Добро пожаловать на литературный форум "В вихре времен"!

Здесь вы можете обсудить фантастическую и историческую литературу.
Для начинающих писателей, желающих показать свое произведение критикам и рецензентам, открыт раздел "Конкурс соискателей".
Если Вы хотите стать автором, а не только читателем, обязательно ознакомьтесь с Правилами.
Это поможет вам лучше понять происходящее на форуме и позволит не попадать на первых порах в неловкие ситуации.

В ВИХРЕ ВРЕМЕН

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Произведения Алексея Ивакина » Поисковые рассказы


Поисковые рассказы

Сообщений 11 страница 20 из 160

11

3. Первый медальон

Случайно я туда попал, случайно. Случайно и не случайно. Как, впрочем, все в нашей жизни.
Старый друг позвонил. Юра Семененко. Мы с ним на лыжах по Северному Уралу ползали. Туристы!
- Леха, хочешь на «Вахту Памяти» скататься?
- А что это?
- Как поход, только интереснее.
- Если с работой договорюсь…
- Тебе командировку сделают!
А я тогда работал на станции юных туристов. Педагогом.
- Ну если в командировку…
А чего бы не поехать?
Дорогу оплачивают, там кормят за счет принимающей стороны, еще и командировочные дают!
Из-за командировочных и поехал, честно говоря. Зарплату в том году давали плохо. Вернее вообще не давали. В сентябре 1995 года дали. Следующая – июнь 1996.
- Это куда ехать-то?
- Новгородская область.
- Отлично!
Отряд собрал за пару дней. Все в первый раз едем! Туристы, впрочем, опытные. Ходить с мешками на горбах умеем!
Первый шок был в электричке «Волховстрой – Чудово»
Каски на деревьях.
Ржавые каски на зеленеющих деревьях.
Выходим. Деревенька Лезно.
Ее никто не знает. Просто деревенька. Три с половиной дома. Двухэтажная пустая школа. Бабка на завалинке. Дедок - колет дрова. Смотрит нам вслед из под руки.
Мы идем гурьбой с рюкзаками, сумками и коробками армейских миноискателей. Хихикаем друг над другом.
Оглядываюсь.
Бабушка тоже смотрит нам вслед. Молча. А на столбах, держащих забор, снова каски. У нас - на Вятке – старые ведра вешают. Чтобы столбы не гнили. Тут каски.
До леса, в котором будем жить и работать три недели, километр по полю.  Ровное такое поле. Давно непаханое. Некому. Почти все, кто тут жил – умерли. Или уехали.
Заходим в лес.
Какие-то ямы кругом.
Воронки, траншеи, ячейки, окопы, блиндажи…
Живого места практически нет.
Местные поисковики встречают. Матерые такие. Все в камуфляжах. Показывают место – где встать.
Даю команду распаковаться. Сам иду к командиру экспедиции. Лена Марцинюк – руководит чудовским отрядом.
Многие терпеть ее не могут. Жесткая, грубая порой, сильная женщина. А руководить бандой в тридцать вечно бухих рыл по другому не получается… Но это я вперед забежал.
Оказывается, мы стоим на так называемом Лезнинском плацдарме.
Зимой сорок второго эта история началась…
Из воспоминаний А. Белова участника тех событий:
«…В день нового года, 1 января 1942 г., был получен приказ 59-й армии, где нашей дивизии была поставлена задача: сосредоточить силы к исходу 2 января 1942 г. в районе Гачево, Погрелец, в готовности с утра 3 января 1942 г. наступать в направлении Водосье и овладеть к исходу дня высотой западнее Лезно, Водосье. В ночь со 2 на 3 января поступило распоряжение штаба о переносе наступления на 6 января, что дивизия усиливается 163-м отдельным танковым батальоном, отдельным лыжным батальоном и 105-м гвардейским минометным дивизионом.
Эти три дня, отведенные дополнительно для подготовки наступления, были использованы для вскрытия системы обороны противника и организации взаимодействия между пехотой, артиллерией и танками.
Противник оборонял западный берег р. Волхов, но наши войска имели небольшие плацдармы. Первая позиция обороны противника состояла из опорных пунктов, основу которых представляли деревоземляные огневые точки для пулеметного расчета или противотанковых орудий, соединенных между собой траншеями.
Из-за плохого состояния путей подвоза артиллерия и минометы к началу артиллерийской подготовки имели менее половины снарядов и мин.
Утром 6 января началась артиллерийская подготовка, длилась она около 30 мин., но система огня обороны противника была подавлена только частично.
