Добро пожаловать на литературный форум "В вихре времен"!

Здесь вы можете обсудить фантастическую и историческую литературу.
Для начинающих писателей, желающих показать свое произведение критикам и рецензентам, открыт раздел "Конкурс соискателей".
Если Вы хотите стать автором, а не только читателем, обязательно ознакомьтесь с Правилами.
Это поможет вам лучше понять происходящее на форуме и позволит не попадать на первых порах в неловкие ситуации.

В ВИХРЕ ВРЕМЕН

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Конкурс соискателей » Возвращение самурая


Возвращение самурая

Сообщений 31 страница 40 из 65

31

Глава 7

- Что такое Варфоломеевская ночь?  - сходу поинтересовался Окита,  едва завидел, что Анатолий выбрался из подъехавшей машины и направляется к дому.
Татьяна хлопотала на открытой веранде, накрывая на стол. Рядом стоял большой чугунный мангал. Дрова в нем почти прогорели, еще чуть-чуть,  и можно будет закладывать унизанные мясом и овощами шампуры. Рядом суетился Михаил. Он успел уже нанизать мясо, и теперь ждал, когда, наконец, можно будет их закладывать в мангал. На углу стола уже ждала своего часа коробка с шахматами.
Из дома вышла доктор Шер, несшая в руках большую тарелку нарезанных овощей. Сегодня она была без привычного Оките белого халата и на ее лице играла приветливая улыбка.
Юра тоже уже был здесь. Тихонько сидел в уголке ибо, по-обыкновению, пытался приударить за симпатичным доктором, но в очередной раз был "отшит". Пусть в шутливой форме, но все же досадно.
Не было только одного человека, так похожего на "мушкетера",  благодаря которому, Содзиро уже знал это, он мог свободно общаться на чужом ему языке. Впрочем, он частенько задерживался, мотивируя загадочными "делами".
Так что Анатолий, прибыв одним из последних, тут же был атакован оставшимся без дела Окитой, а вопрос о Варфоломеевской ночи сбил его с толку.
- Что у вас тут творится? - тут же обратился он к хозяйке дома. - Что вы тут устроили?
Таня прекратила заниматься сервировкой стола, тепло поприветствовала вновь прибывшего.
- О чем ты? У нас все в порядке.
- Да вот, самурай твой Варфоломеевской ночью интересуется.
За спиной вечно растрепанного историка тихо хихикнул Окита, прикрыв ладошкой рот.
- Не знаю... - Татьяна задумалась. - Может, вычитал где?
- Да ты ж сама сказала вчера, что устроишь Варфоломеевскую ночь кому-то,  - запротестовал молодой человек.
- Я? - Татьяна нахмурилась, потерла ладонью лоб, - А, точно, сказала. Оболтусы мои развели бардак, ну, я и пообещала. А ты, значит запомнил.
Окита кивнул.
- А у меня почему не спросил?
Он пожал плечами.
- Да, как-то некогда было. Сначала ты душ принимала, а потом...
- А потом, - женщина вдруг принялась смеяться, - - ты сам устроил визитерам эту самую ночь...
- Весело, оказывается, живут люди, - неспешной походкой к ним направлялся последний гость. - Варфоломеевские ночи устраивают.
- Не завидуй, - Таня обняла пришедшего, зарывшись носом в его волосы. - У нас тут на самом деле было не очень весело. Даже страшно, я бы сказала. И если бы не наш японский друг...
Илья привычно отстранился от женщины.
- Страшно - это же хорошо, - протянул он, хитро сверкая глазами. - Надеюсь, трупов было много?
Женщина одарила его негодующим взглядом.
- Обижаешь! Обошлись малой кровью. То есть, совсем без нее. Зато, теперь все в полном порядке, так что можно садиться за стол.
Друзья направились к накрытому столу. Так и не получивший ответа на животрепещущий вопрос,  Окита разочарованно протянул:
- И никто так и не объяснил, что же это такое...
Вернулась Таня, тронула за плечо
- Пойдем за стол. Я потом тебе все объясню.
***
Гости разъехались только на следующий день. Следом за ними и Татьяна принялась собираться, а чтобы Окита не шибко скучал, принесла ему из библиотеки томик стихов Есенина.  Все проще, чем "Пиковая дама". К тому же, ей самой нравились стихи этого автора и очень хотелось ими поделиться с жадным до новых знаний самураем. Тем более, как она помнила, кодекс самураев предписывал им посвящать свободное время изучению поэзии, вот пусть и изучает, пока она занята.
Татьяна носилась по дому, собирая необходимое. Она не рассчитывала покидать усадьбу очень надолго, недели на две, не больше, но документы, хранившиеся здесь надо было забрать. Да и ноут взять надо, там много информации. Собрав, наконец, сумку, она плюхнула ее на стол, еще раз перепроверила, все ли на месте, и обернулась к самураю.
Содзи сидел на диване, положив на колени книгу, и очень внимательно за ней наблюдал. Черные глаза испытующе смотрели на женщину, пронизывая насквозь.
- Почему ты нервничаешь?
- С чего ты взял? - нахмурилась она.
- Ты уже давно собрала все, что хотела взять, но продолжаешь носиться по дому в поисках непонятно чего.
Татьяна уперлась в стол, постояла, опустив голову, и вздохнув, признала:
- Вероятно, ты прав. Понимаешь, - она подошла и пристроилась рядом, - мне не нравится, что происходит. Не так давно в моей корпорации начались проблемы. Не очень серьезные, но приятного мало. И то, что произошло пару ночей назад напрямую связано с моими делами. Прости, я не могу тебе рассказать. Во всяком случае, пока. Но то, что они пришли именно в тот вечер, когда я вернулась,  говорит о том, что они знали, - я точно буду дома. А значит, кто-то "сливает" информацию.
Окита внимательно слушал, понимающе кивая.
- Что ты собираешься делать?
Она улыбнулась. Ей было приятно его участие.
- Для начала я найду кошку и засуну ее в переноску. Не хочу ее оставлять. Она у меня девочка самостоятельная, но нас не будет пару недель.
- А если серьезно?
- Я серьезно, Содзи. Я на самом деле собираюсь это сделать. А еще у меня будет просьба к тебе.
- Какая?
- Забери отсюда дайсё.
Он кивнул.
- Это несомненно.
Она тряхнула головой
- Ты не понимаешь. Мне надо чтобы твое оружие было при тебе, но так, чтобы никто не знал. Как минимум потому, что в нашем мире на хранение и ношение любого оружия необходимо разрешение, а у тебя его пока нет, как и обычных документов, удостоверяющих личность. Ну и потом, я просто не хочу,  чтобы кто либо знал на что ты способен.
Окита задумался. Вероятно, то, что говорила женщина, было наиболее верным. Это не его время, где все было более или менее просто и ясно.
- Хорошо, я сделаю, как ты просишь. К тому же, чтобы защитить тебя меч мне не обязателен.
Таня благодарно кивнула.
- Спасибо. Очень надеюсь, что это не потребуется. - Потом окинула молодого человека оценивающим взглядом и попросила, - и переоденься пожалуйста. Футболки, джинсов, ветровки и кроссовок будет вполне достаточно.
Через некоторое время они уже садились в подъехавшую машину. За рулем был прежний мужчина в строгом костюме. Николай Петрович, как его назвала Таня, открыл перед ней заднюю дверь, дождался, когда они усядутся и только тогда протянул переноску с отчаянно вопящей кошкой. Сел на водительское место, и поинтересовался:
- Ну что, домой?
- Да. Сейчас домой.  В офис я поеду дня через три.
- Вот и ладушки, - согласился водитель. - Вы пока отдохните, сами знаете, если повезет,  дорога займёт часов шесть.
- Знаю, знаю, Николай Петрович, - рассмеялась женщина.
- Да я это так, на всякий случай.  Для спутника Вашего, - отозвался мужчина.
Таня бросила быстрый взгляд на самурая.
- Боюсь, он Вас не понимает, Николай Петрович. Он совершенно не говорит по-русски.
- Какая жалость, - водитель завел мотор и машина плавно двинулась по лесной дороге.
Таня повернулась к самураю. Весь его вид выдавал полнейшее неудовольствие столь явной ложью. Женщина коснулась его руки и быстро заговорила по-японски:
- Я не уверена в этом человеке. Лучше если он не будет знать, что ты его понимаешь. Подыграй мне.
Содзиро понимающе кивнул.
- Военная хитрость. Хорошо.
- Спасибо, - поблагодарила она. - А пока ты в самом деле можешь отдохнуть.  Даже подремать. Ехать и правда долго.
- А ты не думаешь, что...
Женщина не дала ему закончить фразу:
- Уверена. Он привезет нас куда надо, а вот там может быть что угодно. Но... Там видно будет. Отдыхай пока.
Она устроилась поудобнее, запустила левую руку в переноску, погладила недовольно взмявкивающую кошку, и задремала. Проснулась, когда уже начало темнеть, а до городской квартиры осталось совсем немного. Некоторое время она продолжала ехать с закрытыми глазами, потом вдруг поняла, что голова ее лежит на коленях у молодого человека, а сам он сидит, прислонившись спиной к дверце. Глаза его из-под опущенных ресниц настороженно следили за шофером, одной рукой он придерживал сверток с дайсё, пальцы второй нежно перебирали ее распущенные волосы.
Женщина шевельнулась. Окита отдернул руку и посмотрел на свою спутницу. Теплая улыбка озарила лицо.
- Проснулась?
Она улыбнулась в ответ. Села, потянулась, поправила сбившийся джемперок.
- Спасибо. Только тебе ж было неудобно.
Он покачал головой.
- Ничего страшного.  Так мне было проще наблюдать на нашим "другом".
Татьяна подобралась.
- Что-то необычное?
Молодой человек на миг задумался.
- Смотря что считать необычным. Два раза ему кто-то звонил. Я не знаю, о чем его спрашивали, но он ответил: "все идет по плану,  можете не спешить, нам еще часа три ехать".
- Больше ничего?
- Нет. Ты все еще думаешь, что мы доберемся без приключений?
- Уверена. - Женщина поставила сумочку на колени. Немного покопалась в ней, достала зеркальце и расческу и принялась поправлять прическу.
Водитель чуть повернул голову, весело сказал:
- Как Вы вовремя проснулись,  мы почти приехали.
- Замечательно, - нарочито радостно отозвалась она. - Очень хочется попасть, наконец, в душ. Да и Котю мою надо выгулять, а то вся извелась, бедняжка.
Кошка, точно поняв, что говорят про нее, издала громкий жалобный мяв.
- Эт ничего, - все так же благодушно отозвался шофер. - Через десять минут уже дома будете.
Вскоре машина остановилась у крайнего подъезда большого многоэтажного дома. Придерживая переноску с яростно вопящей кошкой, женщина выбралась из салона. Соседняя дверца громко хлопнула, и едва Окита оказался на улице, Татьяна тут же вручила ему переноску. Покопалась в сумочке, извлекла оттуда черную шлейку и поводок-рулетку.
Шофер, любопытствуя, подошел поближе. Женщина как раз запустила обе руки в переноску и безуспешно пыталась нацепить сей предмет на упирающееся и ловко изворачивающееся животное.
- Может, Вам помочь? - Услужливо поинтересовался водитель.
Таня подняла голову.
- Нет, спасибо, я сама как-нибудь, а то она вас еще расцарапает. - Ей наконец удалось поймать недовольного зверя и защелкнуть шлейку. - Вот и все, - сказала она, опуская кошку на тротуар, - мы пол-часика сейчас погуляем и пойдем домой. Так что, Николай Петрович,  на сегодня вы свободны.
Мужчина кивнул, сел за руль и машина резво умчалась со двора.
Татьяна тут же подхватила кошку и снова сунула упирающееся животное в переноску.
- Так. Пол-часа у нас с тобой есть. Сейчас мы дворами выйдем к дальней остановке, сядем на трамвайчик и поедем в мое Убежище. Оно недалеко, но о нем никто не знает. Главное, чтобы этим гаврикам, если они там есть, не приспичило смотреть в окно.
Она повела его вдоль домов, нешироким тротуаром, выведшем их на еще одну узкую улочку. Вдоль дороги стояло множество машин, кое-где они перегораживали тротуар, мешая проходу и тогда они выбирались на проезжую часть. Хорошо, что никому не пришло в голову ехать по этой дороге. Под ногами шуршала желтая опавшая листва, но Татьяна торопилась, не обращая на нее никакого внимания. Окита же круглыми от удивления глазами смотрел на это обилие разнообразных машин, на огромные бетонные коробки, похожие друг на друга, словно близнецы, называемые здесь домами. Ему, выросшему в те времена, когда жилища лишь защищали от дождя и ветра, а автомобиль еще не изобрели, это все казалось совершенно диким, невероятным. Когда же они вышли со двора и он увидел нескончаемый поток машин, несущихся со страшной скоростью, он растерялся. Женщина была вынуждена взять его за руку, иначе он так и стоял бы посреди улицы с открытым ртом.
Перед светофором она остановилась.
- Сейчас зеленый загорится, тогда пойдем, - терпеливо, как маленькому, объяснила она.
И действительно, едва зажегся зеленый глазок, машины остановились,  пропуская спешивших перейти дорогу людей. Удивившись про себя, он отметил, что несмотря на поздний час, народу на улицах было много. Они смешались с толпой,  и почти сразу оказались на остановке.
Асфальт сменился большими квадратными плитами, вдоль которых тянулись странные металлические колеи. Рельсы, снова подсказала ему память. На небольшой площадке стояло с десяток человек, ожидая трамвая. Таня поморщилась.
- Плохо. Давно не было. Как бы нам тут не застрять надолго.
Ее опасения не оправдались. Гремя колесами, подъехал переполненный трамвай. Следом громыхал еще один. Таня глянула на номер и поспешила к тому, что шел следом. Окита, как приклеенный, следовал за ней по пятам, боясь отстать, потеряться в этом страшном, шумном, полном машин и людей городе.
Наконец, вместе с другими желающими, они протиснулись внутрь. Не выпуская его руки, женщина исхитрилась расплатиться за проезд. Вагон дернулся, отъезжая. Не имея возможности держаться, люди теряли равновесие, толкаясь и наступая друг другу на ноги.
- Потерпи немного, нам всего несколько остановок проехать, и все, - тихонько прошептала она.
На одной остановке их чуть не разлучила толпа желающих выйти людей. Ее отнесло почти к самым дверям, и тогда Содзиро, протолкавшись сквозь недовольно ворчащую людскую массу, свободной рукой обхватил женщину за талию и прижал к себе. Так надежнее.
