Добро пожаловать на литературный форум "В вихре времен"!

Здесь вы можете обсудить фантастическую и историческую литературу.
Для начинающих писателей, желающих показать свое произведение критикам и рецензентам, открыт раздел "Конкурс соискателей".
Если Вы хотите стать автором, а не только читателем, обязательно ознакомьтесь с Правилами.
Это поможет вам лучше понять происходящее на форуме и позволит не попадать на первых порах в неловкие ситуации.

В ВИХРЕ ВРЕМЕН

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Произведения Владимира Чистякова » Несносная Херктерент -4.


Несносная Херктерент -4.

Сообщений 231 страница 240 из 251

231

– Конечно, – кивает Софи, –  Они особенно люто ненавидят чёрных мирренских солдат. В плен не берут. Называют их «двуногими собаками». Человеком мало родиться, им ещё надо стать. А те, что из-за реки предпочли стать не людьми, а сторожевыми псами. На собак человеческие законы не действуют. Неужели ненависть живёт так долго?
– Если её ещё пропагандой грамотно подогревать, – Саргон криво усмехается, – то жить может и вовсе вечно. Но там этого не требуется. С последними бывшими рабами мне встречаться доводилось. Вскоре после присоединения этих земель там этнографические экспедиции  работали. Таких материалом насобирали – некоторые до сих пор секретны, такие там зверства описаны. Чудовищами заречных прозвали не просто так.  Притом, у них тогда даже язык ещё почти одинаковый был. Но вот разошлись пути...
– Вроде как у наших мирренов и коренных южан, – замечает Софи.
– Примерно. Сиюминутная жажда наживы сделала из одного народа два. Мы тоже не застрахованы от подобного.
– При большом желании народ и вовсе с нуля создать можно.
– Только чаще стараются отделить часть от целого, опять же зачастую ради сиюминутных выгод, – Саргон мрачно усмехается, – Не забыла самое страшное проклятье, с твоими предками связанное.
  – «Чтоб ты жил при войне Верховных» разве можно забыть?
  – Да вот, многие стараются.
Софи хмурится. Как на её недовольство сверстники реагируют, Саргон прекрасно представляет. Дочь редкая красавица, и прекрасно свои способности применять умеет.
  – Может, вспомним что-нибудь повеселее?
  – Я разве запрещаю? Вспоминай!
  Софи трёт подбородок.
  – Награждение персональное будет, или у него так совпало?
  – Так совпало. Несколько сот человек будет. В основном, вторая-третья «золотая звезда». У некоторых – с особыми отличиями.
  – Не любишь ты старые награды...
  – Только сейчас заметила? Да, не люблю, но не одной не отменил. Пребывают в спящем состоянии. «Чёрными Звёздами» после Победы награждать будем.
  – То есть, тоже почти никогда.
  – Отставить пораженчество, – смеётся Император, – Память, у тебя, похоже, на самом деле, девичья. Забыла, за Залив «Чёрную Звезду» получил Сордар?
  – И ещё пятьдесят три человека! – с вызовом бросает Софи, – В том числе, два полных адмирала и двенадцать матросов. Из награждённых пятнадцать получили звёзды посмертно. Я и поимённый список прочитать могу.
– Извини. Признаю, насчёт памяти была неудачная шутка.
– На этом награждении сколько посмертных будет?
– Ни одного. Решили эти церемонии проводить в разное время.
– В общем-то, правильно, – соглашается Софи.
– Если кто-то погибнет между составлением списка и датой, в другой список переносить не будут. Но на вчерашний день таких не было.
– Судя потому, что я про похождения Сордара знаю, – замечает принцесса, – очень многие отпуск в столицу воспринимают чуть ли не большей наградой, чем собственно награда.
– Без наградных за «звезду» отпуск будет гораздо более скучным, – хмыкает Император, – Насчёт Сордара у тебя информация устаревшая. При последних визитах он устраивал не загулы, а вполне мирно общался с младшей сестрёнкой.
  – Подозреваю, через несколько лет это станет гораздо более разрушительным, нежели всё, бывавшее с ним раньше, – усмехается принцесса, – слишком уж я хорошо характерец этой сестрёнки знаю, да и братца заодно.
– Любовницу лучше бы себе завёл, хотя бы ту высоченную, что у него живёт. Я устал уже намекать, что меня устроит его брачный договор с женщиной любого социального статуса.
– Подозреваю, – качает головой Софи, – нам с тобой на его свадьбе гулять не придётся. Кстати, ты ведь можешь приказать ему заключить брак, и он Волю Императора выполнит. Сомневаюсь, что с тобой не пытались договориться по этому вопросу.
  – Есть множество вещей, что я в состоянии сделать. Но которые я не сделаю никогда. Одно из самых неприятных воспоминания за последнюю четверть века. Это как родня самым натуральным образом фактически хотела продать мне Кэретту в качестве невесты для Сордара. Я давненько не видел настолько низких людей, включая её собственную мать. О самой Кэретте я тогда знал только то, что такой человек существует, и она очень красива. Точнее, больше всего их интересовало, какой кусок Еггтовского имущества им отвалится в случае такого брака. Я даже с полным дерьмом могу быть вежливым. Но степень низости меня поразил. Я даже ударить по ним хотел, вблизи больших денег какую-нибудь грязь найти можно с лёгкостью. Но юная Еггта ударила первой, – Саргон улыбается приятным воспоминаниям, – Девочка меня тогда поразила по-настоящему.
  – Люди крайне негативно относятся, когда что-то касающееся непосредственно тебя пытаются решать совершенно без твоего участия.
  – Если без тебя начинают твои деньги делить, – посмеивается Саргон, – То вообще, ужас что начинается. Чему я тогда был и свидетелем, и непосредственным участником.
– Ты думаешь, её только деньги волновали?
– Лиза, не пытайся на жалость давить. Я прекрасно знаю, это чувство у тебя напрочь отсутствует, а мне оно по должности не положено. Факт есть факт – по деньгам родню она врезала главным калибром. Кстати, на аудиенции она первым делом подняла вопрос, что именно я хочу получить в качестве императорской доли.
– И что ты потребовал? – интонация Софи очень уж непонятная.
– Я ценю в людях смелость. Уважаю гордость. Девочка тогда всё это проявила. Завладела своим как военной добычей, а я уважаю древние кодексы. Из принципа взял с неё тысячу золотых ведьм старой чеканки. Уже потом их на коронационное ожерелье переплавили. Просто для смеха.
– Смотрю, Марина чувство юмора от тебя унаследовала.
  Саргон криво усмехается.
– Будь я молодым, за такой подарочек я бы этой Рэдой точно воспользовался. Тем более, она и сама была бы не против. Ожерелье это на ней словно приклеенное.
– Не зря говорят, мужчины в любом возрасте только об одном постоянно думать способны, – с философски издевательским тоном вздыхает Софи.
Саргон не удерживается от смешка.
– Зря смеёшься! – светло-карие глаза совершенно злые, – Подарок-то тот с формальной точки зрения от тебя. Мог и воспользоваться Рэдой совсем недавно. Она бы не отказала!
  Саргон присвистнул.
– Говорят, да и сам вижу, Марина злюка маленькая. Но ты пару сотен очков форы дать можешь. За что ты эту Рэду так ненавидишь? Хотя, о чём я спрашиваю? Девчоночья грызня только со стороны может миленько выглядеть. Признаться, не предполагал, что в определённом возрасте определённый вопрос так сильно туманит мозги. Даже тебе.
– Она старше Марины, – буркнула Софи, – Совершеннолетняя.
– По древним кодексам, а не по ныне действующему. Древние на неё не распростроняются.
– Тебя только это остановило?
– Иногда я жалею, что телесные наказания у нас давно отменены.
– Не думала, будто сказала что-то оскорбительное, – врать с самым честным лицом Софи умеет примерно с тех же времён, что и говорить.
– Иногда мне кажется, что мы от некоторых видов собакоголовых обезьян отличаемся куда меньше, нежели считается. Статус самца расширяет круг доступных для спаривания самок. Но мы всё-таки люди, Софи.
– Я помню об этом.
– Иногда возникают сомнения.
Софи хмурится.
– На меня такой взгляд уже не действует. Я слишком давно молодым был. С возрастом пришла разборчивость. Меня не интересуют настолько молодые, чего бы там в затуманенной головке не привиделось. Не меряй всех по сверстникам. Опыт тоже, знаешь ли, играет огромную вещь. Только его у тебя маловато, а вот самоуверенности с наглостью - хоть отбавляй.
– Хочешь жить...
Саргон поднятой рукой прерывает Софи.
– Я множество концовок этой шутки знаю. От тебя любая неуместна, ибо у твоего высочества всегда было всё.
– Это так плохо?
– Не всем так хорошо, как тебе.
– Я, вообще-то имею некоторые представления о стоимости денег, и не злоупотребляю доступными мне привилегиями.
– Тут не поспоришь, хотя люди твоего рода деятельности очень часто считают крайне плохо.
Софи упирает руки в бока.
– Вообще-то, у меня по высшей математике высший балл.
– Марина всё равно считает быстрее!
Софи тяжело вздыхает. Что Саргон, что Сордар не утратили способности дразниться временами как мальчишки. Тем более младшая всегда была их любимицей.