По сигналу с КП командиров полков пехота и танки дружно пошли в атаку. Первые минуты со стороны противника огня не было. Правда, дивизион гвардейских минометов в это время делал залп по глубине обороны противника. Немцы очень не любили залпы “катюш”, после их залпов они первое время боялись себя показывать, огня не вели.
Примерно через10-15 мин., когда наши передовые цепи ворвались в первую траншею противника, застрочили пулеметы. Наша пехота стала нести потери и залегла. Им на выручку под губительным огнем шли сибиряки, но момент был упущен, части несли большие потери. К общему несчастью в этот день мороз доходил до 37 градусов. Многие раненые замерзали, а санитары не справлялись с выносом раненых, да и они сами несли большие потери.
Когда к вечеру начался снегопад, да и начало темнеть, командир дивизии полковник Дорофеев приказал отвести пехоту в исходное положение. Танки прикрывали огнем отход пехоты.
Утром 7 января после короткой артиллерийской подготовки части и дивизии снова перешли в атаку. На этот раз батальону 1256 стрелкового полка под командованием ст. лейтенанта Соколова с ротой танков 163 ОТБ удалось захватить опорный пункт противника восточнее деревни Лезно.
Ночью с 7 на 8 января наступление наших частей продолжилось. 1256 стрелковый полк овладел д. Лезно, а батальон 1258 стрелкового полка достиг восточной окраины д. Водосье. Бои продолжались день и ночь беспрерывно, но успехи были незначительными. Дивизия выполнила задачу, поставленную командующем армией, но ценой больших потерь личного состава…»
Весной же на плацдарме остался батальон капитана Александра Ерастова.
Представьте себе. Лес. Километра три в глубину и шириной километра четыре. Сзади Волхов в разлив. Впереди – железная дорога. На насыпи сидят немцы.
Подвезти пополнение и боеприпасы практически невозможно. Обстрел такой, что только ночью умудрялись доставить продовольствие и забрать часть раненых.
Немцы шли в наступление с трех сторон.
За неделю батальон там лег весь.
Вышло два человека.
Один – младший лейтенант, раненый в челюсть, переплыл трехсотметровый ледяной Волхов ночью.
Второго через пару дней подобрали разведчики на косе.
Остальные погибли мужицкой смертью.
Бои местного значения…
Ты, читатель, скажешь, что эти бои были бессмысленны?
Немцы там потеряли до полка – ПОЛКА! – эсэсовской пехоты.
В ярости от потерь вешали убитых уже красноармейцев на соснах, росших на деревьях Волхова. Днем стреляли по ним. Чтобы те из наших, кто был на восточном берегу реки – боялись.
Я видел эти гигантские сосны…
Иду обратно. Рита Малых сидит бледная, как смерть. Ставили палатку – воткнула колышек в землю. Попала в мину-восьмидесятку.
Все сделали по инструкции, огородили место ВОПа – взрывоопасного предмета – бинтами. Вызвали саперов из Пушкинского военно-инженерного училища – они рядом стояли.
Саперы поржали и объяснили – мина не прошла через ствол, поэтому ей можно гвозди заколачивать. Мы еще не знали этих хитростей… Научимся.
Пока отряд работает по обустройству лагеря, мы с Лехой Винокуровым идем копать. Интересно, черт побери, аж руки дрожат!
Чудовские поисковики нам показали, с чего начинать.
«Вон две ямы, видишь? Там, скорее всего, санитарное захоронение. Идите, копайтесь!»
Ага… Я потом так же прикалывался. Эти ямы – разводка. Там до нас копались уже не один раз.
Но мы взяли саперные лопатки и стали учиться работать.
Копали до темноты.
Нашли три осколка.
И кости!!
Лошадиные, бляха муха…
Ребята из Чудово сидели рядом, курили, пили и комментировали:
- Ниже копайте. В полный рост.
- Вот там копни, видишь, земля ржавая!
- Осколок! Ну, молодцы, поздравляю!
- Гы… Это лошадиная кость. Причем обглоданная.
- Ну ни хуя себе!!!!!
- МЕДАЛЬОН!!!!
Вот так вот! Мы нашли в пустом, перерытом десятки раз окопе – медальон!
С бумажкой!
Леха отворачивает лопатой очередной пласт земли, шарит руками в мокрой глине…
- Это что? – недоуменно вертит он в руках черную эбонитовую палочку.
Чудовские аж подпрыгнули.
И бумажка внутри…
Вечером открыли. Пустая, твою мать!
Нет ничего обиднее, чем пустые медальоны…

