Добро пожаловать на литературный форум "В вихре времен"!

Здесь вы можете обсудить фантастическую и историческую литературу.
Для начинающих писателей, желающих показать свое произведение критикам и рецензентам, открыт раздел "Конкурс соискателей".
Если Вы хотите стать автором, а не только читателем, обязательно ознакомьтесь с Правилами.
Это поможет вам лучше понять происходящее на форуме и позволит не попадать на первых порах в неловкие ситуации.

В ВИХРЕ ВРЕМЕН

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Архив Конкурса соискателей » Солнце над фьордами


Солнце над фьордами

Сообщений 1 страница 10 из 328

1

Название: Солнце над фьордами
Жанр: историко-приключенческое повествование в стиле скандинавской саги с неотъемлимыми для неё фэнтезийными элементами.
Формат: роман.
Аннотация:Норвегия IX в., будущее которой неразрывно связано в узел из судеб конунга всего тогдашнего Северного Пути Хальвдана Чёрного, вестфольдского ярла Фредрика Неугомонного и чудо-кузнеца Уле Халльбьёрнсона по прозвищу Железнорукий, способного «оживлять» мёртвое железо. Они - разные, но это не разделяет, а объединяет их, соединяя воедино давним пророчеством. У каждого своя судьба и предназначение, но путь их един - к последней битве за объединённую, свободную и единоуправляемую страну. «Солнце над фьордами» - дань скандинавской саге, это - и ночь, и день эпохи; и свет, и тень её устремлений - печать кровавого и безжалостного времени викингов; чарующая природа Норвегии и нравы её жителей, напрямую зависящие от её разнообразия и временного постоянства; и судьбы простых норвежцев, остающихся настоящими людьми, в то сложное и неспокойное время скандинавских перемен. Чёткая хронология времени и места событий, а так же неизменные колдовские, фантазийные элементы (знамения, пророчества и роковые предсказания, вещие сны), скальдическое творчество и тайны существовавшего мироздания, глазами героев саги, дополняют избранный стиль. Здесь солнце страны фьордов всегда будет светить над тобой, читатель. Берись за весла повествования.

Краткое предисловие к роману
Почему книга названа именно так? Потому что, смысл не только самого её названия, но и формулировка названий частей этой скандинавской саги, связаны между собой глубоким смыслом, и являются своеобразным путеводителем по повествованию. Что для меня лично означает «Солнце над фьордами»? Это, прежде всего, - образ первого объединителя Норвегии, конунга Хальвдана Чёрного, прозванного «солнцем над норвежскими фьордами». Именного этот «свет» противопоставляется «тьме» его противников, братьев Гандальвссонов. А так же, у любого солнца есть восход, зенит и закат... И эти вехи жизни Хальвдана конунга, многоплановость и разноречивость его образа, становление и «закалка» характера в самый сложный период его правления Северным Путём, я постарался художественно воспроизвести в своём романе. Мне всегда хотелось выразить своё отношение к средневековой Норвегии и её народу в виде захватывающего и многогранного произведения, полностью использовав свои знания и впечатления о ней. Названия частей этого романа-саги выбраны не случайно, они соответствуют ступеням мироздания в скандинавской мифологии. Шагая по ним читатель познаёт их житейскую суть, переживает те же события и ощущения, что и герои повествования. И мне кажется, что о том, что такое Утгард, Мидгард, Хель, Вальхалла нужно пояснять не только в сносках - комментариях, но и на конкретных примерах людских взаимоотношений, характеристик участников событий, изменчивости человеческих судеб и мнений, соприкосновении стихий природы. Вестфольдский ярл Фредрик Неугомонный, кузнец Уле, ведун-целитель Ормульф Тощий и другие герои саги не являются её фоном или антуражем, они в ней живут, любят и ненавидят, верят и заблуждаются, умирают и возрождаются... У каждого человека, в любые эпохи, свой рай и ад. И своя Голгофа. Мифологичность названий глав лишь расставляет акценты понимания для читателя и точки отсчёта для автора.

Предварительная поясняющая информация.
https://upload.wikimedia.org/wikipedia/ … a._860.png
Карта Норвегии VIII-IX вв.

Административное деление современной Норвегии.
Нур-Норге - Северная Норвегия:
Нурланн (Будё) • Тромс (Тромсё) • Финнмарк (Вадсё)
Трёнделаг - Центральная Норвегия:
Нур-Трёнделаг (Стейнхьер) • Сёр-Трёнделаг (Тронхейм)
Вестланн - Западная Норвегия:
Мёре-ог-Румсдал (Молде) • Согн-ог-Фьюране (Лейкангер) • Хордаланн (Берген) • Ругаланд (Ставангер)
Эстланд - Восточная Норвегия:
Осло (Осло) • Акерсхус (Осло) • Эстфолл (Мосс) • Бускеруд (Драммен) • Вестфолл (Тёнсберг) • Телемарк (Шиен) • Хедмарк (Хамар) • Оппланн (Лиллехаммер)
Сёрланд - Южная Норвегия:
Эуст-Агдер (Арендал) • Вест-Агдер (Кристиансанн)
Заморские территории современной Норвегии: 1.Зависимые - земля королевы Мод • Остров Буве • Остров Петра I
2.Интегрированные - Шпицберген (Лонгйир) • Ян-Майен

Официальные сведения о норвежском конунге Хальвдане Чёрном в редакции автора.
Имя: Хальвдан
Прозвище:Чёрный
(др.-сканд.) - Hálfdan svarti
Конунг Агдира (совр. Агдер)
нач. 840-х годов — нач. 860-х годов
Предшественник: Харальд Рыжебородый, дед Хальвдана Чёрного по матери.
Преемник: Кьётви Богатый, властвовавший в Агдире после смерти Хальвдана Чёрного.
Конунг Вестфольда (совр. Вестфолл)
? — нач. 860-х годов
Соправители: Олав Гейрстад-Альв (Олав Гудрёдссон), брат Хальвдана Чёрного;
Рёгнвальд Достославный, сын Олава Гейрстад-Альва (Олава Гудрёдссона).
Предшественник: Гудрёд Охотник, отец Олава Гудрёдссона и Хальвдана Чёрного.
Преемник: Харальд I Прекрасноволосый, сын Хальвдана Чёрного.
Конунг Вингульмёрка ( совр. Эстфолл, западная часть Акерсхуса (исключая Румерике), восточная часть Бускеруда).
? — нач. 860-х годов
Предшественники: Хюсинг, Хельсинг и Хаки Гандальвссоны, сыновья Гандальва Алгейрссона.
Преемник: Харальд I Прекрасноволосый, сын Хальвдана Чёрного
Общие данные
Рождение: нач. 820-х годов
Норвегия (Вестфольд)
Смерть: нач. 860-х годов
оз. Рёнд (совр. Раннсфьорден)
Род: Инглинги
Деды: по отцу - Хальвдан Щедрый на Золото и Скупой на Еду, по матери - Харальд Рыжебородый.
Отец: Гудрёд Охотник, сын Хальвдана Щедрого на Золото и Скупого на Еду.
Мать: Аса, дочь Харальда Рыжебородого, конунга Агдира.
Супруги: Рагнхильд, дочь Харальда Золотая Борода;
Рагнхильд, дочь Сигурда Оленя.
Дети: Харальд I Прекрасноволосый.
Братья, сёстры: брат, Олав Гудрёдссон (сын Гудрёда Охотника от первого брака), посмертно названный народом Вестфольда, Гейрстад-Альвом ( гейрстадским эльфом) и причисляемый к Инглингам.
Ближний круг: Эльвир Умный - воспитатель, наставник; ярл Игге Хитрый  - сподвижник, советник; ярл Харек Волк  - воевода; ярл Гутхорм, брат жены - воевода; ярл Атли Тощий из Гаулара, наместник Хальвдана Чёрного в Согне; Торбьёрн Хорнклови - поэт, сказитель, скальд, известный своим творчеством за пределами тогдашней Норвегии (Северного Пути). Летописец деяний сына Хальвдана Чёрного, Харальда I Прекрасноволосого, первого короля Норвегии.