+1

232

– Херенокту ты тоже на договор намекать устал?
  Саргон усмехается.
  – Он моложе, гулять можно ещё, хотя и о будущем подумать не мешает... Кажется, и его такие мысли начали посещать, во всяком случае нынешняя подруга – первая с кем он полноценные отношения возобновил после весьма громкого разрыва. Морской Ангел её зовут. Ты с ней знакома.
– Удивительно, что с ней знаком ты.
– Желающих занять офицерскую должность в Крепостных полках всегда значительно больше нежели должностей. Можно представлять какие угодно документы или рекомендации. Но только я окончательно решаю, кого брать на службу. Решение принимаю только после личной встречи. Не спорю, её рекомендовал именно Херенокт. Послужной список меня впечатлил. На аудиенции мне понравилось, что это человек, кто вовсе не жаждет заполучить эту должность любой ценой. Так, старый друг подсказал местечко, где могут заинтересоваться её талантами. Если подходит –  всё замечательно, не подходит –  тоже не пропадёт.
– Так собирается Херенокт со Смертью договор подписывать или нет? – вспоминает Софи прозвище наёмницы.
Саргон усмехается.
– В этом случае уже не я, а он на всякое разное намекает. Словно развлекается в своём излюбленном стиле. В Столице это брак воспримут скорее, положительно. Народное единство и всё такое, тем более большинство Великих Домов совсем не консервативны. У Дома твоей любимицы вообще мало что осталось, кроме титула.
– Ты же говорил, что с ними не ссорился, – хитро щурится Софи.
– И сейчас подтверждаю. Только сама знаешь, люди там совершенно невыдающиеся в хорошем смысле слова. Амбиций не проявляли, даже когда дочка Императрицей стала. У меня ещё тогда сложилось мнение, энергия, предназначенная нескольким десяткам человек досталась ей одной.
– Сыну тоже по наследству немало досталось, – хихикает Софи, – скоростные машины он очень любит...
– Но, к счастью, их проектированием не занимается, – подхватывает Император.
– То есть, я правильно понимаю, против такой родственницы, как Смерть ты возражать не будешь? – меняет тему разговора принцесса, – Маришка её уже обожает.
– Нет, не буду, но что-то гложут меня сомнения, что эта свадьба состоится...
– Ну, не будем забывать, в нашей семье как раз Херенокт самый непредсказуемый.
– Это сейчас мне дела нет, на ком Сордар или Херенокт женятся. Раньше всё было по-другому. В случае Сордара очень тщательно надо было подходить к выбору невесты, чтобы не создавать лишних сложностей с тем концом материка. Рассматривать следовало только кого-то уровня Кэретты, никак не меньше. Кстати, если бы такой брак состоялся, у южан головных болей стало бы больше ровно настолько, сколько бы в этом браке детей родилось. Тиму только лишних родственников на этой стороне материка не хватало. Он ведь Сордара никаких прав не лишил, следовательно, его дети с рождения будут иметь ряд мирренских титулов. При условии равного брака, разумеется.
– Со статусом Херенокта какие сложности? – интересуется Софи. Забавно наблюдать, в какого знатока  хитровывернутых отношений домов превратился человек, когда-то ненавидевший аристократию как таковую. Время властно над всеми.
– У него проблемы со статусом только в глазах самых помешавшихся на старине Великих Домах. Кэретта вот носик от него подворачивала в своё время. Но она изначально была умнее многих, и быстро разобралась, какие вещи лучше при себе придерживать. Основательница их Дома, по странной традиции Еггтовских соратников, безродная сирота. Карьеру сделала при Дине III, хотя на деле её ещё Маришкина любимица стала вперёд продвигать, а Третья просто не стала отменять распоряжений Второй, не касавшихся её лично. Вот и получились худшие из лучших, Второй и более низкие разряды.
– Думаешь, я этого не знаю? Я до Эрии его предков перечислить могу, – горделиво вскидывает голову Софи. Саргон с трудом удерживается от мальчишеского желания щёлкнуть красавицу по носу.
– Чуть ли не единственная из них, за несколько столетий, кому в жизни по-настоящему повезло. Умерла от старости, окружённая детьми и внуками. Вот с деньгами у них никогда не ладилось. Как только титул не утратили?
– Были не слишком умными, но слишком гордыми. Так, кажется, про таких говорят?
– Может быть, я большую часть их только на свадебных торжествах и видел. И после. На похоронах.
Софи смотрит пристально.
– Я уже давно поняла – она была единственной женщиной, кого ты по-настоящему любил.
– Я тогда снова поверил, что это чувство существует. Притом, обоюдное. Чем дальше, тем ярче свет. По статусу Императрица, по сути – настоящая Принцесса Империи. Юная и прекрасная. Живой символ надежд на лучшее будущее уставшей от войны страны. Символ всего светлого и нового.
Не уберёг...
– Ты её любил, – Софи трёт подбородок, – Но это было тогда, сейчас начинают рассуждать, будто ты причастен к её смерти... Странно как-то.
– Ты хочешь сказать о подлости человеческой натуры что-то мне неизвестное? – раздражённо бросает Император.
Софи молчит.

+1

233

Глава 25.