Наконец они выбрались из этого кошмара в темноту осенней ночи. Здесь, почему-то,  народу было меньше и они спокойно спустились вниз по небольшой пологой горке и двинулись по залитой оранжевым светом фонарей тихой улочке. Машин тут тоже припарковалось много, но дома были совершенно другие. Кирпичные. И у каждого дома было свое лицо.
К одному из таких домов и привела его Татьяна. Достав из сумочки ключи,  открыла автоматический замок. По небольшой, но широкой лестнице поднялась к лифту.
- Нам на седьмой этаж, - пояснила она, пропуская его в распахнувшиеся двери..
***
Он думал, что в таком огромном доме и квартира должна быть не меньше, чем там, в лесу, но все оказалось совсем наоборот. Небольшое помещение состояло всего из двух комнат, кухни и санузла. Никаких особых изысков, механизмов и прочих признаков "умного дома". Просто обычная двухкомнатная квартира. Таня щелкнула выключателем.
- Вот, - с гордостью объявила женщина. - Это мое Убежище. Располагайся.
Сама она первым делом открыла переноску и выпустила измученное животное. Кошка обиженно фыркнула и тут же взобралась на шкаф, где и начала вылизываться, раздраженно подергивая хвостом.
- Иди сюда, дура, я с тебя хоть поводок сниму.
Но кошка, одарив хозяйку презрительным взглядом, демонстративно повернулась к ним хвостом, продолжая наводить марафет.
- Ладно, - махнула рукой Татьяна, - сама потом придешь. Пошли на кухню? Чайку попьем, а то от этой беготни в горле пересохло,  - обратилась она к молодому человеку.
Окита уже успел раздеться, снять кроссовки и пройти в комнату, и теперь стоял около стола, разматывая тщательно упакованные оба своих меча. Таня понимающе улыбнулась и ушла в кухню одна.
Пока закипал чайник, провела ревизию на полках и в холодильнике.  Да. Не густо. Давненько она не пополняла здесь свои запасы. Очень большое упущение с ее стороны. Зато нашла три пачки разного печенья, две пачки чая и банку меда. Еще разнообразные крупы и макароны, но сейчас точно не до них. Это на полках. В холодильнике же вообще "мышь повесилась". Только морозилка забита всякими ягодами и овощами. Кажется, еще пачка пельменей да пара пакетов мяса, собственноручно порезанного и подготовленного для жарки. Ну, ничего. Завтра все исправим. Пока что нам и чай с печенькаии подойдет...
Она постелила Оките в большой комнате на диване, сама же ушла к себе.
Он дождался, когда женщина уснет, встал, принял душ. Очень хотелось освежиться. После чистого, прохладного воздуха соснового бора, в переполненном машинами городе ему было душно и тяжко. А еще мысли его скакали от самых странных переживаний. Слишком много всего произошло за истекший день, слишком часто приходилось переступать через себя и совершать совсем не свойственные ему поступки. Все это тревожило, заставляло нервничать, будоражило.  Он вспоминал, как голова этой женщины, уснувшей в машине уткнулась ему в плечо. Он сначала растерялся и даже немножко испугался, но потом решился и очень осторожно, боясь потревожить, переложил ее на свои колени. После долго сидел, испугавшись своих действий, привыкая к новым для себя ощущениям. Он сам не заметил, в какой момент его пальцы коснулись ее волос. Видимо, хотел поправить упавшую на лицо женщины прядку, а потом не смог остановиться, продолжал осторожно перебирать эти светлые локоны. До сих пор ощущал ее теплое дыхание и мягкий шелк волос.
Людская толчея и давка в трамвае ему совсем не понравились, но они дали возможность заново пережить это приятное чувство, когда он прижал ее к себе, - боги, я это сделал?!?! Зачем?! Стыдно-то как... - а она даже не попыталась отстраниться. С пугающей ясностью он осознал, что, мало того, что по меркам своей родины ведет себя слишком странно, но еще и начинает влюбляться в эту женщину, и совершенно не представлял, что с этим делать и что она сама думает по этому поводу.
***
Днем они бродили по городу. Татьяна показывала ему различные достопримечательности, рассказывала истории.
- Конечно, - говорила она, - Толя рассказал бы лучше, это все же его профиль, но я тоже кое-что могу.
И они шли и шли, от одной улочки к другой, сквозь шум машин и людской гомон.
Используя свои связи,  Татьяна справила ему документы, правда, как ей сказали, не все так сразу, придется подождать пару дней. "Пара дней" вполне устраивала.
А пока они продолжали гулять по улицам и паркам, иногда забредая в небольшие уютные кафе.
Однажды к ним подошел какой-то неприятный тип, от которого разило перегаром и еще чем-то неприятным. Он пытался хватать женщину за руки, за одежду, канючил, кляня все на свете и клянчил денег. Женщина брезгливо отстранилась, но тип продолжал следовать за ними до тех пор, пока Окита не ожег его ледяным,  многообещающим взглядом.
- Ну, и набегались мы с тобой сегодня, - весело сказала Татьяна, закрывая за собою входную дверь. Окита поставил пакет с покупками на пол, снял кроссовки.  Кошка, требовательно мяукая, тут же принялась тереться о ноги. Молодой человек подхватил ее на руки и пощекотал пушистое пузо. После той ночи, которую этот мохнатый зверь провел рядом с ним, Окита потеплел к ней душой. Кошка больше не вызывала в нем неприязни. Наоборот, ему нравилось, как она тыкалась усатой мордой в щеку, громко урча и норовя лизнуть влажным,  шершавым языком.
Переодевшаяся женщина отобрала животинку, подняла над головой. Кошка недовольно вертелась, пытаясь вывернуться из цепких пальцев.
- Что, зеленоглазое чудовище, проголодалась? Идем, покормлю. - Таня опустила кошку на пол и отправилась на кухню.
Накормив животное, она вернулась в комнату, не забыв прихватить с кухни поднос с чайником и чашками. Окита ждал ее, задумчиво глядя в окно. Очень непривычно было смотреть на город с такой высоты. Ему нравилось, что почти под ногами расстилался яркий ковер,  образованный кронами деревьев, находившихся далеко внизу. Еще ниже, по тротуарам, торопились по своим делам люди, казавшиеся с этой высоты похожими на муравьев. Это было так странно, даже немного пугающе.
- Содзи, - позвала Таня,  - иди, поешь. А то мы много гуляли и почти ничего не ели.Чай в кафешках не в счет.
Она уже сидела на диване, и легонько похлопывала по нему ладонью, приглашая молодого человека присесть рядом. Он подошел, все так же задумчиво опустился на предложенное место. Взгляд его рассеянно блуждал по комнате, отросшая за месяцы пребывания здесь челка забавно, по-анимешному, спадала на лицо, и это вызвало у Татьяны смешанные чувства. Она потянулась, поправить непослушную прядь, но, едва коснувшись, отдернула руку. Этот жест вывел его из задумчивости.
- Я никогда такого не видел. Столько людей, машин, и дома огромные. Все совершенно по-другому.
- Ты сбит с толку? - Таня сочувствовала молодому человеку, но не знала, чем она может ему помочь. По сути, сама виновата, что так происходит.
Содзи кивнул.  Немного подумал и спросил:
- На моей родине сейчас так же?
Она качнула головой.
- Высокотехнологичнее.
Женщина улыбнулась и все же поправила непослушную прядь, скрывавшую лицо молодого человека. Он удержал ее руку и прижался к ней лицом.
- Не знаю, смогу ли я к этому привыкнуть? - Губы были горячими, чуть влажными, дыхание молодого человека щекотало ладонь.
- Ты справишься, я знаю. А я постараюсь тебе помочь. - Она отняла руку и погладила его по плечу.
Он поднял голову.
- Извини, я проявил слабость. Это непозволительно для самурая.
- Самураи тоже люди, - примирительно сказала Татьяна,  прекращая этот тягостный для обоих разговор.
К утру от его растерянности не осталось и следа. Когда Таня пришла на кухню, ее встречал улыбающийся Содзиро, а на столе уже стояли чашки и парил небольшой заварочный чайник.
- Чем сегодня будем заниматься? - Полюбопытствовал он.
Таня сморщила носик,  усаживаясь напротив молодого человека и принимая из его рук чашку.
- Я думаю... - протянула она, - мы пройдемся по магазинам. Мне очень стыдно, но я...  Я хочу официально принять тебя на работу в качестве моего личного телохранителя. Это не пойдет в разрез с вашим кодексом?
Окита на секунду задумался, покачал головой.
- Нет, не думаю, - а про себя подумал, что это отличная возможность отплатить ей за исцеление.
Таня обрадовалась.
- Вот и прекрасно. Тогда точно по магазинам. Надо будет решить что-то с твоей одеждой. Хотя... - Она придирчиво его осмотрела и как-то странно усмехнулась. - Плохо представляю, как дайсё будут сочетаться со строгим классическим костюмом.
- Это обязательно?
- Ты про костюм? - Окита кивнул. - К сожалению, да. В наше время охрана носит такую же одежду, как и остальные. Правда, под пиджаками, как правило прячутся кобуры с пистолетами. Но это не наш с тобой случай. Огнестрельное оружие, как я понимаю, не твой конек.
- Я владею любым холодным оружием, - подтвердил самурай.
Татьяна задумалась, поставив локти на стол и опустив голову.
- Ладно, придумаем что-нибудь. По крайней мере, ты и сам по себе оружие. И это уже хорошо. - Она поставила чашку на стол.  - Ну, что, идем?
***
С того дня он неотступно следовал за женщиной. Он и так был не против по-чаще быть рядом, и официальный статус телохранителя позволял это.
В большом бизнесс-центре, куда она его привела, в отделе кадров на него смотрели, как на какую-то диковинку. Подчиненным казалось странным и нелепым, что богатая хозяйка строительной корпорации решила взять себе в телохранители невзрачного, худосочного японца, вместо того, чтобы воспользоваться услугами какого-нибудь ЧОПа. Тем более, что этот японец, если верить словам хозяйки,  по-русски совершенно не говорил. Как он собирался выполнять свои обязанности, для них было загадкой,  но спорить с начальством никто не решился. Шушукались за спиной, строили невероятные догадки, он делал вид, что ничего не понимает, стоял с каменным лицом, однако, глаза его смеялись.
В холле они столкнулись с давешним водителем, что вез их из усадьбы в Москву.  Николай Петрович был неприятно удивлен, увидев начальство в офисе. На лице его мелькнуло раздражение, но он быстро с ним справился.
- Рад видеть Вас в добром здравии, - фальшиво улыбаясь, поприветствовал он.
- Благодарю, - женщина с достоинством кивнула и продолжала идти дальше по коридору. Подойдя к двери в собственный кабинет, она вдруг остановилась. В голову пришла неприятная мысль, что наверняка там полно "жучков". Содзи тронул ее за плечо.
- Что-то случилось?
Женщина поморщилась.
- Не знаю пока, но очень может быть, что и в моем кабинете и в переговорных стоит прослушка. Содзи, знаешь что, поищи-ка ты мне в интернете вот это...
Она достала планшет и отдала его самураю. Содзи удивленно округлил глаза, но кивнул, принимая из ее рук гаджет.
- Когда я найду то, что ты просишь, что мне делать?
- Пока ничего. Дома мне покажешь.
Она решительно открыла дверь и стремительно вошла в приемную. Сидевшая за столом девушка-секретарь поспешно вскочила. В глазах испуг и удивление.
- Татьяна Олеговна? А мы ждали Вас только завтра.
Татьяна смерила ее ледяным взглядом.
- Что значит, "только завтра"? Леночка, Вы не забыли, что это моя фирма и я вольна сама решать, когда мне появляться, а когда вести дела из дома, не ставя никого в известность?
Секретарша побледнела.
- Но Валентин Эдуардович сказал...
- Значит так, - Татьяна постучала пальцем по столу, - мне абсолютно все-равно, что сказал Валентин Эдуардович. Я пришла СЕЙЧАС и мне необходимы от Вас отчеты по текущим делам, а так же все документы по тендеру.
Леночка испуганно кивала, нервно теребя карандаш. Татьяна отвернулась от нее, взялась за ручку кабинета и уже, было, вошла внутрь, но обернулась и уже спокойнее добавила, - и позовите ко мне Володина.
- Останься, пожалуйста, здесь, - очень тихо попросила она, но Окита услышал ее и понял, почтительно поклонился и уселся у противоположной стены. Включил планшет, и принялся искать то, о чем его просила Таня.
Девушка сновала по кабинету, подбирая для начальницы необходимые документы. Потом подошла к столу, нажала кнопку коммутатора. Послышались длинные гудки, затем жизнерадостный мужской голос ответил:
- Слушаю тебя, Леночка.
- Валентин Эдуардович,  Вас ждет Татьяна Олеговна. Просила срочно.
- Ну, раз ждет, значит, приду. Как освобожусь, - добавил он и расхохотался.
- Валентин Эдуардович,  - голос Леночки дрожал, - она в ярости.
Мужчина, видимо, сжалился над секретаршей.
- Хорошо, сейчас буду. Принесла же нелегкая, - пробормотал он, вешая трубку.
Леночка с облегчением выдохнула, взяла папки с документами и скрылась за дверями кабинета.
Окита поднял голову и огляделся. На первый взгляд ничего странного или необычного. Правда, до сей поры ему не приходилось бывать в таких заведениях и он совершенно не знал, как оно должно выглядеть. Ничего, сказал он себе, разберемся.
Вернулась Леночка, в открывшуюся дверь кабинета он успел заметить сидевшую за большим столом Татьяну, склонившуюся над какими-то бумагами. Она на миг подняла голову, улыбнулась ему одними глазами, и снова погрузилась в работу.
- Вы будете чай или кофе? - Леночка с интересом рассматривала странного гостя.
Он ответил ей непонимающим взглядом.
- Я спросила, Вам налить чай или кофе? - На симпатичном лице девушки проступило недоумение. Ей было непонятно, почему он ничего не отвечает, вопрос-то простой? Может, он немой, и поэтому не может ответить?
Молодой человек, словно прочитав ее мысли, вдруг сказал что-то на совершенно незнакомом ей языке, и, потеряв к ней всякий интерес, уткнулся в свой планшет.
Брови секретарши поползли вверх. Иностранец? Зачем он здесь? Потом вдруг вспомнила, как подружка из бухгалтерии говорила, что хозяйка фирмы взяла себе в телохранители настоящего японца, который по-русски не бельмесы. Она еще не поверила, посмеялась, а это оказалось правдой. Интересно, зачем? Она повнимательнее присмотрелась к молодому человеку.
