Добро пожаловать на литературный форум "В вихре времен"!

Здесь вы можете обсудить фантастическую и историческую литературу.
Для начинающих писателей, желающих показать свое произведение критикам и рецензентам, открыт раздел "Конкурс соискателей".
Если Вы хотите стать автором, а не только читателем, обязательно ознакомьтесь с Правилами.
Это поможет вам лучше понять происходящее на форуме и позволит не попадать на первых порах в неловкие ситуации.

В ВИХРЕ ВРЕМЕН

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Архив Внутреннего дворика » Гвардеец-4


Гвардеец-4

Сообщений 11 страница 20 из 228

11

Dimson написал(а):

"Железной маски" - скажем, противники ГГ попытаются возвести на престол двойника Анны Иоанновны, благо есть интересная история о призраке, как две капли воды похожем на императрицу.

Зачем такие сложности у них ведь свой вариант есть.
Может ГГ лучше чучуть прогресерством заняться в армии? Он ведь уже принимал участие в проведении реформы армии, вот может и продолжить.
И у меня не большое пожелание у вас уделяеться очень мало внимание внешний политики может ввести какие нибудь интерлюдии со стороны?

+1

12

Аскет написал(а):

Зачем такие сложности у них ведь свой вариант есть.

Скажем так - второй попаданец ведёт и свою игру.

Аскет написал(а):

Может ГГ лучше чучуть прогресерством заняться в армии? Он ведь уже принимал участие в проведении реформы армии, вот может и продолжить.

Слишком много прогрессорства может навредить. Нужен баланс.

Аскет написал(а):

И у меня не большое пожелание у вас уделяеться очень мало внимание внешний политики может ввести какие нибудь интерлюдии со стороны?

Пока не знаю. С одной стороны - да, согласен, без интерлюдий мир не полон. С другой - всё же хочется смотреть на мир глазами ГГ.

+1

13

Dimson написал(а):

Пока не знаю. С одной стороны - да, согласен, без интерлюдий мир не полон. С другой - всё же хочется смотреть на мир глазами ГГ.

Тогда можно сделать так что об обстановки в мире расказывает ГГ, даже те же газеты, начельство и т.д.

Dimson написал(а):

Слишком много прогрессорства может навредить. Нужен баланс.

Это точно, но можно потихоньку менять отношения в армии.

0

14

Пока даже не могу толком сказать, что будет. Первоначальнй замысел пришлось сильно корректировать.

0

15

Dimson
Ничего мы ждемсс продолжение.

0

16

Было тяжело отходить от постапа, но кое-какие результаты появились. буду признателен за тапки.

