Добро пожаловать на литературный форум "В вихре времен"!

Здесь вы можете обсудить фантастическую и историческую литературу.
Для начинающих писателей, желающих показать свое произведение критикам и рецензентам, открыт раздел "Конкурс соискателей".
Если Вы хотите стать автором, а не только читателем, обязательно ознакомьтесь с Правилами.
Это поможет вам лучше понять происходящее на форуме и позволит не попадать на первых порах в неловкие ситуации.

В ВИХРЕ ВРЕМЕН

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Архив Конкурса соискателей » Видящий в темноте


Видящий в темноте

Сообщений 21 страница 30 из 86

21

Если бы кто во дворе сказал, что Марик Книжник — офицер ФСБ, его бы неминуемо подняли на смех. Марик? Этот задрот очкастый из 78 квартиры? Он же все школьные годы имел освобождение от физкультуры и бегал со скрипочкой в музыкалку. Да и сейчас в свои 24 года не сильно изменился — такой же ботаник в очках, длинный, сутулый. Правда, действительно в нем произошли некие изменения. Уверенность какая-то внутренняя появилась. Нынче вечером проходя мимо бывших одношкольников-однодворников, собравшихся в свете фонарного столба перетереть необходимые темы, не шугнулся, как в добрые старые времена, а чуть ли не плечом подвинул. Бывшие гонители так удивились, что не нашли слов для выражения своего изумления.
— Ваще обурел, — произнес Ковш — прежний дворовый «шишкарь», неоднократно гонявший Марика по малолетству, а сейчас недавний дембель и плотник третьего разряда в местном ЖЭКе.
— Не, он в какой-то серьезной конторе работает, — сказал сосед Марика Кеша, тоже в свое время немало приложивший руку к гонениям на Книжника. — Книжничиха матушке хвалилась как-то, что он в органах служит. Лейтенантом вроде.
— Ага, как в том анекдоте про презерватив, который сказал менту: «Я тоже из внутренних органов», — заржал Кастет, а в миру просто Костя. — Какой из него мент?
— Я что, — не стал настаивать на своей версии Кеша. — Матушка так говорила, а там — кто его знает.

Но тут внимание компании переключилось на проходящую мимо Надюху из 43-го дома. Бедра у Надюхи непременно притягивали взгляд всего мужского населения. Впрочем, все остальное было тоже очень даже ничего. К тому же она обладала нравом веселым, покладистым и редко отказывала настойчивым ухажерам в телесной близости. Приколист Кастет даже окрестил ее дом «мысом доброй Надежды».
— Надюха! Иди потрещим, дело есть!
Дело действительно требовало обстоятельного обсуждения. Друзья собрались завтра по случаю субботы и бабьего лета на шашлыки к Ковшу. Ехать планировали на Кастетовой «бэхе». Ну и, для полноты впечатлений, шашлык требовалось поедать в обществе прекрасных дам, телок, бикс или чувих.
— Поехали, Надь, — уговаривал прямолинейный Ковш. — С нас выпивка и закуска, с вас — бабы.
Марик тем временем зашел в родной подъезд и поднялся к себе на третий этаж. Дверь открыла мама Элеонора Аркадьевна. Одета она была не по-домашнему, а в выходной костюм.
— Привет, ма. А ты чего при параде? Идешь куда? Так вроде поздно — одиннадцатый час.
— Марик, у нас гости. Заходи познакомься.

Сын тем не менее сначала зашел в ванную и тщательно вымыл руки — привычка, вдолбленная в подкорку еще дедом — врачом инфекционистом.
В гостиной был накрыт стол, посреди которого ферзем среди пешек возвышалась бутылка коньяка причудливой формы. Навстречу поднялся крепкий породистый мужчина матушкиных лет, с легкой сединой на висках. Он шагнул навстречу с протянутой для рукопожатия ладонью: — Разреши представиться — Анатолий Михайлович, твой троюродный дядя.
— Марк Исаакович, — вежливо в тон ответил Марик и вяло пожал крепкую кисть. — Но для вас и прочей родни — просто Марик.
— Ну а я просто дядя Толя, — улыбнулся гость.
— Анатолий Михайлович — сын моей двоюродной тетки Эсфири Соломоновны из Красноярска, — внесла матушка необходимые пояснения по степени родства. — Ты то ее вряд ли помнишь. Последний раз мы ее навещали, когда тебе было пять лет. Давай переодевайся — и за стол.
— Ну что, Марк, за знакомство? — дядя Толя разлил по коньячным бокалам спиртное.
— Ну стопочку, не больше, — согласился Марик. — А то мне завтра на работу.
— Так завтра же суббота? Или у вас босс зверь, гоняет менагеров? Смотрю, с работы приходишь поздно, по выходным работаешь.

Племянник слегка принужденно улыбнулся дядиной шутке про менеджеров, коих он ради юмора обозвал «менагерами», и молча взял бокал. Но матушку всю распирало от гордости за сына и она, радуясь случаю похвалиться, поделилась:
— Марик у меня лейтенантом в ФСБ служит!
— Мама! — укоризненно глянул на мать предмет ее гордости. — Я же просил тебя!
— А что тут такого? — слегка смутилась Элеонора Аркадьевна. — Можно подумать, я выдала военную тайну.
И, уже обращаясь к своему троюродному кузену, произнесла с легким налетом родительской озабоченности: — Ершистый стал, ужас. Слова не скажи.
— Ситуация напоминает эпизод из фильма «Приключения барона Мюнхгаузена», — засмеялся дядя Толя. — Для матери сын всегда ребенок. Даже если он уже офицер. Помните? «Выгнал из дома жену с ребенком. Какой ребенок, я офицер! Выгнал из дома жену с офицером». Ну, все дела побоку, давайте веселиться! Как в старинном студенческом гимне поется: «Будем веселиться, пока мы молоды.»

0

22

После того, как все выпили по бокалу и утолили первый голод, пришло время воспоминаний.
— Я тебя Толя совсем юным помню. Еще школьником. Задиристый ты был и живой. Помнишь, как за вашим домом на стройке мы в прятки играли?
— Конечно. Я раз в чане с каким-то мазутом спрятался, потом родители меня два дня скипидаром отмывали.
— Да, в прятки и казаки-разбойники лучше тебя никто не играл. Твоя команда всегда могла найти противника, как бы он не скрывался.
— Было дело, — усмехнулся Анатолий Михайлович. — Наверное талант у меня такой, людей искать. Я ж потом двадцать лет в КГБ и ФСБ отслужил. Так что я, Марик, твой коллега. Сейчас на пенсии правда.

Гость извлек из внутреннего кармана пиджака красную книжечку, на которой грозное впечатление надписи: «Федеральная служба безопасности» было слегка подпорчено и смягчено более мелкой строчкой ниже «пенсионное удостоверение».
Но на Марика появление красной книжечки подействовало успокаивающе:
— Очень приятно, что мы коллеги. Тогда вы должны меня понимать. Нас инструктировали: болтать по минимуму. Даже в мелочах. А мама уже всему дому поведала, что я в «конторе» работаю.
— Ну простим Эле ее естественную гордость за сына, — улыбнулся дядя Толя. — Ты после академии?
— Нет. Закончил факультет информационных технологий в нашем политехе, потом в аспирантуру поступил. А в областном управлении как раз формировали новый отдел по противодействию кибератакам и обеспечению компьютерных систем. Мой куратор пригласил меня в кабинет, представил некоему чину в штатском. Тот сразу в лоб и предложил. Я сначала засомневался, но даже аспирантуру разрешили не бросать. А железо и софт там — предел моих мечтаний. Так что теперь, как у Стругацких в «Понедельник начинается в субботу»: жду не дождусь каждого нового рабочего дня. Настолько все интересно. Параллельно в аспирантуре учусь, диссер пишу.