По-началу, он показался ей невзрачным. Очень худой, но при этом широкоплечий, довольно смуглыйс с круглым, словно камбала, лицом, и пронзительно-черными глазами. Длинные черные волосы забранные в высокий хвост и густая, небрежно падающая на лицо челка придавали ему вид какого-нибудь анимэшного героя. Леночка любила анимэ, и этот странный тип вдруг представился ей очень привлекательным. Правда, вместо планшета ему больше бы пошла катана в руках...
Секретарша мечтательно закатила глаза и, виляя бедрами, отправилась на свое место. Ее немного задело, что японец так и не оторвался от планшета, но в это время открылась дверь и вошел Володин.
- Леночка, ты все хорошеешь и хорошеешь, - мужчина одарил стоящую у стола красавицу многозначительным взглядом.
- Здравствуйте, Валентин Эдуардович,  - девушка расцвела в ответной улыбке. - Наша мадам ждет у себя.
Мужчина кивнул и бросил подозрительный взгляд в сторону самурая.
- А это кто еще такой?
Леночка пренебрежительно махнула рукой.
- Это новый телохранитель нашей мадамы, - она хихикнула. - Представляете, он совершенно не говорит по-русски.
- Да? Ты в этом уверена? - Мужчина неприязненно уставился на уткнувшегося в планшет Содзи. Тот, казалось, был полностью поглощен своим занятием и абсолютно не реагировал на происходящее.
Леночка пожала плечами.
- Я несколько раз предложила ему чай-кофе, но он смотрел на меня, как баран на новые ворота.
- Что ж, тем лучше,  - мужчина взял девушку за плечи, - ну, все, я пошел. - И добавил шутливым тоном, - если не вернусь, считай меня коммунистом.
Они рассмеялись, и мужчина, рывком распахнув дверь, шагнул в кабинет.
Пробыл он там часа два, а когда вышел, вид у него был недовольный. Прикрыв за собой дверь, он примостился на уголке леночкиного стола, пальцем ослабил узел галстука.
- Вот, упрямая стерва, - неприязненно бросил он.
Леночка сочувственно смотрела на мужчину снизу вверх, подперев щеку кулачком.
- Опять разнос устроила?
Володин махнул рукой.
- Да, ну, дался ей этот тендер. В лепешку готова разбиться, а заодно и наши головы положить. Дура! - В сердцах бросил он.
- Может, Вам кофе сделать? - кокетливо поинтересовалась девушка, - мне не сложно.
Мужчина на секунду задумался, потом махнул рукой.
- А, давай!
Леночка встала, одернула чуть задравшуюся узкую юбку и продефилировала к столику с кофе-машиной. Немного "поколдовала" над ней и вскоре на ее подносе красовались три чашки с горячим черным кофе. Одну она подала Володину, вторую поставила себе, с третьей подошла к притихшему над планшетом Оките.
- Разрешите предложить Вам чашечку кофе, - любезно произнесла она, останавливаясь прямо перед ним. Самурай поднял голову, смотрел на нее непонимающим взглядом.
Володин, шумно прихлебывая из своей чашки, с интересом наблюдал за разыгрывавшимся действием. Судя по тому, как блестели его глаза, это казалось ему забавным.
Кивком головы девушка указала на чашку с черной жидкостью, от которой шел  приятный аромат.
- Это кофе, его пьют.
Содзи продолжал все так же непонимающе смотреть на нее. Леночка поставила поднос на стол, изобразила, будто берет чашку, подносит к губам и делает глоток. Самурай отрицательно покачал головой,  и снова уткнулся в планшет, продолжая что-то увлеченно читать.
- Нет, ну, Вы видели? - Леночка возмущенно тряхнула головой, - он же совершенно ничего не понимает.
Она сердито уселась в свое кресло, закинула ногу на ногу и принялась за свой кофе.
- Да не переживай ты так, - мужчина по-свойски положил ей руку на колено. - Зато мы теперь точно знаем, что этот тип ничего по-нашему не понимает, так что все просто прекрасно.
- Что именно прекрасно? - Раздался за его спиной ледяной голос начальницы.
Мужчина вздрогнул, чуть не расплескав остатки кофе, обернулся. Улыбка его несколько поблекла.
- Кофе, говорю, Леночка варит прекрасно, - нашелся он.
- Кофе? - Татьяна удивленно выгнула бровь. - причем здесь кофе? Я, кажется, дала вам определенное задание, а вы тут кофе распиваете. Советую Вам приступить к выполнению Ваших прямых обязанностей. - Женщина подошла поближе. - И, кстати, очень рекомендую не издеваться над моим телохранителем. Как уже было озвучено, он по-русски не понимает и не говорит, так что нечего здесь цирк устраивать. Еще одна подобная выходка, и вы будете уволены. Издевательств над сотрудниками я в своей фирме не потерплю. Все понятно? Отлично.
Она дождалась, когда Володин покинет приемную, и уже чуть более спокойно произнесла.
- Лена, я сейчас по объектам, сегодня, скорее всего, не вернусь. Завтра, вероятно, меня тоже не будет. Если возникнет что-то срочное, - я на связи.
Секретарша послушно кивнула.
- Вам вызвать машину?
- Не стоит, я уже об этом позаботилась. - Она повернулась к замершему на стуле Оките. - Поехали, друг мой.
Молодой человек порывисто поднялся со стула, отчего волосы его, собранные в "хвост", взметнулись черной волной, приведя романтично настроенную секретаршу в экстаз.
У подъезда их уже ждала машина. Водитель, молодой парень с открытым, простодушным лицом, распахнул перед ними дверь. Татьяна привычно устроилась на сидении, дождалась, когда Окита окажется рядом и лишь тогда успокоенно вздохнула. Почувствовав, что женщина нервничает, он осторожно коснулся ее ладони и успокаивающе сжал пальцы. Она с благодарностью ответила таким же пожатием, и тут же обратилась к шоферу.
- Вадим, давайте на Рязанку.
Парень кивнул и машина тронулась с места.
***
Промотавшись до вечера по строящимся объектам,  они, наконец, вернулись домой. За все время, что они были в дороге, они почти не разговаривали. Так, обменивались изредка короткими фразами, и все. Окиту поразило, какими огромными были эти объекты, с каким размахом все строилось, а главное, работа на самом деле кипела и неожиданный визит начальства совершенно не смущал строителей.
Но еще больше его поразило отношении простых рабочих к его подопечной. Они, как-будто, были даже рады ее визиту, да и она общалась с ними совсем не так, как в своем офисе. Здесь она больше походила на ту женщину, которую он знал. О чем он и не преминул сказать, когда они уселись за стол.
- Я и не знал, что ты можешь быть такой, - сообщил он, поднося к губам рисовый шарик.
- Какой? - Женщина спокойно смотрела на него своими серыми с поволокой глазами.
- Разной. Жесткой и в то же время мягкой и ранимой.
- Что, не нравлюсь такой? - горько улыбнулась она.
Он протестующе выставил перед собой ладони.
- Нет, я не это имел в виду.
- Да, ладно, - она устало отмахнулась, - думаешь, я не знаю, как меня за глаза называют конкуренты? Стервой, и это, поверь, еще самое приличное слово.
- Кажется, так говорил и этот твой, Володин, - припомнил молодой человек.
Таня вздохнула, провела рукой по волосам, поправляя падающую на глаза челку.
- Да, Володин. Он у нас исполнительный директор, только сейчас он исполняет волю конкурентов. Не знаю, чем они его купили, на что взяли, но раньше это был очень неплохой специалист. Теперь вот ломаю голову, что с ним делать. Но пока он и компания думают, что мне ничего не известно, какое-то время у меня еще есть.
- Можно спросить? - Содзиро коснулся ее руки, дождался, когда женщина кивнула и лишь потом задал вопрос.  - Из-за чего так произошло? Чего они хотят? Я обратил внимание,  что речь шла о каком-то тендере? Что это вообще такое?
Таня некоторое время молчала, собираясь с мыслями, потом ответила.
- Понимаешь, Содзи, как бы тебе это по-проще объяснить?  Есть в Москве один большой участок земли. Там прежде находился один завод. Завод снесли, а место осталось. Так вот. Городские власти хотят построить там жилой комплекс. Поскольку места для застройки на этой территории много, то и домов тоже можно построить много. Не три-пять, как ты видел сегодня на объектах, а значительно больше. Часть, понятное дело, уйдет муниципалам, это такая категория, которая получает жилье бесплатно, - по очереди, по расселению, по льготам, ну и так далее. Другая - чисто коммерческая. Ее начнут продавать с того момента, как будет огорожена территория. Мало того, что это само по себе очень выгодное  предприятие, так еще и государство обещает застройщику в последствии очень хорошие преференции. А поскольку застройщиков много, заказчик, в данном случае - государство, устраивает тендер. Это такой, грубо говоря, конкурс, победитель которого получит право строиться на указанной территории. Я, как один из крупнейших застройщиков, способна выиграть этот тендер, но есть еще один человек, готовый ради этого разрешения пойти абсолютно на все. Собственно, его волнует не сама застройка, а те плюшки, что пообещало государство. Я, в отличии от  Гаробченко, стараюсь работать честно. И если взялась за строительство объекта, то сделаю это в срок. Ну, или хотя бы попытаюсь, форс-мажор никто не отменял.. Да, я не скрываю, меня тоже интересуют эти обещанные плюшки, но даже и без них сам объект представляет для меня огромный интерес. А меня сейчас пытаются банально вытолкнуть  с арены, не гнушаясь ничем. Поэтому и приходится быть стервой. - женщина замолчала,  открыто глядя в лицо собеседнику. - Видишь, Содзи, в какую грязь я тебя втянула. Мне очень стыдно, что так получилось.
Окита сидел молча, вникая в то, что говорила ему женщина. Потом улыбнулся, немного над чем-то поразиыслил, и взял ее за руки.
- Не бойся, - очень тихо сказал он, - я останусь с тобой. По крайней мере до тех пор,  пока ты сама не попросишь меня уйти.
И так это прозвучало уверенно и проникновенно, что Татьяне вдруг очень захотелось подойти, уткнуться носом в его надежное плечо, и забыть обо всем на свете, но она одернула себя. Глупости это все.
Молодой человек словно прочитал ее мысли. Обошел стол, сел рядом и обнял, прижал к себе.
- Ты чего творишь? - Неубедительно возмутилась она и вдруг поняла, что он улыбается и улыбка эта - счастливая.
- Просто мне показалось, что именно так сейчас и надо, - негромко произнес он. И едва слышно добавил, - доверься мне.
Отстраняться она не стала, наоборот,  прижалась крепче. Так они сидели довольно долго. Он вдыхал дурманящий аромат ее волос, а она слышала, как быстро-быстро бьется его сердце, словно маленькая пичужка, что стремится вырваться из клетки, и прекрасно понимала, что ее собственное сердце стучит не тише.
Наконец она чуть отодвинулась, заправила за ухо непослушную прядь.
- Нашел что по детекторам?
Окита с сожалением разжал руки, встал и вышел из кухни. Вернулся с планшетом в руках.
- Вот, смотри...
***
В строгинской квартире они обнаружили десяток "жучков".  По три в каждой комнате, парочка на кухне и по одному в небольшом коридорчике и на балконе. Обложили квартиру на совесть, чтобы ни одно слово, пророненное в помещении не прошло мимо ушей слушающего. Поразмыслив, женщина решила оставить все, как есть, до тех пор, пока не придумает, как их наиболее удачно обезвредить, чтобы это выглядело естественно. В полном молчании они покинули эту квартиру. На улице Татьяна вызвала такси. Брать машину, принадлежащую собственной фирме, она не решилась. Ибо пока не понимала, кому из шоферов сможет доверять. По-хорошему, надо было бы проверить и заменить весь штат, но делать этого не имело смысла. Можно было легко обмануться, да, к тому же, еще и спугнуть  противника.
Такси привезло их в центр города, где на Ордынке у Татьяны была еще одна квартира. Центр города, престижный район, пафосный дом, эксклюзивный интерьер и все такое прочее. Короче, по статусу положено, но женщина не любила эту квартиру и редко здесь появлялась. Консьержка встретила ее удивленным возгласом и тут же сообщила, что неделю назад ее разыскивали какие-то люди, но, поскольку Татьяны не было дома, она их дальше лестницы не пустила. Мужчины начали возмущаться, даже совали ей денег, но она прогнала их, пригрозив, что позовет полицию, если они тотчас же не уберутся.
Женщина рассмеялась, от души отблагодарила бдительную тетку и в сопровождении неотступно следующего за ней самурая, поднялась на третий этаж. Там все было в том виде, как она оставила в последний день своего пребывания в этой квартире. Никаких следов, говоривших о том, что здесь побывали чужаки, не наблюдалось, но они все же проверили и эту квартиру на наличие прослушки.
По счастью,  оказалось чисто, ни одной закладки не нашлось и Таня приняла решение пожить какое-то время так, как это считалось приличным для женщины ее ранга.
- И сколько у тебя квартир? - Поинтересовался Окита, с любопытством разглядывая лепнину на потолке.
- Всего три, - небрежно ответила она, свободно усевшись на изящном антикварном диване - Две официальные, и Убежище. Кстати, оттуда пора съезжать, пока его не обнаружили. Какие мы молодцы, что вчера доехали на машине лишь до Строгино.
Молодой  человек ходил по квартире так, словно это был музей, или царский дворец. Гладил бархатную обивку стульев, осторожно прикасался к старинным вазам, точеным ножкам светильников, изящно  изогнутым подлокотникам кресел.
Таня с улыбкой наблюдала за самураем. Наконец не выдержала и спросила:
- Нравится?
Окита обернулся.
- Это красиво, но мне больше нравится в твоей усадьбе. Ну, или в Убежище, - он подошел поближе и сел рядом. - Здесь очень много лишних, на мой взгляд предметов.
Женщина согласно кивнула.
- Мне тоже здесь неуютно. - Она подобрала под себя ноги, пытаясь устроиться на диване поудобнее. - Я и не живу здесь почти. Если бы не техника, что следит за чистотой, тут давно бы все пылью заросло. Но нам придется пожить в этой квартире совсем немножко. Недельку. Потерпим? - Таня игриво подмигнула самураю, тот в ответ состроил недоуменною рожицу.
- Потерпим. Поехали за кошкой?
Татьяна рассмеялась.
- Поехали.  Как же без кошки-то?
