряный Бор. Для человека не опасен.

+1

272

Эффекты Леса
На территории Московского и прочих Лесов действуют некие аномальные эффекты, не имеющие на данный момент рационального объяснения.

1. Деградация полупроводников. На территории Леса выходит их строя любая электроника, основанная на использовании полупроводников. При этом сама элементная база разрушается необратимо, достаточно специфическим образом. При осмотре полупроводниковых материалов, побывавших в лесу, обнаруживается, что в любом образце, взятом, скажем, из компьютерного чипа или фотоэлемента, обнаруживаются в неустойчивом, зыбком, фрагментарном виде практически любые  эффекты твёрдого тела - от сверхпроводимости до полупроводникового или тоннельного эффектов.  Двух образцов с одинаковыми свойствами получить до сих пор не удалось. Способов экранирования не существует, верхняя граница зоны действия «транзисторной деградации» – около 20 км.

2. Непрохождение радиоволн. Любых, во всех диапазонах.

3. Эффект «размытой фотографии». Московский лес невозможно сфотографировать ни с большой высоты, ни со стороны, ни из космоса. На любых типах плёнки или электронных матрицах изображение получается расплывчатым и не поддаётся средствам коррекции изображения.

4. Пластиковая плесень. Изделия из подавляющего большинства полимеров (включая угле- и стеклопластики) на территории Московского Леса подвергаются очень быстрому разложению. Процесс обусловлен наличием микроскопической грибковой плесени. Существующими методами защитить пластики сколько-нибудь надолго невозможно. В настоящее время в МГУ ведутся активные работы по коммерческому использованию этого эффекта, например – для уничтожения пластиковых отходов.

5. Нефтяная чума. Любые жидкие нефтепродукты в Московском Лесу очень быстро превращаются в густую негорючую комковатую массу. Использование герметических ёмкостей не может остановить этот процесс.

6. Изменение климата. После Зелёного прилива на территории Московского Леса установился климат, близкий к субтропическому, без снежной холодной зимы. В «аномальнйо» климатической зоне кроме территории внутри МКАД находится примерно 20 % Московской области.

7. Ураганный рост растений. Имеет место систематически, в связи с самыми разными обстоятельствами по всей территории Леса.

Отдельный раздел эффектов Леса  связан с живыми существами. Прежде всего, это специфические лесные патологии, а так же всё, связанное с протеканием обычных болезней, заживлением ран и процессами старения.

+1

273

Ромей написал(а):

Лесной Синдром, он же Зов Леса. Явление в определённой степени противоположное Лесной Аллергии.  Ему подвержены люди, находящиеся под сильным влиянием условий пребывания в Лесу или же усиленно принимающие специфические лесные препараты.
Заключается в возникновении ряда патологических явлений у людей, покинувших территорию Леса. По большей части, это сильнейшие головные роли, глубокая, вплоть до попыток суицида, депрессия, в отдельных случаях – признаки разрушения личности. Как правило, бесследно исчезает при возвращении в Лес.

Судя по Нгуену, в любой из Лесов.

Отредактировано Dimitriy (06-08-2019 19:29:25)

0

274

Пау-Вау     Большая община поклонников североамериканских индейцев. Обитают в северной части парка Сокольники, центральное поселение на Богарытском пруду. Придерживаются обычаев племён Великих Озёр. Община наполовину состоит из приезжих из Европы и Северной Америки, Австралии. Поддерживают хорошие отношения с общинами аватарок, а так же с друидами. Одно из малых посёлковПау-Вау – возле сокольнического  поселения друидов на Станции Юных натуралистов на Ростокинском проезде. Занимаются охотой, собирательством, рыбной ловлей, ведут по большей части натуральное хозяйство. С другими общинами Леса сохраняют ровные или нейтральные отношения.

Подземники Потомки людей, застрявших в день Зелёного Прилива в московском метро. Претерпели значительные мутации, включая сильнейшую трансформацию психики, физиологические изменения. Внешность подземников очень сильно отличается от обычной человеческой.  Практически утратили способность видеть при дневном свете, зато очень хорошо видят в полной темноте. Приобрели необычные способности, в т.ч. особенную чувствительность к эмоциональному состоянию собеседника (не подтверждено). Обитают в тоннелях и станциях метрополитена по всему Лесу, никогда не поднимаются на поверхность. Ведут меновую торговлю с фермерами на нескольких станциях. Как и аватарки, не считают себя людьми. Выработали своеобразную этическую систему, а так  же собственные верования.