Отредактировано Годзилко (26-05-2009 16:20:05)

+15

12

4. Медальоны.

На самом деле – главная цель Вахты – это поиск вот этих черных смертных пенальчиков.
Не знаю - сколько я нашел. Сбился со счета.
Перестал считать после второго медальона.
Там же. В Лезно.
Лешка Калимов. Из Архангельска. Бумгородок. Жена еще в записке была, Ксения, кажется. Впрочем, могу ошибаться. Не помню уже. А документов рядом нет.
И было ему в сорок втором – 38 лет.
Не знаю, какой он был.
Фотографий нет. Родственников не нашли.
Черные кости в руках – и все.
Ну, там еще личные вещи. Ложка, бритва, котелок…
Вы спросите – куда мы их деваем?
А куда их деть?
Если родственники есть – им передаем. Если нет…
Дома храним.
Да. С могилы. Чужие это вещи.
Но выбросить… Рука не поднимается.
Если оставить на могиле, скажете вы? А знаете, кто их потом продаст?
Впрочем, я о медальонах…
Повторюсь. Самое обидное – пустой медальон.
Водос. 1998 год. Подымаю бойца. Осколки медальона, разбитого пулей… Сгнила записочка…
Это ерунда, что их не заполняли и выбрасывали.
Вот ты, читатель, ты бы выбросил весточку домой?
Последнюю весточку?
Я бы нет.
Заполняли. Мы нашли как-то патрон странный. Пулю боец достал, порох высыпал и, перевернув ее, вставил обратно.
А внутри самодельная записка.
Севастополь. 2009.
Поднимаем бойца. Верховой. То есть лежит на камушках. Сверху тонкий слой мха.
Сережка Ширшиблев его поднимает. Я мимо иду к своему. И чего-то нога в ботинке зачесалась. Нагибаюсь – медальон перед глазами.
Пустой. Крышка снята. Рядом валяется.
Послали домой похоронку в сорок четвертом. Но не похоронили. Мекензиевы горы. Второй кордон.
Порой вместо медальона бывает – ложка, кружка, фляжка, бритва, котелок…
Про один котелок я уже рассказывал.
Вот про второй.
Демянск 1999.
Поднимаем бойца. Немецкая ложка. Немецкий котелок. Немецкий ремень. Немецкая фляжка. Трехлинейка. Наши ботинки. Граната – колотушка (Немецкая).
Из косточек – бедренные, лучевые, немного ребрышек, две ключицы, кусочки черепа.
На котелке выцарапано – «Ваня». Крупно так выцарапано… А на фляжке – «Ханс». Тоже крупно…
Кто ты, боец?
Ты русский Ваня? Ты немецкий Ганс?
Мне уже без особой разницы.
Подняли. Положили в полиэтиленовый мешок. Унесли. Похоронили потом.
Вместе со всеми. С нашими.
Медальоны…
Вот вы над фильмом «Мы из будущего» ржете…
Правильно и делаете. Сказка.
А вот Толик Бессонов тезку поднял как-то.
Медальон читаем – «Красноармеец Бессонов…»
Толик тогда в лес ушел. Часа два его не было.
Все-таки – одно дело косточки в руках безымянные держать, другое – видеть потом фотографию того парня, который тебя спас.
Он меня спас, чтобы я пил немецкое пиво и ходил на RNB-пати…
И правильно сделал, потому что жизнь продолжается, потому что нам надо жить и ходить на эти пати, и пить пиво, и делать детей…
Он делал тоже самое.
Только он еще смог спасти меня. А я так никого и не спас. Я просто ищу эти маленькие черные пенальчики, чтобы вернуть двоюродному внуку личные вещи никогда не знаемого им деда…
Вообще-то их на самом деле мало.
Один к СТА.
То есть на сотню бойцов – один медальон.
Из десяти медальонов – читаемы в лучшем случае пять.
Вот и считайте.
Только не надо делать вывод, что у нас потерь было «стопиццот мильенов».
Потери были примерно одинаковые что у нас, что у немцев.
В 41-42 – мы больше теряли.
В 44-45 – они.
Это война.
Да. Наших больше лежит на полях.
А некому было хоронить. Просто некому.
Это наш русский характер такой.
Биться до смерти, а там будь, что будет.
Вы представляете, что творилось там, от Москвы до Берлина после войны?
Впрочем, это уже другой рассказ…