— Приятно видеть такую искреннюю увлеченность любимым делом. Ну, раз тебе завтра на работу, тогда, конечно, не пей. А мы с Элей еще по бокальчику опрокинем за встречу.
— Ну ладно, и я с вами. Думаю — не критично.
— О! Слова не мальчика, но мужа!
Некоторое время беседовали о том, о сем. В основном вспоминали родственников: кто, где, когда, кого видел, да кто как сейчас выглядит. Марик никого из родни почти не помнил, поэтому воспоминания про старого дядю Витольда, который при Союзе был директором гастронома, ему казались скучными. Надо было перевести разговор на более интересную тему.
— А вы в каком звании на пенсию ушли?
— Полковником. Почти всю карьеру на оперативной работе. В наши времена всех этих заумных штук в виде компьютеров не было. Я имею ввиду в такой шаговой доступности. Больше полагались на аналитическое мышление, расчет, интуицию. Правда, и с наукой старались в ногу идти. Целые отделы собирали новые открытия, достижения, изобретения и кумекали, как их к делу приспособить. Иногда смешные вещи случались. Давайте выпьем, потом расскажу.

Родственники чокнулись и выпили.
-Ну вот, — продолжил дядя Толя, — Поставили нам первый в регионе антитеррористический телефонный определитель. Не знаю, как правильно называется, но, если кто в телефонном разговоре произнесет ключевые слова — автоматически включается прослушка с записью разговора. Допустим «взрывчатка», «гексоген», «терроризм». До смешного доходило. В одном селе стоял единственный телефон в сельсовете. Аппарат этот работал крайне редко. Местных кто-то надоумил: скажешь в молчащую трубку «терроризм» — и сразу, как по волшебству гудки идут. И разговаривай, сколько влезет. Но рассказать хочу не об этом. Как-то наши спецы приносят запись интересного разговора.
«- Вы когда нам кокаин привезете? Чтобы завтра все три банки были у нас! Вместе с конвоем!»

Пробили телефон — дирекция местного кинотеатра. Хотели тему «соседям» из МВД в отдел по борьбе с наркотиками скинуть, но передумали. Кокаин — для наших мест гадость редкая. Да еще не в порошке. В банках стеклянных кокаиновый студень перевозят, из которого потом нюхательный «снежок» и делают. А стало быть тут выход на международную мафию. Ну и времени уже практически не осталось, чтобы передать дело как надо. Решили сами брать.
В час «икс» влетаем с группой силового прикрытия в эту дирекцию, кладем всех носом в пол. Но в помещении ни кокаина, ни конвоя — директор, секретарша и киномеханик. У всех от страха белье мокрое, хоть выжимай. Ну, фигурально, конечно, выражаясь. Начинаем расспрашивать — выясняется удивительная вещь. И «Кокаин», и «Конвой» — фильмы. Причем так называемые первые копии. Они хорошего качества, их мало. Кинотеатры за ними ведут охоту. А тут кто-то у данного директора из-под носа увел пару лент с такими криминальными названиями. Директор и позвонил хитрому коллеге с претензиями, автомат записал. Ну а мы под раздачу попали. Я тогда майора должен был получать — на полгода отодвинули. С тех пор я этим компьютерам не доверяю, — завершил под тихий смех родственников дядя Толя.
— Да уж, представляю, — вытерла чуть заслезившийся от смеха глаз Элеонора Аркадьевна.
— А причем там банки? — спросил дотошный Марик.
— Молодец, — похвалил гость, — важная деталь. Банками они на своем сленге металлические круглые коробки с кинолентами называют.

0

23

— Забавная история. Надо будет парням в отделе рассказать. Если можно, конечно.
— Снова молоток, — одобрил мамин кузен. — Молоток, что спросил. Ну если бы этой информацией нельзя было поделиться — вы от меня ее бы не узнали. Ну а к тому же мы коллеги, одна каста. Я хоть и на пенсии, но бывших сотрудников госбезопасности не бывает.
— Это точно. А компьютерам вы все-таки зря не доверяете, — сел на любимого конька Марик. — Будущее за кибервойнами, которые будут вести не силовые подразделения, а мы, прямо из управления. Ну или с любого другого места.
— Ой, Марик, опять ты про свои компьютеры. — махнула рукой мать, тем не менее втайне гордясь важной работой сына. — Вы тут без меня не скучайте, пойду чайник поставлю.
— Ну это пока фантастика, — снисходительно-недоверчиво отозвался дядя Толя. — Думаешь, прилетят Терминаторы, или какой-нибудь супермозг построят?

— Ну причем тут терминаторы. Просто станет возможным отключать от электричества целые города и даже регионы. И все, исход войны решен без единого выстрела. Или поиск преступника, на который вы в своей работе тратили уйму времени. Просто каждому при конфликте с законом вживят наночип, который при необходимости можно будет отследить специальной аппаратурой на протяжении всей жизни нужного объекта.
— И что, это реально в ближайшем будущем?
— Пожалуй нет. Но кое-что облегчающее коллегам работу даже мы делаем. Вот недавно привлекли меня к программе защиты свидетелей. Я доработал стандартный маяк, чтобы радиус действия был не пять, а пятьдесят километров. Да еще специальную прогу написал для наблюдения. Можно хоть из дома с ноута следить за его передвижениями. Не нужна громоздкая аппаратура, принимающая сигнал. Да что там с ноута — хоть с планшета.
— Сильно, — покачал с уважением головой дядя. — Голова у тебя варит. А глянуть можно? Мне, старому ортодоксу зело любопытно. Я, правда, в этом ни фига не петрю, но хотелось бы взглянуть хоть одним глазком на будущее. Если не секрет, конечно.
— Ну вообще то секрет. Но, во-первых, про объект слежения даже я ничего не знаю: кто он, что он, откуда и по какому делу. Просто сухое название «Объект один». Во-вторых, неспециалист все равно без меня прогу не включит. Да и специалист не каждый. Программа, конечно, не чистое «ноу-хау», аналоги есть, но я туда несколько своих уникальных примочек вставил. — ответил раскрасневшийся от спиртного и душевного общения Марк, которому к тому же очень хотелось похвастаться перед именитым родственником своими достижениями на новой службе.

— Марк, ты куда? — крикнула вернувшаяся с кухни мать. — Идем пить чай!
— Сейчас. Я дяде Толе одну вещь покажу.
Он приволок ноут и сел с ним на диван. Анатолий Михайлович примостился рядом.
— Вы пока отвернитесь. Сейчас включу.
— Ладно, ладно, — добросовестно отвернулся дядя Толя и даже прикрыл рукой глаза.
— Все, можно. Вот видите — карта города, а это вот значок, указывающий на место нахождения маяка в режиме онлайн.
— Интересно, — покачал головой дядя. — Смотри, не движется. Спит, наверное. А где объекты два-три-четыре?
— Ну по этой программе — он на данный момент один. У ментов свой отдел по защите, там народу больше. А у нас — этот пока первый и единственный. Не Москва ведь. Город хоть и областной, но захолустный.
— Чего это захолустный, когда тут такие спецы работают, — не согласился гость. — Кстати, уже почти полночь. Немудрено, что твой маяк спит. И нам пора. Сейчас чайку с плюшками, и на боковую. Чтобы жирок завязался. Мне то вредно, а тебе, худощавому — в самый раз. Пойду выйду на секунду.

Анатолий Михайлович ушел в туалет, стукнул крышкой унитаза, включил воду и достал мобильник.
— Красноармейская 23 квартира 10. В данный момент на месте, не двигается. Решать оперативно — двадцать минут максимум. Живым не брать, в близкий контакт не вступать. Лучше замаскировать под бытовые причины. Если что изменится — я сообщу. Действуй.
Да, кузен Толик, легко находивший в детстве спрятавшихся друзей, действительно имел недюжинные способности оперативника-розыскника. Правда, с годами масштаб «казаков-разбойников» тоже значительно вырос. Как и бонусы за победу.
Он тщательно помыл и вытер руки и вернулся в гостиную. Марк с матерью уже сидели за столом. Дядя Толя опустился на свой стул. С этого места был отлично виден экран забытого на диване ноута с неподвижным маячком. Далековато, но зоркие глаза старого чекиста различали главное — объект не движется.