Даты основных событий романа, а так же приводящиеся  далее в начале каждой главы, даны в христианском летоисчислении, для более привычного их восприятия читателями.

Эпиграф
"Помирились на том, что тело его было разделено на четыре части, и голову погребли в кургане у Камня в Хрингарики, а другие части каждый увез к себе, и они были погребены в курганах, которые все называются курганами Хальвдана".
Снорри Стурлусон. "Круг Земной". Сага о Хальвдане Чёрном.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ                                       
УТГАРД

Над нами властны лишь Боги.
А ряды бронёю крепки.
И ты не стой у нас на дороге.
Не попадайся на нашем пути.
Ведь мы идём в атаку
И нам ворожит случай.
Кровь будоражит нервы
Наш клич морозит души.
Стань, стань первым!
Стань, стань лучшим!

Глава 1
Осень 855г. Вингульмёрк. Резиденция конунга Гандальва Альвгейрссона  усадьба «Конунгов Холм». Истоки грядущих перемен.

Удручённая  осознанием  своего  недалёкого конца северная осень недовольно  хмурилась -  серые тучи стояли низко, прямо над  изгибающейся громадой Вингуль-фьорда, безрадостно вытянувшись и набухая от холодной морской влаги. Ветер надувал усталые щёки, силясь прогнать их подальше от берега, но от его стараний становилось только холоднее. А небо непрерывно и безутешно слезилось осенним промозглым дождём. Как-то незаметно и украдкой подобралась  эта осень. Нельзя сказать, что ее здесь не ждали. Но она всегда приходит незваной, неожиданно и надолго.  Птицы в дневное время стаями поднимались всё выше к небу, в поисках редких лучей солнца, так надёжно согревавшего их летом, и возвращались к земле в поисках ушедших теплых дней. Осенью уставшая природа Севера неудержимо клонится ко сну, чтобы под тёплым снежным одеялом спать и видеть сны о будущей весне, а к отдыху еще предстоит хорошо подготовиться. Не за горизонтом уже глубокие снега, пронизывающие  ветра и долгое томительное время скандинавской зимы.
      Но вот, как часто бывает осенью, уголок утреннего неба очистился, чтобы дать место тоненьким лучикам солнца, которые упали на крышу длинного бревенчатого дома и часть его широкого двора, отражаясь от морской воды, а уходя обратно, скользнули по одинокой фигуре всадника, миновавшего ворота усадьбы  «Конунгов Холм» и устремившегося  к её входу. Рассвет жирными светло-серыми штрихами очертил силуэты строений, частокола, кромку прибрежных камней и перебрался на близлежащие леса. Усадьба  вингульмёркского конунга Гандальва Альвгейрссона действительно располагалась на высоком холме и была его родовым владением, в котором с давним времён проживали   предки конунга. А теперь обосновался и он сам. Ему нравилось её расположение: холм был здесь самым высоким местом и вместе с частоколом давал прекрасные шансы в обороне усадьбы от любого врага, близкий выход к морю гарантировал возможность торговли и доступность любого конца страны на его, Гандальва Альвгейрссона, морских судах.
      Не доезжая десяти шагов до входа в дом Гандальва конунга, всадник спешился и, разминая ноги, осмотрелся. Двор казался широким и длинным, а в нём, кроме дома,  теснились постройки для скота, рабов и дворовых слуг, а в глубине можно было разобрать очертания большой конюшни и строения для проживания внушительного конунгова грида. По краям дома и у дверей стояли  гридни конунга, охранявшие его сон и покой. Всю ночь лил проливной дождь, закончившийся только к утру, и нахохлившиеся мокро-серые тени охранников без всякого желания двигаться, замерли на своих местах. Стражи не были встревожены появлением всадника и, поэтому, не поспешили  ему навстречу, для них он не представлял опасности, потому что здесь все  знали его в лицо.
     Спешившийся был мужчиной высокого роста и старше средних лет, о чём говорили морщинки вдоль лба и вокруг его рта, а так же прядь русых волос с проседью. Лицо его было грубым, почти квадратным с массивным подбородком, выдвинутым чуть вперёд и обрамлённым  длинной русой бородой. Из под  мохнатой шапки, на медленно подходящего к нему старшего гридня  ночной стражи, Фроди Бардссона, сына Барда Угрюмого, смотрели слегка прищуренные блёкло-серые глаза. Они ничего не выражали: ни усталости, ни эмоций, ни  желаний. Но во взгляде сквозила властность, непререкаемость своего положения среди этих людей, привычка приказывать, не реже, чем исполнять приказы. С его насквозь промокшего толстого шерстяного плаща синего цвета стекали струйки мутной воды. Сапоги были в не подсохшей грязи, как и бока его лошади. По всему было видно, что человек этот спешил, потому  и проделал долгий путь, непрерывно находясь в седле. Его звали Хакон Глаза Рыбы и был он хольдом Гандальва конунга, слугой для особых поручений и с особыми полномочиями. Ему дозволялось носить меч, как  и хускарлам-телохранителям конунга. Он мог привлекаться к обслуживанию конунговой трапезы и самолично одевать конунга по утрам. Он имел право передавать слово конунга кому надо и куда надо. И не было у Гандальва Альвгейрссона более надёжного и  изворотливого помощника во всех  щекотливых и тёмных делах.
     - С возвращением, Хакон хольд!  - с ноткой подобострастия поприветствовал его Фроди Бардссон. - Конунг ждал твоего появления ещё вчера вечером. Его сыновья Хюсинг и Хельсинг уже здесь.
     - Пошли кого-нибудь сообщить о моём приезде хольду , который сейчас одевает  Гандальва конунга по утрам, он найдет способ оповестить властелина  обо мне. И пусть мою лошадь отведут на конюшню, - бросил Хакон, направляясь в дом. Ему очень хотелось побыстрей переодеться и согреться. А Фроди Бардссон, отдавая распоряжения своим подчинённым о побудке заспавшихся конунговых гридней, поспешил за ним, крикнув Хакону вслед: -Я сам предупрежу слугу конунга. Не торопись с докладом, переоденься и обсушись...
      Усадьба просыпалась. Дворовый  люд уже суетился вокруг хозяйственных построек: слуги кормили скот, носили воду, разжигали огонь, готовили завтрак. И двор неумолимо  заполнялся привычным гомоном нового  дня. От входа пути Хакона и  Фроди разминулись: Хакон шагнул налево в свой отгороженный угол, а Фроди - в покой конунга. В коридоре вдоль стен на своих привычных местах уже стояли молчаливые хускарлы, морщась от осеннего утреннего холода. В своей каморке Хакон с наслаждением сбросил мокрый плащ, сменил рубаху и надел сухие сапоги. Вытерев мокрую голову полотенцем и пружинисто поприседав, он окончательно согрелся, а за тем накинув на плечи  меховую куртку, вышел в коридор. Его уже ожидали и без промедления провели к Гандальву конунгу.
      В гостевом покое конунга жарко горел очаг, освещая мощные бревенчатые стены, основательные столбы, подпирающие прокопчённый потолок, столы  и скамьи для гостей, щиты и оружие, развешанное по стенам и столбам. Ближе к огню на высоком кресле красного дерева во властной позе располагался пожилой и очень худой человек, сухие и тонкие руки которого, тянулись к огню в бесплодных попытках согреться. На плечах его серел, отливая серебристым блеском, толстый и основательный плащ из волчьих шкур,  не  скрывая массивную золотую цепь на шее. Седые волосы в беспорядке спадали на старческие плечи. Его узкое морщинистое лицо бледным овалом выделялось на фоне яркого света очага.  А в глазах то вспыхивали, то затухали искорки хорошо скрываемого  безумия, а может это были просто отблески близкого огня. В самом же покое витал дух тайны, заговора, подготовки великих изменений и событий, опасной договорённости нескольких против одного.