Действительно, как можно без животинки в доме, Таня совершенно не представляла.  Почему-то ей вспомнилось старенькое анимэ, с которого, по-сути, для нее все и началось. Там, у нарисованного Окиты, был маленький ручной поросенок, которого он повсюду таскал с собой. Женщина представила, как по этим апартаментам носится некий мелкий свин, на пару с кошкой, сбивая все на своем пути и это ее вдруг очень развеселило. Она заливисто рассмеялась и долго не могла остановиться, даже когда ничего не понимающий Содзиро с совершенно серьезным видом коснулся ее плеча, она не сразу смогла успокоиться. Окита потрогал ей лоб. На всякий случай. Лоб горячим не был.
Таня отвела его руку и вытерла набежавшие слезы.
- Извини, - все еще смеясь, сказала она - я потом как-нибудь объясню, что меня так насмешило. Поехали за кошкой.
***
Вечером, когда кошка, наряду с немногочисленными вещами, была счастливо привезена в новую квартиру и ходила, подозрительно принюхиваясь к незнакомым запахам, Татьяне вдруг пришла в голову одна идея, которую она тут же вознамерилась проверить. Ничего толком не объяснив, она потащила Окиту в ближайший магазин мужской верхней одежды, долго придирчиво что-то искала, наконец остановила свой выбор на долгополом черном плаще. Заставила молодого человека, надев его, вертеться в разные стороны, делать различные выпады и движения так, если бы в его руках была катана. Убедившись, что ничего не стесняет его движений, женщина очень обрадовалась,  забрала покупку, но объяснить что-либо на месте отказалась. Лишь вернувшись в квартиру,   радостно сообщила:
- Я, кажется, придумала,  как тебе носить катану, не привлекая внимания.
Молодой человек вопросительно посмотрел на нее.
- На мысль меня навел один вымышленный киношный персонаж. Он носил свой меч под полой плаща. Только для меня всегда оставалось загадкой, как он его там прятал и он не мешал при ходьбе. Предлагаю вместе решить этот вопрос.
Они провозились до поздней ночи, пока смогли, наконец, закрепить ножны так,  чтобы при необходимости можно было легко вытащить клинок. Оба остались этим очень довольны. Поэтому, когда Татьяна с утра пораньше отправилась в офис, ее сопровождал Окита, вооруженный верной катаной.
Женщина приехала в офис за час до начала рабочего дня, чтобы иметь возможность проверить помещения фирмы на предмет прослушивающих устройств. Опасения подтвердились. Ее кабинет и три из пяти переговорных были напичканы "жучками". Почему не все переговорные и только ее кабинет решили взять на прослушку, было непонятно, но и немного успокаивало.
Оставив Окиту, как и в прошлый раз, в приемной, Татьяна отправилась в свой кабинет. Вскоре появилась Леночка, одетая в легкий бирюзовый плащик. Она что-то тихонько напевала себе под нос, но увидев сидящего на стуле японца, умолкла. В этот раз он был без планшета. Он даже не удосужился снять свой длинный черный плащ. Просто сидел на стуле выпрямившись, полу-прикрыв глаза. "Какие у него длинные и пушистые ресницы", - с удивлением подумала секретарша. В низу живота появилось приятное, щекочущее чувство и девушка решила во что бы то ни стало заставить этого иностранца обратить на себя внимание. В конце концов, она, все же, молодая и красивая,  не то, что эта стерва, которая является ее начальницей, и он просто обязан это понять. Может, удастся влюбить его в себя и уговорить уехать из этой страны и забрать ее с собой.
Продолжая предаваться мечтам,  Леночка сняла свой плащик и аккуратно повесила его а шкаф. Постояла перед зеркалом, поправляя белоснежную блузку, особо придирчиво присмотрелась к идеальному макияжу и еще раз прошлась расческой по аккуратно уложенным волосам. Когда имеешь дело с таким мужчиной, нужно выглядеть идеально, как конфетка.
Кстати, о конфетках.
Леночка нажала кнопку переговорника.
- Татьяна Олеговна,  приготовить Вам кофе? - Поинтересовалась она.
Татьяна, чуть помедлив, отозвалась:
- Нет, спасибо,  Лена. Через час позовите ко мне Володина и Иверцева.
- Хорошо. - Леночка отключилась. - А мы кофе попьем. С конфетками.
Сварила кофе и налила в две чашки. Поставила обе на подносик и водрузила туда же вазочку с конфетами. Она где-то слышала, что японцы любят все сладкое, поэтому поставила рядом еще и сахарницу. 
Рядом с тем местом, где сидел Окита, стоял маленький журнальный столик. Из темного стекла, с латунными ножками, столик был оснащён небольшими колесиками, чтобы при необходимости его можно было легко передвинуть. Этим и воспользовалась девушка. Поставив на столик поднос с конфетами и кофе, она пододвинула его поближе к молодому человеку.
Памятуя, что в прошлый раз он не обратил никакого внимания на слова, Леночка потрясла его за плечо. Окита поднял голову, вопросительно глядя на секретаршу. Заметив, что верхние пуговицы ее блузки расстегнуты слишком сильно, открывая взгляду небольшую упругую грудь и краешек ажурного белья, в который оная грудь была упакована, он усмехнулся, протянул руки и застегнул блузку до самого воротничка, чем очень разочаровал девушку.
Стараясь не подавать виду, что ее огорчило такое обращение, Леночка, мило улыбаясь, указала на журнальный столик, с конфетами и кофе. Молодой человек покачал головой,  сунул руку во внутренний карман, достал оттуда книжицу, испещренную иероглифами и погрузился в чтение.
Оскорбленная до глубины души таким пренебрежением секретарша взяла свою чашку, несколько конфет и отправилась за свой стол, обдумывать дальнейший план действий по обольщению этого загадочного мужчины. Ой, еще же надо  вызвать Иверцева и Володина. Она отставила чашку и потянулась к коммутатору.
Вскоре в приемную пожаловали приглашенные. Первым явился Володин, которому Леночка тут же пожаловалась на совершенно невоспитанного японца, который вместо того, чтобы проявить внимание к ее несомненно красивым формам, просто взял и повел себя, как последняя свинья. Мужчина посоветовал ей не обращать внимания. Они, японцы, дикий народ! Ничего не понимают в такой восхитительной фигуре. Будь он помоложе, он бы не устоял, никак не устоял! А этот вон, сидит, читает, даже верхнюю одежду не снял. И как ему только не жарко? Никакого понятия о приличиях...
Через несколько минут в приемную ворвался энергичный мужчина, одетый более чем скромно, но аккуратно. Мужчина был довольно молод, лет тридцать, не более, каштановые волосы вьются, создавая вокруг головы забавную пушистую шапочку, карие глаза за стеклами очень дорогих очков, насмешливо оглядели окружающих, быстро оценив обстановку. Собственно, очки были единственной по-настоящему дорогой вещью в его гардеробе.  Да еще, пожалуй, часы.
Человек поздоровался за руку с Володиным, вежливо кивнул секретарю. Обернувшись к увлеченному чтением Содзи, поинтересовался, кто это такой.
Лена пустилась в пространные объяснения, но Иверцев ее не слушал. Получив информацию, что уткнувшийся в книгу человек является телохранителем руководства, мужчина подошел поближе и представился, протягивая руку:
- Доброе утро. Меня зовут Геннадий Степанович Иверцев, я являюсь генеральным директором этой конторы.
- Да не парься ты, Генка,  - посоветовал Володин, - он все-равно тебя не понимает 
Иверцев отмахнулся.
- Это простая вежливость, вошел - поздоровайся с присутствующими. Не поймет слова, поймет жест.
Окита оторвался от чтения, и уставился на генерального директора. Увидел протянутую в приветствии ладонь, поднялся, чуть поклонился и пожал руку мужчине. Этот человек ему понравился. Будет жаль, если он, как и Володин, работает на ее конкурентов.
Громко пискнул коммутатор.
- Лена, пригласите ко мне Иверцева и Володина, если они пришли.
- Да, Татьяна Олеговна,  они уже здесь.
- Хорошо. Тогда пусть заходят.
Связь оборвалась. Леночка развела руками.
- Господа, вы все слышали.
Мужчины согласно кивнули и друг за другом скрылись за дверью. 
- Присаживайтесь, господа, - Татьяна стояла перед столом, сосредоточенно изучая какой-то документ, что держала в руке. За ее спиной приоткрыта створка окна, октябрь в этом году выдался неожиданно теплым и в помещении было душно. Когда мужчины вошли, она подняла голову, положив листок на стол. Это было не очень удачное решение, ибо налетевший сквозняк подхватил невесомый лист и отправил его прямиком под небольшой кожаный диванчик стоящий у стены.
Татьяна ахнула, и, споткнувшись о собственное кресло, попыталась достать убежавший документ. Подошедший Иверцев отстранил женщину, заставив подняться.
- Давайте, я достану. - Он опустился на колени и подсветив себе фонариком телефона, полез под диван. Увидев злополучный листок, потянулся за ним, но вдруг замер, заметив нечто непонятное. К днищу дивана было что-то прилеплено, и это что-то явно не являлось ни предметом декора, ни частью крепления. Он спохватился, что слишком долго стоит перед диваном в этой нелепой позе, подхватил сбежавший документ и осторожно сорвав неизвестный предмет, поднялся на ноги. Положил на стол документ, отряхнул колени.
- Татьяна Олеговна, позовите сюда начальника охраны, пожалуйста.
Женщина, успевшая убрать злополучную бумажку в папку, непонимающе посмотрела на генерального директора своей фирмы.
- Зачем? Вас что-то не устраивает, Геннадий Семёнович?
Мужчина протянул к ней раскрытую ладонь, на который лежал добытый им предмет. Глаза хозяйки фирмы испуганно округлились.
- Это то, о чем я думаю, - с дрожью в голосе спросила она. Генеральный молча кивнул. Женщина протянула руку к комутатору, - Хорошо. Леночка, вызовите ко мне начальника отдела охраны. Срочно.
Подошел Володин, взял с ладони Иверцева передатчик, повертел в пальцах и положил на стол.
- Ерунда какая-то, - пробормотал он, но Татьяна услышала в голосе своего исполнительного директора легкую досаду. - Кому это могло понадобиться?
- Понятия не имею, - в тон ему ответила женщина,
- Скорее всего, кто-то из людей Гаробченко приложил руку, - покачал головой Иверцев. - Вот только когда и как?
Вошел начальник охраны.
- Вызывали, Татьяна Олеговна?
- Да, Сергей Сергеевич. Вот, полюбуйтесь, - она пододвинула поближе к вошедшему найденный передатчик. Тот взял его в руки, повертел, глаза удивленно полезли на лоб.
- Где вы это взяли?
- Там. - Она жестом указала под диван.
- Я вас понял. Ребята проверят помещение.
Татьяна кивнула.
- Я хочу, чтобы были проверены все помещения, принадлежащие нашей фирме. Не факт, что там что-то будет, но я хочу быть уверена, что все чисто и информация не уходит к нашим конкурентам. Сегодня совещания не будет, - она хлопнула ладонью по столу. - Встретимся с вами завтра, после того, как все будет проверено и зачищено.
Подходя к двери из кабинета следом за Володиным, Иверцев обернулся. На начальственном столе лежала раскрытая папка. Верхний лист, как он помнил, был тот самый, что улетел под диван, и прежде, чем женщина захлопнула папку он успел разглядеть этот документ. Лист был совершенно пустой. Он понимающе улыбнулся, и поднял вверх большой палец. Женщина улыбнулась в ответ.
***
- Твоя хитрость сработала, - сидя вечером за уже традиционной чашкой чая, сказала Татьяна.  - Содзи, ты просто молодец.
Молодой человек смущенно пожал плечами.
- Это же просто, ты и сама могла придти к такому решению.
- Могла, - согласилась женщина,  - но ведь не пришла, не додумалась. Зато теперь мы совершенно точно знаем, что Иверцев с нами честен. Он подготовит все документы до конца недели, и мы успеем вовремя подать заявку на участие в тендере..
Содзи пригубил чай и с надеждой посмотрел на собеседницу.
- Тогда ты будешь спокойна и мы сможем уехать отсюда?
Женщина с нежностью посмотрела на самурая.
- Бедный, тебя так угнетает эта обстановка?
Окита некоторое время молча пил чай,  но взгляд его был напряженным. Совсем не характерно для веселого, жизнерадостного человека, каковым он, без сомнения, являлся.
- Меня очень смущает твоя секретарша, - наконец сообщил он. - Кажется, она задалась целью завоевать мое внимание.
Молодой человек рассказал об утренней выходке девушки. Таня удивленно вскинула бровь.
- Леночка? Надо же, какая шустрая.  А тебя, как я понимаю, это смущает.
- Мне просто это не нравится. Как-то это не правильно.
- А как правильно? - Глаза Татьяны сузились. Она испытующе смотрела на самурая, ожидая ответа.
Он покачал головой.
- Не знаю. Но только не так. К тому же, она мне совершенно не нравится.  - Он еще немного подумал, и медленно, словно через силу, произнес: - Мне нравится совсем другой человек. Это ты.
Смутившись, он потупился, на щеках проступил легкий румянец. Его заявление смутило и Татьяну. Она чувствовала особое отношение к ней молодого человека, ей было приятно его внимание, более того, она испытывала к нему определённую нежность, но не считала себя вправе заменить дружеские отношения на другие, более близкие. За столом повисло неловкое молчание, нарушаемое лишь кошкой, с громким хрустом ужинавшей любимым кормом.
Наконец, женщина вздохнула.
- Ну, и зачем? - Тихо спросила она. - Зачем тебе дама, которая старше тебя на несколько лет?
Молодой человек открыл было рот, потом, видимо передумал отвечать, поднял глаза к потолку, а на лице его появилась лукавая улыбка.
- Это с какой стороны посмотреть, - хитро сощурившись сообщил он. - Кажется, ты забыла, что со дня моего рождения прошло более ста пятидесяти лет?
Татьяна хмыкнула и рассмеялась.
- Да уж. С этим историческим фактом спорить сложно. Если на то пошло, то это ты мне в дедушки годишься.
Этот неожиданный вывод развеселил обоих. Окита вышел из-за стола, по-стариковски сгорбился и прошаркал через всю кухню. Потом вернулся, сел на прежнее место.
- Ну, как, похож? - Улыбаясь спросил он.
- Ммм... - Задумчиво протянула Татьяна,  - не вполне. Для вящей схожести не хватает длинной белой бороды.
Веселились они долго. Это разрядило возникшее напряжение и уничтожило неловкость. Содзи, вдруг, обнаружил, что после того, как он высказался, ему стало если не легче, то намного спокойнее, а то, что Татьяна не дала окончательного ответа, давало ему хоть крохотную, но надежду.