Еще минут двадцать беседовали о балете, опере (Элеонора Аркадьевна в молодости имела неплохое меццо-сопрано), диссертации Марика, его отце Исааке, сгинувшего без вести в Израиле лет пятнадцать назад, а также о королях и капусте.
— Что это? — вдруг прислушалась хозяйка. — Хлопок какой-то? Никак салюты запускают. С ума посходили с этими салютами. У подруги под окном дома ресторан — так спать стало невозможно. Как начнут вечером пулять — грохот невообразимый.
— Не, это где-то далеко совсем, — прокомментировал Марик, глядя в окно на ночной город.
Маячок на экране погас. Анатолий Михайлович не спеша встал, подошел к дивану, закрыв спиной ноутбук и, зевая, спросил: — Марик, я твое чудо выключу? Все, вот я нашел кнопочку «выкл». А то уже спать хочется, сил нет. Целый день в дороге. Эля, я на диване лягу?
— Конечно. Погоди, я тебе постельное сейчас дам.

Ноутбук Анатолий Михайлович закрыл и отложил на соседний с диваном стул. Марик хотел было сказать, что «ноут» так выключать не стоит, лучше через меню «Пуск», но, как юноша вежливый решил воздержаться. Человек пожилой, в компах не рубит, вдруг обидишь ненароком. Ничего ноутбуку не будет. А если прога засбоит, то он моментально с ней разберётся. Не зря же он был лучшим на курсе. Да и сейчас, в отделе едва ли кто станет с ним вровень.

0

24

Вечер продолжал быть томным и щекотал нервы предвкушением приятных перспектив. В районе двенадцати Гек и Рыжий с дамами под ручку покинули «Шиш-беш» и направились в теплую сентябрьскую ночь. Ночь дышала в лицо теплым ветром с примесью запахов фастфуда и танцевала на углах перекрестков под музыку сотовых телефонов. Кое-где, поймав в паруса ритм рэпа, бессистемно перемещались молодежные тусовки, аккомпанируя себе нарочито громким смехом. Мало отличимые от них немногочисленные стаи гопников облизывали редких прохожих алчными взорами и, не торопясь, обходили охотничьи угодья. Минут через десять прогулки где-то на краю Болотки на компанию напали какие-то малолетки, посчитав их достаточно легкой добычей. Собственно, эта их фатальная ошибка послужила чудесным продолжением так здорово начатого вечера. Рыжий с Геком весело, с удовольствием и не в полную силу подрались, стараясь никого не покалечить. Девчонки, сначала чуток испугавшиеся, с интересом созерцали акробатические этюды, исполняемые разлетающейся шпаной. А впереди ждали анекдотическое буриме и другие не менее увлекательные игры на двоих, а то и на четверых.

К Ленкиному дому подошли минут через двадцать. И тут где-то неподалеку раздался негромкий взрыв.
— Петарда, что ли? — предположила Наталья.
— Да нет, это что-то посерьезнее, — покачал головой протрезвевший от разминки Серега. Гек промолчал, так как в теме абсолютно не разбирался.
— Ну что, пойдем? — Ленка кивнула головой в сторону подъезда.
Рыжий покачал головой: — Минутку еще подышим.
Сейчас он был похож на гончака, застывшего на солнечной лужайке возле мрачного леса. Вроде все спокойно, вокруг много мелкой и не интересной дичи, порхают бабочки и жужжат пчелы. Но вдруг издали ветер доносит еле уловимый запах крупного хищника: и тут же мышцы самопроизвольно готовятся к бою, а шерсть на загривке становится дыбом.

Через минуту в кармане у него затрещал звонок старинного телефона. Серега достал мобильник, сказал: «Слушаю» и безмолвно начал воспринимать информацию, льющуюся из мембраны сотового аппарата. Гек до этого ни разу не видел, как человек буквально трезвеет на глазах. От нескольких чайников коньяку остался разве что коньячный выхлоп.
— Пока никого туда не пускайте. Я сейчас мигом. Машину не надо, мы рядом. Минуты через три будем.
Он спрятал мобилу в карман куртки и слегка ошалело посмотрел на друга:
— Кажись, началось. Девушки, мы вынуждены извиниться. На работу вызывают. Жаль покидать вас на столь приятной стадии сегодняшнего вечера, но — служба. А она, как говорится, и опасна, и трудна. Может, на днях я еще забегу. Доиграем в буриме.
— А ты в милиции, что ли служишь? — не скрывая разочарования от такой внезапной разлуки спросила Ленка.
— Нет, я пожарник. А Гек, как младший по возрасту, юный друг пожарника. И вот как раз сейчас очередной Малыш залез на крышу. — и Рыжий очень похоже спародировал голос Ливанова в роли голоса Карлсона. — Малыш, за тобой пожарники приехали.
— Вдруг управитесь там с Малышом раньше — возвращайтесь. Мы пару часов ложиться не будем, — крикнула Наталья уже в спину убегающим мужчинам.
— Вот как всегда. Почему если интересный мужик и все складывается правильно, то в последний момент выясняется, что он пожарный, женат или редкостная сволочь, — вздохнула Ленка. — Чур, я первая в ванну. Мне надо разрядиться, а то гормоны из ушей полезут. У тебя то хоть болгарин был, а у меня уже месяц никого.

— Ну что там? — спросил Гек на бегу.
— Поздравляю, убили тебя. — ответил Рыжий. — В хате твоей взрыв был. Стены целы, окно вынесло, ну и внутри пока все горит. Сейчас туда ментов с пожарными набежит.
— Вот оно, значит, как. То-то я себя так хреново чувствую. Надеялся, что меня только ранили.
— Не, убили. Б 4 по горизонтали — ваш эсминец убит. Стой пока здесь в темноте, туда соваться не нужно. Они сейчас результат будут отслеживать. Поэтому я за тобой машину пришлю. — и Серега быстрым бегом направился в сторону места происшествия.
Минут через пять рядом тормознула темная «девятка». Водитель приоткрыл дверь и приглашающе кивнул головой — садись, мол.
Машина резво приняла с места и помчалась по пустым ночным улицам на окраину.

Молчаливый водитель с небольшими бачками «а-ля семидесятые» меланхолично жевал резинку, пристально глядя на дорогу.
«Сейчас спросит: вы в самодеятельности участвуете?» — подумал Гек. От этой мысли «пробило на ха-ха». Нервное, надо полагать. Все-таки не каждый день тебя убивают. А его не убивали уже давным-давно — с самого «Колизея». Отвык как-то. Водитель покосил глазом на смешливого пассажира, но не сказал ни слова.
Конечной точкой ночного маршрута оказалась вполне заурядная дача на окраине, обнесенная крепким двухметровым забором. Водила протянул ключи от калитки и входной двери: — Располагайтесь. Еда есть в холодильнике. Никому не открывайте и на улицу не выходите. Мы сами войдем. Свет по возможности тоже не включайте.
Гек тщательно запер калитку и поднялся на крыльцо. В деревянном двухэтажном доме пахло сыростью, застоявшейся пылью и совсем чуть-чуть яблоками. В гостиной стоял широкий удобный диван, глядя на который сразу захотелось спать.
«Надо покемарить», — с этой мыслью он и погрузился в уютную глубину загородной тишины. А иначе говоря — уснул, как убитый. Сегодня для этого имелись все основания плюс официальный статус «убитого».