– Видела вашу колонну, хотелось удостовериться, ты это или нет. Уезжала-то совсем на другой машине.
– Могла бы и выучить, –  с обычным «миролюбием» шипит Марина, – частные машины здесь запрещены. Да и где твоя хвалёная наблюдательность? Только у одного человека могут быть такие коды на номерах.
– Делать мне нечего, как у встречных машин номера разглядывать, – Софи нехорошо щурится, – Надо же, ты сподобилась её человеком назвать!
– Я никогда и не отказывала ей в этом состоянии! – огрызается Марина.
   – Рэда совсем как принцесса приехала, – раздражённо бросает Софи.
– Вообще-то, приехала не она, а её... хозяйка, – гримасничает Марина, – а та на эскорт имеет полное право.
– Хорошо мне с ней даже в худшем случае от силы один год общпться предстоит.
– В лучшем, ты её здесь вообще не увидишь. Что она тебе сделала, чтобы считать её такой дурой?
Софи показывает сестре кулак. Марина в ответ демонстрирует язык.
– Я всё равно, сильнее!
– Более, чем сомнительное достижение для девушки, – вскидывет голову Софи.
– Будет в наших краях ещё одна принцесска, – дурачится Марина.
– Вообще-то, она далеко не Динка.
– А когда ты её так узнать успела?
– Не твоё дело! – огрызается Софи.
Марина ухмыляется с максимально возможной степенью гнусности.
– Это ты недавно гостила у Кэретты, – елейным голоском осведомляется Софи, – и как, понравилось?
– Всё разнюхала.
– Компетенция ЕИВ у меня не вызывает сомнений, – чарующе улыбается Софи, хотя рядом чуть ли не единственный в Империи человек, на кого её улыбка не действует, – Ну и как, помирились?
– Что-то похожее на перемирии заключили, – буркает Марина, – плоховато у неё в детстве было.
– Я знаю. Она понимает, как не делать плохо, но просто не знает, как делать хорошо.
– Ещё один представитель лже-науки выискалась, – злобно хмыкает Марина, – самого крупного специалиста в этой области, кто мне попадалась, никогда нтчему подобному не учили.
– Ну так все знают, что Кэрдин умная, – пожимает плечами Софи, – тем более, она у своей матери была любимой дочкой.
– В отличии от нас, – огрызается Марина.
– Получше узнав её биографию, я как-то больше поняла, почему она именно такая.
– Собачек только и любит.
– В отличии от людей, они ей ничего не сделали.
– Как у нас любят сочувствовать людям, кто этого совершенно не стоят!
– Злыдня ты, Марина!
– Я знаю.
– Было бы чем гордиться!
Марина в очередной раз показывает сестре кулак. Та, на всякий случай, отодвигается.
Марина ухмыляется.
– Мы обе, вообще-то её дочери, – замечает Софи.
– Лучше бы он на Кэрдин женился, – окрысилась Марина.
– Другие бы девочки в таком случае были, но не мы.
– Я с ней уже разговаривала на эту тему.
– Качественно она тебе промыла мозги, – усмехается Софи.
– Империя держится, в том числе, и на ней. А не на нас или не на Кэретте.
– Нам возраст пока не подошёл! – чеканит Софи.
– Любое попадание крупнокалиберной пули в человека смертельно, – злобно ухмыляется Марина.
– На всех истребителях стоят преимущественно пушки, – беззаботно усмехается Софи, – они человека просто на куски разрывают.
– Вижу, ты моё чувство юмора научилась воспринимать!
– Всю жизнь знакомы!
Марина только кулак показывает. Ответив тем же жестом, Софи направляется к себе.
Постояв и подумав немного, Марина решает заглянуть к разноглазой. Человек, конечно, с массой насекомых в голове, но зато, совершенно беззлобный.
Эрида верна себе, в одном белье пред зеркалом вертится. Хотя, кроме белья на ней присутствует чёрный поясок со множеством длинных тонких ниточек, усеянных искусственными брильянтами. По крайней мере, Марине хочется думать, что они искусственные.
– Как тебе моя юбочка? – беззаботно осведомляется Эр.
– Ты это юбкой называешь? – показывает пальцем Марина.
– А что? Разве плохо выглядит?
– Чересчур хорошо, – хмыкает Марина.
Эр снова делает полный оборот.
– Ты прекрасно знаешь, твои формы меня не привлекают.
– Я знаю! – разноглазая плюхается в крутящееся кресло, – Рассказывай!
– О чём?
– Где ты была. Я же видела, ты на одной машине уехала, а вернулась на другой.
– Номер ты вполне могла рассмотреть.
– Почему ты её не любишь?
Одна из тем, что с разноглазой лучше не обсуждать. Крайне не повезло с матерью, но, зато повезло с отцом.
– Ты её крайне плохо знаешь.
– Я с ней недавно виделась! – заявляет  таким тоном, будто это что-то объясняет.

+1

234

– И как впечатления?
– Я с ней по делу виделась, – говорит с напускным капризом, будто не знает, на Марину это не работает.
– Уверена, она тебя надула!
– Мне так не показалось, – склоняет голову на бок разноглазая.
– Ну, да, Ну, да. – хмыкает Марина, – Я как-то забыла, на тебя её обаяние действует.
– Меня настолько взрослые не привлекают, – надувает губки Эрида, – хотя, ты где-то права, она временами совсем как Софи. Она, действительно, потрясающе для своего возраста выглядит. Больше всего на твою сестру похожа.
Марина чуть не выругалась такими словами, что эти ушки точно бы свернулись в трубочку. Но она не настолько злая.
– Может, хватит её нахваливать?
– Но она, действительно, потрясающе красивая женщина.
– Скажи это кто-то другой, я бы не поверила.
– Но ведь это так и есть! – обижается разноглазая.
– Ладно, не дуйся. Давай о чём-нибудь не таком звёздном поговорим.
– Ну, о Софи ты сама разговаривать не захочешь, – хитро щурится Эрида.
– Какая ты, временами, проницательная!
– Даже жалко, что вы такие разные.
– Вот уж не надо!
Эр понимает как-то по-своему.
– Хотя, и схожие черты есть.
Марина, на всякий случай, отодвигается поближе к двери. Эр, временами, становится крайне плохо переносимой.
– Почему ты никого не любишь? – тяжко вздыхает разноглазая.
– Успею ещё навлюбться.
– Всех разобрать могут.
– Кто бы говорила...
– Ну, я-то от тебя никуда не денусь.
Марина только кулак показывает. Разноглазая ведь искренна. Хотя и подташнивает от такого временами. Больно уж странноватые у неё человеческие качества.
– На более близкую дружбу, чем есть, можешь не расчитывать.
– Я знаю.
– Может, переключишь мозги?
– Нет, Марина, – качает головой разноглазая, – такие вещи не переключаются.
Хочется выругаться, а не получается. Слишком Эр хорошая, несмотря на все странности.
– Кроме островитянок больше ни на кого не переключилась? – надо же о чём-то с ней разговаривать. Заодно, и выяснить от кого подальше стоит держаться.
– Нет, –вздыхает Эрида, – Софи меня игнорирует. А больше смотреть ни на кого не хочется.
– Попытайся для разнообразия. Не на девочек.
В ответ вздох с оттенком трагизма.
– Стукну!
– За что? – разноглазая временами, бывает потрясающе логичной.
– В профилактических целях! – усмехается Марина.
– Подобные методы воспитания уже давно не считаются передовыми!
– Сказала бы я!
– Но ты ведь мне ничего подобного не скажешь!
И не поспоришь.
– Ладно, отвлекёмся от местных красоток. Включая тебя саму.
– Марин, ещё раз назови меня красивой.
– В глаз дам! – огрызается принцесса.
– Ведь всё равно так не сделаешь.
– Хотя, иногда хочется, – хмыкает Марина.
– Но ты же никогда так не поступишь!
– Уймись, Эрида!
– Я и начинала ничего!
Марина только головой мотает.
Разноглазую временами убить хочется, а временами без неё невозможно.