    - Да прибудет с тобой милость богов вечно, господин мой Гандальв конунг! - приветствовал Хакон Глаза Рыбы  своего повелителя, низко склонив голову.
    - Я выполнил все твои наказы,  всё смог и везде успел, - склонившись ещё ниже, уверенно произнёс слуга конунга.
    - Я долго ждал тебя, Хакон хольд. И надеюсь, ты не разочаруешь нас новостями и своим докладом. Говори! Не медли! - властно произнёс старик, убирая руки от огня.
    - Говори, хольд! - эхом донеслось из-за спины слуги конунга. Это сыновья Гандальва, Хюсинг и Хельсинг вмешались в разговор. Они не были близнецами, а лишь погодками, и отличались друг от друга: Хюсинг был белоголовым и на полголовы выше темноволосого Хельсинга; Хюсинг был стремительным в походке и поступках, а Хельсинг отличался основательностью и медлительностью. Но они всё и всегда делали, как близнецы, вместе или одновременно, уравновешивая друг-друга. Братья не были красавцами, но были наделены мужской статью и силой.
    - Господин, по твоему поручению я встретился с торговым человеком Рагнаром Серебряным из Альвхейма, который был на осеннем торге в Юго-Западном Вестфольде  у конунга Олава Гудрёдссона, брата  Хальвдана Чёрного. Мы были приглашены на пир и я передал Гудрёдссону твоё обещание сделать его правителем всего Вестфольда в случае нашей удачи.  Олав обещал не вмешиваться в грядущие события. Но поддержать тебя открыто конунг Юго-Западного Вестфольда отказался. Мне показалось, что он всё ещё  боится брата, а войско его мало и ненадёжно, -  начал свой доклад Глаза Рыбы.
    - Пусть будет так. Продолжай, - согласился со своим слугой  Гандальв Альвгейрссон и взмахом руки приказал продолжать рассказ.
    - Я  передал твой приказ  и серебро бонду, живущему на нашей границе с Вестфольдом и хорошо знающему конунга  Хальвдана Чёрного. Бонд за то серебро, что я ему передал от твоего имени, встретит и задержит его. Хальвдан конунг придёт на наши земли с малым гридом, придёт не воевать, а договариваться о совместном с вами правлении в Вингульмёрке. В этот раз с ним не будет ярла Игге Хитрого, а будет только Эльвир Умный. С Хальвданом Чёрным будет сорок гридней, но все они будут на лошадях,  - продолжал отчитываться  хольд .
     - Откуда известны подробности? - спросил старый конунг, перебивая доклад своего слуги.
     - От нашего человека в свите Хальвдана Чёрного, Гандальв конунг. Твой послух передал мне эту весть, когда я был уже на  границе с Вестфольдом в гостях у известного тебе бонда. Вестник не захотел задерживаться, чтобы его не заподозрили в измене. Ему я тоже заплатил твоим золотом, Гандальв конунг. И он был доволен. А я видел, что он любит серебро и золото  не меньше , чем ненавидит Хальвдана Чёрного, - ответил Хакон на заданный вопрос.
     - Отец, я думаю, наших с Хюсингом дружин хватит, чтобы покончить с Хальвданом Чёрным, - на этот раз один за обоих братьев  высказался Хельсинг Гандальвссон.
     - И тогда Вингульмёрк будет нашим навсегда, а там глядишь и все земли Чёрного подомнём под себя. А ты, отец, будешь великим конунгом всего Северного Пути, - серьёзно заметил рассудительный  Хельсинг, дополняя слова брата.
    - Теперь о главном, - конунг Гандальв Альвгейрссон вновь нетерпеливо перебил своего доверенного слугу. - Скажи ты в этом преуспел?
    - Да, мой господин. Это было совсем не трудно. Я представился датским торговым человеком и, кажется, мне поверили. А просьбу твою  объяснил своей заинтересованностью в прибыльной торговле на побережье Восточного Вестфольда, где моей выгоде всегда мешают люди из известного тебе  городища Нордберг в Восточном Вестфольде, торгующие прибыльнее меня в этих и других местах. Морской ярл свейских викингов Гримар Гуннарссон Одноглазый, промышляющий грабежом на побережье Альвхейма, согласился сжечь это городище и вырезать всех его жителей, а воинов вместе с местным ярлом, вставших на его защиту, отправить  прямой дорогой в Хель. И заплатил я ему за это, как ты велел, мешочком полновесного серебра. Уверен, он выполнит обещанное. Я видел, как загорелись его глаза от твоего предложения и блеска полученного серебра, Гандальв конунг.
     Здесь конунгов хольд остановился, чтобы  перейти к более стоящим, по его мнению, сведениям: -  И ещё... Твои соглядатаи из Альвхейма видели  ярла из Нордберга, торгующегося на осеннем торге у них в Унгерфьорде. Значит, его сейчас нет дома и ещё долго не будет. Поэтому свеи смогут без помех сжечь Нордберг, а потом перехватить  драккар вестфольдского ярла  на подходе к дому и потопить вместе с командой, - закончил свой отчёт  Хакон Глаза Рыбы.
    - Ты свободен, Хакон хольд, и можешь удалиться. Ешь и отдыхай. Скоро ты снова понадобишься нам, - поставил точку в беседе со слугой конунг Вингульмёрка Гандальв Альвгейрссон. Нехотя сняв драгоценный перстень с указательного пальца левой руки, он бросил его к ногам верного слуги.
     - Вот твоя награда! - произнёс Альвгейрссон и отвернулся. А Хакон Глаза Рыбы, выйдя за дверь гостевого покоя, никого в коридоре не обнаружил. Стражи-телохранители конунга удалились на завтрак, оставив свои копья по углам коридора. И конунгов хольд с жадностью прильнул ухом к краю полога  двери. Чужие тайны были для него и работой, и источником доходов, вначале напрягая ум и память, впоследствии отяжеляли кошелёк.
     - Отец! Ты здоров? Почему для тебя сейчас так важен какой-то Нордберг? Хальвдан Чёрный - наш главный враг и наша  главная цель. При чём здесь Восточный Вестфольд? - разом потребовали объяснений оба Гандальвссона.
     - Вы заблуждаетесь, сыновья мои. Я  - стар, а значит  - мудр. И давно научился отличать правду от вымысла. В этом меня провести невозможно. Жрец Одина Асгуд из капища «Серая Скала», что на нашем побережье, не только рассказал,  но и показал мне во время волшбы, что «творец огня и мастер стали» будет нашим главным врагом и главным помощником Хальвдану Чёрному в его победе нам нами и всем Вингульмёрком. Если этот человек останется жив - умрём мы. Лица его я, увы, не разобрал. Но волхв рассмотрел местонахождение этого человека. Это была ледяная гора, со всех сторон обдуваемая ветрами, у подножья которой плескалось море, разбиваясь о чёрные камни, а с закатной стороны светило солнце. Её увидел и я, а он пояснил, что это -  «Северная Гора», по-нашему «Нордберг»,  и она находится в Вестфольде на земле Хальвдана Чёрного. И ещё он показал мне, как умру я и погибнете вы. Но не просите, я больше ничего не скажу,-  по лицу старого Гандальва пробежала скупая слеза жалости к себе и своим сыновьям.- Никому не дано знать свою смерть. Пусть так и будет. И что бы мы не совершили, молю богов  милостиво принять  нас в своих чертогах...
____________________
Утгард - (др.-исл. «внешнее отгороженное пространство»,  «окраинная земля», «заграница», «враждебный мир злых духов»; др.-сканд. Утгар - «мир за частоколом Мидгарда», «мир демонов», «мир злых и неугомонных духов») - трансцендентный мир, «внешний» по отношению к земному, материальному миру, называемому Мидгард, или «срединное отгороженное пространство», где обитают люди. По сути, Утгард - враждебный мир, состоящий из ненависти, предательства, заговоров, злоумышления.