0

25

Проснулся Гек за мгновение до того, как некто взялся за ручку входной двери.
— Гек, это я, — раздался в предутренней мгле голос Рыжего. — Не завали меня случайно чем-нибудь.
Прямо от двери он прошел к небольшому холодильнику и начал копаться в его светящемся чреве, шелестя пакетами.
— Надо пошамать, а потом поспать часа три.
— Сколько времени?
— Почти пять уже. Не в службу — завари чаек. Жрать хочу, спасу нет. От нервов что ли? Ну и не спал еще — тоже способствует чувству голода.
Гек зевая вдел ноги в кроссовки и поплелся на небольшую кухню. Закопченный чайник с поломанным свистком засопел на чахлом огоньке старой газовой плиты. Так, где тут у них заварка? Ага, вот в этой жестяной банке. Минут через семь он вернулся в гостиную, таща перед собой литровый заварочный чайник с облупившимися цветами на боках. Рыжий поглощал копченую колбасу, не разрезая ее на куски.

— Руки мыли? — строго спросил Гек. — Чашки где?
— Руки — это ерунда, — сквозь колбасу ответствовал Серега. — Они у чекиста всегда и так чистые. Чашки вон на подоконнике возьми. Да присаживайся, разговор есть.
— Да понятно, что есть. Я весь в нетерпении.
Какое-то время Рыжий почти по кошачьи мурчал, пережевывая колбасу, затем взял чашку, плеснул туда чуток чаю, и вылил его обратно в чайник.
— Чойни кайтаринг. — объяснил он манипуляцию другу. — Чайный повтор по-узбекски. Обычай такой, чтобы лучше заваривалось.
— Я и забыл уже, что ты спец по Средней Азии. Думал, что таким образом решил чашки сполоснуть.
— Восток — дело тонкое. Ладно, это потом. Короче, маленький братец, с сегодняшнего дня Гек Викторыч Шторм официально мертв, так как героически погиб на пожаре. Организовали все правильно: тело подходящего по габаритам сотрудника вынесли в черном мешке, окружающим рассказали про погибшего жильца. Официальная версия — взрыв бытового газа.
— А неофициальная?
— По ней тоже без газа не обошлось. Нашли остатки газового баллона. Самое слабое наше место — девушки. Они тебя видели до взрыва. Надеюсь, это несовпадение никто раскапывать не станет. А им я скажу, что ты героически погиб. Может медаль тебе какую выпишем «За отвагу на пожаре». Типа посмертно.
— Ну это перебор, — поморщился Гек.
— Пожалуй. Но фотку в траурной рамке на доску почета во Дворце спорта точно повесим. Для убедительности. Вадик, небось рад будет — все субботы теперь его. Плесни мне еще чайку.
— Может кипяточком развести?

— Настоящий чай никто кипяточком не разводит. Его заваривают нужной крепости, чтобы сразу пить. Все эти чайные пары — чайник с заваркой и чайник с кипятком — профанация. — Рыжий гадливо поморщился и продолжил.
— В общем — ты теперь у нас джокер в колоде. Тебя вроде нет, и в то же время ты есть. Начальство наше то в курсе, конечно, но ты для них интереса уже не представляешь. Ощущение, что скоро они скажут: снимайте парик, смывайте наколки — и домой. Говорю же — ветер наверху сменился. А тут с этим взрывом куча проблем. Они рады будут, если не придется с тобой возиться. Поэтому у меня деловое предложение: переходи к нам, на сторону вселенского зла.
— А профсоюз у вас есть? — отшутился Гек. — К вам это куда?

Рыжий чуть помолчал, решая, как начать:
— Понимаешь, давно уже думаю: отдаю здоровье за контору, жизнью рискую, а что взамен? А взамен, как в том мультике про пса Пирата вполне могут ногой под живот. По ходу жизни, так сказать. Я ж и в Колизей от конторы попал. Каково там было — помнишь, небось. Вон все тело в шрамах. Выжили просто чудом. А вернулся — и? Самого чуть не посадили. А за что? За то, что жизнью рисковал? Так в будущем и не знаешь: стоит ли вкупаться за всю эту бодягу, которую нам сверху в виде директив и приказов спускают. Ладно бы за государство, а то за непонятные интересы элит, которые могут поменяться, как флюгер на ветру. Кабинетным хорошо: протирай штаны в Управлении, пиши справки, отчеты и сопроводиловки к материалам (заметь, добытых порой нашей кровью) — и к положенному сроку у тебя будет нужное звание, пенсия и значок «Почетного сотрудника». В случае косяка максимум выговор какой влепят. Нам же вместо выговора пулю могут влепить. А в майорах меня мариновали сколько, недавно только подпола получил. Резюмирую: собрал я группу из надежных парней. Все сотрудники — бывшие или действующие. Решаем разные полулегальные темы, с явным криминалом не вяжемся. Вернее, так — с жестким криминалом типа наркоты. Пока в конторе работаем — вовсю используем ее возможности. Ну а выпнут — можно будет купить домишко на теплом море и не париться. Что скажешь?
— В целом мне нравится ход твоих мыслей. Тем более, что в одиночку мне сейчас никуда. Друзья Багиры могут ведь и повторить попытку.
— А я о чем? Кроме того, тебе я полностью доверяю. Да и свой доктор нам в команде не помешает. Жить пока можешь здесь. Мы этот домишко не так давно под базу купили. Про него в конторе не знают, только свои. К слову, есть у меня обоснованные опасения, что твой адрес кто-то из конторских слил. По городу особо не шарься, чтобы на знакомого не нарваться. Может стоит и внешность чуток изменить. Хотя бы в брюнета перекраситься. Не Бог весть какая маскировка, но иногда действует. Ну а Наташке с Ленкой я завтра выскажу свои соболезнования и утешу, как смогу.

— Вот ты змей, — притворно рассердился Гек. — Ждал моей безвременной кончины, чтобы овладеть моей девушкой!
— Не, ну надо же ее как-то утешить. Мы будем медленно и печально.
— О, какой такт, месье. Ну а по сути? Хотелось бы понять, что такое криминал «не жесткий».
Рыжий отодвинул пустую чашку на середину стола и устало откинулся на неудобную деревянную спинку старого стула, вытянув ноги.
— Силовая поддержка, сопровождение специфических грузов, помощь в решении конфликтов, поиск нужных людей. Но это так, мелочевка. Есть очень серьезная тема, к которой мы вот-вот приступим. Скажу только одно слово — «изотопы».
— Ну ни фига себе! Потом каждый первый будет радиоактивный…
— А каждый второй — радиопассивный. Знаю этот анекдот. Только это стабильные изотопы, не излучающие радиации. Их хоть в кармане перевози — ничего не будет. Фишка в том, что изотопы эти — штука очень дорогая. Пара грамм вполне может на пол «лимона» зеленью потянуть. А заводов по их производству в мире всего два. Один в США, другой у нас, в городке Таежный в Западной Сибири. У меня там однокашник особистом служит. Тоже Серега. Городишко то закрытый, «почтовый ящик» так называемый. При Союзе там система контроля была очень жесткая. Но сейчас все попроще. Более того — у них есть легальная контора по продаже изотопов за бугор. Вернее, полулегальная, так как они весь спектр своей деятельности стараются не светить. А вещь эта, повторюсь, редкая и дорогая. В общем, кент вышел на меня с предложением посотрудничать — отладить канал перевозки. Такая вот схема вкратце. Так что готовься, возможны интересные командировки, в том числе и за границу — не зря ж я тебе загранпаспорт сделал.

— Это конечно интереснее, чем выбивать долги, — согласился Гек. — Прикинь: контора по выбиванию супружеских долгов. «Вы задолжали своей жене десять раз и пять поцелуев в щечку. Когда думаете отдавать?» А насчет изотопов — я в этом мало смыслю. Здесь целиком полагаюсь на твое мнение. Считаешь, что стоит заняться — я тоже «за». Тем более дел особых теперь и нет.
— Ну вот и ладушки, — зевнул Рыжий. — Пошли спать, а то меня сто пудов к обеду дернут с объяснениями по этому взрыву. Руководство боится, чтобы в СМИ как теракт не прошло. Мы то уже скинули паре репортеров инфу, что ты просто забыл закрыть газ на кухне и он взорвался, но все равно надо проконтролировать грамотно. Я на втором этаже лягу. Если чего — свистнешь.