+2

32

Крылатая Кицюня написал(а):

ее сопровождал Окита, вооруженный верной катаной.

Катана под плащом - это неудобно, выступающе и абсолютно киношно. Вакидзаси более реально, а вот если сменить цуба на цуба-хамидаси, то появляется шанс еще и скрыть. Хотя тут больше подошел бы танто.

0

33

Ника написал(а):

Хотя тут больше подошел бы танто.

Ежели к Вам на тёмной улице подходит кинто, держа в руках танто, то прощай, манто...   http://read.amahrov.ru/smile/guffaw.gif

0

34

В "Главу 6" внесены изменения.
Между абзацами: "Отыскав все в той же библиотеке письменные принадлежности,..." и "Содзи поднялся со стула и потянулся,.." добавлена "ВСТАВКА":

Он отнес на кухню нож, которым очинял карандаш. В прихожей взгляд его упал на зеркало. На маленькой полочке перед ним лежало несколько предметов, которых он прежде не видел, сейчас же они почему-то привлекли его внимание. Окита подошел поближе. Точно. И почему он раньше не заметил? Содзи взял в руки черный карандаш. Судя по всему, его грифель был очень мягким. Он провел им по ладони. На ладони осталась жирная черная черта. Молодой человек обрадовался - можно будет ещё немного позаниматься. Он отложил карандаш в сторонку, и принялся разглядывать другие лежащие там предметы.
Больше всего его поразил небольшой брусок золотистого цвета. Один его торец был прозрачным, и сквозь это прозрачное просматривалась некая субстанция красного цвета. Кроме того, почти посередине бруска проходила едва заметная трещина, пересекавшая его. Содзи повертел его в руках, потянул. Брусок разделился на две части, одна из которых оказалась совершенно пустой, в другой же обнаружилась мягкая, отблескивающая перламутром масса. Самурай поднес ее к лицу, принюхался. Пахло чем-то сладким, фруктовым, но чем именно, он никак не мог понять. Молодой человек потрогал массу пальцем, - палец окрасился в красное.
Все ясно. Это то, чего он не смог отыскать в библиотеке. Тушь. А вот это прозрачное навершие, - самурай подковырнул его ногтем и на его ладони оказалась маленькая емкость с небольшим количеством туши, - тушечница. Рядом, на этом же подзеркальнике, лежала и тоненькая, удобная кисточка.
Здорово!
Окита обрадовался и решил еще немного поупражняться в каллиграфии. Он взял лежавшие на полочке предметы и отнес в гостиную. На какой-то момент мелькнула запоздалая мысль - "что эти предметы делают здесь, в прихожей?" - но тут же благополучно спряталась обратно. Наверное, женщине понадобилось что-то записать, но второпях она оставила все это на полочке у зеркала. Ничего, он потом все положит на место. Самурай уселся за стол и принялся заниматься.
Писать этим карандашом было гораздо удобнее, и тушь оказазалась почти такой, как он привык, и молодой человек сам не заметил, как пролетело время. Красной туши осталось еще много, а вот карандаш он почти весь исписал, но он не шибко огорчился. При случае надо будет поинтересоваться у хозяйки дома, где можно еще раздобыть таких.

+1

35

Прошу прощения, предыдущий пост я удалила, ибо глава была слишком большой. Трудно читать такую "простыню". Посему сейчас буду публиковать ее частями.
Итак...