Путейцы Крупное, хорошо организованное сообщество, занимающееся эксплуатацией железнодорожного транспорта.  Единственное из «лесных»  сообществ, постоянно имеющее дело с техникой и автоматическим оружием. Имеют нечто вроде центрального Совета, занимающегося вопросами ремонта, организации мастерских, складов, а так же обеспечением безопасности. Обеспечивают грузопассажирское сообщение по всем железным дорогам Леса. Главное поселение – Три Вокзала. Располагают достаточно мощными силами быстрого реагирования в виде нескольких бронедрезин и бронепоезда с тяжёлым вооружением. Тесно взаимодействуют с большинством лесных общин, находятся в состоянии вражды с аватарками и друидами.

Речники Лодочники, речники, шлюзовики живущие по Москве-Реке и Яузе. Организованы в большое сообщество без чётко выраженной структуры. Практически монополизировали все водные перевозки. Главные поселения – Нагатинский Затон и Тушинские Волоки. Пользуются, в основном, гребными лодками, однако есть несколько моторных судов с газогенераторными и дизельными двигателями. Основа военной мощи – канонетская лодка «Варяг» с пушечно-пулемётным вооружением, способная действовать на ограниченном участке реки. Перманентно враждуют с общиной родноверов.

Сетуньцы централизованная община, обосновавшаяся в долине Сетуни у слияния с Москвой-рекой в крепости Сетуньский Стан. Объявили главной своей целью истребление опасной аномальной фауны леса, для чего выработали систему подготовки бойцов из добровольцев. Не пользуются огнестрельным оружием, активно употребляют различные снадобья и эликсиры, временно расширяющие возможности организма. Власть в Сетуньском Стане принадлежит Тингу, на котором имеет голос каждый из бойцов, прошедших посвящение.
Кроме собственно бойцов, в Сетуньском Стане и окрестных деревнях обитает значительное количество фермеров (см.), находящихся под их покровительством, но лишённых представительства на Тинге.
Сетуньцы поддерживают хорошие отношения с золотыми Лесами. Находясь до известной степени под их влиянием.

+1

275

Dimitriy написал(а):

Судя по Нгуену, в любой из Лесов.


И не только. У Пиндоса практически та же история.

0

276

И ещё немного Лесопедии

Сетуньцы централизованная община, обосновавшаяся в долине Сетуни у слияния с Москвой-рекой в крепости Сетуньский Стан. Объявили главной своей целью истребление опасной аномальной фауны леса, для чего выработали систему подготовки бойцов из добровольцев. Не пользуются огнестрельным оружием, активно употребляют различные снадобья и эликсиры, временно расширяющие возможности организма. Власть в Сетуньском Стане принадлежит Тингу, на котором имеет голос каждый из бойцов, прошедших посвящение.
Кроме собственно бойцов, в Сетуньском Стане и окрестных деревнях обитает значительное количество фермеров (т.н. Сетуньские выселки.), находящихся под их покровительством, но лишённых представительства на Тинге.
Сетуньцы поддерживают хорошие отношения с золотыми Лесами. Находясь до известной степени под их влиянием.

Фермеры Общее название для оседлых групп и общин, занимающейся сельским хозяйством, охотой, собирательством, бортничеством. Численность от двух-трёх семей до нескольких сотен человек. Как правило, общины тяготеют к транспортным магистралям или удобным тропам челноков.  Чаще всего они располагаются  на территории бывших лесопарков, хотя, бывают и исключения. Фермерские поселения могут быть как независимыми, так и входить в большие общины из нескольких поселений, или находиться при какой-то крупной общине и жить под её покровительством. Самые крупные фермерские общины содержат рынки, которые становятся своего рода центрами притяжения для окрестных фермеров и челноков. Встречаются фермерские поселения, возникшие по какому-то однму признаку – например, этническому или «ремесленному». Наибольшая концентрация фермерских поселений наблюдается  вдоль Москвы-реки, выше ЦПКиО.

Челноки Бродячие торговцы Леса.  Путешествуют пешком, по железным дорогам, по воде. Не склонны образовывать торговые компании, картели и консорциумы, предпочитая действовать либо в одиночку, либо малыми не более 3-5 человек, группами, именуемыми «караваны».  Щепетильно относятся к взятым на себя обязательствам. Челнок, нарушивший данное им слово, обманувший торгового партнёра – дело немыслимое. По традиции челноки не имеют семей и,  женившись, как правило, меняют род занятий.