0

26

Суббота на местном канале «Омега-ТР» началась как обычно с еженедельного астрологического прогноза. Предполагалось, что рекомендации небесных светил лучше воспринимаются под утреннюю чашку кофею в постели.
— Овны — будьте осторожны, — вещал местный астролог-экстрасенс Павел Буря. — Вас ждет крупная денежная потеря. Близнецам и Ракам сегодня лучше не вступать в ссоры и перепалки, так как велик риск фатальной травмы. Львы — сегодня ваш день. Вас ждет некий подарок судьбы.
Девам было велено меньше пить алкоголя, а Весам — по возможности не выходить из дому ввиду возможности серьезных происшествий. Где-то там наверху звездные флюиды собирались в астральный поток и низвергались водопадом информации на головы простодушных телезрителей.
Обыватели воспринимали откровения астролога по-разному — кто простодушно («Слышь, Коль, тебе Буря сегодня денег обещает), кто с саркастической усмешкой. Буря, а в прошлом лектор общества «Знание» Буряк, убравший из фамилии мешавшую экстрасенсорной деятельности лишнюю букву, взирал с экрана на телепаству значительно и строго. За астропрогнозом стартовал выпуск местных новостей.

— Вчера ночью в одной из квартир дома по улице Красноармейской произошел взрыв. По информации, полученной из официальных источников — взорвался газовый баллон, — сообщила местная телезвезда Галина Орлик с лицом скорбным от недосыпа. Из-за недостатка финансирования на канале ей приходилось выполнять сразу две работы: телеведущей и выездного корреспондента. — Хозяин квартиры погиб. Наша съемочная группа одной из первых побывала на месте происшествия.
Далее шли кадры ночной суеты в отсветах пожара и мигалок разных аварийных служб — «лайф» на жаргоне телевизионщиков. Несколько пожарных пронесли тело, упакованное в черный пластиковый мешок. Пару раз «лайф» прерывался «стендапами» Орлик, которая поправляя свободной рукой каску с надписью: «МЧС» комментировала окружающую действительность. Иногда она пыталась выволочь под объектив некое официальное лицо, но лицо под разными предлогами тщательно избегало телевизионной популярности. Понять его можно: взрыв — явление чрезвычайное. А в городе, который по размерам чуть меньше Пензы, чуть больше Тамбова и находится в средней полосе России — чрезвычайное вдвойне. Не Кавказ ведь, место тихое, провинциальное и современной турбулентности мало подверженное. Хорошо, что «мчсники» нашли остатки газового баллона, да сам дом, кроме нехорошей квартирки не повредило. То есть, не терракт, а бытовуха. Но тоже может сказаться на карьере отрицательным образом, смотря какой резонанс наверху будет.

Лицо было на сто пятьдесят процентов право, но не знало о законе парных случаев: неприятности, как и приятности ходят, обычно, парами. Чудесный сентябрьский день готовил еще один нехилый сюрприз в копилку фатальных для карьеры катаклизмов. А пока дежурный чиновник обладминистрации решал в уме трудную задачу: надо ли вызвать сюда начальство повыше, или и так обойдется. Если вызвать — может и получится отсидеться в случае чего. А вдруг пустяк какой, а я уважаемого человека из теплой постели зазря выну? Еще хуже. Слова «газовый баллон» проникли в душу успокаивающим бальзамом, и лицо, в очередной раз ловко увернувшись от настырной Гали, покинуло место происшествия.
— Вот тебе и «не выходи из дому». — хмыкнул облагодетельствованный гороскопом Коля. — Чувак вон не выходил, и что-то ему это не сильно помогло.
— Напьются в гаражах, а потом курят в постели или газ не закрывают, — выразила свое мнение супруга Коли.
— А причем тут гаражи? — осторожно сбросил в сторону скользкий намек Коля. — Мы до синевы никогда не пьем. Ты видела, чтобы я курил в постели?
— Еще б ты в постели побольше на жену внимания обращал!

Но Коля умело погасил назревающий скандал тем, что опрокинул супругу в еще не заправленную кровать и начал обращать на нее внимание. Супруга по гороскопу относилась к созвездию Рака, и никак нельзя было допустить в ее судьбу предсказанных Бурей травм, могущих наступить в результате ссоры. К тому же, само название знака Зодиака жены будило в Коле определенные эротические фантазии. Астрология тоже не возражала, что Лев в данной ситуации будет сверху и сзади.

Отредактировано Дохтур (01-02-2017 18:28:41)

0

27

— Чисто сделали, молодчики, — представительный мужчина с благородной сединой на висках пожал руку двум крепким мужикам вполне люмпенского вида, одетым в растянутые адидасовские костюмы китайского производства. — Чем вы его?
— К вентилю большого газового баллона прикрепили кусочек пластида с электродетонатором. Крот открыл дверь тихонько отмычкой, катнули в комнату — благо «однушка» маленькая, комната практически от порога начинается. Сами еле выскочить успели.
Диалог проходил в салоне старенькой «копейки», в которой все детали кузова — от крыши до капота — радовали мир разными оттенками синего цвета. Если двери почти приближались по колеру к понятию «цвет морской волны», то крыша была темной, на границе с фиолетовым. По низу «вечернего платья» этого чуда советского автопрома шла оторочка бахромой из ржавчины.

— На «пять баллов». Ну что, посидим отметим? Кстати, гонорар ваш.
— Пересчитывать, я думаю не нужно? — то ли спросил, то ли констатировал напарник Крота, передавший товарищу, сидевшему за рулем, часть денег.
— Вась, ты меня уже лет десять знаешь, — укоризненно заметил джентельмен, слегка чужеродно смотревшийся в потертом салоне древней машины. — Как договаривались — по десять тонн зеленых.
— Отметить бы не хило. А то работаешь, работаешь… Куда нас в таком виде пустят? А переодеваться неохота. Может пошли к нам? Там и пузырек раздавим.
— Если к вам идти, то мне переодеваться надо, — усмехнулся дядя Толя. — По Лихому болоту только в пиджачной паре разгуливать.
— Да ладно, сейчас утро, тамошние упыри все спят, — ухмыльнулся тот, кого приятель назвал Кротом. — Хочешь свою «олимпийку» тебе дам, а брюки вот грязью помажем.
— Юмор оценил. Думаю, обойдемся без такого камуфляжа. Да и не стоит нам вместе светиться. А чего вы в Шанхае хату сняли? Из экономии что ль?
— Ну частично. Там проще укрыться, если что. Да я и сам в детстве в таком «шанхае» жил. Ностальгия.
— А хозяин кто?
— Синяк какой-то. Мы ему сразу бухла на неделю купили и отправили жить в летнюю кухню.

— Ладно, думаю отложим до другого раза. Машину где-нибудь бросьте, а сами максимально быстро уезжайте из города. Своим газовым баллоном голову вы ментам и мчсникам, конечно, слегка задурили. А вот кураторам нашего парня — вряд ли. Достаточно провести спектральный анализ на наличие пластида на осколках.
— За это прибавить бы надо, — решил поторговаться Крот, даже не подозревая, что произносит почти точную цитату из «Двенадцати стульев». — Когда «контора» на хвосте — оторваться сложно.
— От мертвого осла уши. — ответил цитатой на цитату Анатолий Михайлович. — Конторские вас искать шибко не станут. Им этот человечек тоже никуда не упал. Скажу больше: я почти с самого верха резолюцию на эту ликвидацию получил. Правда, с пожеланиями сохранить приличия. Приличия мы сохранили- очередной бухарик забыл закрыть кран газовой плиты. В общем, покойный, в последнее время был для опекающих органов, как чемодан без ручки: и нести тяжело, и выкинуть инструкция не позволяет. Да и к делу подцеплен изначально бесперспективному, на котором ни звезд на погоны, ни премий не заработаешь. Скорее наоборот. Так что они нам еще и магарыч должны поставить.
— Не хилые приличия. — хмыкнул Василий — Взрыв в центре города.