Глава 8

Иверцев не подвел. Вся необходимая документация, которую так долго не мог собрать Володин, включая проектную информацию и прочее, была подготовлена, заявка на тендер подана и они, наконец, смогли вернуться в усадьбу. Окита был несказанно рад убраться, наконец, из шумного и полного тяжелого воздуха города. Еще он радовался тому, что избавился от назойливого внимания Леночки, по крайней мере, на какое-то время. Перед самым отъездом, не смотря на присутствие в помещение начальницы, она бросилась ему на шею и горячо зашептала в самое ухо, что будет ждать его возвращения. Он оторвал от себя цепкие пальчики, смерил девушку ледяным взглядом и не оглядываясь отправился следом за удаляющейся Татьяной.
Потом они вместе немного посмеялись над происшедшим. Таня подшучивала над ним, говорила, что если так пойдет и дальше, он всем девчонкам в ее фирме вскружит голову и обзаведется гаремом. Такая перспектива была бы пугающей, но он чувствовал, что женщина говорит это не серьезно.
Выйдя из машины, они долго стояли на крыльце,  вдыхая упоительный, чистый и прохладный воздух. Вадим, который вместо прежнего водителя привез их в усадьбу, тоже не захотел оставаться, и, мотивируя тем, что его беременная жена будет беспокоиться, уехал сразу же, как они покинули машину, так что они остались совершенно одни. Не считая кошки, которая оказавшись в знакомом месте тут же принялась обрадованно носиться и моментально скрылась в приречных кустах.
Содзи и самому захотелось,  как кошке, побегать по мягкой, душистой хвое, дойти до брусничника, набрать свежих ягод, но было уже темно и он не рискнул. Просто зашел в темноту прихожей, следом за Татьяной.
- Как же здесь хорошо, - протянул он. - Тихо, спокойно, никто не суетится.
- Да уж, - подтвердила Таня, скидывая кроссовки. - И нет всяких Леночек и прочих Володиных.
Окита подозрительно посмотрел на нее. Однако, женщина говорила совершенно серьезно, без тени издевки. "Как же ей самой, должно быть, надоели подобные субъекты", - подумалось ему. Татьяна одарила его усталой улыбкой, и побрела по лестнице в свою комнату. Через некоторое время она вернулась с полотенцем, перекинутым через плечо и направилась в душевую. Вскоре молодой человек услышал шум льющейся воды и сквозь этот шум он разобрал легкую, ненавязчивую мелодию, которую напевала женщина. Он с нежностью посмотрел на закрытую дверь ванной комнаты,  улыбнулся и отправился к себе, разбирать немногочисленные вещи.
Он уже был в гостиной,  когда женщина вышла из ванной, вытирая волосы полотенцем. Бросив на нее короткий взгляд, Содзиро вдруг осознал, что точно так же начинался и тот злополучный вечер, когда на дом напали пятеро неизвестных.
- Ты чего? - Таня замерла с поднятой к волосам рукой и испуганно смотрела на Окиту. - У тебя глаза стали... Как тогда. Ледяные.
- Прости, - он подошел и коснулся ее руки. - Просто вспомнил, что тот вечер начинался точно так же. Ты вышла из душа, мы пили чай, а потом явились они.
Глаза самурая стали печальными, утратив ледяную жестокость. Таня отбросила полотенце. 
- Ты же нас спас. Так что все хорошо. - Она провела кончиками пальцев по его щеке, от чего у молодого человека по коже побежали мурашки. Женщина мягко улыбнулась, - Думаю, тебе тоже не помешает освежиться с дороги. Иди в душ, а потом будем пить чай и смотреть мультики. Давно я мультиков не смотрела.
Татьяна заговорщицки подмигнула Оките и танцующей походкой отправилась на кухню. Молодой человек несколько мгновений постоял еще, глядя вслед удалившейся женщине недоуменным взглядом, потом решил, что душ все же принять стоит, и утопал в ванну.
К его возвращению чай был готов, на столе стояла вазочка с печеньем. Татьяна сидела на диване, подобрав под себя ноги, и механически щелкала пультом, переключая каналы телевизора. Взгляд ее был устремлен в пустоту. О чем женщина в тот момент думала, Содзиро не знал, но судя по блуждавшей по ее лицу рассеянной улыбке, мысли скорее всего были приятными.
Заметив, что он вернулся, женщина тряхнула головой, стряхивая с себя оцепенение. Дождавшись, когда он тоже устроится на диване, принесла чашки с чаем, поставила между ними вазочку с печеньем. А потом они пол-ночи смотрели мультики и Окита был почти счастлив.
***
Так незаметно пролетело полтора месяца. Они пару раз сходили за брусникой, а однажды Татьяна увела его на обширное болото, покрытое толстым ковром мягкого мха, из которого тут и там торчали упругие кочки, на которых алели крупные ягоды клюквы. Прежде он никогда не собирал эту ягоду и ему казалось это странным и непривычным, - запустишь пальцы в кочку, а оттуда наверх поднимаются еще ягоды. Но больше всего смущало то, что он, искусный мечник, занимается таким странным делом в таком непривычном месте. Однако, это ему даже нравилось.
Несколько раз приезжали ее друзья, с которыми и у него наладились очень неплохие отношения.
Однажды ночью выпал первый снег. Белый, пушистый, ровным ковром он покрывал землю, искрясь на утреннем солнышке. Черная кошка, старательно топорща длинные усы, вышагивала по этому ковру, высоко поднимая тонкие стройные лапки. Потом принялась носиться длинными заячьими скачками. Окита радовался, как ребенок. Татьяне даже показалось, дай ему волю, он сам поскачет, словно заяц, по снежной целине. Она скатала снежок и запустила в молодого человека, угодив ему в плечо. Тот вздрогнул от неожиданности, но, сообразив, что произошло, с восторгом принял новую игру.
Провозились они в снегу пол-дня. Вернулись уставшие, мокрые, но безмерно довольные. Татьяна тут же загнала молодого человека в ванну, сама отправилась в верхнюю душевую. Они хотели завтра продолжить игру, но к утру снег растаял. Окита огорчился, но женщина, посмеявшись, сказала,что скоро снег ляжет окончательно и потом самому захочется, чтобы скорее пришла весна. Содзи пожал плечами, мол, хорошо, хорошо, я тебе верю. А в слух сказал, состроив многозначительную физиономию:
- Вот тогда и поиграем.
Таня была совершенно не против повторить снежное побоище, но пришла пора вернуться в город, к текущим делам. Приближался решающий день, когда должны были объявить результаты тендера.
***
Тендер они выиграли. По этому случаю решено было устроить большой корпоратив. Причем, к пущей радости молодых сотрудников фирмы, Татьяна дала добро, чтобы праздник превратился в костюмированный бал. Самой ей не особенно хотелось принимать участие во всеобщем веселье, но на празднике должны были появиться очень влиятельные личности, с которыми приходилось поддерживать дружеские отношения.
Для этого мероприятия женщина заказала себе костюм Летучей Мыши. Ей с детства нравилась эта оперетта, посему, когда представился случай, она воспользовалась ситуацией, чтобы стать похожей на героиню любимого спектакля. Окита очень долго ругался про себя, затягивая на спине женщины корсет, слишком много было всякой непривычной ему фурнитуры, - крючочки, ленточки всякие, просто кошмар! Самому ему не пришлось возиться с выбором карнавального костюма. Татьяна предложила одеть привычную ему форму Синсэнгуми, чему молодой человек был несказанно рад. Тем более, что это давало возможность иметь при себе оба меча, и вакидзаси, и катану, списывая все на то, что это необходимая деталь образа.
Когда оба были полностью одеты, Татьяна подошла к большому зеркалу в прихожей, раскрыла маленькую сумочку, что лежала на подзеркальнике и, достав карандаш, принялась подводить глаза. Содзи с удивлением заметил, что точно такой же карандаш он нашел тогда в усадьбе. Тем еще была красная тушь с удобной тонкой кисточкой. Он тогда решил, что это обычные письменные принадлежности, забытые ею второпях и совершенно не понял, что ее так развеселило, когда он радостно сообщил ей, что качество ее красной туши очень хорошее и ею очень удобно писать. Таня тогда долго смеялась, а отсмеявшись, убрала карандаш и тушь с кисточкой и попросила больше их не брать, добавив, что мужчине такие штуки позволительны только в том случае, если он является, например, артистом. В противном случае, его могут не так понять. А для письма существуют совсем другие принадлежности. 
Теперь же самурай с интересом наблюдал за действиями женщины. Нет, он, конечно знал, что некоторые женщины используют подобные штуки для наведения красоты, но в его время выглядело это все совсем по-иному, да и категория женщин, использующих краску, не вызывала у него особого доверия. Однако в этом странном мире, похоже, большинство женщин предпочитало раскрашивать свои лица. Он с ужасом подумал, неужели все они?.. И Таня тоже? Хотя нет. Он ни разу прежде не видел, чтобы она это делала.
Видимо, эти мысли очень явственно отразились на его лице. Татьяна, закончившая наносить тоненькой кисточкой помаду, бросила взгляд на молодого человека и рассмеялась.
- Ты о чем задумался, друг мой? - поинтересовалась она.
- А... - не найдя, что ответить, молодой человек провел пальцем вокруг лица. - зачем?..
- Все просто. Мне захотелось закончить свой карнавальный образ. - но, видя все такой же непонимающий взгляд, добавила. - У нас сейчас макияж не считается атрибутом исключительно актрис или женщин легкого поведения. Сейчас красятся многие. И я не исключение, хотя и делаю это крайне редко.
Окита молча переваривал услышанное.
- Макияж... - спустя мгновение задумчиво протянул он. - А мужчины тоже делают макияж?
Таня фыркнула.
- В повседневной жизни - нет. Разве что актеры, музыканты. Правда, иногда встречаются индивидуумы... - заканчивать фразу она не стала. Посмотрела на часы и заторопилась. - Пойдем скорей, а то еще опоздаем! Негоже начальству опаздывать.
Содзи серьезно посмотрел на нее и вдруг многозначительно изрек0:
- Начальство не опаздывает, оно задерживается.
- Неожиданно... - Татьяна, резко затормозив, с изумлением уставилась на самурая. - Где ты выкопал эту фразу?
- Да так, - он неопределенно пожал плечами, - в одном вашем фильме подсмотрел. Пока ты без меня в город ездила...
- Ну и фильмы ты смотришь, - Таня качнула головой, выражая свое отношение к означенному кинематографическому "шедевру". - Запомни, друг мой. Это только плохое начальство будет заставлять себя ждать. Хороший начальник просто обязан быть на рабочем месте раньше своих подчиненных и, по возможности, быть в курсе всех рабочих процессов.
- А ты - хороший начальник, - подытожил Окита.
- Надеюсь. По крайней мере, я очень стараюсь. Все, - она хлопнула ладонью по полочке подзеркальника, прекращая затянувшийся разговор. - Пошли, а то Вадим нас уже заждался.