Осень 855 г. - даты основных событий романа, а так же приводящиеся  далее в начале каждой главы, даны в христианском летоисчислении, для более привычного их восприятия читателями.

Вингуль-фьорд - др.-сканд. название «вингулль» отражает изогнутую форму данного фьорда. Сейчас он называется Осло-фьорд.

Вингульмёрк (Вингульмарк) - дословно можно перевести как «изогнутый фьорд, поросший густым тёмным лесом». Историческая область средневековой Норвегии, на востоке граничившая с Альвхеймом, а на западе - с Вестфольдом, суженая в то время до административной единицы, состоящей из Осло, Берума и Аскера, в период зарождения этих поселений. Согласно королевским сагам, в эпоху викингов Вингульмёрк представлял собой независимое королевство. Сейчас он включает в себя Эстфолл, западную часть Акерсхуса (исключая Румерике), восточную часть Бускеруда (коммуны Хурум и Рёйкен) и территорию Осло.

Конунг - вождь, лидер, высший представитель родовой знати у скандинавов в раннем средневековье. В период, предшествовавший разностороннему объединению в Норвегии, Дании и Швеции, конунг возглавлял население одной или нескольких областей страны; некоторые из известных конунгов были предводителями дружин, живших военной добычей и участвовавших в походах викингов; но все эти вожди стремились к созданию военных и политических союзов, целью которых было объединение земель и народов под своей рукой. Из главы военного союза объединённых земель и народов конунг  в процессе начавшейся феодализации общества постепенно превращается в короля - главу государства.

Грид (гридни) - личная дружина конунга, состоящая из его собственных людей. Грид мог быть пешим или конным.

Хускарл - в раннем периоде средневековой Норвегии этот термин означал старшего дружинника, домашнюю прислугу или дворовых слуг. В рунических же надписях эпохи викингов термин приобрел значение личной охраны господина (конунга), то есть «домашней стражи», в широком смысле, а, в узком смысле, лучших воинов-профессионалов, возведённых конунгом в ранг своих телохранителей.

Хольд - вольный человек, возможно не знатного рода, на службе у конунга или его привилегированный слуга с расширенными полномочиями - постельничий хольд, трапезничий хольд, оружейный хольд, хольд для тайных дел и т. д. Второе значение этого слова - искусный воин знатного происхождения, вынужденный прибегнуть к службе у правителя края (страны).

Ярл - у скандинавов в раннем средневековье родовая знать, иногда правитель частей (областей)  страны. В более поздних источниках этим словом обозначалась должность знатного человека на службе у правителя страны. По данным исландских саг, ярлы были наместниками конунгов в фюльках - областных единицах Норвегии. Свободный (морской) ярл  - безземельный ярл, живущий морскими набегами. Наследный ярл - владетель собственных земель, передаваемых по наследству.

Игге Хитрый - человек из ближнего круга Хальвдана Чёрного, сподвижник и главный советник этого конунга в описываемый период времени.

Альвхейм - дословно означает «жилище Альвов (эльфов)». Ныне не существует. Исторический район, имевший место  на востоке средневековой Норвегии, эта область располагается сейчас между реками Гломма (норвежский фюльк Эстфолл) и Гёта-Эльв (шведский лен Бохуслен).В описываемый период времени, только пограничный с Вингульмёрком  Альвхейм был норвежским, остальной — шведским.

Вестфольд - историческая область средневековой Норвегии, располагавшаяся в её юго-восточной части  и представленная в то время Восточным (центральным, внутренним) Вестфольдом и Западным (точнее юго-западным по отношению к первому). Вестфольд считался главной вотчиной древнего рода Инглингов в Норвегии. Сейчас он представлен фюльком Вестфолл в Эстланде (Восточная Норвегия).

Гандальв Альвгейрссон - сын Альвгейра (его прозвище или родовое имя доподлинно не известно), конунг Вингульмёрка в описываемый период времени, правивший этим краем после смерти Гудрёда Охотника, отца Хальвдана Чёрного.

Хюсинг и Хельсинг Гандальвссоны - сыновья Гандальва  Альвгейрссона, в последствии, после смерти отца, принявшие власть над Вингульмёрком.

Хель - в скандинавской мифологии царство мёртвых (в подземном мире), называемое Нифльхель, а так же подземная кузница Тора, в которой гномы-цверги ковали для него волшебное оружие, в ожидании Рагнарёка. Второе значение  - имя хозяйки подземного царства мёртвых.

Свейских викингов  - шведских викингов.Шведов в старину называли свеями, т.е. жителями Свеарике.

Закатная сторона  - западная сторона. Восходная сторона - восточная сторона. Полночная сторона  - северная сторона. Полуденная сторона  - южная сторона.

Отредактировано Norgeborg (29-03-2016 21:07:57)

+7

2

Norgeborg, отличное начало !!!
Даже докапываться неохота, с нетерпением жду продолжения.

+1

3

Начало хорошее. Заклепки искать не буду, ибо в теме не силен.

+1

4

Глава 2 .
Осень 855г. Южный Альвхейм на границе со Свеарике. Морской ярл Гримар Гуннарссон Одноглазый. Вновь к чужим берегам.

Над Северным морем тускло сияло осеннее солнце. Холодный ветер силился раздуть непокорный парус драккара, но сил его явно не хватало и он обвисшим мешком покачивался на мачте.  Вода вдали   казалась темно-синей, с отливом в глубокую черноту. По ней в разные стороны бежали стада белых, непокорных «барашков» пены. Вблизи бортов, одиноко стоящего на воде морского судна, вода вздыбливалась зелеными волнами, сквозь которые просвечивали блёклые солнечные лучи. Готовый к отплытию драккар свейских викингов стоял на якорях в открытой воде фьорда, отделенной от берега цепью каменистых островков. Чёрный, как ворон и опасный, как змея, «дракон морей» ожидал попутного ветра.
     На одиноком корабле предводительствовал морской ярл Гримар Гуннарссон Одноглазый. После встречи с  Хаконом Глаза Рыбы и договора, подкреплённого серебром, он вновь собрал свой хирд  для морского набега. Желающих было в достатке. Каждому хотелось урвать жирный кусок добычи перед холодной, скучной и жадной на впечатления зимой. Гримар был опытным викингом, его лицо было выдублено  ветрами и высушено морской солью, а руки его покрывали шрамы - следы былых сражений, в одном из которых он потерял левый глаз, и теперь звался Одноглазым. Ярл имел кряжистую фигуру и ноги, привычные к морской качке. Казалось, он никогда не снимал шлем и тяжёлую двойного плетения кольчугу, а спал в обнимку с мечом. За десять лет хождения в вики, он приобрёл авторитет жестокого и беспощадного вождя, совершенно  чуждого состраданию и жалости. Дурная слава шла о Гримаре и его бойцах по всему побережью.  А пролитая ими невинная кровь, должна была давно утопить их. Гримар  родился  на берегу свейского озера Меларен, а отец его был богатым мясником.  Так что, кровь и муки забиваемых на мясо животных, с детства были ему привычны и не тяготили сердце. Гримар в ожидании ветра, стоял на носу драккара и смотрел на горизонт поверх тёмной морской воды. Рядом переминаясь с ноги на ногу, в таком же нетерпеливом ожидании, стояли его верные  хускарлы - Стиг Короткие Ноги, Бьярни Тугодум, Ульф Седобородый и  Годри Лисица.
     Викинги  напряжённо ждали  попутного северного ветра. Гримар и его люди были  не очень-то веселы, отправляясь в этот внеплановый, но многообещающий поход, потому что долгожданного ветра, приближающего их к добыче, не было целый день. А долго ждать они не умели. Поэтому, нервозностью ожидания заразились все. И Гримар, чтобы отвлечь их от уныния , тихим голосом повторял:  - Помните, усадьбу сжечь,  жителей же и воинов придать смерти, всех до единого, и ещё помните, за голову кузнеца  я заплачу отдельно, тому кто мне её принесёт, а всё, что там возьмёте - ваше.
     И вдруг, о чудо! Вначале слабо, а затем всё сильнее и сильнее подул долгожданный северный ветер. На корабле уже нет и следа того уныния, которое только что царило. Радость от того, что случилось начисто смыла все огорчения и переживания викингов. И вот драккар выходит из фьорда в открытое море. Настал час, и он уплывает от берегов Свеарике, от скуки грядущей зимы, в мечтах о будущем богатстве и славе. И как бы ни сложилась дальнейшая судьба похода, вряд ли, все отплывшие сегодня, снова ступят на эту землю, вряд ли все, ушедшие в набег, живыми и богатыми вернутся сюда. Они уходили, а в такт вздымающимся над водой вёслам, звучала попутная песнь йомсвикингов, помогающая задать вёслам нужный ритм, а мускулам гребцов, соответствующую этому ритму, силу :