Отредактировано Годзилко (26-05-2009 18:44:54)

+16

13

Просто промолчу.
Спасибо , Годзилко.

0

14

У нас в районе есть своя районная сетка, вроде без выхода в интернет, контингент 14-17 лет. Можно я там эти рассказы выложу? Ну и ссылку сюда, конечно.

Отредактировано Savl (26-05-2009 20:31:53)

0

15

А после войны некому было хоронить.
Представьте себе – городок Чудово. Маленький такой. На таких городках стоит Россия. Нет, не правильно…
Россия – это такие городки.
Вот так правильно.
Там пьют самогон, курят «Приму», бьют по пьяни жен, делают для нас с вами сникерсы и марсы.
Там фабрика «Кэдбери».
И еще пара школ, дом-музей Некрасова и вокзал.
И еще филиал Сбербанка.
Осенью 1998 года мы почему-то ночью туда приехали. Сашка Сороко – это у него фамилия такая – тогда работал охранником в этом самом банке.
Вот мы ночью к нему и приперлись. Ну, конечно, затарились по самое не могу.
Я и Ритка. Парни у нас уже в Демянске были… Мы чего-то припозднились, не помню уже почему.
Ну вот и сидим-пьем ночью в Сбербанке. Радуемся встрече.
Сашка рассказывает:
- Тут после войны выжженное поле было. Ни одного целого дома. Школа только. И дом-музей Некрасова. Дед рассказывал – он тогда пацаном был – скидывали из окон наших и немцев. Оружие собирали, увозили куда-то. Трупы закатывали под асфальт. Там сейчас спортплощадка. Дети физкультурой занимаются. В футбол играют… Закатали, значит, их под асфальт, на следующей неделе уроки начались. В школе. Парт нет, на дрова пошли. На полу сидели. А на стенах еще пятна крови. Первый урок был – немецкий…
А я вспомнил, как в 1996 году нам экскурсовод про этот самый дом Некрасова рассказывал, как его немцы пощадили. Дом в смысле, не поэта.
Цитата:
«…Тетка-экскурсовод с такой гордостью это сказала, как будто лично гансов на порог не пускала. Дура. Потом повела нас, после осмотра его спальни, во двор. К могилке его любимой собачки. Жену он на охоту взял в первый раз, она сослепу ли, с хитрости ли ее и пристрелила. Чтобы не шатался там по лесам, пока она дома сидит. Впрочем, это его не остановило. Ушел в депрессию, написал пару стихов трогательных, собачку похоронил, и камушек ей поставил. Гранитный. Пока горевал, жена ему рога ставила с его же другом. Но не суть, в общем, привели нас к этой могилке и тетка напыщенно так, глаза в небо вперла и говорит с придыханием: "Постоим же молча у могилы лучшего друга великого поэта Николая... Алексеевича... Некрасова..." А у нас это уже третья минута молчания за день. Но от неожиданности все заткнулись...
- И чем дело кончилось?