+2

17

Гвардеец, книга 3

Вместо пролога
Память — сволочная штука. Она не даёт нам забыть то, что мы видим в страшных снах, и подводит, когда не нужно.
В летописи моей жизни не так уж и много страниц, которые я хотел бы вычеркнуть. Но я — не ангел, и порой совершал поступки, которыми никогда не смогу гордиться.
Оглядываясь назад, на дорогих моему сердцу людей: отца, мать, дедушек и бабушек, я невольно прихожу к выводу, что моё поколение — всего-навсего бледное подобие тех, кто победил в страшной войне, сломал хребет фашисткой гадине, поднял страну из разрухи, построил могущественную державу, которую и боялись, и любили.
Да, не всё у них было гладко и просто, им многое пришлось пережить, но это был народ-победитель, народ-строитель.
А что сделали мы? Кого победили, что сумели построить?
Ответ находится перед глазами. Можно закрыть глаза, притвориться, что ничего не видишь. Но реальность кусается, и кусается больно. Её не проведёшь.
Мы — лузеры, соорудившие из обломков великого государства страну-мутанта. Те, у кого не осталось ничего святого. Мы делаем вид, что всё идёт по плану, что всё так и должно быть; починаем на лаврах, не забывая пинать поверженного льва.
Наша история извращена, в ней роется носами продажная сволочь, отрабатывающая заграничное содержание. Иногда, важно похрюкивая, она извергает из себя переваренные помои. Мы утираемся и терпим.
Нам врут с экранов телевизоров, с газетных и журнальных страниц. Обещают одно, делают другое. Главные коррупционеры борются со взятками; развалившие энергетику устраивают нано-прорыв, «осваивая» миллиарды государственных средств. И никто им не указ, даже прокурор. Нынче высочайше велено: «не трогать». Дерибань — не хочу.
Горят леса, потому что нет лесников. Последних нормальных мужиков пинками выгнали из леса, сократили. Кто будет за ним следить?
Самой популярной эмблемой долгожданной олимпиады становится пила. Кому не ясно, что она пилит?
Народ молчит, народ безмолвствует.
Мы меняем наши богатства на разноцветные фантики. На эти фантики олигархи, чиновники и генералы катаются на лыжах в Куршавеле, возя с собой табуны дорогих шлюх.
Ах, да, Куршавель нынче не вполне комильфо. Ну, чай не токмо им живёт-богатеет загранка.
Нам нечем гордиться, нас не за что уважать.
Кто стал нашим ориентиром, на кого мы хотим походить, кем собираемся стать?
Космонавтами, врачами, военными, учёными, геологами, инженерами?
Нет, эти профессии давно потеряли престиж. Произошло страшное: умами завладели ловкие дельцы-бизнесмены, спекулянты, ворюги чиновники и прочая беспринципная мразь.
Они сделали нас нищими и моральными уродами, уселись на наших плечах, присосались к нашим артериям и пьют нашу кровь. И будут пить, пока мы это не изменим.
Или не изменю я, парень из двадцать первого века, которого странные игры неведомой цивилизации забросили в далёкое осьмнадцатое столетие.
Только, надеясь на меня, сами не оплошайте.
Пролог
Маленький страшный дом на окраине Питера, холодный, нетопленный. Здание не первый год заброшено, как и несколько соседних. Смотрит на мир чёрными провалами окон без рам, поскрипывает гнилыми досками. Ветер гуляет по пустым комнатам, по-хозяйски распоряжается дверьми: открывает и закрывает, когда захочет и перед кем захочет. И никого над ним нет, никакой другой силы.
Владельцы давно уже забыли о доме, перестали горевать о выброшенных на ветер деньгах. Строиться в столице — занятие не из дешёвых. Не всякий потянет. Да и что в ней хорошего, в этой Северной Пальмире? Не парадиз, точно. Кругом болота, неспокойная Нева норовит выплеснуться из берегов, сыро, промозгло. Что ни день, то дождь. А не дождь, так снег.
Мороз,  и тот неправильный. В иных краях на такой рукой махнёшь, да спокойно делами займёшься. Зато в Питербурхе чуть ударит, всего ничего затрещит, и вот уже нет спасения душе христианской. Только и радости, что у печи али у костра, гвардейцами на улице разведённого, отогреться. И дворами,-дворами, избегая открытых, холодящих до кости прошпектов до нужного места.
Сытая, не в пример спокойная Москва тиха и благообразна. Светит маковками церквей, зовёт малиновым звоном колоколов. И народ в белокаменной живёт чинно, по старинке, как дедами да прадедами завещано. Но не там нонче бьётся сердце России.
Из Петербурга бежит кровь дорогами-артериями к другим городам да весям. Оттуда приходит всё новое, а раз новое — то страшное и непонятное.