Братство Башни Бывшая фермерская община, обосновавшаяся в останкино и на территории Ботанического Сада, а ныне попавшая под влияние Церкви Вечного Леса (см.) Живёт очень закрыто, однако принимает как неофитов, так и фермеров, желающих получить покровительство общины. Активно проникает на север Московского Леса, на территорию Большого Болота. Имееет собственные группы, занимающиеся примерно тем же, чем занимаются егеря и барахольщики, из-за чего непрерывно с ними конфликтуют.

Специфические сообщества, религиозные и псевдорелигиозные группы.

Друиды Одно из самых закрытых сообществ Леса. Практикуют языческие обряды, активно используют лесные снадобья, позволяющие развивать нетипичные для людей способности (не подтверждено). Умеют управлят животными и (отчасти) растениями. Собственно, кроме самих жрецов-жруидов в их сообщества входят ученики-послушники и т.н. послушницы- «дриады». Порядок взаимоотношений между этими группами неясен до сих пор. Практикуют сложные обряды с выраженным сексуальным подтекстом, а так же человеческие жертвоприношения (не подтверждено).Друиды выполняют роль духовных гуру для аватарок, находятся в хороших отношенияхс Пау-Вау. Непрерывно и жестоко конфликтуют с путейцами, постоянно организовывая нападения на дрезины, пересекающие массив Сокольники-Лосинка. Самое известное поселение друидов, где расположен их Главный Круг – Петровский Замок близ м. ВДНХ. Кроме того, Малые Круги друидов имеются и в других лесопарках Москвы.

Монахи     Обитатели Новодевичьего Скита. Представляют из себя православную общину, однако не поддерживают отношений с официальнйо РПЦ, неизменно уклоняясь от любых переговоров. Ведут активную миссионерскую деятельность на территории Леса.  Покровительствуют одной из крупнейших фермерских общин «Лужники», содержат часовни во многих крупных общинах, а так же на ВДНХ, в ГЗ МГУ и на Речвокзале. Принимают множество паломников, в том числе и из-за МКАД.

Церковь Вечного Леса Адепты религиозной организации, созданной в США путём слияния групп, отколовшихся в своё время от  церкви Сайентологии, свидетелей Иеговы, а так же запрещённой в большинстве стран мира АУМ Синрикё. Выработали свою специфическую религиозную философию, основанную на обожествлении Леса. Активно действуют в Лесу Нью-Йорк, где являются одной из двух доминирующих сил. С некоторых пор делают попытки проникнуть в Московский Лес и уже взяли под контроль общину останкино, трансформировав её в Братство Башни. Главный молельный дом ЦВЛ – в развалинах Останкинской Телебашни (см. Древобашня). Активно ведут миссионерскую деятельность, имеют постоянные представительства в ГЗ МГУ, на Речвокзале и на ВДНХ. Жестоко преследуют отступников, вплоть до физического устранения (не подтверждено). Постоянно конфликтуют с друидами и монахами.

Родноверы Чернобога Неоязыческая община псевдославянского толка. Образовалась после раскола более крупной общины Родноверов, причём чернобожцы практически уничтожили своих визави, поклонявшихся Даждьбогу. Практикуют жестокие, кровавые обряды, вплоть до человеческих жертвоприношений и ритуального людоедства. Имеют некую связь с Чернолдесом (не подтверждено).
Постоянно конфликтуют с остальными общинами Леса.

Отшельники Отшельники и есть. Селятся в различных регионах Леса, как правило, по идейным и рельгиозным соображенгиям, хотя имеются и исключения. Среди отшельников выделяются т.н. «родноверы Даждьбога» - остатки разгромленнй «чернобожцами» общины.   Многие отшельники практикуют травничество, играют роль духовных гуру для тех или иных сообществ Леса.

Мертвопоклонники группа людей, поклоняющихся Мертволесу. Полагают, что выбросы некро-энергии способны воздействовать на человеческие спсообности, для чего стараются обнаружить места, где должны произойти подобные выбросы и оказаться там в момент возникновения Мертволеса. Известны случаи, когда это им удавалось, и тогда имели место очень сильные изменения людей под действием некро-энергии вплоть до глубоких мутаций, изменений психики и поведения. Практикуют ритуальные пытки и убийства (не подтверждено). Многие мертвопоклонники являются выходцами из Братства Башни и поклонников Церкви Вечного Леса. И, хотя официально ЦВЛ осуждает мертвопоклонников, случаев серьёзных конфликтов между ними не замечено. Некоторые исследователи с кафедру социологии МГУ полагают их группой, созданной ЦВЛ в каких-то своих целях.