+2

36

***
В большом, ярко освещенном зале было очень многолюдно, с одной стороны были накрыты огромные столы, сновали официанты, разнося шампанское и прочие спиртные напитки. Другая часть зала была свободна для танцев. Завершив официальную часть, Татьяна спустилась с небольшой сцены, в сопровождении Окиты подошла к невысокому полному человеку, одетому в костюм Наполеона. Сняв треуголку, мужчина отвесил шутовской поклон. Он старался казаться спокойным,  но губы его то и дело кривила кислая улыбка.
- В этот раз Вы меня обошли, Татьяна Олеговна, - заявил он, принимая протянутую ладонь. - Но Вы не обольщайтесь, еще не вечер.
Он погрозил ей пальцем, взял с подноса проходящего мимо официанта фужер с коньяком. Поболтал его немного и залпом выпил, потом как-то незаметно растворился в толпе. Женщина пожала плечами, ушел, и хорошо. На этом празднике и без него найдется, с кем побеседовать. Она хотела отпустить Окиту немного отвлечься, но вовремя спохватилась, что по легенде, он по-русски не говорит.  Пришлось молодому человеку выслушивать скучные и неинтересные речи различных личностей, которые, кто фальшиво, а кто совершенно искренне, предлагали всяческую поддержку его подопечной.
Чуть позже на паркете собралось достаточно большое количество желающих потанцевать. Татьяне танцевать не очень хотелось, и она отошла на другой конец зала, собираясь вскорости покинуть шумное мероприятие. Все, что ей было необходимо, она сделала. С нужными людьми пообщалась, остальное ей было сейчас не очень интересно. Однако, когда зазвучала музыка, на Окиту налетело нечто хрупкое и воздушное, едва не сбив его с ног. Леночка, одетая в весьма откровенный костюм восточной принцессы, повисла на шее молодого самурая, заставив того покраснеть.
- Татьяна Олеговна,  а отпустите вашего охранника на один танец? - Она вцепилась в руку Окиты, словно клещ, не сводя с него восторженного взгляда.
Таня вскинула бровь.
- Вообще-то,  в отличии от Вас, Лена, он находится при исполнении своих обязанностей.
- Ну, Татьяна Олеговна,  ну пожалуйста,  ну всего один танец! - Девушка аж подпрыгивала от нетерпения.
Татьяна перевела взгляд на своего телохранителя. На Окиту было жалко смотреть. В глазах молодого человека появилось тоскливое выражение напополам с мольбой о помощи. Чуть помедлив, он изрек:
- Даже серой вороне
Это утро к лицу -
Ишь, как похорошела.
Женщина прикрыла ладонью рот, сдерживая смешок, кивнула самураю, мол, поняла тебя, и покачала головой.
- Мне кажется, Леночка, он не готов покинуть свой пост.
Секретарша обиженно закусила губу, смерила самурая высокомерным взглядом и нырнула в самую гущу народа, тут же скрывшись из глаз.
Окита шумно выдохнул.
- Я уж испугался, что ты отправишь меня танцевать с этой навязчивой особой.
- Вот еще, - Таня отмахнулась,  - и не мечтай. Только если сам захочешь.
Молодой человек отшатнулся, махнув рукой. На лице возникло возмущенное выражение, но в глазах появился озорной блеск.
- Не захочу.
- Вот и ладушки,  - легко подытожила Татьяна. Она хотела еще что-то сказать, но вдруг заметила, как напрягся молодой человек. Рука его легла на катану, а легкий щелчок возвестил о том, что еще немного и меч покинет ножны, готовый, подчиняясь твердой руке хозяина, ликвидировать любого врага. Даже взгляд самурая вновь стал ледяным, пугающим.
- Содзи, в чем дело?
- Ты в курсе, что в твоем окружении есть якудза? Этот человек может нанести удар в любой момент.
- Якудза? - Таня удивленно округлила глаза. - Почему ты так решил?
- Я видел знак.
Женщина помотала головой, пытаясь понять, что имел в виду ее телохранитель, но ничего путного ей в голову не приходило. Она перебрала в уме всех мужчин, оказавшихся поблизости за последние несколько минут, но так и не смогла понять, что же насторожило самурая.
- Вот здесь, - видя, что она его не понимает, молодой человек коснулся ее спины в районе правой лопатки. - Змея, обвивающая розу.
Таня нахмурилась, вспоминая. Перед ее внутренним взором мелькнула обиженная секретарша, которая, получив отказ, довольно резко повернулась к ним спиной и убежала. На спине девушки действительно красовалась такая татуировка, но что бы она была членом мафии - какая, нафиг, мафия! - верилось с трудом. Татьяна расхохоталась.
- Ох, Содзи... Чудо ты у меня все-таки... Ты про Леночку что ли?
Окита хмуро кивнул, не понимая, почему она смеется? Неужели она на самом деле не замечает опасности. Однако, ладонь женщины успокаивающе легла на его руку, заставляя  убрать ее с клинка.
- Все в порядке. Не переживай. Я очень ценю твою заботу, но в данном случае ты не прав. Это всего лишь обыкновенная татуировка. Очередное модное веяние среди молодежи.
- Сейчас модно рисовать на теле? - Окита по-прежнему озадаченно смотрел на свою спутницу. В голове его плохо укладывалось, что сейчас женщины не только поголовно, подобно гейшам, красят  лица, но еще и рисуют на себе различные символы, прежде допустимые лишь в определенной среде.
- Да. К сожалению, это так. Так что, можешь немного расслабиться. На меня никто не собирается нападать. По крайней мере - прямо сейчас. Пойдем, лучше что-нибудь съедим, - предложила она, увлекая его к столу, возле которого и без того собралось много народу.
Несмотря на уверения своей подопечной, что на нее никто не собирается нападать, Окита, все же,ощущал некоторое беспокойство. Он очень настороженно отнесся к толпе, мгновенно обступившей их, едва Татьяна подошла к столу. Самурай скользнул по ним настороженным взглядом, чем вызвал взрыв веселого смеха. Он отметил, что именно в этом месте собрались люди, которых он прежде не видел. Впрочем, успокоил он себя, компания у Тани довольно большая, а он бывал лишь там, куда ходила она, так что он просто никак не мог знать всех этих людей.
Окита немного расслабился, но тут ему под нос сунули стопку с водкой. Полный бородатый мужчина, что протягивал ему это сомнительное угощение, радостно предложил выпить "на брудершафт". Памятуя о том, что по легенде  он по русски не говорит, Содзи сделал вид, что не понимает, а сам тронул Татьяну за рукав, привлекая ее внимание. Женщина в этот момент беседовала с высоким худощавым мужчиной, который что-то оживленно говорил, весьма эмоционально при этом жестикулируя. Он сыпал незнакомыми терминами, но Оките показалось, что Таня его хорошо понимает. Более того, сложилось впечатление, что эти двое давно знакомы и вполне неплохо ладят. Самураю стало неприятно, словно острая игла вонзилась в сердце, но он постарался отогнать непрошеное чувство.
- Что значит - "на брудершафт"? - поинтересовался он, когда женщина повернулась к нему.
- Значит, кто-то хочет закрепить дружбу особым застольным обрядом. А почему ты спрашиваешь?
Окита молча повернулся. Давешний мужчина терпеливо ждал, все так же протягивая стопарик и улыбаясь.
- Я его не знаю, - серьезно сообщил самурай, - как же я могу пить с ним "на брудершафт"?
Мужчина оживился.
- Татьяна Олеговна, а ваш телохранитель действительно не понимает по-русски?
Татьяна улыбнулась.
- Действительно Леша, действительно.
- Ух ты! - восхитился бородатый Леша, и выпил залпом обе стопки. Отставил пустую посуду, и, закусив огурцом, спросил: - А что он сейчас сказал?
Таня пожала плечом.
- Спросил, зачем ты собираешься с ним пить "на брудершафт", если вы даже не знакомы? А, и правда, Леш, - зачем?
- Так, прикольно же! - Леша отсалютовал Оките огурцом и вдруг протянул руку к катане. Самурай, нахмурившись, увернулся, не давая чужой руке коснуться его оружия.
Бородач понимающе поднял ладони кверху.
- Не буду, не буду.  А они настоящие? 
Видимо, этот вопрос был интересен не только Леше. Рядом с Окитой тут же очутились две девицы, которые с интересом рассматривали его наряд, особое внимание уделяя вооружению. Глаза девушек восхищённо блестели. От их внимания молодому человеку стало совсем неуютно и это е укрылось от его подопечной.
- Настоящие, - спокойно ответила она и добавила, обращаясь к двум не в меру любопытным подружкам, - Так, девчонки, марш танцевать. Нечего тут смущать человека.
- Татьяна Олеговна, а можно, он с нами потанцует? - звонкий смех и протянутые к нему руки заставили Окиту отойти на несколько шагов. Не хватало еще, чтобы этим двум хохотушкам удалось то, чего не удалось настырной Татьяниной секретарше! Однако, Таня и их попытки пресекла на корню.
- Нет, мои дорогие, - она за плечи развернула обеих подружек в сторону танцпола, - он сегодня не танцует. Так что придется вам поискать партнеров для танцев где-нибудь в другом месте.
Девчонки со смехом убежали и Содзи вздохнул спокойно. Таня смотрела на своего друга и ей было его немного жаль. Мало того, что оказался в чужой стране, в чужом времени, так еще и попал, как кур в ощип. Вон, сколько внимания к его персоне, а он, бедный, не знает, куда себя девать. Старательно исполняет роль ее телохранителя, а сам, поди, голодный. Она подхватила с блюда пару бутербродов. Один протянула Оките, второй взяла сама.
- Поешь немного, - тихо сказала она. Он в ответ покачал головой, но женщина настаивала и самурай предпочел подчиниться.
Ел он с неохотой, ожидая какого-нибудь подвоха со стороны ли бойкой таниной секретарши, или еще откуда, но ничего страшного пока не происходило и Окита позволил себе немного расслабиться. Даже съел еще несколько бутербродов с соком. Пару раз он чувствовал на себе чей-то любопытный взгляд, но, когда оборачивался, натыкался на одного и того же человека, мужчину, в кожаных штанах и жилетке, красной рубахе и с подведенными черным глазами. Мужик как-то странно ему улыбался, но Окита не придал этому особого значения. Угрозы от него он не ощущал, а значит, можно не обращать особого внимания. Лишь когда тот, проходя в очередной раз мимо, слишком плотно прижался к нему, самурай демонстративно вновь положил руку на рукоять меча. Мужчина заметил жест и предпочел ретироваться, а Содзи тут же обратился к Татьяне:
- Почему этот артист так странно на меня смотрел?
- Какой артист? - не поняла женщина, удивленно оглядываясь вокруг.
- Вон тот, - молодой человек взглядом указал на мужчину в красной рубахе.
- А, - Таня махнула рукой, - это один из наших проектировщиков. С чего ты взял, что он артист?
- Ну, ты же говорила, что мужчины-артисты делают этот... - самурай задумался, вспоминая незнакомое слово, - макияж.
Женщина фыркнула.
- Нет, он не артист. Просто он у нас немножко... - она неопределенно хмыкнула, подбирая выражение, - голубой.
- Какой? - Содзи непонимающе уставился на Татьяну, потом перевел взгляд на давешнего мужика. Странно, но никаких оттенков синего в его облике не было. Скорее, сам самурай был в голубом. Он задумался. Может, она имеет в виду, что тот слишком молод? Если учесть, что для среднестатистического японца понятие "молодой, зеленый", в силу некоторых обстоятельств будет звучать, как "молодой и синий", то, может, она именно это имела в виду? Да, вроде, нет. Совсем не молод. Странно.
Однако, Таня, видя, что молодой человек теряется в догадках, пояснила:
- Понимаешь, он нетрадиционной ориентации и предпочитает девочкам исключительно мужскую компанию.
Самурай усмехнулся.
- Тогда понятно, почему он так ко мне прижимался...
Женщина удивленно уставилась на собеседника, покачала головой и, найдя взглядом незадачливого проектировщика, с многозначительным видом погрозила тому пальцем. Мужик с извиняющимся видом приложил руку к груди, мол, все понял, больше не буду, и поспешил скрыться с глаз начальства куда подальше. Таня вновь обернулась к самураю
- Все, друг мой, больше он тебя не побеспокоит.
Содзи улыбнулся ей.
- Да, я и не переживаю по этому поводу. Если он мне будет надоедать, я сумею решить эту проблему. Просто мне стало интересно, что этому человеку было от меня нужно.
Женщина картинно закатила глаза и, смеясь, коснулась его руки.
- Ох, и любознательный ты у меня... - и совершенно другим тоном добавила, - Слушай,  Содзи, а поехали домой? Надоело мне здесь. - Она покопалась в маленькой сумочке, достала телефон и набрала номер Вадима, но он, почему-то,  оказался недоступен. Женщина была абсолютно уверена, что буквально несколько минут назад видела его в зале. Она задумалась. Бегать самой, искать,  как-то неприлично. Можно попросить Окиту, но он, вроде как, "не говорит по-русски". Окинув взглядом помещение, она вдруг заметила знакомую фигуру. Водитель стоял у другого стола со стаканом сока в руках, и что-то рассказывал сослуживцам, те в ответ весело смеялись. Женщина помахала ему рукой, но, видимо, он ее не заметил. Татьяна достала из сумочки блокнот и ручку, вырвала оттуда листок и набросала несколько слов - Содзи, отнеси, пожалуйста, Вадиму. Он во-он там. - Она указала на веселую компанию. Окита кивнул и моментально исчез.
Женщина отодвинулась к стене. Вдруг она ощутила, что портьера за ее спиной шевельнулась, пропуская кого-то, и на лицо ей опустилась чья-то ладонь, с зажатой в ней резко пахнущей тряпицей. Последнее, что она видела, как Окита, с перекошенным от ярости лицом, расталкивая веселящихся людей, бросился к ней на помощь, на ходу выхватывая катану из ножен, дальше наступила  полная темнота.

+2

37

***
Выполняя пожелание Татьяны, Окита нашел Вадима. Водитель стоял в компании приятелей, пил сок и весело что-то обсуждал. Самурай подошел к нему, тронул за плечо. Когда тот обернулся, передал ему записку, дождался, когда мужчина прочитает, и, убедившись, что тот готов следовать за ним развернулся, чтобы идти в обратную сторону.
То, что он увидел,  повергло его в ярость. За спиной его подопечной из-за свисавшей вдоль стены портьеры, выступили две темные мужские фигуры. Один подошел к женщине и зажал ей рот ладонью. Глаза ее расширились, в них появились испуг и недоумение, но почти сразу угасли, - женщина потеряла сознание. Тогда второй легко перебросил ее через плечо и шагнул следом за первым за портьеру. Видимо, там находилась еще одна дверь. Он опоздал всего на несколько секунд, дверь захлопнулась перед самым его носом, а ключа от этой двери у него не было. Он слышал сзади сопение подоспевшего Вадима, слышал как по притихшему вмиг залу прокатилась волна отчаянных криков. Кто-то звал охрану. Ему было мало интересно, что происходило вокруг. Не задумываясь ни на минуту, он несколько раз рубанул по деревянной двери клинком, а затем мощным ударом ноги, вышиб то, что от нее осталось.
За дверью оказалась лестница, ведущая в темноту уходящего вдаль коридора, откуда слышались торопливые удаляющиеся шаги. Не раздумывая ни секунды, он бросился следом. Громкий топот, раздавшийся сзади, сообщил, что следом бегут еще люди, вероятно, охрана, наконец, присоединилась к погоне, но дожидаться их он не стал.