Скрипя полозьями по нерасчищенным сугробам, возок остановился у дома. Всхрапнули лошади, стали ушами прясть. Почуяли кого-то. И верно: мимо прокатили санки с краснощёкими пьяненькими солдатами, горланившими своё. Этим всё нипочём. Гуляют по случаю турецкой виктории, да возвращения из крымских степей. Мундир на солдатах новый: зимняя шапка-треух да долгополая зелёная шинель. В столице уже примелькался, а вот народ приезжий смотрит с удивлением. Непривычно оно как-то.
Из возка выбралось двое, закутанных в лисьи шубы, меховые шапки надвинуты глубоко, только и видно, что глаза. У одного, ростом неприметного, злые и напряжённые, у второго скорее растерянные.
— Зачем вы привезли меня в эту глухомань? — спрашивает он.
— Скоро увидите, Семён Андреевич,  — многообещающе отвечает ему невидный собой мужчина.
Внутри едва ли теплее, чем снаружи. Никто и не думает заходить.
Семён Андреевич зябко ёжится. Шуба его не спасает, мёрзнут руки в соболиной муфте.
— У меня мало времени, — говорит он, озираясь.
— Зря вы его не потратите, — уверяет неприметный.
К возку подкатил ещё один, точь-в-точь такой же. Встал напротив. Рванул дверцу, напуская холода в тёплое нутро, неприметный. Открыл и встал о бок.
Женщина — высокая, смуглая, не дожидаясь, когда подадут руку, попыталась выбраться наружу, но неприметный ожёг её таким взглядом, что смуглянка тут же плюхнулась обратно.
— Взгляните.
— Зачем? Вы везли меня через весь город ради этого? Конспиратор …
— Я вас прошу, взгляните.
Семён Андреевич без интереса уставился на женское личико. Определённо, красавицей сия Венера не была, но вид имела чрезвычайно знакомый. Где-то он её видел …
— Неужто?! — вдруг ахнул он и испуганно закрыл рукой рот, чтобы случайное слово не вырвалось, не пошло гулять по улице.
— Трогай, — приказал неприметный кучеру.
Возок с женщиной умчался прочь, как будто его ветром сдуло.
— Это действительно та, о ком я думаю? — уже спокойным тоном спросил Семён Андреевич и удостоился кивка. — Но зачем вам … она?
— Фильм «Человек в железной маске» смотрели?  Не тот, в котором играл этот болван Лёнька Смирнов, простите, Леонардо ди Каприо, а другой, совместный англо-французский. Он ещё в советском прокате шёл. Вот я и подумал, почему бы и мне не разыграть эту историю, только на новый лад.
— Простите, а как же наши планы, договорённости? — расстроенно забормотал его собеседник.
— Появление этого фон Гофена смешало все наши карты, уважаемый. Вариант с карманным переворотом, провёрнутым дражайшей Лисавет Петровной, уже не проканает. Теперь будет недостаточно роты пьяных гренадер. Нужно действовать более решительно и тоньше.
— Тоньше!? — почти вскричал Семён Андреевич. — После того, что вы на днях устроили, о какой тонкости может идти речь? Вы, можно сказать, весь Петербург на уши поставили.
Собеседник самодовольно ухмыльнулся.
— Этого я и добивался. Иногда, чтобы провернуть задуманное, приходиться хорошенько взбаламутить стоячее болото.
— А фон Гофен? Не боитесь, что он тоже вычислит вас, как вы вычислили его?
— Фон Гофен залечивает раны в сотнях вёрст отсюда. Жаль, не получилось убить его во время той заварушки с татарами. Война бы всё списала, и эта проблема была бы решена раз и навсегда.
Семён Андреевич почему-то улыбнулся. Ему вдруг с жуткой силой захотелось натянуть нос чванливому собеседнику, сбить с него самодовольство и спесь.
— К сожалению, ваши сведения устарели. Фон Гофен поправился и держит путь сюда. Скоро он прибудет в Петербург.
Неприметный сжал руку в кулак до хруста, налил глаза кровью, стал страшен ликом. И сказал с железной прямотой и уверенностью:
— Пусть приезжает. Я и тут до него доберусь.

Отредактировано Dimson (24-01-2011 15:32:10)

+19

18

Dimson написал(а):

А что сделали мы? Кого победили, что сумели построили?

построить

Dimson написал(а):

Мы — лузеры, соорудившие из обломков великого государства страну мутанта.

через дефис

Dimson написал(а):

И верно: мимо прокатили санки к краснощёкими пьяненькими солдатами, горланившими своё

с

Dimson написал(а):

— Фильм «Человек в железной маске» смотрели?  Не тот, в котором играл этот болван Лёнька Смиронов, простите, Леонардо ди Каприо,

Смирнов?

+1

19

Мы — лузеры, соорудившие из обломков великого государства страну мутанта страну-мутанта..
Мороззпт и тот неправильный.
И верно: мимо прокатили санки к с краснощёкими пьяненькими солдатами, горланившими своё.
— Простите, а как же наши планы, договорённости? — расстроено расстроенно забормотал его собеседник.
Вызпт можно сказатьзпт весь Петербург на уши поставили.

+1

20

Dimson
"Вместо пролога" - страшно, но честно. Так и есть...

0


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Архив Внутреннего дворика » Гвардеец-4