Лешаки Люди, подвергшиеся сильнейшим физиологическим изменениям под воздействием неизвестных факторов. Полностью изменена внешность, обмен веществ. Кожные покровы приобретают вид древесной коры, меняются пропорции тела, появляются нечеловеческие способности (не подтверждено). Практически нечувствительны к воздействию внешних факторов – так известно, что уничтожить лешака крайне сложно. Существует легенда, что процесс превращения человека в лешака связан с каким-то конкретным деревом, и при уничтожении этого дерева погибает и сам лешак. Большая часть этих деревьев сосредоточены в т.н. Терлецком урочище, в глубине запретного Леса, в Измайлово.  Лешаки поддерживают тесные отношения со многими сообществами Леса, особенно с учёными МГУ, егерями и фермерами различных общин. Находятся под покровительством друидов, хотя не подчиняются им в прямом смысле этого слова.

Отредактировано Ромей (07-08-2019 11:21:37)

+1

277

- Вот где должен быть упырятник. – Егор озирался по сторонам. - В самый раз для вампира, нормальный человек тут и получаса не протянет, спятит.
Растительность по ту сторону разрыва пестрела всеми оттенками пурпурного, алого, коричневого и фиолетового с обильными вкраплениями чёрного. Мир, расцвеченный в цвета крови крови - свежей, артериальной, до высохшей, превратившейся в бурую корку.  Здешние растения тоже вызывали сугубо физиологические ассоциации: – мерно пульсирующие мешки и пузыри, бледно-лиловые то ли стебли, то ли сосуды, спазматически сокращающиеся в попытках протолкнуть тёмные комки, мутно просвечивающие сквозь полупрозрачные стенки. Большие лилово-розовые цветы с мясистыми, подозрительно шевелящимися лепестками, широченные листья, оказывающиеся при ближайшем рассмотрении шляпками гигантских грибов, и грибы, кидающиеся врассыпную на бесчисленных тонких ножках при попытке приблизиться...
Небо было под стать всему этому безумию – чередующиеся фиолетовые, жёлтые и бурые полосы, изгибающиеся, текущие, скручивающиеся в подобие вихревых воронок. Света они не давали: казалось, он был  разлит в окружающем пространстве, такой же болезненный, мучительно-неестественный,  от чего этот мир был  совершенно лишён теней…
- Разговорчики, студент! – бодро отозвался егерь.   -  Видишь лощинку? Она, вроде, ведёт примерно туда, куда нам нужно. Давай, ставь вешку и пошагали.
С этим пришлось повозиться  – прутья никак не хотели втыкаться в чрезвычайно плотный грунт. Пришлось доставать нож, обстругивать кончик, и лишь тогда удалось кое-как  установить спасительные знаки.
- Вот чёрт, подсуропил Нгуен… - выругался егерь, когда они отошли на два десятка шагов и обернулись, ища взглядом клочки красной ткани. – Всё сплошь красное и бурое, ни шиша не видать. Слышь, студент, может, пожертвуешь майку на ленточки, а?   Она у тебя какая, белая? 
Идти оказалось неожиданно легко. В гротескном лесу почти не было ни подлеска, ни корней, так и норовящих подставить путникам подножку. По дну лощины бежала тропа, и егерь несколько раз наклонялся, ища следы ног – или лап? - тех, кто её проложил. Бесполезно: грунт был утоптан так, что рубчатые подошвы берцев не оставляли на нём отпечатков.
- Не знаю, где мы находимся,  ,- рассуждал он на ходу – Но точно не в Лесу. Нет у нас такого безобразия, и нигде на всей Земле нет. Говорили же мне умные люди, что разрывы эти ведут то ли в другое измерение, то ли вообще хрен знает куда - в какую-нибудь далёкую-далёкую галактику...
- Любопытно глянуть, что за звёзды будут на этом небе ночью. – поддакнул Егор. – Если будут, конечно. Очень уж эти полосы похожи на те, что видны на снимках Венеры или, скажем, Юпитера.
- Типун тебе на язык! – сплюнул егерь.  – Да я тут, не то что до ночи, лишней минуты не останусь! Любопытно ему…Вот выберемся, и гадай, сколько влезет!