— А ты бы не под…бывал. Забыл, как полтора года назад твои тимуровцы покойничка упустили. Так что ты, по сути, свой должок просто отдал. Кстати, насчет взрыва — решение целиком ваше. Хотя, не спорю, с моими вводными и лимитом времени это было самое органичное решение.
— Да я ничего… — смешался под убойными доводами Вася. — Главное — доделали.
— И, заметь, я вредничать не стал, заплатил как за отдельную работу.
— Ладно Михалыч, чего завелся то. Я просто по ходу жизни комментарий внес.
— Вот и славно. Тогда разбегаемся. Забирайте свое шмотье с хаты — и на моря. Понадобишься — найду.
Синяя «копейка» неожиданно тихо журча мотором покатилась вдоль по улице, оставив представительного джентльмена у набережной.

0

28

Тем временем предсказанные Бурей астральные неприятности продолжали выкристаллизовываться в реальные события. Тесак с единомышленниками гороскопов не смотрели и в целом относились к ним полупрезрительно. Рыбы, Раки... Даже петухи там какие-то имеются, не к столу будет сказано. Настоящему пацану в такую фигню верить «западло». Надо в реале жить. А в реале, по всем понятиям необходимо было дать асимметричный ответ. И чем скорее, тем лучше. Культовая для Волка теория закваски из книги известного писателя Дж. Лондона тоже не расходилась с понятиями. Поэтому бригада Тесака готовила серьезную «обратку» болотовским аборигенам. Кроме парней из движения подтянули к акции часть футбольных фанатов и просто разной мелкоуголовной шпаны — благо выходной и погода хорошая. Поскольку решение пришло спонтанно, информация не успела просочиться через «барабанов» в милицию. Где-то к полудню, когда Болотка еще спала крепким сном хорошо отработавшего ночную смену работяги, несколько организованных групп молодых парней скатились с разных склонов в «шанхай». На правом рукаве у каждого белела полоска ткани — система опознавания «свой-чужой».

— Заходим с двух сторон. Движемся навстречу друг другу по улице. Месим всех кто попадется в каждом дворе, — давал вводные Тесак. — Женщин и детей не бить — мы ж не варвары. Кто найдет мою мобилу — премия лично от меня. Там номера нужных людей.
Две толпы двинулись по корявой улице, ломая ворота и заборы, разбивая окна и лица, выбрасывая в грязь немудрящий скарб. Часть коренного населения, благо люди здесь жили дерзкие и бывалые, пыталась сопротивляться при помощи подручного инвентаря. Таких слаженно месили арматурой и битами. Более прозорливые покидали потихоньку дворы через дыры в заборах и уходили по камышам из зоны конфликта. Обычно горластые цыганские тетки быстро поняли, что брать на горло в данной ситуации бессмысленно и тоже «рассосались» подальше от греха. Кроме того, стоял ясный субботний день, и подавляющая часть диаспоры была «на работе».
Брать в дранных халупах было практически нечего, поэтому нападающие обогатились лишь на несколько десятков ободранных сотовых телефонов, которые намеревались предъявить для опознания Тесаку, да еще кое-какую мелочишку. Партии встретились возле единственного кирпичного дома, стоящего примерно в середине улицы. За крепким забором надрывался басом здоровенный кавказец. На дробь ударов с улицы в окно высунулось дуло ружья:

— Уходите отсюда, глупые люди. Зачем вы ищите неприятностей? У меня ружьё картечью заряжено, и я лучший стрелок на всем побережье, — так бы звучала эта реплика, если ее перевести с матерного русского и вложить в уста героя какого-нибудь голливудского вестерна. Но давешний молодой цыган ковбоем не был, поэтому произнес всю фразу, не испоганив ее ни одним приличным словом. За мощным энергетическим посылом хозяин обороняемого дома скрывал некоторую растерянность. Большая семья вчера уехала в соседнюю область на свадьбу дальней родственницы, а его оставили на хозяйстве. И все бы ничего, но в коридоре стоял брезентовый рюкзак, затхлое нутро которого содержало не грязные носки, как можно было подумать по аромату, а почти полмиллиона «убитых енотов» в виде долларов США. Завтра их предстояло отдать китайским поставщикам в виде оплаты за уже полученный товар и аванса за предстоящие партии. Дело «швах» — не вызывать же ментов, в конце концов? Дома оставался еще старый дедушка Шандор, частично впавший в маразм, и надежды на него не было крайне мало.

— Сашко, что там за шум? — крикнул по-цыгански дед из задней комнаты, но внук не ответил. Он уже второй раз набирал номер старшего брата, чтобы узнать где они едут. Как только началась буча на Болотке Сашко сразу отзвонился и вызвал подмогу, хотя понимал, что помощь не успеет. С тыла двор прикрывал склон и маленькое болотце, с флангов — крепкий высокий, но вполне преодолимый забор, тем более что соседние халупы, тоже принадлежавшие цыганской диаспоре, уже лежали почти в руинах. Но окна в доме находились только с фасадной стороны, что уменьшало риск атаки с флангов. В качестве «слона» в этой шахматной партии присутствовал еще кавказец Джанго, метавшийся по двору, но у противника было слишком много проходных пешек.
— Пацаны! Надо «молотова» сделать! — нашелся Тесак. — Вон там «жига» синяя стоит. Оттуда бензинчику возьмем. А пустых бутылок тут вокруг немеряно.
Из хибары напротив, которую зачистка еще не тронула за погромом наблюдал Василий. Крот полчаса назад ушел за покупками и должен был вот-вот вернуться. В летнице во дворе дома раздался звон стекла и пьяный мат, среди которого нашлось всего четыре приличных слова: — Вы куда бутылки потащили? Протест хозяина арендуемой хибары быстро прервался каким-то всхрипом и гортанным хлюпаньем. Где же Крот? При таком замесе и пистолет не поможет. На всякий случай проверив свой китайский «ттшник» со спиленным номером, Вася быстро начал собирать все мало-мальски ценное, готовясь к быстрой эвакуации.

В разноцветно-синей «копейке» уже сломали замок багажника, и, разыскав там шланг и канистру, разливали из бака горючку, которой запасливый Крот затарился под горловину.
— Э! А ну отошли от машины! — зычный голос напарника непременно распугал бы обычную шпану, но в данной ситуации результат получился ровно противоположный. Зря он так, тем более что машину все равно собирались бросить, а до аэропорта можно и на такси доехать. К тому же свой «ттшник» приятель оставил из осторожности в хате, а биться в рукопашку с такой толпой — дело изначально провальное. Вася, прекратив собирать багаж, вылез через окно с противоположной стороны дома и прокрался задами к улице. Крот, слегка оклемавшись от неожиданности и узрев перед собой толпу озверевших юнцов, бодро набегавших на него от машины, принял единственно верное решение: бросив пакет с покупками помчался вдоль по улице. Но бежал не торопясь, слегка лениво. Дав себя настигнуть первым наиболее шустрым преследователям, вырубил их короткими отработанными ударами, после чего перемахнул через высокий забор в уже разоренный толпой двор и исчез в кустах неухоженного огорода. Преследователи осыпали беглеца градом камней и бутылок, но догонять не стали.
Кирпичный дом уже слегка горел: чуть занялось крыльцо и одно из окон. В хибару напротив тоже кинули бутылку с бензином. Вася быстро метнулся в хату и подхватив чемоданчик, выскочил в огород.