- А ничем особенным. Виталик воздух испортил громко, и у всех просто истерика ржачная случилась. У бабы тоже. Только не смеялась она. Пятнами пошла. И как давай орать! Что именно орала не помню, но, типа, впервые видит таких бескультурных ублюдков, которым недорога память о России.
- Так и сказала? - засмеялся Захар.
- Насчет ублюдков не уверен. Возможно, уродами, - улыбнулся Леонидыч».
Жрать было нечего, а говорите – хоронить!
Лезно. 1996.
- А я с войны там и не была, сынки, в лесу-то! Как немцы наших побили… Ветер оттуда – дышать нечем. В подвалы залазили и тряпками прикрывались. Гнильем пахло. А ежели корова туда уйдет, так все – почитай, пропала. Взорвется. Пацанята ночами бегали, мясо с коров собирали. Есть-то охота! Сколько их безруких оттуда вернулось… А сколько похоронили… Ой, Боженька…
Зато деревья хорошо растут на удобрениях…
Мясной Бор. 1997.
Поле. Березки. Каждая растет, почему-то, из черепа.
Парни в березки проросли.
Сотни березок…
Синявино. 2007.
Вырезали парня из дерева. Руки в земле. Ребра. Таз…
Ноги вросли в дерево. Их приподняло над землей. Прямо из ствола торчат. Выпиливали.
Синявино. 2009.
Боец. Безымянный. Четыре березки, какой-то куст. Сам он под корнями. Ищем медальон в косточках. Нет медальона.
Если лесник придет – за каждое дерево штраф – 500 рублей.
Не пришел. Сэкономили.
А ведь ходят и штрафуют…
Севастополь 2008.
День работы на «Вахте» стоит 50 рублей.
Мы по 50 рублей с носа платим местному леснику, чтобы искать и хоронить ребят.
Мы живем после войны.
И большинству – абсолютному! – просто наплевать. Вы спросите – почему парней тогда не хоронили?
Отвечу вопросом – а почему ты их сейчас не хоронишь?
Какая разница, сколько времени прошло? М?
- Это ваше хобби!
Я это слышу часто.
Да. Это мое хобби. Увлечение мое такое. Мертвых своих хоронить.
У вас какие-то претензии есть?
Я так развлекаюсь.
Почему после войны не хоронили, говорите?
А мы сейчас чем занимаемся?

+9

16

Savl написал(а):

У нас в районе есть своя районная сетка, вроде без выхода в интернет, контингент 14-17 лет. Можно я там эти рассказы выложу? Ну и ссылку сюда, конечно.

Да, конечно)))) Пользуйте как хотите. Я для чего пишу-то?

+1

17

Кстати, вы это.... Вопросы-то задавайте! Расскажу обо всем!

0

18

Как сдаёте рабочие образцы стрелкового оружия? Эксцессы бывают?

0

19

Savl написал(а):

Как сдаёте рабочие образцы стрелкового оружия? Эксцессы бывают?

Да. И часто. Напишу и об этом.

0

20

Vasiliy Akimov написал(а):

Алексей, без комментариев. Очень сильно.
А уж власти... Бог им судья.

Да хрен на них. Я еще опишу этот процесс - как на костях деньги делают.

0


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Произведения Алексея Ивакина » Поисковые рассказы