Хо-эй! Хо-ах! Дружно вёслами делаем взмах!
Изнова пахари вод на простор вышли.
Песня наша звучи гордо...
Голосом волн вторят нам боги.
Ветрила стяг, надувая бодро.

На восходе Ран стелет крепкие сети. Ньёрд же ветра посылает попутно...
Норны чертят Судьбы нашей руны. Браги-скальд  освятил  клятву братству  навечно...

Хо-эй! Хо-ах! Дракон наш, как чайка, парит на волнах!
Земли  пахарь хулит нас нещадно.
Равный же почитает везде...
Живы  мы, пока зрят наши очи.
Стругов чужих паруса на воде.

На восходе Ран стелет крепкие сети. Ньёрд же ветра посылает попутно...
Норны чертят Судьбы нашей руны. Браги-скальд  освятил  клятву братству  навечно...

Хо-эй! Хо-ах! Дружно вёслами делаем взмах!
Тучные нивы жнецов встретят.
Богатую жатву сберём споро...
Берег покроют добычи скирды.
Бондов  прибрежных укротим норов.

На восходе Ран стелет крепкие сети. Ньёрд же ветра посылает попутно...
Норны чертят Судьбы нашей  руны. Браги-скальд  освятил  клятву братству навечно...

Хо-эй!Хо-ах! Дракон наш, как чайка, парит на волнах!
Одину хвалу вознесли щедро.
Тору обет даём крепкий...
Жизни берём не рукой вора.
Правь одна и у нас, и у Смерти.

На восходе Ран стелет крепкие сети. Ньёрд же ветра посылает попутно...
Норны чертят Судьбы нашей руны. Браги-скальд  освятил  клятву братству навечно...
__________________
Свеарике  - средневековое название Швеции. Переводится следующим образом: "свеа " - шведов, "рике" - страна, царство, государство.

Драккар - буквально «корабль-дракон» или «дракон морей»  - так сегодня принято называть деревянный корабль викингов,имевший очертания "морского змея":  длинный и узкий, с высоко поднятыми носом и кормой, зачастую имеющий чёрную окраску. На носу большинства этих морских судов крепилась резная голова дракона. Три наиболее известных и лучше всего сохранившихся до наших дней корабля были найдены в норвежских курганах близ Осло-фьорда  - в Гокстаде, Усеберге и Туне.

Вик - морской поход ( набег) викингов.

Меларен -  озеро в Швеции, известное с древних времён (по легенде создано богиней Гевьон). На озере расположено множество островов, а на одном из них был основан раннесредневековый торгово-политический центр Бирка.

Йомсвикинги - полулегендарное братство викингов, существовавшее в X-XI веках. Йомсвикинги были наёмниками и разбойниками, но очень опытными и профессиональными воинами. Вероятно, они представляли собой первый прототип рыцарского ордена в Европе. Главная база йомсвикингов находилась в городе-крепости Йомсборг (в районе Вендского города Волынь). Будучи закоренелыми язычниками, они поклонялись Одину и Тору.

Ран - в германо-скандинавской мифологии - великанша, штормовое божество моря, сестра и жена Эгира, хозяйка морских глубин. Ран владела волшебной сетью, которую набрасывала на корабли и затягивала их в свои подводные чертоги.

Ньёрд - в скандинавской мифологии бог из числа ванов, отец Фрейра и Фрейи. Ньёрд представлял ветер и морскую стихию.

Норны - три скандинавских богини судьбы. Первой норной была мудрая старая Урд ("судьба"), читающая свиток прошлого. Вторую, средних лет, звали Верданди ("становление"), она символизировала настоящее. Третья, совсем юная, Скульд ("долг"), хранила свиток будущего. Норны жили возле источника Урд у корней мирового древа Иггдрасиль, которое они ежедневно поливали влагой из источника.

Браги - в германо-скандинавской мифологии любимый сын Одина, бог-скальд, покровитель поэзии и красноречия,  прославленный своей мудростью и находчивостью, муж богини Идун. Бог, так же, покровительствовавший клятвоприношению ( братство йомсвикингов держалось на клятве верности его идеалам, и одной из причин распада этого объединения людей, было нарушение братской  клятвы  - клятвопреступление).

Правь - правда, правильно, правило, закон "правильного" бытия.

Отредактировано Norgeborg (06-03-2016 22:43:59)

+3

5

Глава 3.
Осень 855. Юго-Западный Вестфольд. Усадьба конунга Олава Гудрёдссона, брата Хальвдана Чёрного. Разговор отца и сына. На острие междоусобицы.