- Стоп! – Бич вскинул к плечу кулак. – Пришли. Не нравится мне это. Пока не осмотримся, дальше ни ногой!
Лощину, превратившуюся в глубокий овраг с крутыми стенками, перегораживало большое угольно-чёрное дерево. Вернее сказать, оно нависало над лощиной, пустив могучие корни в один из склонов. Длинные, изломанные ветви, с которых свешивались клочья бурого мха, упирались в грунт возле самой тропы, словно костыли уродливого  великана.  Егор пригляделся -  возле корней желтели кости. Странной формы грудная клетка, четырёхпалые руки и череп. Гребёнчатый, размером с человеческую голову, с гребнями-выступами на макушке и висках - и  расколотый пополам страшным ударом сверху. 
- Опять чуйка?
Егерь помотал головой.
- С тех пор, как мы вступили в Чересполосицу, она вырубилась – совсем, будто отрезало... Скорее предчувствие. Скверное, что характерно...
- И что будем делать, полезем в обход?
- Пока выберемся  из оврага – потеряем направление, и никакие вешки не помогут. Да и неизвестно, можно ли там вообще, пройти.
- Так что, стоять и ждать? Вроде, давно идём, пора уже и дойти…
- Вроде у бабки в огороде, а нам надо в самый аккурат! – огрызнулся егерь. – Сказано – стоять, значит, стоять, пока не будет команды…
За спиной зашуршало. Егор обернулся, нашаривая рукоять «Тауруса».
По тропе текло удивительное существо. Именно текло – ног, псевдоподий или иных заменителей конечностей не было видно, длинное, составленное из сегментов плоское тело извивалось, обтекая неровности грунта.  Панцырь существа переливался всеми цветами радуги, и от этого мелькания рябило в глазах, и кружилась голова.
Он  вскинул револьвер, ловя в прорезь прицела передний сегмент, украшенный пучком то ли стебельков, то ли антенн с блестящими шариками на концах.
- Отставить студент! –  егерь хлопнул напарника по плечу. – Кажется, ему до нас дела нет.
И сделал шаг в сторону, освобождая пришельцу тропу.
Шагов за десять от подозрительного дерева существо замерло, приподняв над грунтом передние сегменты. Стебельки замельтешили, замелькали шариками, будто  рассматривая  препятствие. Егор наблюдал во все глаза, не убирая пальца со спускового крючка.
- Во-от, студент, сейчас и выясним, зачем тут торчит эта хренотень… - прошептал Бич. – Приготовься, как скомандую – беги вперёд и держись подальше от веток!
Существо, наконец, решилось. Радужной молнией оно метнулось вперёд, проскользнуло мимо горки костей, перетекло через толстый корень – и тут чёрное дерево сделало свой ход. Ветки-опоры взметнулись, словно клешни ракопаука  – и обрушились на жертву. Два острия с хрустом проломили сегменты длинного тела.  Создание конвульсивно изогнулось, силясь дотянуться до лаково-чёрных острий. Раздался треск, из стебельков  ударили лиловые разряды. Запахло озоном и палёной плотью, дерево изогнулось всем стволом, и развело ветви  в стороны, силясь разодрать электрическую тварь надвое.
- Пошёл! – заорал Бич. Егор метнулся вперёд, поднырнул под мотающуюся  на когте-ветви половину электрического существа – и в три прыжка оказавшись вне досягаемости страшного дерева.
Егерю не хватило какого-нибудь мгновения. Он уже перепрыгнул через корень, увернулся разящего острия, когда вторая широким взмахом подсекла ему ноги. Бич покатился по земле, а бивни уже взлетели вверх – неотвратимо, неумолимо…
От первого он сумел увернуться, перекатившись на спину. Второй глубоко вонзился в землю у самой его головы, и, пока дерево силилось высвободить своё оружие из каменно-твёрдого грунта,  Бич извернулся, вытащил из-под себя  штуцер, упёр приклад в землю и нажал на спуск. 
Пуля ударила в основание ветки, расколов её, словно та была отлита из чёрного непрозрачного стекла. Во все стороны полетели какие-то белёсые ошмётки, клочья. Егор, опомнившись от шока, кинулся, вцепился в  раму «Ермака» и поволок напарника прочь, подальше от смертоносных острий.