+1

235

– В бассейн со мной не сходишь?
– Не-а, – откровенно зевает Марина, – лениво.
Время раннее, а не то точно бы попыталась вытащить в горячие. Но там рассиживаться принято вечерами, а разноглазая ещё не до такой степени отвергает общепринятые представления.
Хотя, как раз в бассейнах как раз под влиянием Эриды и её окружения ситуация в последнее время приближается к взрывоопасной. В школьных купальниках плавают только немногочисленные скромницы, да Марина не изменяет любимому чёрному с серебром.
  У всех остальных цвета и степень откровенности чуть ли не с каждым днём становятся всё более яркими и вызывающими. Плюс стадное чувство играет свою роль. Поневоле вспоминается, Пантера много раз говорила, больше всего купальников у неё продаётся именно зимой. Меха хорошо расходятся летом.
Софи так уж явно вызовов не бросает, но и скромностью она никогда не отличалась, да и форм своего тела стесняться не привыкла. До одной шапочки дела пока не доходит, но уже чувствуется, этот вариант где-то крайне близко.
Ибо ниточки лифчиков и плавок всё тоньше и тоньше.
Впрочем, никаких эксцессов не происходит. Даже камеры в неположенных местах больше не обнаруживаются. Хотя Эрида постоянно притаскивает фотографическое оборудование даже в раздевалки. Но на это уже никто не реагирует. Привыкли, тем более, в неподходящие с точки зрения разноглазой руки, к каковым относятся все мужские без исключения, ни один снимок никогда не попадал.
  Во всяком случае, так всем проще всего считать.
  – Не, никуда не пойду, – снова повторяет Марина, – я толстая и ленивая.
– Зачем ты неправду говоришь? – с непередаваемым выражением осведомляется Эрида.
– Настроения нет себя показывать, – зевает Херктерент, – смотреть тоже, особенно в твоём стиле, ни на кого не хочется. Да  и во многом, благодаря тебе, в последнее время своё любопытство почти все полностью удовлетворили. Более глубокие степени развития отношений, мы сейчас рассматривать не будем.
Эр хихикает в кулачок.
– Умеешь ты серьёзной...
Марина прерывает её.
– В самых серьёзных по мнению большинства вопросах, просто убийственно серьёзной, могу быть. Правда, я неповторима?
– По-моему, теперь ты на похвалу старательно напрашиваешься...
– Если заслуженно, то не имею ничего против.
– Вот только ты сама хвалить не умеешь, и не любишь, – тяжело вздыхает разноглазая.
– У тебя на тему похвальбы знаешь, сколько народа есть?
– Знаю. Большинство из них даже искренни, когда мне что-то говорят.
Марина нехорошо щурится.
– Твои деньги, они любят всё равно, куда больше, нежели тебя саму.
– Марин, это как бы сама собой разумеющаяся вещь.
– Как они только за влияние на тебя  не передрались?
– Уметь надо! – просто улыбается Эрида, – Очень сильно не люблю, когда близко от меня люди ссорятся. Неважно, по какому поводу.
Марина молчит. Всё-таки, не стоит забывать, её с Рэдой помирила когда-то именно разноглазая. Это потом много всякого разного было.
Любит, когда вокруг идеальные в её представлении, отношения. Слишком многие, в силу самых разнообразных причин, начинают ей подыгрывать, сплошь и рядом изображая то, чего и близко нет.
Иногда слишком увлекаются. Ещё в самой Эриде сложности, слишком уж она увлекается всяким разным.
В том числе и придумыванием чувств. В первую очередь, у себя самой, или непосредственно на неё, направленными.
Ладно, пока нет сильно пострадавших. Но это, чувствуется, только до какого-то времени. Легко можно сгореть, в том, что сам себе придумал. А уж поблизости от таких, как Эр. Старательно не замечающих или делающих вид, что не видят, всего не устраивающих их в мире.
Вероятность подобного повышается с каждым днём, если не часом.
Марина своему чувству опасности привыкла доверять, а сейчас это существо спать отказывается.
  Пока только от ощущения не отделаться, что вот-вот что-то рядом с разноглазой произойдет, причём, не с ней самой, а с кем-то из окружения. Чуть ли не впервые жалеет, плоховато знает рыбок-прилипал. При всех их недостатках, как-то совершенно не хочется, чтобы кто-то погибал.
Паразиты, как ни странно, начинают напоминать хозяина. В смысле копирования привычек и возможности придумать что-нибудь этакое. При отсутствии у многих строгого миролюбия Эр, последствия могут быть весьма негативными.