ПРАВКА
Коридор вывел его на парковку. Он почти успел. Содзиро видел, как двое мужчин, бежать быстрее которым мешала ноша, свернув к одной из припаркованных машин, спешно грузили безвольное тело женщины в багажник.
Понимая, что догнать автомобиль, если тот отъедет с парковки он не успеет, Окита сделал единственное, что мог. Выскочив перед едва тронувшейся машиной, Содзиро с силой рубанул по капоту. Он вложил в этот удар всю свою силу и ярость. На капоте осталась глубокая вмятина. Он тут же отскочил, чувствуя, что тяжеленная махина продолжает движение, вот-вот подомнет под себя, но останавливаться он не хотел и вновь занес катану для удара.
Сзади раздался громкий топот. Выбежавшие, наконец, на парковку охранники окружили автомобиль, заставив остановиться.
Сергей Сергеевич, начальник охраны, подошел ближе, и, направив пистолет на открытое окно автомобиля, потребовал.
- Выходите! Медленно, с поднятыми руками.
Дверцы автомобиля распахнулись, два человека подняв руки, вылезали из салона. Последним вышел водитель. Увидев, что случилось с капотом его машины, он озлился. Забыв о том, что находится под прицелом, сам выхватил пистолет.
- Ах, ты ж тварь!  - Он несколько раз выстрелил в сторону человека с катаной. Звонко свистнул клинок, рассекая воздух. Пули, выпущенные из пистолета,  со стуком упали на асфальт. Следующим неуловимым движением острие катаны уперлось в горло стрелка. Мужчина выронил пистолет, поднимая руки. - Это же демон! Убийца! Вы посмотрите на его глаза!

.
Окита опустил меч, позволив охранникам скрутить троих мужчин, его тяжелый взгляд исподлобья прожигал похитителей насквозь. Будь его воля,  они уже купались бы в собственной крови, но, увы, он не мог этого допустить.  Убрав катану в ножны, он подошел к багажнику и попытался его открыть. Крышка не поддавалась. Он уже, было, снова схватился за меч, готовый изрубить неожиданную преграду, но его тронули за плечо. Окита резко обернулся.
Рядом стоял охранник. Отстранив рассерженного самурая, он достал ключи и сноровисто открыл багажник.
Внутри, свернувшись клубочком, лежала женщина в черном вечернем платье. Лицо женщины закрывала какая-то тряпка. Охранник смахнул ее и потянулся к женщине, но Окита подвинул его и сам осторожно подняв ее на руки, вытащил наружу. Тут же к нему подбежали люди, окружили.
С воем сирен на парковку въехали две полицейские машины. Из одной бодро выбежали четверо рослых парней с автоматами, которые тут же распределились так, чтобы не дать никому возможности покинуть место происшествия. Двери второй машины распахнулись, и из салона вышли двое в гражданской одежде. Один из них, судя по всему старший, цепким взглядом оценив обстановку, моментально определил, кто из собравшихся на парковке, является главным, и быстрым шагом подошел к начальнику охраны.
- Добрый вечер. Старший оперуполномоченный, капитан Светлов. Что тут у вас происходит? - Привычным движением он извлек из внутреннего кармана удостоверение.
- Начальник охраны ЗАО "ПроектСтройИнвест", Симаков Сергей Сергеевич, - представился начальник охраны. - Задержали трех похитителей.
Он указал на троих прижатых к капоту помятой машины мужчин.
- И кого они похитили? - Обходя покореженную машину поинтересовался полицейский. Он уже видел, что основную работу успели выполнить бдительные охранники этой конторы и спрашивал больше для протокола, но тут его взгляд споткнулся о невероятную картину: самурай держал на руках женщину в черном вечернем платье. - Эт-то что еще за маскарад?
Он обернулся к начальнику охраны.
- У нас на самом деле сегодня проходит костюмированный бал по случаю выигранного тендера. Это хозяйка фирмы,  которую пытались похитить, и ее личный телохранитель, который это похищение предотвратил. К сожалению, он не говорит по-русски, - предупредил он, заметив, что старший оперуполномоченный направился прямиком к самураю.
Светлов резко затормозил.
- А как же вы с ним общаетесь?
Начальник охраны пожал плечами.
- Татьяна Олеговна разговаривает с ним на японском, а у нас не возникало необходимости.
Светлов сплюнул.
- Развели тут... Бар-рдак... - И тут же распорядился. - Так, парни, этих грузите и в отделение. Что с пострадавшей?
- Судя по всему, - Симаков подал ему тряпицу, прежде закрывавшую лицо женщины, - усыпили с помощью вот этого.
- Вызвали "скорую"?
- Не успели. Только вызволили ее, как вы приехали.
Светлов кивнул, достал мобильный и набрал номер. Быстро о чем-то распорядился.
- Скорая выехала.. Объясните кто-нибудь этому... Самураю, что он может положить женщину... - Оперуполномоченный огляделся. М-да. Ни скамеек, ни чего-либо подходящего в ближайшем рассмотрении не наблюдалось. Он махнул рукой. - Ладно, пусть держит. Если не устал.
К нему протолкался молодой мужчина с простодушным, открытым лицом. Рабочий комбинезон и клетчатая рубаха, так в старых советских фильмах нередко изображали водителей различного транспорта. Светлые волосы растрепаны, серые глаза смотрят с легким испугом..
  - Простите, - произнес мужчина, протягивая руку. - Я водитель Татьяны Олеговны, Вадим Степанцов. Я видел, как все началось, - взволнованно заговорил он.
Светлов достал ручку и блокнот.
- Ко мне подошел господин Канэёси и передал записку от начальства, - он порылся в карманах и извлек мятый клочок бумаги. - Татьяна Олеговна хотела, чтобы я отвез их домой. Мы повернулись, чтобы пойти за ней, и в это время из-за портьеры вышли двое, один закрыл ей чем-то лицо, а когда она стала падать, ее второй перекинул через плечо и они побежали за портьеру. Господин Канэёси бросился следом, выбил дверь и привел всех сюда.
- А капот автомобилю кто так разворотил? - Скучным тоном спросил Светлов.
Водитель замялся.
- Так... Господин Канэёси... Катаной. - глаза водителя заблестели от восхищения. - Он выскочил, прямо перед едущей машиной, да как замахнется, как... Вы бы видели, как он мечом отбил все пули! В него же стреляли, а он... Представляете? Мечом отбил пули! Да, я такое только в кино видел!..
- Понял, понял, - прервал восторженную речь опер. - Дальше что было?
Вадим почесал в затылке.
- Ну... Дальше подоспела охрана, они остановили машину, заставили всех выйти. потом один из них кинулся на господина Канэёси, но тот его остановил одним взмахом катаны.
- Ладно-ладно, - отмахнулся Светлов, - я уже понял, что он крутой нинзя.
- Самурай! - Обиделся за Окиту Вадим.
- Да, какая разница? Что было дальше?
- Ну, дальше открыли багажник, и вытащили Татьяну Олеговну. А потом вы приехали.
Светлов поблагодарил словоохотливого водителя. Несомненно, та информация, что он предоставил, была весьма ценной, но необходимо было прояснить и другие моменты. Что это за люди? Кто и с какой целью их послал? Положим, целью являлось похищение хозяйки крупной строительной фирмы, но зачем? Все это ему предстояло выяснить.
На парковку въехала "скорая". "Быстро они сегодня", - подумал Светлов, продолжая заниматься своим делом. Однако, очень скоро к нему подошел фельдшер. Как Светлов понял, хозяйку "ПроектСьройИнвеста" усыпили каким-то сильным летучим снотворным, кратковременного действия,  именно поэтому похитители оставили на лице женщины тряпку со следами препарата, боялись, что может проснуться раньше, чем они доберутся до места назначения. Судя по всему, действие препарата уже заканчивается, пол-часа - час, и женщина придет в себя. Но вот этот тип в самурайской одежде не хочет ее отпускать.
Светлов потер подбородок. По хорошему,  надо бы госпитализировать, мало ли что? Но кто знает, что взбредет этому,  как его, господину Канэеси в голову. Он, конечно, личная охрана этой мадамы, но как разговаривать с ним, если он ничерта не понимает по-русски? Он уже хотел махнуть на все рукой, пусть катятся на все четыре стороны, но увидел, что тип в самурайской одежде медленно двигается к машине "скорой помощи", по-прежнему прижимая к себе спящую женщину.  Он толкнул плечом обескураженного фельдшера:
- Кажется, ваша проблема разрешилась сама собой. Только мой вам совет, заберите и этого японца. Мне будет спокойнее, если я буду уверен, что он подле своей подопечной, чем знать, что он бродит где-то по городу.
Фельдшер согласно кивнул и бросился к своей машине.
Перед распахнутой дверью "скорой" уже подготовили каталку. Окита, немного поколебавшись, очень бережно опустил на нее все еще не пришедшую в сознание женщину, проследил встревоженным взглядом,  как ее заносят в освещенное нутро автомобиля. Он хотел последовать за ней, но его отодвинули, не пустили, захлопнув дверь перед самым носом. Он стоял, потерянный, когда подбежал запыхавшийся фельдшер и распорядился пустить самурая.
Окита вошел внутрь и, несмотря на возражения медперсонала, уселся на каталку, положив голову женщины себе на колени. Так ему было спокойнее. Он опустил ладонь на ее лоб. Только сейчас кто-то из медиков заметил, что рукав его одежды пропитался кровью. Его тут же заставили задрать рукав и осмотрели рану.
Рана оказалась поверхностной. Пуля, отраженная катаной, лишь скользнула вдоль предплечья, ободрав кожу, но не причинив особого вреда. Тем не менее, рану обработали и перевязали.

Отредактировано Крылатая Кицюня (10-01-2020 17:55:14)

+4

38

Крылатая Кицюня написал(а):

но тот мечом отбил пули. Представляете? Мечом отбил пули! Да я такое только в кино и видел!

Ну в кино всякое можно показать, а в реальной жизни мечом отбить несколько пуль? Да еще с очень близкой дистанции, да еще без всяких последствий? Слишком сказочно.

0

39

Крылатая Кицюня

Вы пишете как всегда очень качественно, но в этом фрагменте я заметил нелогичности и технически сомнительные места.

Во-первых, катана с большой вероятностью прорубит тонкий металл капота. Во время Второй Мировой японцы в бою и для пропаганды перерубали своими саблями винтовочные стволы. С повреждением клинка, но всё же...

Что будет после такого молодецкого удара, вариантов может быть много. У современных легковушек сверху провода зажигания и (если впрыск) управления форсунками, бензопровод высокого давления, распредвал. Пожар вам по сюжету не нужен? Тогда предположим, что просто перерублены провода и двигатель глохнет, как при выключенном зажигании. Но может и продолжать работать с изменившимися звуком, может начать лязгать и скрежетать, если распредвал задевает за помятую крышку, может эффектно, со взрывом вспыхнуть...

Далее, когда к машине уже подбежали вооруженные охранники, похитителям доставать пистолеты поздно и опасно. Эффектный эпизод с отбитой мечом пулей логичен был раньше, когда Окита ещё один.

Причем, поскольку самурай знаком с огнестрельным оружием, он должен либо укрываться от пуль, либо атаковать, не дожидаясь, пока на него направят ствол.

В первый вариант легче вписать защиту от пули мечом (отбил и скрылся за машиной - на стоянке их должно быть много).

В любом случае решать вам.

+1

40

Зануда написал(а):

может начать лязгать и скрежетать, если распредвал задевает за помятую крышку, может эффектно, со взрывом вспыхнуть...

Это вряд ли. Для того, чтобы распредвал задевал за помятую крышку, нужно смять не крышку капота, а крышку, накрывающую сам распредвал, а это уже сложнее - металл там толще. Взрыв тоже не получится - для этого нужно, чтобы пары бензина в достаточном количестве смешались с воздухом, и только потом эта смесь от чего-то воспламенилась. На все это время требуется.

Зануда написал(а):

Эффектный эпизод с отбитой мечом пулей логичен был раньше, когда Окита ещё один.

В случайное попадание пули в клинок меча поверить еще можно. Но сразу два вопроса возникают:
1. Выдержит ли клинок меча такой удар?
2. Если клинок выдержит, сможет ли владелец меча удержать его в руках в такой ситуации?

Отредактировано Polaris (06-01-2020 12:39:00)

0


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Конкурс соискателей » Возвращение самурая