- А ведь это не дерево.  - Бич внимательно рассматривал длинную чёрную щепку, застрявшую в рюкзаке. – Хитин, или что-то в этом роде. Выходит, эта дрянь – нечто типа укоренённого насекомого.
Дерево-убийца вяло шевелило сучьями, копаясь в распотрошённом трупе радужного создания. Из большой дыры на месте отстреленной ветки на землю падали белые тягучие, как смола, капли.
- Совсем как брюшко раздавленного жука. – Егора передёрнуло от отвращения. – Однако, тебя этот «жучок» крепко приложил. Хорошо хоть, артерию не задел, а то истёк бы кровью…
Удар, сбивший егеря с ног, глубоко распорол ему бедро. Пришлось разрезать штаны, присыпать рану бурым порошком из стеклянного пузырька и зашивать рваные края разреза хирургической нитью.
- Обратил внимание, как оно устроилось? Прямо на тропе, не пройти мимо него, не проехать. – егерь засунул щепку в кармашек «Ермака» - Отдам Шапире как образец, пущай порадуется… – Между прочим, мы не первые пробовали мимо него пройти. Я, когда катался по земле, успел заметить  - рядом с тем черепом валяется какая-то ржавая железяка, то ли тесак, то ли наконечник рогатины.
Егор изумлённо поднял брови.
- Выходит, здесь есть разумная жизнь? Я имею в виду – по эту сторону разрыва?
Егерь покачал головой.
Мне другое в голову приходит. Представь, что это был егерь, такой же, как мы – и тоже хотел пройти насквозь разрыв.
- Хочешь сказать, что тот, с гребенчатой башкой, тоже хотел залезть в Курчатник? Бред…
- При чём тут Курчатник? Вон, Нгуен рассказывал, что разрывы появляются и исчезают, помнишь?
-Ну, помню…
- А ты уверен, что они появляются только у нас? В смысле - только в нашем Лесу? Может, таких Лесов великое множество, и некоторых  тоже есть психи, вроде нас с тобой? Такие, кого хлебом не корми, а дай забраться в самую задницу?
- Ну, знаешь… - Егор развёл руками. – Я-то думал, что это Шапиро псих  со своей теорией о том, что Лес начитался старых книжек.  Но ты его чисто конкретно переплюнул!
- Остри-остри… -  егерь попытался подняться на ноги, поморщился и сел. – Болит, спасу нет… Поищи какой-нибудь сучок, костыль соорудить, что ли... И валим отсюда, пока эта пакость не выкопалась и не взялась за нас всерьёз.

http://sd.uploads.ru/t/mXYuM.jpg
http://s5.uploads.ru/t/6hQfR.jpg
http://s8.uploads.ru/t/b3SjW.jpg
http://sg.uploads.ru/t/31XTZ.jpg
http://s9.uploads.ru/t/93kOi.jpg

Отредактировано Ромей (08-08-2019 19:01:39)

+2

278

После того, что творилось в разрыве, Лес вокруг показался Егору казался уютным, домашним, словно приусадебный участок  собственной дачи. Вынырнув из кровяного пурпурно-фиолетового марева, он испытал несказанное облегчение – сентябрьское голубенькое небо над головой, растрескавшийся асфальт парковки, стена буйной зелени в тридцати шагах – и на её фоне маленькая фигурка в плоской вьетнамской шляпе.
- Глянь-ка, дотерпел…  - Бич посмотрел на часы. – Сорок три минуты. А я-то думал, он сразу свалит…
Проводник тоже их заметил. Он помахал на прощание карабином,  повернулся  и растворился в зарослях.   
- Любопытно, сколько он ждал? – Егор проводил вьетнамца задумчивым взглядом.
- В смысле? Я же сказал – сорок три минуты…
- Ты так в этом уверен? В разрыве мы прошагали километра два, причём практически по прямой.  А здесь – пятьдесят метров, и, что характерно, по той же самой прямой. 
- И что с того? – не понял егерь.  - Он же предупреждал, что нельзя сворачивать...
- А если и время искажается в той же пропорции?
- Пятьдесят и две тысячи… хочешь сказать, Нгуен ждал нас чуть больше минуты?
-Ну да. Перед тем, как войти в разрыв, я заметил – солнце стояло вон над той многоэтажкой…
- Так оно и сейчас там!
-  А я о чём?
Бич изумлённо уставился на напарника.
- И этот человек попрекал меня безумными теориями?
- Не такая уж он и безумная -  во всяком случае, после того, что мы видели в разрыве.
- Ну, как скажешь, студент. Вернёшься в Универ – диссертацию напишешь, а сейчас давай поищем, где тут вход. С такой ногой я через ограду не перелезу.