+1

236

Марина призадумывается. Она прекрасно знает, сколько всяких неприятностей самых разных уровней можно было бы избежать, если бы кто-то оказался менее стеснительным, более наблюдательным, или просто в определённый момент посмотрел в нужную сторону.
  Как бы не большей степени следует учитывать банальную человеческую лень, ибо люди не всегда готовы к каким-то усилиям, когда что-то даже для себя надо сделать, а уж, тем более, для других.
По крайней мере, со своей ленью Марина бороться умеет.
– Эр, твои девчонки ничего не говорили? Всё у них в порядке? Может, у кого-то что-то нехорошее было.
Вот за что разноглазую можно обожать, она никогда не задаёт лишних вопросов и всегда старается отвечать на поставленные.
Прикрыв глаза, Эр что-то шепчет одними губами, очевидно, перебирая имена. Марина не торопит, наблюдательность у Эр тоже феноменальная, другое дело она не всегда может верно интерпретировать замеченные факты.
И, по крайней мере, Марине всегда сообщит о каждой вещи, кажущейся ей странной.
– Да нет, вроде бы, у всех всё хорошо...
– Вроде бы, или точно? – Херктерент пододвигается поближе.
Снова прикрытые глаза и беззвучный шепот в ответ. На этот раз, проходит гораздо больше времени.
– Точно! – говорит с отцовской уверенностью, – Но если я что-то вспомню, я тебе обязательно скажу.
– Было бы крайне желательно... Может, говорили про какие-то неприятности у своих друзей?
– О чём я по-твоему только что вспоминала? – Эр смотрит с максимальной яростью, на какую только способна. Будто Марина мысли умеет читать.
Впрочем, ни сама разноглазая, ни на неё, долго злиться совершенно невозможно. И точно, Эр уж смущается, и как-то неуверенно говорит.
  – Марина, ты когда хочешь помочь, всегда говоришь так, что не привыкший к тебе в состоянии испугаться. Я им всем передам, как ты волнуешься.
  – Не вздумай! Лучше сразу мне говори, когда что-то узнаешь или услышишь.
Информации к ней стекается море, вот только вопрос, насколько Эр в состоянии вычленять что-то действительно важное? Нет, когда по-настоящему плохо, она заметить вполне в состоянии. Вот только человеческую скрытность тоже не стоит недооценивать.
Надо теперь Оэлен пойти поискать, выяснить, не слышала ли она чего. Она информацию по полочкам куда лучше разноглазой умеет раскладывать. Да и круги общения у них довольно близки, хотя и не пересекаются на все сто.
  Марина хотела уходить, но Эр останавливает её, резко схватив за руку. М–да, с перепадами настроения разноглазой надо что-то, ибо у Марины некоторые навыки уже на уровне рефлексов, и срабатывают вперёд мозгов.
Хорошо, хоть относительно Эр давно уже выработался рефлекс – от неё нечего опасаться.
– Что случилось?
– Где? – Марина озирается по сторонам.
– Я не знаю. Но странно себя ведёшь. Это просто так не бывает. Что-то произошло, а ты мне не хочешь говорить? Ведь так?
Прекрасно видно, как боится ответа Марины, ибо страшно не любит плохие новости.
– Вроде, всё по-прежнему.
– Что то не попавшее в сводки?
– Не пытайся меня, да и себя, заодно, напугать. Никто не умер, – про себя отмечает, это как раз одно из самых перспективных направлений для поисков. С приближением весны не только почки набухают. Но и чувства, далеко не всегда, взаимные. Что приводит к различным неприятным последствиям. Хотя, последний случай успешного самоубийства на территории школы был ещё до рождения Сордара. Да и с неразделённой любовью никак не был связан. Выстрел в висок на почве диагностированного рака.
Слабоватое утешение, ибо с одной неудачливой самоубийцей сталкивалась сама Марина. Ещё с несколькими, судя по намёкам, пересекалась Хейс.
Весна же имеет привычку приходить каждый год.
Где-то Марина даже начинает подозревать, что какая-то часть информации скрывается. Но вовремя соображает, пускать пыль в глаза доступным ей источникам информации может быть крайне вредно для карьеры, и вполне вероятно, здоровья.
За последнее десятилетие, сколько создавали в школе проблем она с сестрой, не доводилось создавать ещё никому.
Где-то повод для гордости. Где-то, Марина слишком хорошо знает содержание действующих кодексов. И нарушали они их далеко не самыми безобидными способами.
Включалась крайне плохопробиваемая броня статуса?
Естественно, да. Но ведь о серьёзных происшествиях на самом деле, неизвестно.
Хотя, это вовсе не означает, что их совсем не было.
Хуже всего, когда ощущаешь, что-то где-то назревает. И не можешь понять, что и где именно.
В тылу всегда есть множество резервных дивизий, предназначенных для нейтрализации прорывов. Или, чтобы их самих ввели в прорыв.
Но неопределённость хуже всего. Знаешь, возможен удар. Но непонятно, когда и где именно. Стандартные средства могут сработать, а могут и нет. Люди славятся своей непредсказуемостью.
Или же Марина, как и Эр временами придумывает проблемы на пустом месте?
Ну, уж нет, в этом вопросе вероятность близка к нулю.
– Опять твоя подозрительность включилась?
– Не думай об этом, Эрида.
– Хочу. И не могу. Слишком много людей умирает. Далеко, близко. Повсюду. Не хочется, чтобы ещё кто-то. Совсем рядом... – кажется, вот-вот заплачет.
Отношением к собственному окружения, разноглазая всё больше напоминает отношение Пантеры к Сордаровкам. Так их всех в какой-то степени любит каким-то странным чувством с выраженными нотками материнского инстинкта.