В дырку с задней стороны огорода уже влезал слегка помятый Крот:
— Что за чешуя? — спросил он недоуменно, если не сказать — полностью охреневши. — Это что за игра в «Зарницу»?
— Какая разница? Сваливаем быстро! А то здесь сейчас ОМОН будет при таком раскладе, а у нас оружие, остатки пластида и детонаторы.
— Пластид жалко. Хотел заныкать где-нибудь здесь на всякий случай. Вдруг пригодится? Хорошего пластида теперь не достать.
— Нашел чего жалеть! Берем вещи и ходу. Вон внутри все полыхает уже. Сейчас твой пластид тут расфигачит все.
— А пиджак мой где?
— Я откуда знаю.
Крот дико взглянул на Василия и ринулся в уже полыхавшую комнату:
— Там бабки все и документы.

0

29

Тем временем, используя многострадальную «жигу» как таран, Тесак въехал в ворота. Пробить их полностью не удалось, но одну из створок серьезно покорежило от удара, оставив вполне достаточный проход для одного человека. Братва было полезла в прореху и через забор, но под градом картечи подалась назад. Вдобавок из двора вынырнул косматый Джанго и ворвался в толпу нападающих, посеяв в их рядах недолгий хаос и смятение. С десяток бойцов моментально выбыли из строя, сильно покусанные свирепым псом, но и собаку быстро утихомирили градом палочных ударов.
Сашко тем временем покинул горящий дом через глубокий погреб с подземным ходом, ведущим прямо на берег болота за задним двором. Дед Шандор ковылял где-то сзади, матерясь по-венгерски. Преодолев неширокую полосу застоявшейся воды можно было подняться вверх по склону и уйти из опасной зоны. Цыган уже хотел броситься в вонючую воду, но вдруг кто-то крепко схватил его сзади за рюкзак.
— Вот ты где, мора. — Волк и Гарпун обошли двор сзади как раз вовремя, чтобы не упустить беглеца. Страшный удар биты сломал цыгану правую ключицу, и он, вытряхнутый из лямок вещмешка упал в болото лицом вниз.
-Э! Ну-ка отпусти моего внука!

Удивленный Гарпун оглянулся. Метрах в десяти стоял уморительный старичок, похожий на Ролана Быкова в роли Бармалея. Абсолютно лысая голова и пышная черная борода придавали ему комично-мультяшный вид. Но в руке деда блестел лезвием небольшой плотницкий топорик.
— Иди домой, шапокляк, — презрительно сказал Гарпун, перепутав мультперсонажей, и отвернувшись от старого придурка, занес над головой биту для контрольного удара по вынырнувшему из зеленой ряски цыганенку. Руки Волка были заняты трофеем, а внимание — вчерашним обидчиком, поэтому он не сразу понял, почему вдруг Гарпун захрипел и, не закончив удара, упал плашмя за своей битой в воду. В спине приятеля торчал топорик. Дедушка Шандор в свое время слыл лучшим плотником и кузнецом в таборе и умел вытворять с топором и молотом настоящие чудеса. А уж в метании топора ему не было равных на всем побережье. Пусть в контексте событий это означало всего лишь побережье речки Лихманки, но Гарпуна сие обстоятельство нисколько утешить уже не могло.
Сашко, получивший миг для маневра, нырнул в воду, и, проплыв с десяток метров под водой, вынырнул уже у самого склона. Ровно в тот момент, когда Волк нанес старику смертельный удар кулаком в висок. И за секунду то того, как где-то перед горящим домом раздался несильный взрыв. Вдали уже перекликались между собой сирены разных экстренных служб. Солировали пожарные машины, которых жители Болотки первыми вызвали на место происшествия. К тому же пожарных вызвать не за падло, это ж не менты. А уж если они за собой ментов приведут — не наше дело.
Волк, заглянув в рюкзак, обалдело крутил головой:

— Вот это да. Бабла сколько.
«Беги быстрей! — шептал ему внутренний голос. — Рви отсюда, пока никто не видел!»
Совет был своевременный — сирены уже визжали по улице Шанхая. Ларсен вытянул на берег Гарпуна и перевернул на спину, предварительно вытащив топор. Приятель еще делал какие-то судорожные попытки вдохнуть, но по всем признакам был уже скорее мертв, чем жив. Вся жизненная закваска, только что бурлившая в жилах и толкавшая ее обладателя в бой, теперь выходила в прореху от топора, разливаясь темной лужей из-под спины, пузырилась пеной на губах. Еще и убийство повесят. Волк рванул вдоль болотца, выискивая брод, но потом, не выдержав психологического напряжения, подогретого творившейся вокруг звуковой вакханалией, полез прямо в воду.
«Блин! Матушке мясорубку электрическую куплю! — металась в черепушке восторженная мысль. — И тачку возьму. «Бэху» или «мерс».

На слове «мерс» пришлось нырнуть — стало глубоко. На косогор Волк вылез мокрым, но богатым человеком. И хотя астрология обещала сегодня подарки судьбы исключительно Львам, но Ларсену подфартило, несмотря на то, что он родился под созвездием Близнецов. Впрочем, возможно фортуна учла, что Серега-Волк родился недоношенным. А пьяный батя вообще записал его по ошибке в Девы, но судьбе сверху виднее.
Теперь оставалось решить, как добраться домой. Если в обычное время на мокрого парня в грязной порванной майке и с затрапезным колхозманским рюкзаком никто не обратил бы внимания, то сейчас менты наверняка начнут хватать всех, кто похож на участника беспорядков. Где-то надо до ночи отсидеться. А, впрочем, можно попытаться пройти по руслу реки до нового моста. Главное — выйти из зоны возможного оцепления.

Приняв решение Волк зашагал по косогору. За ним тенью крался Сашко, придерживая больную руку и неслышно матерясь от боли. По сути, превозмогая боль, он сейчас совершал подвиг спартанского мальчика, который украл лисенка и спрятал его за пазухой. Лисенок выел спартанцу все внутренности, но тот не подавал виду, чтобы обмануть сторожей. Правда, не понятно на фига спартанцу был нужен лисенок, что в корне отличало его позицию от позиции Сашко. Полляма зеленью — это не рыжая пушистая шкура. Хотя за них тоже легко могут выесть внутренности. Особенно китайцы. Они, кажется, даже жуков едят. Цыган твердо знал, что рюкзак с деньгами необходимо вернуть, иначе триада завалит всю семью. И сбежать вряд ли получится — китайцев вон два миллиарда по всему свету разбросано, гораздо больше, чем цыган.

0

30

Ли Син сидел на центральном рынке у своего контейнера и торговал спортивными костюмами известных мировых брендов. Вернее, наблюдал за работой своих продавцов. Самому торговать было бы потерей лица, ведь Ли Син являлся координатором триады «Мао Чжао» в этом небольшом областном центре на Среднерусской возвышенности. Скажи кому со стороны, что невысокий слегка пузатенький азиат — полномочный представитель авторитетного преступного клана — вряд ли кто поверит. Русские почему-то считают, что чем больше понтов, тем авторитетнее хозяин этих понтов. Разубеждать их в этом нет смысла: пусть думают, как хотят. Так что для всех непосвященных — Ли Син просто владелец небольшой торговой точки. Он никогда не конфликтует с местной властью и полууголовными контроллерами, пришедшими на смену браткам 90-х, безропотно отдавая положенную часть мзды многочисленным сборщикам многочисленных податей. Хотя тому же контроллеру рынка — двухметровому бугаю с рожей слегка красной и слегка дебильной — он легко мог бы сломать шею, так как с малолетства занимался боевым ушу. А брюшко такое выпуклое вовсе не из-за пристрастия к еде, а из-за регулярных занятий дыхательной гимнастикой цигун.