Лезть не пришлось – дверь оказалась в глубинё высокой, в два этажа  арки, в нескольких шагах от того места, где они вынырнули из разрыва. Солидная, дубовая, как и подобает солидному госучреждению,  она не была заперта. В вестибюле, повсюду были заметны следы поспешной эвакуации  – разбросанные в беспорядке ящики, коробки, рассыпанные бумаги, покрывающие мраморные плиты пола сплошным ковром. Напротив дверей пялился  на входящих массивным набалдашником дульного тормоза  тяжёлый пулемёт на колёсном станке.  Среди царящего вокруг запустения он выглядел странно: ни пятнышка ржавчины на оружейной стали, ни следа патины на латуни крупнокалиберных  патронов.
- Серьёзные тут служили парни… - Бич наклонился, рассматривая свисающую из приёмника ленту. – В Курчатнике охрану несло ФСБ – секретный объект государственного значения, как-никак…
- Да оставь ты эту железяку.  – недовольно отозвался Егор. Он стоял у большого информационного стенда на стене. – Глянь, что я нашёл! План территории Центра. Вот и второй лабораторный корпус: налево, наискось, через парк. Только бы не слишком сильно заросло, а то тащи тебя на закорках…
- Потащишь, как миленький.  – отозвался напарник. – Кстати, пошарь, тут, где-нибудь наверняка есть пожарный щит.
- Это ещё зачем?
- Топор. Вдруг двери ломать придётся?