Любит кого-то больше, кого-то меньше, но всех. Пусть многие и воспринимают Младшую Ягр как техническую фигуру.
Поставщика одежды и ещё много чего, на что у многих никогда не будет денег. Если бы не добрая воля двух человек, у кого слишком много свободных средств, сейчас у них этих вещей не было бы.
Чувство благодарности большинству всё-таки ведомо, но их отношение к Эр не равно отношению разноглазой к ним.
Слишком уж она любит находить у всех хорошие черты, предпочитая не замечать всех прочих.
Марина наделена прямо обратной способностью. Эр просто не задумывается, как многие завидуют её богатству. Ненависть к богатству частенько превращается в ненависть к самому человеку. Без разницы, есть или нет у него какие-либо способности.
Той же левше Эр только специфические взгляды её отца помогли сохранить великолепный почерк. Многие были лишены такой возможности из-за неспособности родителей влиять на учителей.
Херт, как и очень многие считал, что лучше всех знает, что хорошо для его ребёнка. Но его положение позволяет навязывать свое мнение всем окружающим.

+1

237

Врать «всё будет хорошо» Марина не стала. Слишком уж откровенной неправда будет, а разноглазая подобное чувствует. Сделают на Юге более дальнобойные, чем сейчас ракеты. Может стать крайне криво. Единственная цель, куда ракета может попасть – это крупный город по причине большой площади плюс-минус десяток километров особой роли не играют. Или, при обычном налёт изначально назначат целью лесные массивы в окрестностях города, решат, там не парки и виллы, а замаскированные промышленные предприятия. Это ещё хуже будет, ибо ракеты падают относительно редко, а бомбардировщики уже давно ходят стаями в сотни и тысячи машин.
  Что такое «огненный шторм» Марина имеет некоторое представление, да и о тактике бомбардировочных командований знает достаточно. Слабовато утешение – познания о численности столичной ПВО.
Хотя, как на собственной шкуре прочувствованно, непреодолимой она не является.
– Я тоже этого не хочу... Но, так уж получилось, что люди смертны.
– Это так... Но когда не по своей воли.
– Вообще-то, это про большинство случаев.
– Ты прекрасно понимаешь, о чём я... – Эр говорит куда спокойнее, но кризис ещё не миновал.
– Я не первый маршал авиации, чтобы давать какие-то обещания, – пожимает плечами Марина.
– Ты летать не любишь и высоты боишься, – со своей специфической логикой разноглазая точно объясняет, почему Марине не видать чинов в авиации.
С разноглазой далеко не всегда понятно, имеют ли её страхи какое-либо отношение к настоящим проблемам огромного города, или придуманы ей самой. Но сейчас – тот случай, когда её страхи совпадают со страхами большинства.
– Бомба во многом случайная вещь.
– Уже есть управляемые, – шмыгает носом разноглазая. Марина чуть не выругалась. Часто забывает, все справочники «Мирренская императорская армия» и дополнения к ним имеются. Она их почитывает, пусть, как говорится, для общего развития, но представления о технике и вооружении гораздо лучше, чем может показаться. Эр не только в старинном оружии хорошо разбирается.
– Так и у нас такое есть.
– Почему люди всегда тратили лучшие средства на создание средств уничтожения?
– Философия не самая сильная моя сторона, плюс я эту науку просто не люблю.
– Так и я не про науку.
– Тебе прямо сейчас от меня что-нибудь нужно? – Марина откровенно тяготиться разговором. Пресловутым умением выносить мозги разноглазая владеет в совершенстве. К счастью для окружающих, никогда не применяет сознательно. В противном случае, была бы воистину страшной.
И тогда её убила бы Сонька, ибо превосходство красавицы с разноцветными глазами стало бы абсолютным. Но Эр это Эр. Хотя, Софи и так не слишком далеко ходит от мысли об убийстве разноглазой.
– Нет, иди куда тебе нужно. Я прекрасно понимаю, мир вертится совсем не вокруг меня. Понять только не могу, почему многие приписывают мне именно такие мысли.
Марина поскорее оказывается за дверью.
Уже уяснила, если кого-то из островитянок нет у себя, то начинать их поиски надо именно с бассейнов. В случае с Медузой – с подводной лодки.
По закону подлости, Оэлен находится именно там. На какое-то мгновение становится как-то неудобно перед Эр. Как ни странно, Оэлен одна. Она относится к тому сорту людей, кто жить не могут, без нахождения кого-либо в непосредственной близости. В данном случае это, видимо, компенсируется, что не в непосредственной народу полным-полно.
Подозвав Оэлен, разговор начинает дождавшись пока та выйдет из раздевалки. Эр бы точно туда нос сунула, но Марина – это Марина. Ждать приходиться недолго, в отличии от многих, островитянка наделена способностью собираться очень быстро.
– Ну, что у нас плохого?
– У кого именно?
– В общем и целом. Никто никого убивать не собирается, или в озерах топиться?
– Они все замерзли, – усмехается островитянка. Она относится к людям, кто вполне воспринимает юмор Марины и даже может отвечать в том же стиле, – Голову об лёд можно разбить.
– Я серьёзно.
Оэлен призадумывается. Она сама не слишком далеко в недавнем прошлом была от грани самоубийства. Так что опасность данной проблемы понимает прекрасно, тем более далеко не все способны влёт любую информацию усваивать, как Марина, Софи или даже Эр.