Но Ли Син вежливо улыбается бугаю и отстегивает денежку. Ведь торговля костюмами — лишь малая часть его деятельности, по сути — ширма. Главное — канал для переброски всего, что нужно из Поднебесной в Россию и дальше в Европу. А мзду координатор собирает и сам — каждый месяц 15 процентов от прибыли. Это стандартная доля триад в любом китайском бизнесе. Причем сборщики никогда не выжимают последнее и не берут невыносимых поборов. Зачем резать курицу, если можно регулярно продавать яйца. Не можешь платить из-за внезапного «форс-мажора» — с Ли Сином всегда можно договориться об отсрочке. Вот только обманывать не стоит. Иначе последствия будут печальными.
Однажды хозяин крупного пошивочного цеха пытался водить координатора за нос. Мол, денег нет, убытки, подождите чуток. Ли согласился подождать, но назначил тайное расследование. Выяснилось, что хозяин на сэкономленные деньги купил племяннику квартиру в Гуанчжоу. Через пару недель голова любимого племянника была доставлена дяде в красиво оформленной коробке. А квартира — чего уж, пусть остается. Мелочность в делах — признак плохого тона.

Ли Син родом из Синь-Цзяна. Именно там, в столице этой провинции городе Урумчи, на окраинном районе Шуэй-Ни-Чхан он и постигал житейскую философию, способствующую его дальнейшему продвижению по жизненной стезе. Шуэй-Ни-Чхан — дословно известковый завод. Именно его круглосуточный шум и мелкая белесая пыль, покрывающая все поверхности тонким слоем являлись доминирующими впечатлениеми от детства. Даже свежие и очень вкусные уйгурские лепешки, которые пекли в тандыре и тут же продавали на улице начинали скрипеть на зубах, стоит чуть замешкаться с едой. И ананасы приобретали своеобразный привкус. Когда Ли Син впервые съездил в Хэнань за товаром для их семейной чайной лавочки, он удивился, что Хэнаньские ананасы и дурианы по вкусу несколько отличаются от тех, что продавались на районе. Все дело было, конечно, в отсутствии неистребимого привкуса известковой пыли. Впрочем, местные этого обстоятельства уже не замечали.
С уйгурами жили довольно мирно, во всяком случае крупных драк не было. Власть жестко следила, чтобы межнациональные конфликты подавлялись в зародыше. Хотя китайцы недолюбливали уйгуров, а те — китайцев. Если кто вдруг «скомуниздил» кошелек на рынке, то это всенепременно китаец (для уйгуров) и уйгур (для китайцев).
После занятий в школе и по выходным Син помогал отцу в лавочке. Магазинчик находился на границе уйгурского района Эрдаочао. И все бы ничего, но коренное население Синь-Цзяна периодически устраивало бунты разной степени размаха с требованием создания отдельного государства Уйгуристан. Большинство восстаний не успевали выплескиваться за пределы Эрдаочао, так как быстро пресекались властями, но пару раз прилив протеста достигал лавочки семейства Ли, нанося ей и другим рядом стоящим торговым точкам некоторый урон.

В один из таких бунтов Син (ему тогда было около десяти лет — точно никто не помнил, потому что зарегистрировали его почти на год позже рождения) и познакомился с представителем клана «Кошачьей лапы». С улицы вбежал окровавленный человек в порванной рубахе. Через прорехи одежды можно было различить обильные разноцветные татуировки.
— Мальчик, есть где укрыться? — спросил раненный — коренастый тип лет тридцати. Ли Син кивнул на дверь в заднюю комнату:
— Там есть вход в подвал. Сидите тихо.
Вслед за беглецом в помещение ввалились трое полицейских, ведомые констеблем второго ранга:
— Эй, малыш, никто не заходил?

Син покачал головой. Снаружи раздались негромкие взрывы, и блюстители закона опрометью вывалились на улицу, оставив в помещении стойкий запах чеснока, оружейного масла и гуталина. Спасенный похлопал мальчугана по плечу и, сдернув с вешалки отцовскую фуфайку, исчез. За фуфайку чуть не влетело от отца. Еле удалось оправдаться тем, что некий уйгур украл одежду. Отец долго выбивался из нищеты, даже школу не закончил, поэтому ко всему материальному относился очень скурпулезно. Вполне мог и выдрать в сердцах, хотя такое бывало крайне редко. Можно сказать, только однажды, когда Син пошел в магазин и потерял десять юаней.
Где -то через неделю Ли Син возвращался домой из школы. Он шел, помахивая сумкой, по проезжей части родной улицы Шуэй-Ни-Чхан Цзе и жевал кусок вяленого инжира, который купил у торговца сухофруктами. На проезжей части царила мешанина из автомобилей, пешеходов, грузовых мотороллеров, моторикш и велосипедистов с прицепами и без. Тротуары же были заняты бесконечными торговыми шатрами, в которых продавалась всякая всячина. Иногда дорожный траффик выплескивался и на свободные участки тротуаров, где, распугивая пешеходов, продолжал плестись с черепашьей скоростью.
— Почему мы не перейдем на тротуар? — спросил однажды маленький Син отца.
— На тротуаре небезопасно, может машина задавить. — философски ответил папа. Повзрослев, сын поймал ритм родной улицы и четко чувствовал: где идти можно, а где лучше подождать. Вот от этого мотороллера, с приваренными по бокам газовыми баллонами от кухонной плиты увернуться еще успеваешь, а вот того лихого водилу в уйгурской тюбетейке с коротким бревном поперек скутера лучше пропустить. Но, как говорит русская пословица (Син выучил их гораздо позже в университете имени Патриса Лумумбы) и на старуху бывает проруха.

-Куда прешь, яйцо черепахи! — под аккомпанемент этого ругательства он получил удар по затылку и чуть не упал, но был подтянут чье-то сильной рукой в сторону. Оказалось, сзади на паренька наехал грузовой мотороллер с горой мешков в кузове. На вершине горы балансировала толстая тетка. «Яйцо черепахи» — ругательство более грубое чем может показаться некитайцу, и означает вовсе не «медлительный молокосос». По китайским поверьям, самки черепах очень распутны, поэтому вышеприведенное словосочетание — что-то вроде «сукин сын, ублюдок». Водитель мотороллера снова замахнулся на парня, но его руку перехватил мужчина, который и вытащил Сина из-под колеса. Это был тот самый татуированный беглец из уйгурского квартала. Собственно, на этом конфликт и закончился. Мотороллерист предпочел не связываться с сильным соперником, да и подзатыльник он собирался дать просто так, мимоходом, для воспитания.
— Есть хочешь? — спросил новый знакомый Сина. Ли Син голода не чувствовал, но к еде у китайцев отношение трепетное. Раз приглашают, лучше поесть. Они отошли к некоему подобию уличного кафе, где Дун Гуан (так представился новый знакомый) заказал всякой всячины, продающейся на уличных лотках. Ели молча, так как общих тем для разговора не было. Наконец, доев ананас, который уличный торговец почистил и разрезал спиральными дольками, Дун Гуан произнес:
— Хочешь учиться ушу?

Еще бы не хотеть! В школе работала бесплатная секция, но отбирали туда жестко, только самых способных. Конкуренция среди китайцев высока, поэтому чтобы куда-то попасть необходимо быть лучшим из лучших. Или платить серьёзные деньги.  Ли Син подумал и ответил:
— Отец не разрешит. Я в лавке работаю, времени нет.
— С отцом я поговорю. Ну как согласен?
Хотелось крикнуть: «Конечно!». Но опытному торговцу из чайного магазинчика семейства Ли так поступать не пристало. Сначала надо прощупать все возможные перспективы для получения выгоды.
— Фуфайку отдашь? А то отец ругается.
Дун Гуан засмеялся и вытащил из кармана сто юаней:
— На. Новую купишь.

Отредактировано Дохтур (01-02-2017 18:38:06)

0


Вы здесь » В ВИХРЕ ВРЕМЕН » Архив Конкурса соискателей » Видящий в темноте