- Что-то тут не так... - Егор стоял посреди кабинета доктора физических наук Новогородцева,  как сообщала никелированная табличка на двери. - В коридорах слой пыли в палец толщиной,  а тут  ни пылинки.  Если бы не окна – вообще можно подумать, что люди отсюда вышли минут пять назад …
Против ожиданий, на территории Курчатовского центра путников не встретила густая растительность. Не было ни сплошных завес проволочного вьюна, ни стены деревьев, ни непролазного кустарника. Более всего это напоминало Мёртвый Лес – высохшие, мёртвые растения, трава, давным-давно превратившаяся в бурый прах, нигде ни листика, ни травинки. Не лучше было и в здании – окна, заросшие грязью настолько что почти не пропускают солнечный свет, пыль, стены и потолки в неопрятных потёках плесени.
И вот – кабинет, прибранный, чистый,  словно четверти часа не прошло, как в нём произвели влажную приборку. И не какой-нибудь растяпа-лаборант, а пожилая, старательная, советской закалки, уборщица, из тех, что не пропустит ни пылинки, ни бумажки, ни пятнышка.
- Глянь, студент!
Егерь стоял в углу, возле низкого журнального столика с пододвинутыми к нему креслами. Наверное, подумал Егор, хозяин кабинета любил устраиваться в одном из них, чтобы побеседовать обстановке с  такими же как он, светилами науки. Отправлял секретаршу варить кофе – не в пошлой кофемашине, а в медной джезве, на припрятанной в подсобке электроплитке – и  пододвигал гостю тяжёлую, толстого литого хрусталя, пепельницу.
«…кофе? Сигарета? Откуда здесь эти запахи?...»
На стеклянной столешнице стояли две крошечные чашечки с тёмной, почти чёрной жидкостью. Рядом притулилась пепельница -  правда, не хрустальная, а малахитовая, с бронзовыми вставками – с докуренной примерно до половины сигаретой.
Егерь осторожно взял чашку.
- Не поверишь,  тёплая. И курили совсем недавно, пахнет дымом. -Слышь, студент, что тут такое делается, а?
- Сможет, здесь до сих пор люди? – предположил Егор и тут же понял, что сморозил глупость.
- Дверь разбухла, приросла к косяку, сам же топором поддевал! Разве что, где-нибудь запасной выход или техническая лестница…
Егор взял чашку, понюхал. Пахло свежим, только что сваренным кофе. Насколько он мог определить – настоящий мокко.
-  Мне почему-то кажется, что если зайти сюда через пару лет – сигарета будет точно так же дымиться и кофе не остынет.
- Может пошли отсюда, а?  - Егерь говорил неуверенно, придушенным голосом.  - Что-то мне не по себе..
- Нельзя. Вот теперь я точно уверен – нам надо именно сюда. Что до людей, то давай хорошенько поищем. Может, и правда, где-нибудь потайная дверь?
Они потратили больше часа, простукивая стены, отдирая плинтусы и расковыривая ножами штукатурку там, где им послышался гулкий звук. Единственной находкой оказался небольшой  сейф, вмонтированный в стену за профессорским креслом. Сейф прикрывало декоративное панно в стиле шестидесятых – атлетически сложенный молодой человек и девушка, вздымающие символ мирного атома в виде грозди шаров, окружённых чем-то вроде спутников на эллиптических орбитах.
Егор осмотрел дверку сейфа, сверяясь со своими записями.
- Он и есть! Вот, видишь?
В правом верхнем углу дверцы был выгравированы латинские буквы Bi.
- Химический символ висмута. Начинка сейфа состоит из него.
- Как у твоего контейнера?
- Точно. Вот что, кстати…
Егор порылся в рюкзаке и достал коробку. Снял с шеи плоский, сложной формы ключ на цепочке и щёлкнул замком. Внутри было пусто – только стенки и дно выложены каким-то ворсистым материалом.
- Сейчас я попробую открыть сейф. Держи контейнер наготове, когда положу - сразу захлопываешь и два оборота ключа. Ясно?
- Погоди, студент, не так быстро… – Бич решительно отобрал у напарника контейнер  и сделал шаг назад, опираясь на костыль. –  Не хочешь сначала сказать, что ты собрался сюда класть?  Только не надо сказок насчёт ветхих бумаг – я не слепой и вижу, что в эту коробку поместится самое большее, толстая тетрадь.
- Может, потом? – без особой надежды осведомился Егор. – Вот выберемся, и тогда, в спокойной обстановке…
- Нет уж! – Бич рубанул воздух ребром ладони.  -  Пока не объяснишь, что к чему, я и шагу отсюда не ступлю!
- Ну хорошо… если вкратце, то в сейфе флешки и жёсткие диски с материалами по теме, которой занимался профессор Новогородцев. Детали мне неизвестны, но кое-кто считает, что именно его эксперименты вызвали Зелёный Прилив.
- Да, Шапиро намекал на что-то в этом роде… постой! Ты сказал – флешки, диски? Так они же должны были давным-давно протухнуть! В Лесу полупроводники и часа не живут, а тут – тридцать лет…
Егор покачал головой. 
- А вот и нет. Видел значок спецэкранирования на сейфе? Эта технология разработана за два года до Зелёного прилива и до сих пор до конца не изучена.  Но есть надежда, что она на сто процентов защищает от негативного воздействия Леса. В повседневном использовании проку от неё немного, не будешь же носить скафандр с прослойкой из висмута? – но для наших целей годится.
Егерь посмотрел на спецконтейнер, потом на значок «Bi»
- Значит, профессор знал, к чему приведут его эксперименты - раз заранее обзавёлся таким сейфом?
- Ничего это не значит. Насколько мне известно, сейф Новогородцеву презентовали  коллеги из НГУ – это была их разработка.  И профессор взял в привычку держать в нём самые важные материалы по своей программе. Когда мы об этом узнали, то изготовили спецконтейнер с такой же системой экранировки. Есть шанс, что если переложить в него флешки достаточно быстро, их содержимое не успеет пострадать. Конечно, информация на твердотельных носителях могла за столько лет пострадать естественным, так сказать, образом, но тут уж ничего не поделаешь, приходится полагаться на удачу.
- Крутишь, студент... – теперь егерь говорил решительно, без капли неуверенности. – Выходит, ни в какой Университет ты поступать не собирался, и явился в Лес специально ради этого? 
- Не всё так просто. Скажем так – я немного слукавил насчёт своих намерений касательно поступления на Биофак. И уж конечно,  Шапиро не просто так попросили покопаться в квартире Новогородцева.  Но покидать Университет не собираюсь, наоборот, думаю задержаться надолго, особенно если мы не ошиблись насчёт содержимого сейфа. И давай отложим этот разговор? Правда, сейчас не время - вот выберемся и, даю слово, отвечу на все вопросы.
Егерь смотрел на напарника с нескрываемым подозрением.
- Не время, говоришь? Ладно, студент, только имей в виду - если рассчитываешь  как-нибудь отвертеться, то лучше сразу брось эту мысль. Я с тебя живого не слезу.
- Договорились, не слезай. А сейчас – подойди поближе и держи контейнер наготове. Как открою сейф, у нас будет секунды полторы, не больше.

http://s9.uploads.ru/t/pYeAQ.jpg
http://s3.uploads.ru/t/0pD5K.jpg
http://sg.uploads.ru/t/PcF8A.jpg
http://s5.uploads.ru/t/Zabq7.jpg

Отредактировано Ромей (09-08-2019 03:04:30)

+1

279

Ромей написал(а):

Я с тебя живого не слезу.

Учитывая специфику Леса, стоит немного изменить - Я с тебя живого и мёртвого не слезу...

+1

280

пожалуй

0


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Произведения Бориса Батыршина » Московский Лес