+1

238

– Вроде, всё как обычно.
– Накануне дня начала войны тоже всё нормально было. Я вот, помню, что в тот день тёпленькая погодка стояла.
Оэлен, совсем как Эр, прикрывает глаза.
– Знаешь, не вспоминается ничего. Слишком здесь хорошо, что бы чему-то случаться.
– Вот это и не радует, – угрюмо бросает Марина.
– Разве плохо, когда всем хорошо? – если глаза закрыть, можно подумать, будто с Эр разговариваешь.
– Плохого в этом ничего нет. Только наблюдательность притупляется. Потом вылезают истории, вроде как у тебя самой.
– Так это всё не здесь происходило! – Оэлен отвечает с вызовом.
– Вот меня, как раз, и волнует, чтобы здесь ничего подобного не происходило. Вроде, никого не травят? Или я что-то не знаю?
– Да я тоже ни о чём подобном не слышала, – пожимает плечами островитянка.
– Услышишь – мне скажи.
– Хорошо. Меня Софи об этом же просила.
Марина снова чуть не выругалась. И тут эта длинноногая её  обошла. Оэлен поняв молчание как-то по-своему торопливо продолжает.
  – Так кому из вас говорить, если о чём-то нехорошем узнаю? Она старшая, но кто из вас главнее я так и не разобралась.
– В таких делах, – вздыхает Марина, – мы обе главные. Говорить можешь той, кого первую увидишь.
  Отправляется проверить хранилища боеприпасов. Ибо уже успела убедиться, что бывает, когда снаряды попадают в излишне шаловливые ручки. Что ручки были её собственными – вспоминать не обязательно. У неё есть кое-что и по-настоящему опасное, кроме патронов для пистолета, но они-то теперь совершенно законные. Не сдала потому что инстинкт хомяка пересилил здравый смысл. Да и жалко было потраченных на добывание усилий.
Всё оказывается на месте. В конце-концов, территорию она знает лучше всех, а следить за ней может быть чревато. Подобные существа уже успели вымереть.
Проверять сохранность на складах боевых групп и у подводников может занять много времени. Пусть там всё храниться почти по армейским или флотским правилам. Но и с настоящих складов взрывчатка пропадает временами. Когда — для глушения рыбы, когда для чего-то значительно более серьёзного.
Вроде, всё числится на месте. У танкистов по старой памяти лично проверила. Многое ещё лежит, на местах памятных ей самой. Но и израсходовано немало. Хотя, разрешённые боекомплекты восстановлены полностью, а секретных теперь нет.
Впрочем, самый настоящий опечатанный арсенал в одном из бомбоубежищ есть. Но никому даже думать не хочется, что может настать ситуация, когда придётся срывать печати.
Большое количество огнестрельного оружия на руках Марину совершенно не заботит. Был печальный эксцесс со стрельбой по Эорен, но, каким бы печальным он не был, это не более, чем статистическая погрешность. При таком количестве оружия на руках, в том числе и у весьма неуравновешенных сверстников Марины, единственный инцидент за несколько десятилетий – совсем неплохой результат.
Происшествие со снарядами лучше не вспоминать, как-никак, там не личное оружие использовали. Да и виновных было слишком много.
Конструкторская мысль пока течет в сравнительно безобидном русле, не разрабатывается ничего, сравнимого по гениальности с безумием, ракетоплана. Впрочем, даже если разработают что-то подобное, сомнительно, что найдут кого-то с отвагой Софи, способного забраться внутрь.
Сонька тогда такую планку бесстрашия задала – нескоро ещё найдётся кто-то, способный запрыгнуть на подобную высоту.
Да и у самой Марины в последнее время кризис каких-либо идей. Слишком много всего испробовано, чтобы ещё во что-то ввязываться. Сама она в ближайшее время точно ничего затевать не собирается. Чувство опасности могло ведь возникнуть и как реакция на собственные планы.
Или же что-то плохое уже произошло где-то далеко, а она пока ничего не знает? Сордар, Херенокт, Яроорт... Тут при всём желании она ничего не в состоянии сделать. Только про Сордара можно о чём-то говорить с уверенностью. С Мариной в теории он может связаться по междугородней связи, но никогда этого не делал. Только личные встречи, да письма.
На территории школы с современными средствами связи лучше всего у разноглазой, от неё можно в любую точку страны дозвонится, чем многие откровенно и злоупотребляют. Марина в состоянии устроить такое же и у себя, только зачем?
Письма Сордара в последнее время стали краткими. Значит, флот активизировался, на постороннюю писанину просто нет времени. География – такая вещь, не позволяющая однозначно утверждать, где будет нанесён удар. Два Морских Генеральных Штаба над этим думают, планируя свои и рассчитывая, как отражать вражеские.
Из глобального, что сделала бы сама Марина, руководствуясь успехами прошлых рейдов – создала бы быстроходное соединение и наведалась в мирренские воды с целью нарушения судоходства и уничтожения портовых сооружений.
Вряд ли такие идеи были только у неё, но раз пока на морях относительно спокойно, значит, есть множество, неизвестных ей факторов.
Что-то назревает, но последнее письмо от Сордара было три дня назад. Значит, пока всё хорошо.
  Херенокт о ней вспомнит только в самом крайнем случае, а Яроорт никогда не числился среди близких друзей, хотя значительная часть Столицы и вся школа теперь считают иначе.
Только островитянки Марину не забывают, включая сестру Кроэн, что кажется несколько странным.
    Сердечки и завитушки с цветочками островитянки рисуют по-прежнему. Отпечатки губ больше не попадаются, их пара креветок заменила. Шуточки у островной Марины – те ещё. Самый известный в приморских областях Империи символ вечной любви – губка с парой креветок внутри. Всегда – самец и самка, забираются внутрь на ранних стадиях развития, после нескольких линек достигают такого размера, что утрачивают способность выбираться наружу. Так, вместе, всю жизнь и проводят.
Разноглазой подобное сравнение точно бы понравилось, тем более в обитателях моря она прекрасно разбирается. Но обеим Маринам подобные нежности полностью чужды. Только склонность к шуточкам довольно похожа.
Может, просто забыла, кому писать собиралась?
Кто, и что пишет Эриде, Марина не интересуется. Хотя, и прекрасно знает, где она письма держит. Желания взглянуть не возникает. Временами рассеянная Эр, отвечает всегда. Если что-то важным покажется, разноглазая сама Марине прочтёт или даст с полным текстом ознакомиться. Большего и не надо.
Что у девочек такая память хорошая – вещь совсем неудивительная. Знакомство с Мариной никак не отнесёшь к числу бесполезных. То же и к знакомству с Эр относится. Та, хотя и хорошая, но больно уж чудная.
Еггты никому ничего не забывают, историю девчонки не прогуливали. Раз уж Еггта в их жизни нарисовалась – глупо упускать подобный шанс. Марина уверена, они все искренне жалеют, что она не мальчик. К таким чувствам, как Эр попросту неспособна.
Просто поддерживать переписку в отношениях с определёнными людьми дорогого стоит. Тем более, Марина прекрасно видит, запас искренности и честности в отношениях с ней и разноглазой гораздо выше, чем у многих известных Херктерент, людей.
Саргона в прошлом называли народным императором, вкладывая в эти слова весь спектр эмоций, от искреннего обожания до столь же искренней ненависти. Хотя сам здорово отклонился от идей молодости, совсем курса он не сменил.
Идеи всеобщего равенства удачно легли на обострённое чувство справедливости Марины.
Спесивым быть Саргон так и не научился. Продолжает считать, происхождение или богатство само по себе, не даёт человеку ничего.
Одновременно для всех своим быть невозможно. С годами это начинает получаться всё хуже и хуже. Можно очень долго оставаться в превосходной физической форме, но мозги, похоже всё-таки, стареют.
В кризисах последних лет Саргон ведёт себя далеко не как бегемот в фарфоровой лавке, но гибкости и изящества прошлого уже не проявляет.
Миррены пытались шутить над его биологическим возрастом, который уже давно не совпадает с фактическим физическим состоянием.
Но даже Марине кажется, одна из величин начиняет догонять другую. Критическое снижение дееспособности – вполне себе повод для нового Великого Совета. Саргон это понимает лучше всех, ибо играл весьма важную роль на предыдущем. Пусть, он единственный дивой участник, это не значит, что нет желающих собрать новый. Тем более, обиды много кто может копить поколениями. Тем более, обиды, крепко настоянные на больших и очень больших, деньгах.
Через последний брак Императора, поддерживающая его группировка получила доступ к деньгам и собственности Еггтов. На этот лакомый кусок или его часть, приятным дополнением к которому должна была стать Кэретта, было много претендентов. Чего их лишили, никто не забыл.
Хищники в руководстве страны грызлись всегда. Чуть до новой Войны Верховных дело не довели в недавнем прошлом. Но пытаться урвать кусок из пасти самого главного – такие дурные в этой стае не выживают.
Вот злопамятны все поголовно, включая вожака.
Да и из-за угла бить умельцев хватает. Мариной на собственной шкуре уже неоднократно испробовано.
Чувствует, про инцидент во «Дворце Грёз» она ещё многого не знает. Подковёрная грызня с неожиданной стороны прорвалась наружу.
Ведь есть вариант, среди многих других, Саргон хотел публично дискредитировать Кэретту, чтобы развестись, сохранив при этом через детей контроль над состоянием. Но план, как всегда, с противником не поладил.
Император сам шутил «нет таких преступлений, ради которые не пойдут ради прибыли в триста процентов». Марина шутку запомнила. Некоторые действия Саргона вполне наводили на мысль, собственной шутке Император вполне себе следовал.
Впрочем, как говориться, «у Старой Крепости всегда грязно». Как родня может резаться друг с другом – отлично показали и далёкие предки на Севере, и дальняя родня на Юге.
Крови в войнах Династии пролилось ненамного меньше, чем в Войнах Верховных. Красивыми лозунгами прикрывались крайне некрасивые дела. С той поры крайне мало поменялось.