Здесь в приморских лесах, заполнивших широкую долину между  невысокими холмами, давно не слышно разноголосия птиц, и даже лесные обитатели редко появляются на открытом пространстве лесных опушек. Осень - ещё не зима. Это только зимой будут щебетать оставшиеся здесь на зимовку птицы, веселя себя и окружающих короткими зимними днями, а зверьё будут искать себе поживу среди мягкого снежного простора. И будет сиять холодное, но властное зимнее солнце. И будет петь под санями дровосеков настоящий зимний снег. А пока всё живое замерло в ожидании грядущих перемен в природе.
      Первых снег посеребрил макушки зелёных богатырей-красавцев, стражами стоящих вокруг просторной усадьбы здешнего властелина, сегодняшнего хозяина Южного и Западного Вестфольда Олава  Гудрёдссона, сына Гудрёда  Охотника и кровного брата Хальвдана Чёрного. Хольд Гандальва Альвгейрссона, Хакон Глаза Рыбы, и его спутник, торговый человек Рагнар Серебряный из Альвхейма, покинули усадьбу здешнего конунга ещё ночью после пира в их честь. Олав в одиночку принял решение и сообщил его посланнику из  Вингульмёрка, но не почувствовал облегчения, разом разрешив эту проблему положительным ответом.  И вот теперь он и его сын, которого звали Рёгнвальд, сидели в полном молчании. Рёгнвальд старался не смотреть на отца, потому что не был согласен с его решением, а открыто высказать недовольство не хотел,  ждал запоздалых объяснений отца.
     Вот так и сидели друг напротив друга двое мужчин, владетелей Западного и Южного Вестфольда, в руках которых находилась дальнейшая судьба этого края. Отец и сын. Отец расположился на своём обычном месте рядом с очагом, застарелая болезнь суставов заставляла его держать ноги ближе к теплу, а сильные узловатые руки он расположил на коленях. Его мужественное, продолговатое лицо с небольшими морщинками вокруг глаз было спокойным,  серые глаза конунга внимательно и немигающе смотрели на сына. Он был одет в плотную светлую льняную рубаху и  добротный меховой плащ из шкуры бобра, отделанный изнутри  дорогой блестящей тканью, который  не способен был скрыть властную осанку и огромную, угловатую фигуру хозяина.  Олав был уже не молод и имел большой жизненный опыт. Отец его погиб внезапно и необъяснимо, завещав ему этот плодородный и  многообещающий край с его красотой, богатством и пограничными проблемами. Кто был его палачом или купленным  убийцей? Доподлинно не знает никто. Пожалуй, кроме самого  Олава Гудрёдссона,  его сына, умного, проницательного, осторожного и вдумчивого Олава конунга,  для которого не было мелких и незначительных проблем и событий, и который с детства привык анализировать всё , что происходит вокруг, и всё , что грозит или благоволит ему. Он-то знал, что вероятнее всего отца убили по приказу  Альвхильд из Альвхейма -  его матери, первой жены его отца, которая не смогла словами убедить Гудрёда Охотника в необходимости отдать часть его Вингульмёрка и Вестфольд в наследственную  власть просвейскому  Альвхейму. И  Гудрёда Охотника,  отца Олава,  устранили. Брату Олава, Хальвдану Чёрному, в то время исполнился год и до его зрелости Олав взял весь Вестфольд на себя. Гудрёдссон же в дальнейшем, как старший и осторожный  брат, не мог надеяться на проницательность мальца Хальвдана Чёрного и, потому   не пытался открыть ему свои подозрения и мысли. Ведь, подозрения и мысли, это - только подозрения и мысли самого Олава Гудрёдссона. И пока нет им подтверждения, признания и правдивого отражения, они остаются исключительно его мнением и глубоко личным суждением.
      Восемнадцать зим Олав конунг спокойно правил всем Вестфольдом и всё это время объединял, обустраивал, укреплял и защищал  этот край. Он ничего не жалел для славы и процветания этой земли: ни средств, ни сил, ни себя самого. В его правление Вестфольд стал значимым настолько, что с ним  стали считаться и соседи,  и враги. Плодородные равнинные земли он раздал бондам, на них они выращивали скот и хлеб. Олав часто привечал торговых людей и торговля бойко шла на этой земле. Восемнадцать лет этот край не знал войны, хотя был пограничным с Вингульмёрком с востока, Сконе и  Свеарике с юга, а соседи эти всегда отличались воинственным духом и тягой к грабительским набегам. Всё изменилось с приходом возмужавшего Хальвдана Чёрного. Он расколол Вестфольд надвое, забрав себе восточную часть его, оставив Олаву юго-западную. А затем Хальвдан решил вернуть себе земли в западном Вингульмёрке, граничащие с  его восточным Вестфольдом, завещанные ему отцом, которые теперь были захвачены Гандальвом Альвгейрссоном. Так началась пятилетняя война с Вингульмёрком за Хальвданово наследство, которая  шла с переменным успехом (никто не мог победить сразу или окончательно), и  не только на пограничье, но и в самом Вестфольде. И за это время Вестфольд опустел, оскудел и перестал быть цветущим краем: скот угонялся захватчиками, посевы вытаптывались обеими сторонами, воюющими на этой земле, свободных людей делали рабами, ремесленники и умельцы ушли искать лучшей жизни в другие земли, торговля прекратилась. Олав помогал брату , как мог: кормил его воинов, давал им кров, сам со своей дружиной участвовал в битвах, поддерживал брата в его стремлении вернуть отчину любой ценой. Но цена эта  для Вестфольда оказалась слишком высокой. И Олаф конунг был очень рад, когда Хальвдан Чёрный замирился с хитрым Гандальвом Альвгейрссоном, обещавшим вернуть ему западный Вингульмёрк, принадлежащий ранее Гудрёду, отцу Чёрного и Олава конунга.
      С тех пор прошёл один год. За это время в Вингульмёрке произошли большие перемены и значимые события. Сыновья Гандальва, Хюсинг, Хельсинг и Хаки, объединились. И, соединив свои немалые дружины, за прошедшую весну и лето удачно пограбили соседей, не ожидавших от них такой прыти. Видимо, старый конунг   Гандальв Альвгейрссон дал им полную волю в делах Вингульмёрка. И Олав конунг лучше других понимал, чем грозят эти перемены  Вестфольду, он предчувствовал надвигающуюся войну, к которой не был готов. Безумием бы было для него пытаться отстоять Вестфольд с остатками своей дружины, а для набора новой необходимо было серебро и время, но ни того, ни другого у него не было. Значит опять будут гореть пожары на его земле, значит опять враги будут убивать, грабить и уводить в рабство его людей, значит опять Вестфольд будет падать в бездну нищеты и забвения? Не было у Олафа  Гудрёдссона постоянных и надёжных союзников из близлежащих земель. Он хорошо уживался и доходно торговал с Гейрстадом, Упплёндом, Согном, Альвхеймом и Агдиром,  но никогда не просил у них военной помощи. Всю свою жизнь он так и воевал самостоятельно - то с одними набегающими врагами, то с другими, но за время этих скоротечных конфликтов он не приобрёл ни верных боевых друзей, ни постоянных врагов, за исключением Вингульмёрка, да и то, только в последние годы. А вот вестфольдцы его любили и прощали ему все погрешности правления, которых, к слову сказать, было не так и много, потому что был он для них свой, родной и, может быть, он единственный, конунг Олав Гудрёдссон, наиболее полно выражал  собой особенный, "вестфольдский норов" - всегдашнюю способность отстаивать  границы своих  владений самостоятельно, неуступчивость ни природе, ни чужакам, гордость за себя и свой край и суровость, соответствующую  неласковой природе этой земли.
   Молодой Рёгнвальд, терпение которого закончилось, первым заговорил, не выдержав молчания отца, и Олаву конунгу пришлось отвечать:
    - Отец, ты предал брата?
    - Почему ты так решил, Рёгнвальд?
    - Но, ведь ты согласился пропустить войско Гандальвссонов на его западные земли, на Упплёнд и Согн. Ты согласился не вмешиваться в их противостояние и не помогать Хальвдану конунгу воинской силой. А, если они исподтишка или из засады, убьют твоего брата? Как ты  с этим будешь жить дальше? Ты действительно хочешь быть хозяином всего Вестфольда такой ценой- ценой предательства?
    - Мой брат и твой дядя, Хальвдан Чёрный, сейчас у себя в Восточном Вестфольде и он не собирается воевать с Вингульмёрком, он собирается решить всё миром. Мне кажется, что Гандальвссоны хотят того же. Но старому лису Гандальву Альвгейрссону, их отцу, доверять не стоит. И об этом Хальвдан знает лучше меня и будет осторожен. В одном ты прав -  вингульмёркцы что-то затевают. Я предчувствую очередную кровопролитную войну. Не зря ведь нас посетил сам Хакон Глаза Рыбы с предложениями от своего господина,  Гандальва Альвгейрссона, и его сыновей.
    - Ты сказал ему своё решение, отец. Ты согласился на их предложения. Но, как быть дальше? Я не хочу чувствовать себя предателем родного дяди, великого конунга Северного Пути. И чем помочь ему я  не знаю. А ты знаешь?
    Олаф конунг успокаивающе посмотрел в глаза сына и положил свою большую руку поверх его узкой кисти.
    -У брата Хальвдана есть верные союзники и друзья по всей нашей земле. А мой Вестфольд - один на пути грозного и безжалостного врага. Один против всех его сил. И путь врага близок. Нам всегда первый удар, первый набег, первый огонь. Поэтому сейчас в слабости нашей надо постараться этот удар упредить, а набега избежать. Время теперь для нас дороже серебра и золота.  Потому что, этого времени, необходимого на снаряжение и сбор войск, у нас нет. Но есть оно для того, чтобы усыпить бдительность врага покорностью и мнимой верностью, мнимой алчностью в обладании всем Вестфольдом единолично. А, чтобы быть до конца честными перед собой и народом нашим, Хальвдана о грозящей угрозе  и  вражеском вторжении нужно будет предупредить  и предупредить вовремя. А он помогая себе, поможет и нам. Мы - не предатели, а единственные ответчики за свою землю  и единственные защитники её, никогда от врага не бегавшие. Да и куда нам бежать?
       В глазах молодого  Рёгнвальда засветился огонёк понимания и согласия со всем, что сказал отец. Теперь, когда его сердце было спокойным и убеждённым в своей правоте,  ему стало легко и свободно. Да, выбор был сделан, и это был выбор сильного, а не слабого, понуждаемого и поставленного на колени, соседа-противника. Сильные духом знают жертвенность, слабые - боятся и отрицают ее.  И сильный человек имеет свои слабости, и может быть порою слабым, и может плакать, или пожаловаться о чем-либо, однако он не боится обнаружить свою слабость, он не прячется от нее, он принимает ее, как часть себя, но он не слаб духом своим, его слабости – временны, а вот слабый человек – слаб всегда.  Сильный человек любит и свой край, и весь мир, любит и ценит чужую жизнь, уважая всё сущее на Земле, слабый же любит лишь говорить о любви.
________________
Сконе - историческая область Южной Швеции, в регионе Гёталанд, имевшая выход к Балтийскому морю, называемому шведами и датчанами Восточным. Выход к морю означал для сконцев возможность торговли со всей Скандией, а так же, не исключал грабительских походов викингов с этих берегов. Сконе долгое время принадлежала Дании.  В настоящее время границы провинции практически совпадают с границами современной административной единицы Швеции, называемой лен Сконе.