0

239

Марина ловит себя на мысли, её отношения с Оэлен напоминают собственные с Хейс несколько лет назад. Естественно, старосте тогда подсказали обратить внимание на определённых девочек. Это потом уже они подружились. Хотя, с ней тогда больше общалась Сонька.
Оэлен сама рассмотрела всё, что нужно, тем более ещё до лайнера узнала, с кем ей дело предстоит иметь. Она не только старше, чем есть выглядит, она и ведёт себя соответственно. Проживание вблизи первой линии морской обороны Империи такой отпечаток накладывает?
  Когда-то давно, одной из главных задач флота противника было не уничтожение флота Океана Мёртвых, хотя такая задача тоже ставилась. Главной задачей считался захват Архипелага. Целью захвата было лишить северян угольных баз, что значительно осложнило бы действия кораблей на океанских просторах. Тем более, высококачественный уголь можно было добывать на месте, притом, при минимальных для горного дела, затратах.
Тогда не сложилось. Грэды не хуже южан понимали значение островов и вложились в береговую оборону. Тогда ещё преобладали взгляды, пушка на берегу равна кораблю на рейде.
В те года самые мощные пушки, отлитые в столице, с максимальной скоростью оказывались на Архипелаге. Всемерно распространялись гравюры и фото этих орудий на береговых батареях.
Адмиралов Юга тогда это остановило. Потом значительно выросла дальность действия кораблей. В водах Архипелага нашлась нефть – кровь современного мира, кровь войны.
На батареях несколько раз сменились орудия. Какие-то стали ненужны, появились новые. Несколько старых орудий Марине доводилось видеть. Когда их устанавливали, было значительно меньше машин, да и при строительстве использовался больше камень, не бетон.
Однако, построили.
  Значение Архипелага поняли уже тогда, острова называли «драгоценными камнями». Понятно, подобные вещи надо охранять. Проект переноса на Архипелаг Столицы был вполне реализуем. С берегами Океана острова связывали множество трансокеанских кабелей, да и радиосвязь стремительно развивалась.
  Но амбиции нового Императора были направлены на другое. Море он любил, но предпочитал резиденцию в центре страны. За что на Юге его часто сравнивали с пауком.
Он сам только посмеивался.
«Собака лает, караван идёт».
К океану на Архипелаге относились двойственно. С одной стороны, он кормил, с другой – забирал немало жизней. Да и врага следовало ждать из-за горизонта. Впрочем, силуэты вражеских кораблей так никогда и не возникли на горизонте. Океан, впрочем, не раз приносил шлюпки и спасательные плотики с мертвецами в чужой форме.
  Дыхание войны было ощутимо.
  Слишком часто приходили или притаскивали на ремонт повреждённые корабли.
  Острова всегда в какой-то степени оставались осаждённой крепостью. Даже сейчас обеспечение продовольствием многочисленного населения за счёт местных ресурсов оставалось недостижимой мечтой.
Многие продукты, и в первую очередь, мясо требовалось ввозить. Только рыбы и морепродуктов было столько, что их хватало и для собственных нужд, и для отправки на материк.
Морских черепах и то научились разводить. Хотя, Марине больше нравятся моллюски и ракообразные. Большинство из которых не ловиться, а выращивается искусственно. Однако, полностью обеспечивать острова местными ресурсами всё равно невозможно.
Столько людей там могут жить исключительно из-за того, что Архипелаг является частью огромной Империи с широчайшей возможностью маневрирования всеми видами ресурсов.
На Архипелаге напрочь отсутствуют такие распространённые в Столице оппозиционные настроения. Марине подумалось, если бы при подавлении мятежа применили набранных на Архипелаге морпехов (таких частей в окрестностях Столицы, к сожалению, не дислоцировалось), то задержанных или пленных, называй как больше нравится, не было бы ни одного. Их бы не стали арестовывать, поубивав прямо там, где захватили.
Ибо покушение на Императора и существующий порядок, для островитян было покушением на основы мирозданья, основы привычного и весьма уютного для большинства из них, мира. Впрочем, островитяне в Крепостных полках есть, одна Чёрная Смерть чего стоит, правда её тогда в Столице не было.
Впрочем, справились и имеющимися силами, Саргона не зря Народным Императором звали когда-то. Сыновья и дочери рабочих и шахтёров, составлявшие значительную часть столичного гарнизона ещё не успели позабыть, как изменилась жизнь их отцов благодаря реформам Императора.
Мятеж был подавлен. Но он был. Следы от него остались. Раз на основы государства можно поднять оружие... Этим не повезло. Кому-то может повезти больше. Яд в воздух уже выпущен. Обратно не загнать.
Война ведь мало кому жизнь улучшает. Вопрос поискать виноватых сам-собой встаёт.
Островитяне в последнее время стали Марине как-то симпатичнее,  чем столичные жители. По крайней мере, никто из них не собирался убивать лично её и большинство известных ей людей.
Марина знает, что рассуждает крайне несовременно, но она придерживается принципа коллективной ответственности. Особенно, за особо тяжкие преступления. В конце-концов, в том, чтобы донести в соответствующие структуры, что замышляется убийство детей, нет ничего плохого.
У Марины из уроженцев столицы, чьи предки в городе Кэретты поколениями живут, из сверстников в число не чужих людей входит только Софи и Эрида, да условно нейтральная, Ленн.
«Императором только в Столице можно стать» – этим можно описать отношение принцессы к огромному городу. Других чувств и эмоций самая большая точка на карте, не вызывает.

+1

240

Из мрачных мыслей бредущую куда глаза глядят Марину выводит врезавшаяся в неё Динка. Кошмар когда-нибудь научится нормально перемещаться? На этот раз, никто ничего не отбил.
Динка верна себе, вырядилась в облегчённое подобие новогоднего наряда без каких-либо механических штук на голове. Причёска, впрочем, оставляет желать много лучшего.
– Ой! Привет! – жест такой, будто очки хотела с глаз поднять. Те самые, что забыла надеть.
– И тебе не болеть! Как Эорен поживает?
– Судя по тому, что пишет гораздо лучше, чем в той школе. Я хорошо вижу, когда она между строк пишет. На этот раз написано только то, что написано.
– Рада за неё! – Марина вполне искренна. Зашкаливающая ненависть Эорен даже в Динкиной передаче смотрелась впечатляюще. Доводили девушку не пойми до чего совершенно сознательно. Довели до предательства. Могли до убийства или самоубийства. Впрочем, убить пытались как раз саму Эорен. К счастью, она об этом узнала, когда всё уже было позади.
Сордар говорил, первые полгода службы самые тяжёлые. У Эорен, судя по письмам, ничего такого не наблюдается. Видимо, сыграло роль, она и сама-по-себе кое-кто, и вовремя попалась на глаза местному начальству. Правда, она сама не прикладывала для этого никаких усилий. Наоборот, старалась быть как можно незаметнее. Что при её росте получалось откровенно так себе. Успехов ей! Выносливость высоченная, правда, интриганка нулевая, но, зато навыки выживания великолепные.
Вот что её сестрёнка успеет начудить, когда Марины в школе не будет? Два года – весьма приличный срок. Та же Эорен только на последнем вовсю развернулась.
Марина не любит предателей, но соглашается, Эорен была в такие условия поставлена, что ей не оставалось ничего другого.
Успела до танка добежать, пули мимо прошли. Выстрелы в спину – всяко не самое приятное из воспоминаний.
– Она, кстати, спрашивала, правда ли, что у тебя с Яриком что-то, точнее, не только у тебя одной, – мимоходом сообщает Кошмар.
– Быстро же у нас слухи распространяются! – не сильно-то и удивляется Марина.
– Чему удивляться? Она мне с выпуска Ярика несколько раз написала, кто-то другой мог тоже. Почта для всех работает.
О младшей сестрёнке принц, ожидаемо, позабыл. На выпуске Динки не было. Сама она об этом не переживает. Или не говорит.
Судя по заинтересованной рожице, Кошмар явно считает, слухи родились не на пустом месте.
– Хочешь – верь, хочешь – нет, но про меня и твоего брата придумали ещё одну, не блещущую умом, историю.
Как и было сказано, Динка скорее верит, чем нет. Тут ведь, если поблизости с фонарём не стояла, в точности ничего утверждать нельзя. Переходит на шепот.
– А у Софи с ним правда всё кончилось?
Марина с трудом удерживается, чтобы Кошмар по носу не щёлкнуть.
– Сама у неё и спрашивай. Или брату письмо напиши, и спроси, когда свадьба?
– Так, значит правда? – Динка просияла.
– Я сказала только то, что сказала. Выводы сама делай, – хмыкает Марина.
Уж она-то сделает. Пойдёт ли у Софи узнавать? Впрочем, с той станется лишь загадочно закатить глаза.
  – Больше ни о чём Эор не спрашивала?
  – Нет. Писала, в учебном походе была.
  – Вроде, парусники сейчас стоят на приколе.
  – Нет, там крейсер был. На том берегу океана побывала!
Марина хмыкает. В тех краях доводилось бывать ещё в детстве.
  – Она же, вроде, в береговом командовании.
  – Всё равно, Флот. Вроде, никого не протаранили, – Динка умеет шутить в стиле Марины, вот только с границами у неё гораздо хуже.
  – Лишних крейсеров не бывает.
  – Это верно, – Кошмар неожиданно переключилась в серьёзный режим. Впрочем, ничего больше не спросила.
– У самой-то как дела? Вон, как вырядилась! – осведомляется Марина. Пусть и виделись недавно, но Кошмар на то и Кошмар, чтобы постоянно во что-то впутываться, – Праздники, вроде, давно кончились.
Динка пытается осмотреть себя, словно только что увидела. Ничего интересного не разглядев просто сообщает.
– Мне так нравится.
Истинно, железобетонный аргумент.

+1


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Произведения Владимира Чистякова » Несносная Херктерент -4.