Гейрстад(Гейрстадир,Гьерстад) - историческая область средневековой Норвегии, в описываемое время, примыкавшая к юго-западной части Вестфольда. Как территориальная единица тогдашней страны фьордов просуществовал недолго и вскоре после описываемых событий стал частью Вестфольда.

Упплёнд(Оппландене,Оппланн) - историческая область, располагавшаяся в западной части  средневековой Восточной Норвегии. В то время Упплёнд включал в себя Тотн, Ланд, Хадаланд. Сейчас это фюльк Оппланн в Эстланде (современная Восточная Норвегия).

Согн  - историческая область в центре  Западной средневековой Норвегии. Сейчас часть фюлька Согн-ог-Фьюране в Вестланне (современная Западная Норвегия).

Агдир - территориальное образование, располагавшееся на самом юге средневековой Норвегии. Сейчас это Агдер, включающий в себя фюльки Вест-Агдер и Эуст-Агдер в Сёрланде (современная Южная Норвегия).

Отредактировано Norgeborg (14-03-2016 00:23:16)

+3

6

Norgeborg написал(а):

леса.Усадьба

Norgeborg написал(а):

Гандальва конунга , всадник спешился и,

Norgeborg написал(а):

Двор был широким и длинным, а в нём, кроме дома,  теснились постройки для скота, рабов и дворовых слуг, а в глубине можно было разобрать очертания большой конюшни и строения для проживания внушительного конунгова грида.

В русском языке пробел ставиться ПОСЛЕ знаков препинания.
И ОЧЕНЬ много "былин" 98% "былин" можно удалить. Я про весь текст.

+1

7

Уважаемый,Barro!Спасибо за первый конструктивнный отзыв.

Barro написал(а):

В русском языке пробел ставиться ПОСЛЕ знаков препинания.

Согласен с вами полностью, но в первоначальном тексте, до вставки в редактор, всё так и было. В последующих выкладках буду контролировать и исправлять. По представленному тексту уже проделал эту работу.

Barro написал(а):

Norgeborg написал(а):Двор был широким и длинным, а в нём, кроме дома,  теснились постройки для скота, рабов и дворовых слуг, а в глубине можно было разобрать очертания большой конюшни и строения для проживания внушительного конунгова грида.

Слова, указанные вами, в данной фразе несут различную нагрузку и являются разными частями предложения. И, следовательно, не являются повторениями. Но, учитывая ваши пожелания, исправил первое "был" на "казался". Кстати, "былей" не так уж много и не все их можно обтесать.

Barro написал(а):

В книгах я не люблю непонятные слова и сноски.

Я с вами согласен - сам не люблю дополнительный текст. Но, если речь идёт о другой стране и временах иных, стоит ли оставлять читателя в неведении? Стоит ли своими словами порождать дополнительный вопросы по тексту? Сноски - комментарии же введены по просьбе читателей, которые столкнулись с проболемами, описанными мною выше. К слову, классики тоже не чурались сносок -комментариев.
Спасибо за комментарии к моему  творчеству. Жду дальнейших советов-поправок перед выкладкой последующих глав романа. Заранее благодарен за критику и поправки.
С уважением, Norgeborg.

Отредактировано Norgeborg (06-03-2016 23:06:15)

0

8

Norgeborg написал(а):

Но, если речь идёт о другой стране и временах иных, стоит ли оставлять читателя в неведении? Стоит ли своими словами порождать дополнительный вопросы по тексту?

ИМХО тут нужен глоссарий. Другое дело, что по мере выкладки надо пояснять постоянно, то тут просто ставить в конец поста, со сквозной нумерацией.
По былинам, я выделял не близкий повтор, а слова-паразиты. в выделенном случае они убираются без проблем.

+1

9

Спасибо за пояснения, ещё не поздно, и всю массу моих сносок, можно преобразовать. Какие советы вы можете дать по заведению глоссария (я просто не совсем ясно представляю его расположение по тексту), а насчёт сносок-комментариев, я предварительно консультитровался  на сайте, и то, как я их воспроизвёл, является не моим хотением или избретением, я выполнил рекомендации старших товарищей.
Спасибо за советы, надеюсь получить новые, необходимые для более простого восприятия моего творчества.
С уважением, Norgeborg.

Отредактировано Norgeborg (07-03-2016 01:42:49)

0

10

Глава 4
Осень 855г. Вингульмёрк на границе с Восточным Вестфольдом. Хутор бонда Атли Торнсона. Выбор слабого.

Все молчаливей и грустней становится осень в этих краях. Все ближе-ближе зима. Облака  сплошные и серые, в воздухе стоит туманная дымка, а по утрам лужи вокруг дома Атли Торнсона  уже покрывались корками льда. Совсем редко над его хутором стало появляться солнце. Кучевые облака на небе сменила тусклая серая пленка. Тепла совсем уж не осталось. То дождь со снегом вихрем крутит, то просто мелкой изморосью непрестанно льёт весь день, а то и солнце выглянет немного и тут же спрячется за линию дождя. Посохшую траву примял мокрый снег. В долинах на воде рек и озёр уже образовался первый тоненький ледок. Только море, незамерзающим исполином, бьёт о прибрежные камни и недовольно ворчит осенним тёмным прибоем.
    Хутор в пограничье - место особое. В мирное время хозяин его живёт доходно - все торговые пути от моря и к морю идут через границу. В мирное время на его полях зреет хлеб, а на привольных лугах пасутся стада, дающие шерсть, молоко и мясо. Но война  - сущее бедствие для одиноких хозяйств, стоящих на границе. Они - беззащитны. И первыми принимают огонь и смерть от набежавшего врага. А, если война на этой земле длится годами, то можно напрочь забыть о привольной хуторской жизни и каких - либо доходах - от хуторов остаётся только пепел, да неубранный в поле урожай, гниющий под дождём и снегом.
    Все в этом краю знают зажиточного бонда Атли Торнсона. Его хутор не сгорел в пламени последней войны и не был разграблен. Хальвдан Чёрный уважал трудолюбие, тягу к жизни и хозяйственный талант этого человека, поэтому проходя через его земли походом  на Вингульмёрк, брал только необходимое, а впоследствии подружившись с оборотистым хозяином, платил серебром за всё. Владетель Вингульмёрка, Гандальв Альвгейрссон, так же благоволил к пограничному бонду и часто приглашал к себе в гости. Атли Торнсон не отказывался, привозил богатые подарки и славил в дальнейшем ум, щедрость и удачливость своего господина везде, где представлялась возможность. По натуре  Торнсон не был хитрым или лживым, он всегда готов был услужить и послужить, если видел в этом свою выгоду. Серебро же и золото манили его всегда, а в обладании ими в достаточном количестве, он видел смысл всей своей жизни, в которой он больше всего ценил блеск и количество этих металлов.
     Хольд Гандальва Альвгейрссона, Хакон Глаза Рыбы, прибыл рано утром и теперь сидел в трапезной дома Атли Торнсона, с жадностью поглощая пищу и запивая её большим количеством пива. А бонд  в молчании ждал, когда он насытится и приступит к делу, за которым приехал. В трапезном покое жарко горел очаг и от мокрого плаща Хакона шёл пар. Но он, поглощённый едой, не спешил его скинуть. И вот насытившись и утолив жажду, посланник скинул мокрый плащ и повернул своё лицо к  Атли Торнсону.
     - Спасибо за завтрак, владетельный бонд Атли. Наш господин, Гандальв конунг, передаёт тебе пожелание здоровья и процветания. Здорова ли  твоя семья? Успешно ли хозяйство? Как в этом году с урожаем? Есть ли прибыток с торговли?  - традиционно начал беседу  Хакон Глаза Рыбы.
    - Всё в порядке, Хакон хольд. Прости, но, что привело тебя ко мне в такую непогоду, да ещё  в столь раннее время? - напрямик спросил Атли  Торнсон. Спросил и впервые вплотную увидел глаза Хакона. Блёкло-серые,  слегка прищуренные и холодные, как кусочки льда, они смотрели в самое нутро бонда Торнсона. И было в них что-то нечеловеческое, что-то от хищной рыбы. Так, наверное, касатка смотрит на тюленя, которого наметила  в жертву. От взгляда этих страшных  и завораживающих глаз он не мог пошевелиться.
    - Кто для тебя Хальвдан Чёрный и что тебя с ним связывает, бонд? - прозвучал голос Хакона Газа Рыбы и вывел Атли из оцепенения.
     - Хальвдан конунг всегда добр ко мне и я плачу ему тем же. Я считаю его другом и в моём доме он всегда желанный гость.
     - Ты - не прав, ничтожный бонд, конунг не может быть другом, он может быть только господином. А Хальвдан Чёрный - враг твоего господина, Гандальва конунга и его сыновей. Значит  и твой враг тоже. А врага нужно уничтожать. Ты сидишь на земле своего господина, Гандальва  Альвгейрссона, и это он даёт тебе жить и дышать вольно. Но ты не хочешь платить ему верностью, да  ещё и с врагом спутался. Хватит юлить. Пора сделать выбор - с кем ты сегодня и против кого. Если ты с врагом нашим, Хальвданом Чёрным, то я убью тебя прямо здесь. Если ты  - верный слуга Гандальва конунга, будем говорить дальше. Выбор за тобой, бонд!  - зловеще произнёс  Хакон Газа Рыбы и положил свой меч на лавку рядом с собой.
      В голове бонда закрутились и запрыгали тягучие, как смола, и в то же время, мелкие , как горох, мысли. Что выбрать и как поступить, чтобы никого не предать и не обидеть? Что сказать страшному человеку? Как ответить, чтобы его самого, Атли Торнсона, и его хутор, навсегда оставили в покое? Слаб человек, стоящий перед выбором. Особенно, когда выбирать не из чего, а выбор жизненно необходим, так думал испуганный бонд.
      Но мир сложен разнообразием взаимоотношений живущих в нём людей. Каждый стремится к красоте и достатку, каждый хочет быть успешным, знаменитым и уважаемым человеком. Но у каждого, в силу его характера и степени зависимости в этом мире, складывается своя судьба, и далеко не каждому дано воплотить желаемое в действительное. Все люди рождаются разными: у каждого своя доля (слуга или гоподин, хозяин или раб, воин или бонд, мореход или землепашец) и своя воля (или безволие), разные потребности и возможности, разные места рождения, разные предки, разный подход к ценностям мира, в котором они живут. Сам мир и жизнь в нём, так же делают их разными, делят на слабых и сильных. Слабые люди вполне могут быть добры, сострадательны к чужому несчастью, но эта сострадательность -  маска, личина, за которой часто скрывается лишь страх за себя самого  и жалость к себе.  В жизни они всегда зависимы и ведомы, предпочитают плыть по течению реки, вместо того, чтобы самим создавать свое течение и при надобности изменять его. Они не могут самостоятельно принять важное решение, а уходят в придуманную жизнь своего придуманного мира. Там, в мире созданных иллюзий, они чувствуют себя уютно и привольно, в то время как жизнь в реальности, видится им враждебной и пугающей. У таких, как бонд Атли Торнсон, слабость духа проявляется в том, что они настолько боятся потрясений и перемен, поступающих от внешнего мира, что воспринимают этот мир, как враждебную напасть, а потому предпочитают остаться в стороне, в одиночестве, но, тем не менее, от этого очень сильно страдают, могут чувствовать себя буквально несчастными, почти что изгоями; и все же, в качестве своего выбора, предпочитают душевные муки, нежели сделать шаг вперед в неизвестность…Люди со слабым духом всегда трусливы и  трусливы настолько, что не признаются в этом даже самому себе, потому что не хватает личной силы признать в себе трусость, а оттого, их ум питает сознание мыслями о собственной уникальности, незаурядности, и даже особой избранности. О, мудрый Один, укрепи их дух и дай им каплю крепости воли твоей...
      Слабый человек никогда не признает своей вины. Он слишком слаб, чтобы нести этот груз. Такие люди предпочитают оправдать себя, придумать тысячи различных и несуществующих причин, по которым они были вынуждены предать или обмануть. И Атли Торнсон сделал свой выбор.
    - Я  - верный слуга своего господина,  Гандальва Альвгейрссона и я сделаю всё, что он прикажет, Хакон хольд, - произнёс он глухим голосом.  -  Говори, что нужно делать.
     - Слушай меня внимательно, бонд, и запоминай. Через два дня у тебя появится человек Гандальва конунга, его зовут Ульф Медведь. Слугам и дворне представишь его своим племянником, но будь с ним почтительнее. Через седмицу к тебе заявится Хальвдан Чёрный с небольшой конной дружиной, прими и задержи его на ночь. Мяса, вина и пива не жалей. Заранее собери и спрячь в сарае оружие для своих самых сильных и верных слуг. Ульф будет руководить твоими действиями, а в соседнем лесу будут хорониться дружины Гандальвссонов. Когда Чёрный и его воины перепьются, Ульф подаст засаде знак. И с Хальвданом конунгом будет покончено. А, вот это, -  твоя награда за верную службу своему господину. И Хакон Глаза Рыбы бросил на стол увесистый мешочек с серебром. Бонд Атли Торнсон был доволен своим выбором: и с властителем  не рассорился, и жив остался,  и хутор сберёг, да  ещё  и серебра поимел.
___________________
Бонд(бонды) - обладатели крепких крестьянских хозяйств на землях их владельца (конунга,  наследного ярла и т. д.). Самые богатые люди края, податями с которых кормился конунг и пополнялась его казна, на эти же средства правитель содержал и набирал своё войско.

Прошу меня простить, но сделал сноски-комментарии к тексту. До глоссария мне ещё далеко, а текст уже сейчас требует пояснений.

Отредактировано Norgeborg (11-03-2016 17:38:04)

+2


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Архив Конкурса соискателей » Солнце над фьордами